Мантикора

От жажды дрожь пробирает до самых кончиков пальцев... Не прекращай свой бег, мне нравится, это уже не остановить.

Дождь действительно пошел, но уже после того, как Чанёль с Бэкхеном оказались под навесом. На крыльцо они буквально взлетели, ощущая, как первые капли падают на макушки. Сразу после этого грянул гром, и лес зашумел – зеленые листочки начали подрагивать под ударами холодных капель. Дом окружила водяная завеса. – Ты не промок? – спросил Чан, проводя ладонью по своим волосам. – Нет, – Бэк стянул с головы капюшон и устремил взгляд в чащу. Такого дождя он давно не помнил. Если бы Чанёль буквально не поволок его за собой, то им бы пришлось укрываться под деревьями, а находиться далее в этом жутком лесу Бён не желал. – Ладно, в конце концов, это всего лишь вода, – широко улыбнулся Чанёль. – Идем, выпьем чаю. Бэкхён хотел возразить, но тут то ли ему почудилось, то ли на самом деле он увидел, как среди деревьев что-то быстро пронеслось. Большая черная тень, которая точно не была человеческой. «Собака!» – промелькнуло в голове у парня, и он поспешил первым войти в дом. Не хотел он находиться в непосредственной близости от этого животного. Чанёль снова провел его на кухню, где налил в одну из чашек кипяток и утопил в нем чайный пакетик. Было отчетливо слышно, как капли дождя танцуют на подоконнике. Бэкхён облокотился о столешницу и задумчиво уставился вникуда, обхватив пальцами горячую чашку. – Кажется, ты замерз, – покачал головой Чанёль, вставая рядом. – У меня дурацкая привычка не смотреть прогноз погоды. Съешь булочку, а то скоро ужин. Значит, скоро сюда может прийти госпожа Пак, чтобы начать готовить. Непроизвольно вспомнилась книга в черной обложке про разделку человеческого мяса, и Бэк поперхнулся. Чан быстро отставил чашку и похлопал Бэкхёна по спине. – Ты мне позвоночник сломаешь, – возмутился тот, откашлявшись и допивая чай. Чанёль усмехнулся, поджав губы, но его рука так и осталась лежать на спине Бэкхёна, спустившись к пояснице. Бэку стало неуютно, и он захотел было отстраниться, но Чанёль, наоборот, придвинул его ближе к себе и уткнулся носом в шею, шумно втягивая знакомый запах. Бэкхён молчал, теребя в руках низ фиолетовой толстовки, в которой уже становилось жарко. Если в этом была виновата только она. Внезапно Чан отстранился и пошел к выходу, таща за собой немного тормозящего Бэка. – Кажется, мама скоро придет, – пояснил Пак, направляясь в холл, а оттуда на лестницу. – Она терпеть не может, когда кто-нибудь находится на кухне во время ее готовки, никого не подпускает к плите. Бэкхён пока был только рад, что его не пускают к плите. Но план побега, к сожалению, был все еще не доработан. Сегодня он узнал несколько новых мест и тропинок, но пока не выпадало возможности этими знаниями воспользоваться. Бэк совсем приуныл. Со злостью он стянул с себя толстовку, впихнул ее в руки Чанёля и скрылся в комнате для гостей. Чан подошел к двери, но не стал входить, развернулся и запер дверь на третий этаж. Глупый Бэкхён, неужели не видит, что ему не сбежать? Чанёль просто не сможет его отпустить, плевать на разоблачение. Он вернулся в свою комнату и развалился на кровати с гитарой, просто перебирая струны. Он вспомнил историю, рассказанную Бэкхёном о своей семье. Закрывая глаза, Чанёль видел этого мальчика, сидящего на обочине вместе с заплаканными женщинами и хмурыми мужчинами. Они все ждали тех, кто все равно не вернулся из-за ошибки строителей, архитектора или шутки природы. Интересно, если Чанёль умрет, будет ли кто-нибудь, спустя столько лет, вспоминать его со слезами на глазах? Сё, наверное, всплакнет один раз, жалея себя. Мама погрустит. А отец, может быть, и его тело сожжет вместе с любимой гитарой. Про близнецов