Пикардийская дорога

<center>Портос не ошибся: к вечеру на его кровать положили новое одеяло. К тому же, вся комната была выметена и вычищена чуть ли не до блеска. - Вот, на что способно достаточное количество пистолей, - сказал он вслух, с удовольствием разглядывая себя в зеркало. – Все вокруг становятся к тебе тем любезнее, чем толще твой кошелёк. Хотя, тот конь… Представляю, как у всех отвисли бы челюсти, когда я въехал бы на таком великолепном жеребце во двор дома капитана де Тревиля! Не стоит отчаиваться. Когда-нибудь у меня будет много таких коней! И ещё лучше!       Он улыбнулся сам себе и встал в наступательную позицию фехтовальщика. В руке не было шпаги, она висела в ножнах на стене. Однако Портос, хотя и не имел особенно развитого воображения, представил себе оружие и сделал насколько выпадов. Окажись в руке великана настоящая шпага, а напротив него – настоящий противник, этот бедняга был бы повержен.       За окном горел закат. Яркое красно-золотое солнце опускалось за горизонт, щедро заливая мир последними лучами. Наступили сумерки. Вошёл Мушкетон и принялся зажигать свечи. - В общем зале, верно, происходит что-то весёлое? – спросил его господин. – Радостные крики – не артисты ли выступают? - Ничего особенного. Там играют в кости. Крики, должно быть, принадлежат тому, кто выиграл кругленькую сумму. - И ты мне не сказал, что идёт игра, бездельник этакий!? - Так ведь вы до этого и не спрашивали!       Зная вспыльчивость Портоса, его лакей, на всякий случай, отошёл подальше. Тот, однако, не стал бранить и, тем более, лупить его за сокрытие столь важной и интересной информации. Добрый великан был азартным, правда, не всегда везучим, игроком. В любое другое время он без промедления спустился бы вниз и тут же включился в игру. Тем более что деньги были. Но в эту ночь, как понятно из предыдущей главы, его ждало посещение Арамиса. Бедный Портос страдал, разрываясь между двумя своими страстями. - Шевалье Арамис там? – спросил Портос. - Нет, сударь. Внизу только Базен, - ответил Мушкетон. – Он мне сказал, что хозяин отослал его и даже дал денег на развлечения. Ещё Базен просил у меня прощения за… ловлю бабочек. - Что страшного в ловле бабочек? - Не знаю. - Эээ, Мушкетон, а вы там не заигрались с Базеном? – глаза Портоса на мгновение сделались такими хитрыми, что могли смутить кого угодно. - О чём вы говорите?! – покраснел лакей. – Клянусь, я… - Успокойся, я пошутил. - Ну и шутки у вас, господин Портос! По возвращении в Париж, Базен говорит, что сейчас же пойдёт в церковь замаливать грехи. Неужели, мне нужно сделать то же самое? - К чёрту церковь! - Как скажете, монсеньор. - Возьми, мой добрый Мушкетон! Желаю тебе выиграть!       Он бросил лакею кошелёк. Мушкетон ловко поймал его на лету. - Благодарю, мой господин, - сказал слуга, кланяясь чуть не до пола. – Как же вы? Не пойдёте играть? Вы же так любите кости! - Сегодня мне что-то не хочется, - ответил гигант, потягиваясь. – Я устал. - Что вы такое говорите!? – изумился лакей. – Как так вы устали!? - Если я сказал, что устал – это значит, что я устал! – начал раздражаться его хозяин. – Отправляйся вниз! Будешь меня беспокоить – шкуру с тебя спущу и… кошелёк отберу!       После этих угроз, вторая из которых показалась Мушкетону даже пострашнее первой, слуга, конечно, тут же убежал.       Портос принялся ждать. Он несколько раз посмотрел на себя в зеркало, походил по комнате, посмотрел в окно, за которым сгущалась ночь, постоял, проверил шпагу в ножнах, повздыхал и, наконец, лёг на кровать. Ожидание было поистине мучительно. Хотелось пойти на поиски Арамиса, который так жестоко подвергал своего друга этой пытке, но он не стал этого делать. «Если уж Арамис сам обещал придти, он обязательно придёт», - подумал Портос, подминая под себя подушку.       Тут раздался лёгкий, еле слышный стук. Дверь тихо растворилась, и в комнату, словно тень, вошёл Арамис. Лязгнул закрываемый засов. Великан поднялся, чтобы встретить его, обнял за плечи. Молодой мушкетёр улыбнулся ему, сверкнув чёрными глазами. - Я так ждал вас, милый друг, - сказал Портос. – Вы задержались. Не случилось ли чего? - Всё хорошо, я только пару раз кинул кости, - ответил Арамис. – Вполне удачно.       Он протянул другу расшитый цветами кошелёк, в котором заманчиво позвякивали монеты. - Вы везде успеваете! – восхитился Портос. – Сколько же здесь?       Он всё ещё немного жалел, что сам в тот вечер не сыграл ни разу, в то время как его товарищ, из-за которого, кстати, он и отказался от любимых азартных игр, сорвал хороший куш. - Пятьдесят пистолей. - Сколько!? Друг, вот это дело! Не знал, что вы такой игрок! - Не такой уж я игрок, дорогой мой, - Арамис слегка облизнул верхнюю губу. – Играю второй раз в жизни. - Новичкам вечно везёт – это всем известно, - заметил его друг, занимаясь важным делом – он расстёгивал на юноше рубашку. - Давайте я вам помогу, хорошо? – ласково предложил Арамис.       