Брак по расчету.

Язу очнулся только на следующее утро, когда тусклое солнце стало больно бить по глазам. Приподнявшись на локтях, и озарившись, парень онемел. Бегло осмотрев, достаточно просторную, но почему-то мерзкую комнатушку, старший сын поморщился в лице. Боль в задней части затылка в этот момент напомнила о себе, и Язу моментально схватился за голову. А потом выявил для себя, что его голова полностью была об бинтована, а длинные волосы крепко завязаны в калачик. Если бы Язу видел себя со стороны сейчас, то решил бы, что очень смахивал на девчонку. Воспоминания прошлой ночью смутно прокрадывались в памяти. И если честно, парень даже не помнил что было после того, как он нервно забежал в комнату с «пленницей». Единственно, что увидел в ту ночь – это пустое помещение, а затем провал в сознании, и тьма. Зашипев от боли, подобно кобре, Язу попытался понять, где он находился, и что это за странная комната, напоминавшая бечёвник. Дверь тихонько скрипнула, и в больничную палату кто-то вошел. -Г-н Ренальд? – удивленно спросил старший Сильверхед, и вновь зашипел от резкой боли. Мужчина поспешно приблизился ближе в кровати, и скинув халат, присел на стул. -Объясните мне, что я здесь делаю. И что здесь делаете вы? – Язу непонимающе хлопнул ресницами, догадавшийся, что это больница, а это странная комната – палата для больных. Локхарт тяжело вздохнул, не знавший как вообще начать разговор, и стоило ли вообще его начинать. Мужчина потер виски, исподлобья зыркнул на до сих пор, не въезжающего Язу, и потупил глаза. Язу во все глаза уставился на отца жены его младшего брата, и терпеливо ждал от него каких-либо объяснений. А тот в свою очередь даже, кажется, и не собирался начинать диалог. Но временем спустя, Рэнальд все же взял себя в руки, и решил рассказать правду старшему сыну свата. Как-никак Айрис его девушка, хоть и бесследно пропала. -Язу. Попытайся понять. – спокойно начал Рэнальд, поднимая глаза, и заглядывая в невинные напротив. Зрачки Сильверхеда то сужались, то расширялись. И трудно было определить сейчас его цвет глаз. Он постоянно менялся: то тускнел, то приобретал металлический блеск. -Я слушаю. – парень поудобней устроился на кровати, проигнорировав боль. – Что случилось? Почему я в больнице? Рэнальд еще раз тяжело вздохнул, и взяв себя в руки, выпалил: -Моя дочь по пути к ресторану подралась с твоей девушкой, и пришлось их на время скрыть в комнате для официантов. Айрис грозилась убить Тифу, испортить свадьбу, но я этого не позволил. Я попросил запереть ее в комнате до конца, а потом спокойно разобраться и извиниться. Я не знал, что все так обернется. – мужчина виновато потупил глаза вниз. – Но когда я зашел в комнату, ее там уже не было. А вместо нее, ты лежал еле живой, и запертый. Язу переваривал информацию с трудом. -Можешь винить во всем меня. Только, прошу, ничего не говори остальным. Умоляю. – Рэнальд умоляюще снова заглянул в застывшие глаза парня. Ничего кроме бездонной пустоты. Язу криво улыбнулся уголками губ, прожигая мужчину глазами. -И хотите сказать, что она меня огрела чем-то и убежала? -Кроме нее никто не мог. – на выходе ответил Локхарт. -И она меня бросила и заперла? Это бред! – взревел Язу, приходя в полное бешенство. – Айрис бы никогда такого бы не сделала! Она бы вызвала скорую! Она не оставила бы меня там подыхать! Язу не мог остановить злость и обиду, колющую внутри. Он не хотел, признавать того, что это и правда могла сделать его любимая, желанная девушка, в ком он души не чаял. Однако где-то в подсознании он не мог этого отрицать, и полностью понимал, что