и говорить нечего. Чан пока умирать совсем не собирался, пусть даже назло им. Да и что с ним может случиться? А Бэкхёну он умереть не позволит. Дождь перестал лить через час, но снова начался поздней ночью. Бэк проснулся, ему показалось, будто кто-то скребется в окно. Потом он вспомнил, что находится на третьем этаже, и этого быть не может. Все равно от этого звука парню стало не по себе. К тому же ему снились какие-то жуткие картинки, явно связанные с той книгой и разговорами Чанёля о ядах. Бэк и подумать не мог, что его одногруппник обладает подобными знаниями, словно разбираться в ядах так же естественно, как уметь пользоваться палочками для еды. Интересно, почему он не пошел по стопам отца и не поступил в медицинский? Тогда бы они никогда не встретились, и Бэкхён бы сейчас мирно спал в своей кровати под звуки дождя. А здесь даже такая приятная мелодия казалась предвещающей угрозу. Наутро Бэкхён чувствовал себя разбитым и невыспавшимся. Провалявшись еще немного, он снова заснул, и проснулся только к обеду. Было все так же пасмурно, небо словно опустилось ниже и угрюмо нависло над лесом. Бэкхён слез с кровати, устало потирая глаза. Он уже самостоятельно поменял повязки на руках, отмечая, что раны перестали кровоточить. Но также с грустью он подумал, что шрамы точно останутся, уродливо пересекая ладони. Решив, что Пак сейчас все еще должен находиться в универе, Бэкхён решил заглянуть в его комнату. Как и ожидалось, здесь никого не было, но Бён вдруг услышал странные звуки из ванной, затем из крана полилась вода. Когда Чан вышел, то на секунду удивился, тоже не ожидая увидеть Бэкхёна. – Что с тобой? – у Бэка возникло чувство дежавю. – Ты почему не в университете? – Папа хочет взять меня с собой… кое-куда по делам, – Чан проигнорировал первый вопрос. – Так что, раз ты проснулся, наконец, давай перепихнемся по-быстрому, и я пойду. – Ага, сейчас, – буркнул Бэкхён, но на всякий случай отошел назад. Чанёль оскалился в безумной улыбке, и было не понятно, есть ли в этой шутке доля шутки. – Хочешь, давай сейчас. Бэк уже пожалел, что не остался в своей комнате. Он вплотную уперся спиной в дверь и начал нащупывать ручку. Чанёль преодолел разделявшее их расстояние и поймал левую руку Бэкхёна, а затем… укусил его за ухо. Бэк досадливо шикнул и правой ударил Чана в плечо. – Эй, Бэк, – Чанёль перехватил и вторую руку. – Может, мне самому поймать Чондэ или еще кого-нибудь из твоих друзей, чтобы ты стал более покорным? – Только попробуй… Почему-то ему стало очень обидно и немного горько. И с чего он взял, что мог обмануться насчет Чанёля? – Надо было это предвидеть. Ты просто подлый зверь, – сквозь зубы пробормотал Бэкхён, отворачиваясь. Он не видел, как лицо Пака помрачнело при этих словах, но затем тот схватил Бэка за подбородок и прошипел ему в лицо. – Если я зверь, то ты в моем логове. Не стоит забывать об этом. – Вчера я подумал, что в тебе есть что-то человеческое… Но, видимо, я ошибся. Чанёль не нашел, что ответить, пораженно замолчав. Тут из холла донесся стук в дверь третьего этажа, который прервал повисшую тяжелую тишину. Чан отпустил руки Бэкхёна, отодвинул его в сторону и вышел, бросив напоследок: – Сиди тут, – он запер Бэкхёна снаружи, чтобы тот пока не попался на глаза отцу. Но на лестнице стоял не он, а Шин, который сообщал, что господин Пак ждет в машине. Чанёлю совсем не хотелось никуда ехать, особенно с отцом. Вчера они не перекинулись друг с другом ни словом, а сегодня с утра папа вдруг изъявил желание взять с собой Чана. Чанёль еще помнил, как в детстве его наказывал отец так жестоко, что на спине оставались алые полосы. Но мальчик сносил все молча, крепко стиснув зубы. Особенно ему запомнился тот зимний вечер, когда его не