This is "The Voice"

Гарри стоял около дома Луи, устремив свой взгляд на окна третьего этажа. В них уже давно не горел свет. Довольно-таки странно. Ведь когда Луи жил у него, они обычно ложились не раньше трех ночи. Но когда то было? Сегодня он вновь не пришел на репетицию. Не позвонил, не предупредил. Даже смс не отправил с двумя простыми словами «не приду». Этого было бы достаточно. Но от Луи уже неделю не было никаких вестей. Через каких-то четыре дня будет финал, и Гарри должен спеть со своим подопечным. К счастью, песню они выбрали задолго до расставания, однако… Лишняя репетиция не помешала бы. А его нет. Гарри спокойно стоял под лондонским ливнем, позволяя каплям падать на дорогое пальто. Его волосы уже давно были мокрыми, словно он только что вышел из душа. Парень стоял, ожидая того момента, когда в заветных окнах загорится свет. И он снова забыл зонт. Так некстати. Когда часы показали пол-одиннадцатого, только тогда Гарри заставил себя уйти от дома Луи. Кажется, здесь все пахло им. Каждая мелкая деталь напоминала о тех счастливых днях и нелепом расставании. Как он позволил ему уйти? Как? Разве не себе он давал обещание, что никогда не отпустит его? Все это время Гарри скучал. Если, конечно, подобное состояние называется именно так. Теперь даже заснуть было трудно без мирного сопения Луи, который несколько по-детски прижимался к нему и обвивал руками так, словно Гарри был смыслом всей его жизни. Центром вселенной. Невозможно было по утрам снова с горечью отмечать, что в доме находится лишь домработница и больше никого. Как же было больно открывать глаза и видеть рядом с собой еще одну подушку, на которой некогда спал Луи. До дома необходимо было пройти еще несколько кварталов, но из-за сильного дождя Гарри решил заглянуть в первый встречный бар. Это всего лишь ради того, чтобы переждать ливень. Не более. Такой мыслью тешил себя парень. Однако слету заказал несколько стопок текилы. Осушив одну, Гарри поморщился. Обжигающая жидкость приятно согрела продрогшее тело, заставляя наставника потянуться за следующей рюмкой. Именно так все и вышло. Само собой. Как-то незаметно для себя Гарри заказал еще несколько стопок. Как-то незаметно для себя начал анализировать всю свою жизнь, пытаясь понять, сделал ли он за все это время хоть что-то полезное. С самого детства Гарри мечтал о карьере певца. Будучи маленьким мальчиком, он сбегал с уроков, лишь бы скорее сесть за рояль и самостоятельно приняться за подбор новых мотивов. Все свое время он посвящал лишь одному делу – музыке. Плавно это увлечение переросло в одержимость. Ни дня не проходило, чтобы Гарри хоть на пять минут не присел за любимый инструмент. Он словно черпал из него жизненные силы. Возможно, так оно и было. Несмотря на свои мечты, Гарри все равно хотел быть полезен людям. И когда он вступил в подростковую жизнь, серьезно начал задумываться о будущей профессии. Карьера певца предполагала, что пользу из нее будет извлекать лишь Гарри. А что могут делать музыканты? Играть и петь в свое удовольствие, получая деньги? И это весь список полезных вещей? Но время натолкнуло его на более разумные выводы. Музыканты – это люди, которые дают другим надежды через свои тексты, через свою музыку. Многие звезды спасали миллионы жизней. Дарили хорошее настроение или элементарно помогали отвлечься от проблем. Думая именно об этих сторонах профессии, Гарри принял судьбоносное решение. И что это решение ему дало? А что дало другим? Сейчас он просто сидит в баре, думая над смыслом его существования. Спас ли он хоть одну жизнь? Как он может это сделать, если он и свою-то спасти не может? Слегка пошатываясь, он вышел из бара, вновь попадая под ливень. Ему все-таки не удалось переждать его внутри. Но голова так приятно кружилась, что сырость была безразлична. Достав из кармана пальто мобильный телефон, Гарри по инерции набрал номер. Тот самый номер, который он выучил с самого первого дня. Ему никогда не удастся забыть его. Гудки били по вискам, заставляя Стайлса морщиться. Гудок. Затем еще один. А затем и еще один. Никто не отвечает. Намеренно ли или нечаянно? Хотел бы Гарри знать. Но Луи был прав в любом случае. Когда приятный женский голос предложил Гарри оставить звуковое сообщение, парень на мгновение смутился. А стоит ли вообще это делать? И что будет, если Луи его прослушает… Он просто пошлет к черту пьяные речи Гарри. Но сигнал прозвучал секунду назад, а это значит, что запись уже идет. Теперь уже Гарри просто необходимо сказать хоть что-нибудь. Молчать будет слишком глупо. - Э-эм… Луи. Прости, что пытаюсь дозвониться. Ты не берешь трубку, не пишешь, я… Я и не знаю, что делать. Я знаю, что ты все слышал. Я знаю, что я последний болван. Идиот, который