Северная башня.

‒ Нет, Гарри, я точно не пойду в Хогсмид, мне нужно заниматься, ‒ уже, наверно, в сотый раз за утро повторила Гермиона, провожая друзей из гостиной Гриффиндора. Джинни смотрела на подругу с подозрением, но Грейнджер старалась улыбаться как можно более искренне. Ей явно пора было учиться врать, врать лучшим друзьям и врать настолько правдиво, чтобы они верили. Конечно, Гермиона пойдет в Хогсмид! Кто бы ей дал сидеть одной взаперти в воскресенье?! Но Гарри, Рон, Джинни и Лаванда должны были уйти без нее. И вот, наконец, портретный проем закрылся за спинами друзей. Грейнджер облегченно вздохнула и побежала наверх, в спальню девочек, так и оставив книги и пергаменты на столе в гостиной. Сегодня ее будет ждать Драко, а значит, она должна выглядеть на все сто! Гермиона ужасно волновалась, пытаясь уложить волосы хотя бы в подобие приличной прически. Пришлось даже стащить блеск для губ у Лаванды Браун, чтобы выглядеть еще привлекательнее. Конечно, она встречалась с Драко каждую ночь, но это было их первым настоящим свиданием при свете дня, и к тому же, Грейнджер знала, что Малфой снял комнату в небольшой гостинице мистера Хоррута. Они не будут гулять, чтобы ни на кого не наткнуться, ведь их отношений никто не одобрит. Драко предложил отправиться в гостиницу каминной сетью, а там уже просто побыть вместе, не на холоде и ветре, не со слипающимися глазами, в кои-то веки! Сборы продолжались часа полтора, а потом Гермиона гордо ступила в камин. Отправиться можно и через гостиную Гриффиндора, а вот для возвращения она присмотрела, и, разумеется, проверила старый каминчик в заброшенном классе недалеко от библиотеки. Всегда можно будет сказать, что отлучалась туда. Драко ждал ее. Комната в гостинице мистера Хоррута была небольшой, но чистой и со вкусом обставленной. У окна накрыли стол с вином, фруктами и всевозможными закусками. Малфой не пожалел денег и гостиничные эльфы постарались на славу. Гермиона замерла, стоя одной ногой в камине, а второй на бордово-коричневом ковре. ‒ Добро пожаловать. ‒ Драко сидел у стола в кресле с темно-коричневой кожаной обивкой, но встал навстречу Гермионе. ‒ Тебе нравится? ‒ Очень, ‒ слова подбирались с трудом. Хотелось и смеяться, и плакать одновременно. Все это для нее? Правда? Но ведь этого не может быть! ‒ Ты такая красивая! ‒ Малфой сделал Грейнджер приглашающий жест в сторону второго кресла у стола. Да, он давно не видел ее в чем-то кроме школьной мантии, да и в обычные дни Грейнджер не особенно любила наряжаться, а сегодня для него надели платье, пусть довольно строгое, но платье. Да и обычно растрепанные кудряшки сегодня были красиво заколоты на макушке, а Гермионе очень шла высокая прическа. Даже легкий макияж сделала. Драко остался крайне доволен. Такая девушка очень хорошо бы смотрелась и на приеме в поместье Малфоев, вот только... его родственники никогда не примут магглорожденную. «Ну и пусть! Мне теперь все равно, что они думают!» ‒ подумал Драко, откупоривая бутылку вина и улыбаясь Гермионе. И как же хорошо им было сидеть вдвоем, пить вино, пробовать приготовленные эльфами угощения и просто разговаривать, не следя за временем. В какие-то моменты обоим казалось, что они думают об одном и том же, мыслят в едином русле, как две части единого организма. «Как было бы хорошо, ‒ пронеслось в голове у Гермионы, ‒ иметь возможность каждый день так сидеть рядом до самой старости, разговаривать, вместе заниматься делами, растить детей, просто жить». Но даже эта законченная идеалистка понимала, что так не будет. Идет война, она почти член Ордена Феникса, а Драко ‒ Пожиратель Смерти. У них нет общего будущего, в принципе будущее есть только у одного из них. Время летело незаметно, уже начало смеркаться, когда Гермиона встала размять ноги. Она подошла к простенькой картине на стене, повешенной, чтобы немного оживить интерьер. Потом она хотела подойти к окну и посмотреть на улицу, но для этого нужно было пройти мимо кресла, в котором по-прежнему сидел Малфой. Сделать этого ей не дали. Драко ловким движением руки обхватил Гермиону за талию и заставил упасть к себе на колени. ‒ Я люблю тебя, ‒ прошептал он, заглядывая в карие глаза, а потом крепко поцеловал ту, на которую раньше и не смотрел как на девушку. Гермиона почувствовала его сильные теплые руки, ползущие у нее по бедрам и медленно задирающие подол платья. Нет, она не сопротивлялась, знала, что так и случится, и была готова, более того, сама хотела этого. Пусть Драко будет ее, будет с ней во всех смыслах. Ее ладони уже гладили его спину, проникая под воротник рубашки. ‒ Ты... ‒ Вопрос застыл в глазах Драко. ‒ Да, ‒ выдохнула Гермиона, теперь первая целуя его. Она чувствовала возбуждение Малфоя, сидя у него на коленях, а по жадности и нежности поцелуя поняла, что он счастлив. Неужели сомневался в ее невинности? Но места для подобных мыслей в голове уже не осталось. ‒ Ты готова... со мной..? ‒ с жарким выдохом спросил Драко. В этот момент он сбросил с ее волос заколку и запутался пальцами в мягких кудряшках. К черту прическу, он привык к вороньему гнезду на ее голове, и оно ему нравилось. ‒ Да, ‒ горячо выдохнула Гермиона и начала расстегивать пуговицы на его рубашке, одну за другой. ‒ Моя девочка! ‒ И Драко накрыл ее рот страстным поцелуем. Больше он не сдерживался. Его Грейнджер, только его, самая любимая и дорогая, и только так, пусть кто-нибудь попробует помешать, он узнает гнев Малфоя!