пустили домой, и Чанёль остался ночевать на улице. Пусть это и осталось в прошлом, но детские обиды порой сложно забыть. Бэкхён вздохнул, мысленно радуясь, что Чанёлю пришлось сегодня уехать. Конечно, он не дурак, понимает, что Паку не нужно спрашивать разрешения, чтобы взять то, что он хочет. Вот только Бэкхён поддался единожды ради спасения друга, и в следующий раз снова окажет сопротивление. Он надеялся, что Чондэ все поймет и будет осторожным, но точно уверенным в случае Чондэ быть нельзя. В первый день при получении письма, может, он немного и насторожится, а потом снова может полезть напролом. К тому же, оставались еще Кёнсу, Чунмён и Чонин. В благоразумности первых двух Бэк не сомневался, чего не скажешь о последнем. Оставалось уповать на то, что члены семьи Пак не смогут пока до них добраться. Весь день солнце не показывалось из-за туч, поэтому на Бэка навалилась какая-то апатия. Он валялся на ковре в позе морской звезды и взглядом сверлил потолок, отстукивая какой-то ритм. Бэкхён почти задремал, как услышал, что в холле слишком громко открылась дверь, стукнувшись о стену. Он приподнялся на локтях, а затем подорвался на ноги, потому что догадывался, в каком настроении Чанёль, если он так шумит. Ключ несколько раз повернулся в скважине, и дверь в комнату открылась на удивление медленно и почти бесшумно. На пороге стоял не Пак Чанёль. Чоль заинтересованно обвел глазами комнату, словно не сразу заметил Бэкхёна, а затем злобно усмехнулся. Бэкхён непроизвольно попятился к окну, не понимая, что нужно близнецу с алыми волосами. И как он вообще открыл двери? – Привет, кролик. Скучаешь? – Чего тебе? – Бэк впился пальцами в подоконник, не сводя глаз с незваного гостя. С минуту парни смотрели друг другу в глаза, в течение которой Бэкхён твердил себе: «Не опускай взгляд, не опускай взгляд…». Наконец, Чоль откинул голову назад и расхохотался совершенно безумным смехом. – У меня к тебе предложение. Хочешь, мы тебя освободим? – он наклонил голову, ближе подойдя к Бэкхёну. – Пока Чанёль не вернулся. Бён не нашел, что ответить, полагая, что это очередная глупая шутка. – Не веришь? Идем, – Чоль обхватил парня за запястье и повел к выходу. – Ты же хочешь вернуться домой к нормальной жизни? К учебе? К семье? К друзьям? Ну же… – Иди к черту, отпусти меня. Бэкхён сначала упирался, стараясь отпихнуть от себя близнеца, только перевес сил снова был не в его пользу. Он не верил словам Чоля. Зачем им отпускать Бэка? Что им нужно? Ногти Чоля больно впились в запястья, когда он насильно выволок парня из комнаты. – На самом деле, мы всего лишь хотим насолить Чанёлю. Представляешь его лицо, когда он узнает? – смеялся Чоль, таща Бэкхёна по лестнице вниз. – Хорошо, что у мамы тоже есть запасной набор ключей от всех дверей в доме. Подсознательные инстинкты Бэка вопили о тревоге, но он решил, что чем ближе он окажется к выходу, тем лучше. С другой стороны, он понимал, что оставаться в комнате Чана было куда безопаснее. В холле первого этажа горела только одна тусклая лампа на стене рядом со знакомой картиной, изображающей притаившегося монстра. Сейчас рыжая мантикора словно следила своими горящими глазами за Бэкхёном и голодно скалилась. Их уже ждали. Дан и Сёрин стояли молча, похожие на два каменных изваяния – темные и холодные. И вот тогда Бэкхёну стало по-настоящему страшно. Пустыми глазами брат и сестра смотрели на него, вот только в глазах Сё плясали стальные блики. – А мы решили просто с тобой попрощаться, – улыбнулся Чоль, кладя ладони на плечи Бэкхёна. – Жаль, что нам не удалось поближе познакомиться. – Поэтому напоследок… – промолвил Дан. – Давай поиграем, оппа? – миленько улыбнулась Сёрин. От этой улыбки мурашки побежали по спине, потому что ничего