Полюбить друга

Домой идти совершенно не хотелось. Было гадко делать вид, что все хорошо, готовиться к событию, вроде моего Дня Рождения, до которого мне вообще не было дела. Перед глазами стояло растерянное лицо Саши, но я ни на миг не жалела о том, как поступила. Но я не была на него обижена, любовь тоже прошла, мое поведение не было продиктовано желанием отомстить. По правде говоря, я сама не знаю, почему прогнала его. Ведь я так мечтала о том, чтобы снова быть рядом со своими друзьями. Может, я действительно не смогла простить того, что они все так легко меня бросили, а потом и вовсе забыли обо мне? Хотя, копаясь в своих чувствах, я пришла к выводу, что мне просто плевать на них. А хотя не только на них. На все человечество. Как бы пафосно это не звучало. Лишь одни люди заслуживают твоей любви. Твоя семья. Остальные просто массовка. Думая вот на такие, великие темы, я бесцельно пробродила по городу в течении нескольких часов. Ближе к вечеру, когда на улицах стали появляться странного вида парни и активизироваться кавказцы, я решила вернуться домой. Все-таки невежливо заставлять гостей ждать именинницу. * * * - Как ты мог?! Я тебя ненавижу! - услышала я, открыв дверь и зайдя в квартиру. - Так испоганить праздник дочери! Скотина!!! Кричала мама. И, судя по тону ее голоса, она была очень сильно рассержена, даже взбешена. Что вообще произошло пока меня не было??? - Это ты поганишь праздник нашей дочери. Своими криками. - тихим и невероятно спокойным голосом ответил папа. - Я просто больше не мог тебя обманывать, прости. - «Прости»?! Что мне от твоего прости? Что мне сказать нашей дочери? - в ту же секунду выкрикнула мама. - Что ее отец променял нас на свою секретаршу?! - Я сам с ней поговорю и... - Черта с два! - перебила мама. - Ты никогда к ней не подойдешь, я запрещаю тебе! - Это ни тебе решать! - первый раз повысил голос папа. - А Олеся взрослая девочка, она все поймет. Мама аж задохнулась. - Что она должна понимать? Что ты снимаешь стресс, трахая секретаршу?! - с отвращением спросила она. У меня подогнулись ноги и, чтобы не свалиться на пол, я прислонилась к стене. Не знаю, что я чувствовала. Но очень хотелось удавиться. - Валя, я знаю про Петра. - тихим и каким-то надломленным голосом сказал папа. А я снова обратилась в слух. Решив, что лучше все узнать сейчас, пока еще есть силы. - И что ты знаешь? - спросила мама. Тон ее голоса был ровным, даже уверенным. - Ты с ним спишь. Уже год. - медленно с ядовитой интонацией проговорил папа. Мама глубоко вздохнула и, спустя несколько мучительных секунд, спросила: - Кто сболтнул? - А, что, много кто знал?! - огрызнулся папа. Потом, вроде бы успокоившись, продолжил: - Я нанял частного детектива. Беспокоился, думал у тебя какие-то проблемы, о которых ты не хочешь говорить. Переживал из-за того, что тебя так часто не бывает дома. Я не верил в твои «деловые поездки»... Как выяснилось, не зря. - Гош... Я... - начала мама, но потом затихла. И снова заговорил папа: - Я понимал, устраивать скандал бессмысленно. К тому же, я не хотел тебя терять. Поэтому я дарил тебе цветы, говорил, как люблю, но ты все равно шла к нему. Тогда я сломался и переспал с секретаршей. - папа тяжело вздохнул. - Я устал, Валь, понимаешь. Я все еще тебя люблю, но больше не могу так. Я ухожу не к Марине, я просто ухожу от тебя. Надоело терпеть измены и предательство. - Ясно. - сухо проговорила мама. - Что скажем Олесе? - Что мы больше не хотим жить вместе. - А причина? - Нелюбовь. - Глупо, тебе не кажется? - Она подросток, для нее это сейчас актуально. Она поймет. Я стояла, сжимая руки в кулаки, чувствуя, как по щекам стекают слезы. Было как-то пусто внутри. Ну еще, наверно, больно. Почему меня предают все, кого я люблю? Настроение и так было ужасное, а сейчас окончательно испортилось. Я с огромным трудом отлепилась от стены и, чисто механически переставляя ноги, направилась к родителям. Сама толком не понимала, зачем, просто хотелось увидеть их лица. Тоже не знаю, зачем... - Скажем завтра. - уверенно сказал папа в тот момент, когда я зашла в комнату. Они с мамой сидели ко мне спиной и, как бы странно это не было, обнимались. Я даже подумала сперва, что подслушанный мной разговор - дурацкий розыгрыш. Но... - Я сама подам документы на развод. - добавила мама, выбираясь из папиных объятий. - А сейчас уходи. - Не помешала? - ледяным голосом спросила я, с ненавистью смотря на своих родителей. Они оба испуганно дернулись и уставились на меня. - Олеся? - первым оживился папа. - Нам нужно поговорить с тобой. - Я все слышала. - не собираясь ни о чем ни с кем разговаривать, перебила я. - Спасибо за отличный День Рождения. - Олеся! - в сердцах воскликнула мама, но я больше не верю ни ей, ни отцу. Я презираю их. - Ненавижу вас! - сквозь зубы процедила я, а потом пулей вылетела сначала из комнаты, а потом и вовсе из квартиры. Не знаю, как долго я бежала, почти не разбирая дороги, но остановилась я лишь, когда случайно врезалась в какого-то парня, идущего по улице и мило беседующего со своей девушкой. - Осторожней! - злобно сказал он, отгораживая от меня, будто от чумы какой-то свою девушку. - Да пошел ты! - оскалилась я, собираясь бежать дальше. - Олеся? - окликнула меня девушка. Я вновь повернулась к парочке и посмотрела сначала на девушку, а потом и на ее спутника. - Да что, бл*ть, за день сегодня! - не выдержав, прокомментировала я. Лицезрея ни кого иных, как Арину с Ромой. - Олеся, ты? - внимательно всматриваясь в меня, спросил Рома. - Я. - мрачно кивнула я. - Что ты делаешь на улице? - продолжил он. - В свой День Рождения. - поддакнула Арина. Я будто вспыхнула от поразившего меня потока очередной дозы ненависти. - Пошли на х*й. - процедила я. - Ненавижу! - Олеся, подожди! - вновь окликнул меня Рома, нагло хватая за руку и разворачивая на себя. - Что случилось? Может, мы можем тебе помочь? И в его глазах, и в глазах моей бывшей лучшей подруги было столько заботы, тревоги. Они переживали за меня. Только сильно опоздали с этим. Мне больше не нужна ни их забота, ни они сами. - Пошли на х*й. - с ненавистью повторила я. И, круто развернувшись, направилась в безлюдный парк. Пусть меня изнасилует или убьет какой-нибудь гопник, маньяк или просто бомж. Мою жизнь уже ничто не может сделать хуже.