Вспомни

                    Пыльная дорога, слегка огибая поле, вывела их к покосившемуся забору. Забор служил скорее для красоты, нежели для защиты от возможных врагов. Доски держались на нем, казалось, одним чудом. В некоторых местах они попросту отсутствовали. В одной из таких дыр появилась голова пса, весело улыбавшегося хозяйкам. Слегка надавив на дверь, Кэтрин отворила её и прошла вперед. Девочки, а за ними и эльф вошли во двор. Крупный черный пес радостно вилял хвостом, припадая к земле, прыгая вокруг Кэтрин.       — Ну-ну, Гром, подожди! — Кэтрин, смеясь, пыталась оттолкнуть от себя собаку. — Посмотри, у нас гость, веди себя прилично! — Она схватила пса за холку и развернула к эльфу. — Знакомься, Гром, это Гивар. Он нам друг.       Гром наконец увидел эльфа и на мгновение замер. Затем пес медленно подошел к Гивару, обнюхал его сапоги и, словно сделав какой-то свой вывод, спокойно улегся у его ног.       — Вы ему понравились! — Девочки удивленно посмотрели на гостя. — Обычно он не жалует незнакомцев. Как-то папа пришел с друзьями, так он их и на порог не пустил! Ох, и ругался же папа тогда на Грома!       — Эльфы легко находят общий язык с животными. — Гивар с улыбкой опустился на одно колено и погладил пса по голове. Гром закатил глаза и ткнулся носом в ладонь эльфа.       — Раз знакомство прошло удачно, прошу в дом. — Кэтрин подошла к дому и завозилась с замком.       Гивар обратил внимание на то, что окон в доме почти не было, а те, что были, оказались маленькими и мутными. Позже он понял, что в окнах стояли не стекла, а мутная слюда, едва пропускавшая солнечный свет. Наконец Кэтрин справилась с замком и пригласила гостя внутрь. К удивлению Гивара, в доме было светло и уютно, пахло травами, развешанными под потолком на потемневших балках. Прямо перед Гиваром у противоположной стены расположился большой камин. Сейчас он стоял потухший. На каминной полке расположилась разнообразная кухонная утварь. Справа от камина стояла большая кровать. Судя по разбросанной на ней детской одежде, на ней спали девочки. Напротив их кровати, слева от двери, висела шторка, закрывавшая еще одну кровать. На ней, видно, спали хозяева дома. Справа от камина стоял большой стол с двумя скамьями по бокам. Так же здесь стоял большой, окованный железом сундук. За стенкой дома слышна была возня кур, блеяние коз.       Внезапно Гивар понял, что всё это время рассматривал дом в полной тишине. Кэтрин стояла у входа и смущенно наблюдала за ним.       — Простите, я вовсе не хотел вас смущать! — Гивар покраснел, мысленно ругая себя. Стал тут, как дерево посреди поля, а хозяйка наверняка решила, что он брезгует пройти дальше. — У вас замечательный дом! — добавил он и покраснел еще больше. Ну, вот, теперь она решит, что он издевается! Почему эти внимательные глаза приводят его в такой трепет? В полумраке дома было не разобрать, какого они цвета.       — Ничего страшного, вы совсем нас не обидели! — Кэтрин, словно прочитав его мысли, мягко улыбнулась. — Может, вы присядете? — и она указала рукой на лавку. Гивар поспешно сел, пытаясь разобраться в незнакомом чувстве глубоко внутри. Бросив всякие попытки, эльф решил, что вернется к изучению своего внутреннего мира потом. В этот момент в комнату ворвались девочки, и, весело галдя, сели на лавку напротив эльфа.       — А вы далеко живете? — Лиз, болтая ногами, которые не доставали до пола, не таясь рассматривала Гивара.       — Далеко, несколько недель пути до вас, если объезжать горы.       — О, а вы были в горах? — Лиз посмотрела на Гивара с восхищением. — А какие они? Там красиво? А дикие звери там водятся? — Вопросы сыпались как горох, и Гивар едва успевал на них отвечать.       Вайолет, напротив, сидела очень тихо, её голубые глаза неотрывно следили за эльфом. Она пыталась рассмотреть каждую деталь его одежды, запомнить, как заплетены его волосы, чтобы потом, когда он уедет, нарисовать портрет. Вайолет очень хорошо рисовала и иногда ей удавалось уговорить отца купить немного пергамента на рынке. Обычно он ей отказывал, но в редкие дни хорошего настроения отец обещал привезти его из деревни. Пергамент был самого низкого качества, а карандашей не было вовсе. Но Вайолет это не останавливало, она могла рисовать на чем угодно, а вместо карандашей всегда можно было использовать уголь.       — Вы не хотите чаю? — Кэтрин поставила кружки на стол, спасая Гивара от бесконечных вопросов Лиз. Эльф кивнул и с благодарностью принял кружку из рук хозяйки. — Позвольте спросить, что заставило вас уехать так далеко от дома? Я услышала, вы живете за горами?       — Не совсем за горами, леди. — Гивар сам не понял, как это обращение слетело с губ. Но почему-то ему показалось, что оно единственно правильное по отношению к этой крестьянке. — Мы давно путешествуем, пересекли Великую Реку Андуин, были в Неувядающих Лесах Лотлориэна. У нас были дела, порученные мне моим принцем.       Кэтрин делала вид, что с интересом слушает Гивара, хотя ни одно из названий ей ни о чем не говорило. Единственное, что сейчас её занимало, это несобранный до конца урожай и оставленные на поле мешки с картофелем. А Гивар всеми силами пытался придумать предлог, чтобы выйти с девушкой на улицу и внимательно её рассмотреть.       — Вы простите меня, господин Гивар. Я сегодня неважная слушательница, да и собеседница тоже. Меня беспокоят насущные проблемы, и я никак не могу насладиться вашим рассказом! — Совесть совсем замучила Кэтрин, она не могла больше делать вид, что слушает, но и забыть о картошке тоже не получалось. — Боюсь показаться вам невежливой, но… — она смущенно посмотрела на эльфа, — я не могу не думать об оставленном на поле урожае!       Гивар поспешно встал, опрокидывая лавку.       — Ну, что вы! Это я виноват, заставил вас бросить работу и развлекать меня! Позвольте я помогу вам донести мешки, а затем не буду больше вас отвлекать! — с этими словами Гивар поднял лавку и в ожидании посмотрел на Кэтрин.       — Спасибо большое, господин Гивар! — Кэтрин облегченно выдохнула и улыбнулась. — Извините еще раз, что не смогла уделить вам должного внимания.       Разговаривая, они вышли из дома и направились по дороге к колодцу. Конь Гивара стоял неподалеку, меланхолично жуя травинку. Рядом, на краю поля, лежали три мешка картошки, и один был наполовину полон. Подойдя к мешкам, Гивар подозвал коня и осторожно положил мешки ему на спину. Конь недовольно фыркнул, но покорно пошел за хозяином к дому. Кэтрин осталась на поле с Вайолет, а Лиз побежала за Гиваром, показывая дорогу к погребу, что находился за домом, недалеко от хозяйственных построек.       Через несколько минут эльф и девочка снова показались на дороге. Причем Лиз гордо восседала на коне, держась за его гриву. Кэтрин с тревогой следила за ними, прикрывая глаза от солнца ладонью. Стоило им поравняться, как Лиз легко спрыгнула с коня и подбежала к маме.       — Мамочка! Это так здорово — ездить без седла!       — Простите, это я виноват. Не стоило мне сажать Лиз на коня. — Гивар чувствовал страх Кэтрин. Почему-то ему очень хотелось обнять её и успокоить. Вместо этого он взлетел на коня и слегка поклонился.       — О, не вините себя, господин Гивар. — Кэтрин уже оправилась от испуга и приветливо посмотрела на эльфа. Солнце начинало клониться к закату, отражаясь в зеленых глазах крестьянки. — Это мои страхи, чаще всего беспочвенные.       — Вы позволите приехать мне еще раз? — Гивар сам не знал, зачем ему это надо, но ничего не мог с собой поделать. Загадка этой непонятной девушки-крестьянки притягивала его. Её манера разговаривать никак не вязалась с тем местом, где она жила. И он обязательно должен был всё выяснить.       — Да-да, приезжайте, конечно! — это неугомонная Лиз радостно запрыгала вокруг коня, хлопая в ладошки.       — Я всегда рада гостям, господин Гивар. — Кэтрин улыбнулась и отошла в сторону. Гивар тронул коня и, проезжая мимо, сказал:       — Я обязательно приеду, леди Кэтрин!       Облако пыли еще висело в воздухе, а маленькая семья продолжила перекапывать поле.«Эльфы — это, конечно, хорошо — думала Кэтрин, — но не оставлять же остатки урожая ворам?!»