Через замочную скважину

Сложно представить более нелепое видение с утра пораньше. Чертов «морячек» прогоняет сон, как хозяйка надоедливого кота от банки со сметаной. Опять творение шляпных мастеров: Лейла в полосатой кофточке и синих брюках смотрится, по крайней мере, нелепо. Но все бы ничего, если бы не сумасшедшего вида шляпка, сплошь утыканная якорьками, ракушками, фигурками рыбок и морских звездочек. Довершает все это безумство Царя Нептуна синяя атласная ленточка, опоясывающая всю шляпку и, словно две макаронины, свисающая с нее. - А я слышу, ты уже проснулся, - Лейла, присев на край кровати, по-матерински гладит взлохмаченные светлые волосы Томми и ласково улыбается. – С добрым утром. - Да, уж. Доброе, - недовольно, словно от зубной боли, Томми морщится. – А куда это вы такая нарядная? - Как куда? – Лейла удивленно смотрит на все еще сонного Томми. – У меня через три часа самолет. Я же сегодня улетаю. Ты забыл? - Как сегодня? Уже? – Томми, словно от шикарного размашистого пинка под зад, резко выскакивает из постели и замирает, стоя посреди комнаты и вертя головой в поисках одежды. – А чего же вы меня раньше не разбудили? – Он начинает носиться по спальне в охоте за брюками и футболкой. – Блин, я сейчас, мигом. - Натягивая задом наперед футболку и чертыхаясь, Томми начинает стягивать ее назад. - Милый, не спеши. Машина уже внизу, - Лейла пытается остановить юношу и продолжает, - меня не нужно провожать. У тебя и так сегодня много дел. А меня любезно согласилась проводить миссис Эндрю. Она отвезет меня на своем стареньком Dodge Matador. - Она еще и за рулем ездит? – удивлению Томми не было предела. – Ей мало того, что она вас в шапки наряжает, теперь она хочет вас совсем угробить? Посадить в свою таратайку, которая по дороге рассыплется, словно шарики из подшипника? … Распрощавшись и дав напоследок вволю пообнимать и потискать себя Лейле, Томми начинает приготовления к торжественной встрече Адама. Перво-наперво, блондин погружается в ванну и замачивается там как минимум на час, словно грязная одежда, принесенная из гаража. Набросав в воду всяких пахучих штучек, бомбочек, листочков и цветочных лепестков, добавив хорошую порцию ароматической соли и пены для ванн, Томми чувствует себя, как курица в бульоне, которую хотят сварить для супчика. Но чего не сделаешь ради красоты? Последующие часы Томми пытается привести все в боевую готовность: квартиру украшает маленькими колокольчиками на золотых ленточках, застилает кровать новым шелковым, словно гладь воды, постельным бельем, на стол водружает фондю "шоколадный фонтан". В углу комнаты он ставит на пол и прижимает к стене портрет, прикрыв его легкой тканью, надеясь преподнести его попозже в виде сюрприза. Довольный и взбудораженный, Томми окидывает все взглядом, пытаясь понять, все ли на местах, ничего ли не забыто и понравится ли это любимому. Дверной звонок, словно укус комара в самое пикантное место, заставляет Томми подпрыгнуть и ойкнуть, словно девчонка. Не понимая, как Адам мог так быстро прилететь, блондин рывком снимает с себя футболку и бежит на кухню. Резко распахнув дверцу холодильника и достав баллончик взбитых сливок, Томми, морщась от холода, начинает покрывать себя небольшими порциями сладкого и воздушного десерта. Все еще продолжающаяся трель звонка гонит его к двери. Сдерживая радость и стараясь прикрыть поплотнее рот, чтоб сердце не выскочило от предчувствия удовольствия наружу, Томми распахивает дверь. - О! Какая встреча! – На пороге, облокотившись на косяк, стоит Изя. – Да, давно меня так не встречали, - он делает шаг в квартиру и, протянув руку, цепляет островок сладкого декора с груди опешившего Томми. – Люблю сладенькое, - говорит парень, параллельно отправляя свой палец с шапкой белых сливок в рот. – Ммм, вкуснятина, - и тянется за новой порцией десерта. - Руки прочь! – Томми звонким шлепком ударяет соседа по протянутой руке. – Это не для тебя, извращенец. - Стой, так ты сам так вырядился, словно русалка, вышедшая из пены, - Изя явно был расстроен, но все равно тянется рукой и тычет пальцем в голый и сладкий торс Томми. – Чего ж тогда навалил