Наконец, с одеждой было покончено. Покрывая лица друг друга поцелуями, они опустились на кровать. - Как же я скучал, - пошептал Портос, с нежностью проводя рукой по прекрасным длинным волосам Арамиса. - И я, - ответил тот.       Он лёг на великана сверху и стал целовать, настойчиво раскрывая его губы своими. Портос с охотой отвечал на поцелуй. От жаркого и сладкого сплетения языков и последовавшего за ним возбуждения, у них перехватило дыхание. На мгновение показалось, что весь воздух в мире закончился, и единственное, чем они теперь могут дышать – это дыхание друг друга. В глазах помутилось, а сердца, которые, казалось, забились где-то в желудках, заныли от тревоги и блаженства. Воздух вернулся внезапно, когда поцелуй прервался. Порывисто дыша, с горящими глазами и щеками, мушкетёры смотрели друг на друга. - Это и есть «поцелуй душ»? – спросил Портос. - Да. - Похож на смерть. - Как знать? Мы же, слава Богу, ещё ни разу не умирали. - Но...       Арамис мягко прервал его речь, чтобы продолжить ласки. - Я так хочу вас, мой милый, - прошептал, наконец, Арамис, протягивая бутылочку с маслом. - В какой позиции вы примите моего гостя?       Вместо слов молодой человек лёг на правый бок спиной к своему другу и призывно взглянул на него через плечо. - Вот как. Бочком, значит, попробуем, - улыбнулся Портос.       Он также лёг на бок, прижавшись к ягодицам друга. Приподнявшись на локте, наклонился над Арамисом, целуя его лицо и шею. Лаская его, он и сам возбуждался всё больше и больше. Арамис согнул левую ногу в колене и высоко её поднял. Пришло время применить ту самую бутылочку, содержимое которой обеспечило члену гладкий скользящий путь в желанное тело, и облегчило дальнейшие движения. Портос обнял Арамиса, с жадностью притянув его к себе. То и дело он прикасался к возбуждённому члену юноши, мягко прижимающемуся к плоскому животу. Мощно двигаясь внутри, Портос зарылся лицом в волосы молодого человека и прошептал ему на ухо: - Вы чудо, как хороши, Арамис… Арамис…       На этот глубокий, наполненный истинным желанием голос Арамис ответил своим самым страстным стоном и, сквозь частое дыхание тоже прошептал имя друга. Он поставил поднятую ногу на могучее бедро Портоса. И он чуть было не сорвался на крик, который мог бы перебудить всю гостиницу «Гран-Сен-Мартен», когда почувствовал горячее семя в своём заднем проходе. Портос закрыл ему рот крепким поцелуем. В этот момент Арамис тоже достиг высшего блаженства. Одной рукой он обнял Портоса, чтобы продолжить поцелуй, а другой сжал свой член. И тут… с громким треском у кровати сломались ножки! Арамис от неожиданности происшествия прекратил поцелуй, одёрнул свою руку и опустил ногу. Портос сделал резкое движение ногой. Нога попала по задней спинке кровати и вышибла её прочь. - Похоже, вы вовремя выиграли пистоли, - заметил он, осторожно вытаскивая свой фаллос из тела юноши. . - На новую кровать точно хватит, - согласился Арамис.       И улыбнулся устало, но довольно. По внутренней стороне его стройного бедра медленно стекал поблескивающий в неверном свете свечей ручеёк спермы. Арамис стёр его, отыскав под подушкой платок. - Побудьте до утра. Эта несчастная кровать и без ножек стоит довольно крепко. Сломается пополам – туда ей и дорога. Утром уйдёте к себе, а я заявлю, что неудачно повернулся во сне, - сказал Портос. - Отличный план. Мы продолжим её ломать? – Арамис ласково погладил красного от радости и удовольствия гиганта по слегка влажным от пота волосам. - Вам что, уже опять этого хочется? - Я не исключаю, что ещё захочется. Давайте пока отдохнём. Обнимите меня, а я обниму вас. О, да это же новое одеяло! - Оно самое, - усмехнулся Портос. – Милости прошу!       Когда наступило раннее утро, Арамис встал и тихонько натянул на себя одежду. Поцеловав спящего Портоса, он, словно призрак, прокрался в свою комнату. Сбросив с себя всё, он обтёрся полотенцем, которое смочил водой из кувшина. Решив, что уже вполне свеж, он налил себе вина и подошёл к окну. Отпив глоток, молодой мушкетёр смотрел, как занимается рассвет. Внезапно он почувствовал себя весьма усталым от любовных игр, залпом допил вино, прыгнул в постель. Закрыв глаза, Арамис пошевелился, устраиваясь удобнее, и вдруг услышал тихий треск. «Да что за невозможные кровати в этой проклятой гостинице!? Она совершенно не оправдывает своего громкого названия!», - подумал он и тут же заснул.