все испортил. Луи, я знаю, что я полнейшее ничтожество, но… Черт, как же мне необходимо услышать твой голос. Я готов все объяснить, просто выслушай… Хорошо? Черт, конечно, ты не захочешь больше видеться со мной. И ты прав. Ты всегда был прав. Во всем. Но… не пропадай навсегда, прошу. Я слишком люблю тебя, чтобы принять наше расставание. Договорив, Гарри совсем выключил мобильный. Последнее, что ему сейчас хотелось, это разговаривать с кем-то по телефону и обсуждать всякую светскую чепуху. Кто кого кинул. Кто с кем начал встречаться. Что на финал наденут остальные наставники. Гарри до глубины души раздражали подобные разговоры. Все эти люди, которые окружают его… они не понимают, что в этом мире есть нечто более важное, чем их собственное благосостояние и имидж. Но телефон включить все-таки пришлось. Когда алкоголь в полной мере подействовал, Гарри вдруг внезапно понял, что ему необходимо позвонить Зейну и спросить, где же пропадает Луи. - Я слушаю… - Сонно пробормотал мужской голос. Но это был отнюдь не Зейн. Гарри, кажется, протрезвел слегка, осознав, кто ответил на телефонный звонок. - Лиам? Я… Кажется, звонил Зейну… - Гарри мельком взглянул на экран мобильного, убеждаясь, что он не ошибся номером. - Да, все верно. Зейн тут, - Лиам, судя по голосу, смутился. - Но сейчас три часа ночи… - Глаза Гарри приняли форму правильного круга, когда до него действительно дошел смысл всей ситуации. - Я задержался… Чуть-чуть… Мистер… Стайлс? – Лиам что-то сказал в сторону, так как его голос теперь был слышен менее отчетливо. - Мистер Стайлс? Это не… – С парнем начал говорить, собственно, тот, кому Гарри и звонил. - Зейн, не хочу ничего слушать. Лучше скажи мне, что с Луи. Где он? - А.. Ну… Он до финала уехал из города. Если честно, я и сам удивился, но с некоторых пор он стал таким скрытным... - Куда он уехал? - Говорю, я не знаю. Он не сказал мне. И вообще отъезд был слишком внезапным. Все-таки здесь его многое держало… - Ты ведь знаешь обо всем, да? – Гарри интуитивно понизил голос. – Ай, ладно. Все равно уверен, что ты знаешь. - Да, я знаю. И я до сих пор не могу понять, как ты смог так поступить. - Я поступил так, как посчитал нужным. Журналисты – это люди, которые все перевирают. Стоит им рассказать о своей личной жизни – они тотчас же все преувеличат и сделают сенсацию. Я не хотел, чтобы это произошло с нашими отношениями. - И тем не менее, слова, твой тон… Ты говорил так, словно сам веришь себе. - Многолетняя практика, уверяю тебя. Послушай, можно попросить об одолжении? - Да? - Передай Луи, что мне нужен всего лишь один шанс. Последний. Я все ему объясню, и если он захочет уйти окончательно… Я попытаюсь его отпустить. - Конечно. Я передам, - в голосе Зейна слышалась забота. В этот момент Гарри показалось, что за плечами Малика намного больше жизненного опыта, чем у него самого. И даже разница в возрасте здесь не играла никакой роли. * Луи проснулся из-за оглушительного телефонного звонка. Мелодия эхом отражалась от стен, разносясь по всему дому. Парень приподнялся на локтях и взял в руки мобильный. Снова звонил Гарри, хотя Луи казалось, что он сдался еще три дня назад. По всей видимости, у него еще таилась слабая надежда на воссоединение. Сердце Луи сжалось, когда он представил, как старший набирает его телефон, как он с замиранием сердца снова звонит, ожидая услышать вместо гудков голос Луи. И он хотел ответить. Однако всему виной обида и гордость, которые не позволяли нажать на кнопку и ответить. Луи положил телефон на пол, рядом с кроватью, поворачиваясь на другой бок. Когда музыка перестала играть, Луи не без удовольствия отметил, что его голосовая почта пополнилась еще одним сообщением. «Э-эм… Луи. Прости, что пытаюсь дозвониться. Ты не берешь трубку, не пишешь, я… Я и не знаю, что делать. Я знаю, что ты все слышал. Я знаю, что…» Луи поморщился от неприятных воспоминаний. То утро однозначно можно назвать самым отвратительным за всю его жизнь. Бывали плохие дни, но чтобы настолько… «…черт, как же мне необходимо услышать твой голос. Я готов все объяснить, просто выслушай… Хорошо? Черт, конечно, ты…» Луи уже готов был прекратить мучить себя и наконец-таки позвонить Стайлсу, но… Увы, это сделать невозможно. Не сейчас. «…но… не пропадай навсегда. Я слишком люблю тебя, чтобы принять наше расставание» Когда пальцы коснулись сенсорного экрана, начиная набирать до боли знакомый номер, Луи успел послать к чертям все свои принципы. Как только последняя цифра была набрана, палец парня застыл над той самой заветной зеленой кнопкой, которая могла бы решить его судьбу. И… Телефон летит на другой край кровати. Он слишком любит и слишком ненавидит Стайлса. Просто это время как-то надо пережить.