хорошего она не сулила. Бэкхён резко дернулся в сторону, но Чоль с невесть откуда взявшейся быстротой вывернул ему руки. – Ты что, против? – прошептал он на ухо. – Видишь, кролик, моя сестра хочет играть. Мы с Даном с удовольствием примем в этом участие, да и не только мы. Бэк начал активнее брыкаться, так что Дану пришлось помочь брату. Он с силой врезал Бэкхёну по лицу, отчего перед глазами все поплыло. На ватных ногах его вытащили на крыльцо в вечернюю сырую прохладу. – Тебе понравится, я уверен, – все тот же противный голос над ухом. – Потому что мы сыграем в твою любимую игру. В догонялки. И так как кролик у нас ты, то убегать тоже будешь ты. – Подонок… Удар в живот. Казалось, близнецы способны обмениваться мыслями. Следующий пинок пришелся по ногам, так что Бэкхён повалился на колени, а Чоль продолжал выкручивать ему руки. – Мы должны успеть, пока Чанёль не вернулся, а то он опять все испортит, – сказала Сё откуда-то из-за спины. Дан кивнул, и они вместе с Сёрин скрылись за углом. Тем временем Бэк пришел в себя, сумев сфокусировать взгляд на грязных от следов ступеньках. – Посмотрим, поможет ли тебе счастливая кроличья лапка. Чан сперва, конечно, рассердится, что мы тебя одолжили, но потом остынет. В конце концов, ты же не будешь нужен ему вечность. Ему не стоит лишний раз злить папу, а то получится, как с бедняжкой Юной. – Что… – начал было Бэкхён, но донесшийся с боку шум заставил его посмотреть туда и онеметь. – Да, я сказал, что мы будем играть в догонялки, – звонко рассмеялся Чоль. – Прости, но сейчас в лесу слишком грязно, чтобы мы сами гнались за тобой, но наши друзья охотно сделают это за нас. Дан держал на поводках двух огромных ротвейлеров, которые злобно скалились и капали слюной, глядя на Бэкхёна. – Чума, хорошая девочка, – ласково приговаривала Сёрин и, присев на корточки, гладила по голове третью собаку без поводка, но в мощном шипастом ошейнике. При этом девушка держала в руке какую-то тряпку, поднося ее к носу каждой из собак. К своему ужасу, Бэкхён признал в этом куске ткани свою старую футболку. – Нет, не надо… – словно не своим голосом прохрипел Бэкхён, не смея отвести взгляд от этих монстров, но и не рискуя заглядывать им в глаза. Ледяной ужас сковал его сердце. Он захотел, чтобы здесь оказался Чанёль. Прямо сейчас. Бэкхён кинул полный надежды взгляд в сторону калитки, но за ней никто не появлялся. «Пожалуйста, Чанёль, возвращайся скорее…» – Мы обещали дать тебе свободу. Пожалуйста. У тебя есть прекрасный шанс вернуться домой, можешь отправляться в путь. – Но тебе лучше поторопиться, – хмыкнула Сё. – Потому что через пять минут мы отпустим Чуму. – Через десять – Хантера, – сказал Дан. – А через пятнадцать – Беса, – Чоль провел пальцами по окрашенным волосам. – Если ты сильно постараешься, то у тебя будет шанс спастись. А если нет… Ты умрешь. – Скорей всего, так и будет. Бедный Чанёль, он так расстроится, когда узнает, что ты пытался сбежать. И что при этой неудачной попытке ты был сгрызен собаками, – фальшиво вздохнула Сёрин, а затем словно воспрянула духом. – Ну, давайте начинать. Три… – Два. – Один, – прошептал Чоль на ухо и отпустил руки Бэкхёна. – Беги. Бэк не медлил ни секунды. Он тут же рванул с места и устремился к калитке, не оглядываясь. Ему в спину доносились смех и рычание, но они тут же остались позади, а вокруг замелькали стволы деревьев. Бэкхён бежал по знакомой ему тропинке так быстро, как никогда. Адреналин кипел в крови, как ракетное топливо, а страх в одно мгновение прогнал усталость, хлестая пятки. Бэк перепрыгивал через выступающие корни деревьев и проламывался сквозь кустарник, ветки которого так и норовили ударить по лицу или запутаться в волосах. Дорога под ногами была мокрой и вязкой