г-н Локхарт прав. -Успокойся прошу. – Рэнальд попытался успокоить разгневанного юношу, но Сильверс упрямо отказывался верить во все это! -Успокоиться? – нервно прокричал Язу. – Вы заперли мою девушку, как какое-то животное, продержали ее там, Бог знает сколько, и я должен закрыть на это глаза?! – при конце своей речи, парень уже не мог сдерживать внутренний гнев. -Я хотел как лучше… - прошептал Рэнальд, не вправе, даже накричать в ответ. -Вы хотели как лучше, ради Тифы! – прорычал парень, собираясь уже уходить. -Стой! – Локхарт подхватил его хрупкое тельце, и постарался успокоить. – Прошу не надо. Я не хочу проблем. Я сам разгребу все это дерьмо. Только прошу, не говори никому. Язу зло уставился в шоколадные глаза мужчины, а губы сомкнулись в кривую линию. -Как вы собираетесь найти Айрис? Вдруг она напугана! И куда пропала? Может вы ее спрятали! Убили в конце концов! Мужчина тряхнул его за плечи. -Не говори такой ерунды. Я может, поступил неправильно и жестоко, но я точно не убийца! – строго отрезал Локхарт, ведь тон парнишки начинал понемногу злить. Парень пришел немного в себя, чувствуя как боль в затылке отдается с новой силой. -И что вы будете делать? – нервно поинтересовался Язу, не спуская глаз. -Организую поиски твоей Айрис, а дальше разберемся. У меня есть свои связи. Найдут любого. Правда за хорошие бабки. Сильверхед заметно успокоился. Плечи его расслабились, напряжение спало. -Вот, только что будешь делать ты, если все же узнаете, что Айрис тебя так? – невзначай спросил Локхарт, наблюдая за реакцией юноши. Язу издал небольшой смешок, и ответил, от чего Рэнальду стало не по себе. -Убью ее, и глазом не моргну. Кададж получил от старшего брата смску о том, что тот уехал к другу на пару дней, и вернется не скоро. Конечно, Язу это придумал, и решив, что нужно проваляться в больнице для полного выздоровления, дал Рэнальду шанс и пока умалчивал. Утро в поместье Сильверсов выдалось сладким. Но не для Тифы. Это был первый ее такой завтрак за одним столом не только с ненавистным мужем, но и в присутствии главы семейства, Лоза, его жены и кучи слуг. Если до этого девушка отмазывалась, что поест в своей комнате, то на этот раз ей выкрутиться не удалось и пришлось спуститься. Самой последней, естественно, спустилась она. Сильверхеды как принципиальные люди, уже сидели за столом и терпеливо дожидались визита новой родственницы. -Доброе утро, Тифа. – бодро поприветствовал сам г-н Ясухиро. Следом за ним также бодро поприветствовал Лоз, следом тихо и скромно Аюми, и в самую последнюю очередь – Кададж, кисло и монотонно. -Доброе утро. – девушка одарила всех таким же бодрым сквозь «не хочу» взглядом, а на мужа даже смотреть не стала, и присела за стол. Справа от Локхарт восседал г-н Ясухиро, как и подобается важной персоне, слева сидела поникшая Аюми, возле нее сидел Лоз, с заумным выражением лица и негромко чавкая, а напротив… восседал Кададж с кислой миной на лице. Тифа мимолетно подняла на него глаза и тут же опустила, раздражаясь. Злость за вчерашние оскорбления так и не прошла. А шея неприятно ныла от грубых пальцев мужа. Ясухиро осмотрел всех присутствующих каким-то досадливым взглядом, и молча принялся за пищу, не издав больше ни звука. Лоз усердно накладывал себе в тарелку побольше еды, прямо с утра пораньше, заставляя Аюми краснеть со стыда. Кададж почти даже не притронулся к еде. Единственно что он выпил – так это стакан свежевыжатого апельсинового сока. А остальное не лезло. Или просто у парня не было никакого желания есть. -Кададж, чего не ешь? – спросил Лоз у брата с набитым