на себя столько сладости? Или ты решил побриться и спутал баллончики пены и десерта? – Довольный своей шутке, Изя, зачерпнув еще разок на палец сливок, проходит на кухню. - Эй, я тебя вообще не приглашал! – Томми, злясь и идя следом за Исааком, направляется на кухню. – Мне сейчас не до тебя. Скоро Адам приедет. - Ну, ну. Думаю, он будет рад застать тебя в таком виде, - криво улыбаясь и показывая подбородком на Томми, Изя садится на стул и скрещивает руки на груди. – Ты, полуголый, липкий и стекающая непонятная белая масса с твоего мужественного торса, - Изя начинает громко смеяться и показывать пальцем на растаявшую пену воздушного десерта. Опустив голову вниз и увидав гадкие блестящие потеки, словно дорожки, оставленные маленькими хорошенькими слизняками, крикнув «бэ, какая гадость!», Томми мчится в ванную. Оттуда, словно из камеры легеньких пыток, доносятся крики возмущения и шум воды, перебиваемый иногда грохотом пластиковых баночек и бутылок. Минут через пять, посвежевший и раскрасневшийся, из ванны выходит Томми. Похож он, как бы это помягче описать, на резинового пупсика, которому малыш-проказник шариковой ручкой изрисовал все руки, тупыми ножничками подстриг волосики, черненьким фломастером нарисовал ногтики и напоследок раздел и завернул в маленькую розовую тряпочку, вокруг тоненьких волосатых ножек. - Да, живописная картина, - Изя явно наслаждается видом голого и мокрого блондина. – Хорошо, хоть прикрыл свою мадам жо-жо. - Чего? Какая мадам? – Томми начинает злиться и не понимает тупого еврейского юмора. – Что ты мелешь? - Ой, деревня! – Изя закатывает глаза и откидывает голову назад, - Все-то тебе растолковывать. – Подняв руки и сцепив из замком за головой, он продолжает, - мадам жо-жо, это по культурному «жо*а». Теперь понятно? – Покачав головой, словно признавая несостоятельность Томми понять что-либо сложнее мясорубки, Изя продолжает, - Какой же ты дремучий. - Ты говори, да не заговаривайся, интеллигент хренов. - Томми отправляется в комнату, чтоб натянуть на себя хоть какую-то одежду, и уже оттуда выкрикивает, - не смотри, что я маленький. Я бойкий, могу и врезать. Понял? - Ага, смотри, чтоб я тебе еще один синяк не поставил, иначе ночь напролет будешь объяснять своему Адаму, откуда он взялся, - с улыбкой и сарказмом отвечает Изя и уже тише добавляет, - Конспиратор чертов. - Ладно, забудь, - Томми входит в кухню в уютных домашних брюках цвета лайма и на ходу поправляя футболку бешеного лимонного цвета. - Чего пришел? - Да посоветоваться решил, - почесав затылок, начинает Исаак. - Друг детства на день рождения пригласил. Не виделись уже лет пять. Не знаю, чего ему такого подарить? Ты же у нас спец по сюрпризам и подаркам. - А что он тебе подарил в последний раз на день рождения? – Со знанием вопроса Томми скрещивает руки на груди и ждет ответа. Изя подходит к окну и, отодвинув занавеску, пальцем манит Томми к себе. - Вон, видишь, под окном стоит алый Cadillac, с черными бортами? - Изя тычет пальцем в стекло. - Да ладно! – Томми округляет глаза и открывает широко рот. - Не может быть! За что тебе такая тачка? Класс. - Ага, вот именно такого цвета я и получил в подарок кепку с надписью «Chicago Bulls». Хохот блондина разрывает перепонки Изи. Прикрыв руками свои бедные уши и морщась, как от гадкого скрипа пенопласта, Исаак отходит от окна. - Да, есть два вида подарков, - закончив хохотать, но все еще с улыбкой на все лицо, рассуждает Томми, - которые на хрен не нужны, и которые хрен кто подарит. - Согласен, - кивает Исаак. - И все же? -Ну, не знаю. Так сразу и не придумаешь. Тебе лучше знать, вы же - друзья детства, может у него есть какие-то секретные увлечения? - Друзья детства – это да. Но какие могут быть секреты от человека, который видел, как ты поёшь в тюбик маминого крема? - Ну, тогда один выход. Как девушке невозможно подарить слишком много цветов, так ребенку - слишком много игрушек. Все мужчины, в сущности, дети, значит, и дарить нужно игрушку. Только игрушку – для взрослых... В этот момент раздается дверной звонок, который прерывает пространные рассуждения о количестве и качестве подарков.