ртом. Рядом сидевшая жена, слилась в один цвет с помидором. -Да так… - скептически ответил Сильверхед-младший. – Аппетита почему-то нет. – и зло посмотрел на Тифу, тоже не притронувшуюся к еду. -А я подумал на диете – подколол Лоз, одним глазом, глянув на красную, как рак жену. -Кстати отец… - Кададж проигнорировал шуточку от братца, обращаясь к Ясухиро. Мужчина через очки зыркнул на сына, и промычал. -Допустим, если бы Тифа опозорила бы хоть как-то нашу семью, что мы бы сделали? На губах Кададжа едва заметно играла хитрая улыбочка, от чего Тифа застыла на места, забыв как дышать. Все кроме Локхарт и Кададжа хлопнули глазами. -А с чего вдруг такой вопрос? – глава никак не мог понять, что происходит. – Тифа порядочная девушка, и вряд ли бы стала позорить… -Ага… - согласился парень, но как-то ехидно повторив: – Порядочная. Локхарт покраснела, и они вдвоем с Аюми не плохо смотрелись на фоне красных как кровь яблок, и свежих помидоров. -Так ты не ответил, отец? – озадачился Кададж. – Я просто так спросил. На всякий. Тифа сжала ткань скатерти у себя на коленях, и злобно таращилась, на ничуть не волнующегося мужа. -Ну, выгонять в любом случае не будем. Найдем способ наказать. – Ясухиро нервно улыбнулся, стараясь выразиться мягче, и не обидеть девушку в первый же день после свадьбы. Кададж лукаво сверкнул глазами, и снова сделался невинным в лице. -А можно этим буду заниматься я? Ну в смысле наказывать итд. -Твоя жена, чего спрашиваешь. – непонимающе пропел глава, сначала смотря то на сына, то на закипающую как чайник, сноху. -Отлично. – как-то злорадно согласился парень, кидая в сторону жены победоносный взгляд. -С вами с ума сойдешь. – Ясухиро тяжело выдохнул, и попросив у всех прощение, быстренько смылся из-за стола. Лоз, по-прежнему, не разговаривающий с Аюми, тоже поднялся и направился в сторону выхода. Аюми, тоже извинилась, и в ту же минуту ее как ветром сдуло, не смотря на беременность. За столом остались лишь только двое. Кададж облегченно вздохнул, чувствуя какую-то победу над Тифой, от чего хотелось насолить ей больше…сделать больно и…и..этим самым вылить на нее всю ту злость и обиду, бурлящих в нем. -Легче стало? – сквозь зубы прошипела Тифа, готовая испепелить мужа, сжечь беспощадно как листок бумаги: медленно и по-садистки. -Намноооого – протянул довольно Кададж, наслаждаясь ее гневом. Тифа промолчала не в силах высказать ничего, кроме как мысленно уничтожая его. -Через неделю мы уезжаем в наш новый дом, ты в курсе? – луково спросил Сильверс, улыбаясь еще шире. – И там не будет никого. Слуг, кстати, тоже. Только ты да я. – довольная физиономия парня, стала бесить настолько, что девушка погнула вилку в руке. – Роскошь будет. Но не для тебя. – продолжил объяснять парень, наблюдая за вилкой. – Вилка, то причем? -Жаль, что на месте этой вилки не ты. – злобно прошипела Тифа, окончательно ее погнув. -Действительно. Очень. – оскалился парень. – Только скоро ты будешь напоминать ее. Будешь и готовить, и стирать, и дома убираться. Роскоши, повторюсь – для тебя там не будет. -Ха! – нервно выпалила Локхарт. – А ты что будешь делать, интересно? -А я буду содержать тебя. – невинно ответил Кададж, пожав плечами. – С голоду то точно не подох… не помрешь. Локхарт нервно встала с места, что стул позади с грохотом упал на идеально чистый пол. -Да пошел ты!!! – проорала Тифа, надрывая голос. – Служанкой я для тебя не буду!!! Сам будешь и готовить и стираться и дома убираться!!! С этими словами Локхарт вся в слезах убежала верх по лестнице к себе в комнату, где заперлась на ключ, и бросилась к кровати.