из-за дождя, так что несколько раз Бэкхён чуть не валился в грязь. Но мысль о трех злобных собаках-людоедах не давала остановиться даже тогда, когда Бэкхён начал задыхаться. В этот момент он понял, что оказался в незнакомом месте, ведь дальше пруда они с Чанёлем никогда не заходили. Бэкхён испуганно огляделся вокруг и прислушался, прижавшись спиной к холодной коре и переводя дух. Вокруг стояла тишина. Мертвая тишина. Бэкхён не знал, прошло уже пять минут или десять, но был уверен, что стоять на месте далеко не лучшая идея, поэтому быстро поспешил дальше в чащу. Он не был уверен, но откуда-то донесся еле слышный лай, но этот звук тут же перекрыл более громкий, заполнивший все вокруг. Гром. Только сейчас Бэк понял, что капли, стекающие по лбу вместе с потом – это капли вновь начавшегося дождя. Однако времени прислушиваться дальше не было, и парень устремился в лес, окончательно потеряв размытую тропинку. Бэкхён бежал, пока легкие не начали гореть. И еще немного до головокружения, так что перед глазами все поплыло. Он чуть не упал, хватаясь руками за корявый ствол дерева, пытаясь устоять на дрожащих ногах. Дождь пошел с удвоенной силой, но под плотным сводом деревьев это было не так заметно, только лес зашумел взволнованней. Бэк молился, чтобы дождь помешал собакам отыскать его следы. Теперь он пошел медленнее, огибая деревья, то спускаясь в лощины, укутанные гниющими листьями, то взбираясь наверх, хватаясь руками за ветки и корни. Бэкхён чувствовал себя усталым и измученным, но продолжал повторять, что если остановится, то умрет. Прошло точно больше двадцати минут, и Бён не был уверен, что не ходит кругами вокруг дома Паков. Было довольно темно, особенно в этой малопроходимой чаще. Шорохи леса смешивались с шумом дождя, но больше всего пугали звуки, отдаленно похожие на рычание или собачий лай. К сожалению, Бэк очень мало знал о ротвейлерах, разве что они просто могут разорвать его своими мощными челюстями. При этом Бён надеялся, что скорость не является их сильной стороной, и, возможно, псы утомились быстрее, чем он. Однако если дождь не помешает им окончательно, то собаки-людоеды будут идти за ним до конца, пока не настигнут свою жертву. Сейчас Чума, Хантер и Бес следуют по его пятам, тщательно обнюхивая каждый сломанный куст. Как назло все деревья, которые попадались на пути, имели высокие и гладкие стволы с редкими сучьями, а в родственниках у Бэкхёна белок не было, чтобы он без проблем мог забраться наверх. Вокруг он не находил пока ни одного подходящего укрытия, понимая, что прятаться на земле бесполезно. И этот чертов лес не думал кончаться! Бэкхён точно заблудился и ходит теперь кругами, промокший и дрожащий. Напрасно он старался прислушаться, чтобы понять, в каком месте стоит искать автостраду или населенный пункт. Даже если ему и удастся выбраться к дороге, то кто, скажите, будет ехать по ней в такой час? Кажется, Бэк выбрал не то направление. Если рассуждать логически – где-то неподалеку от дома семьи Пак должна была находиться поляна, на которой в прошлую субботу друзья устроили пикник. Если бы Бэкхёну удалось выйти к ней, то он бы без проблем нашел автомобильную дорогу и вдоль нее добрел бы до города хоть к утру. Однако такого запаса времени у Бэка не было. Пусть дождь отчасти и размыл его следы, но настоящим натасканным собакам-убийцам это не сильно помешает. Тем более, что дождь уже подошел к концу. Бэк снова спустился вниз, чуть ли не скатываясь на коленях, и оказался на дне давно высохшего и заросшего ручья. Наверное, он впадал когда-то прямо в пруд, теперь же осталась только грязная пойма. Если бы знать, в какую сторону идти, чтобы оказаться в противоположной стороне этого злосчастного водоема. Но времени на размышления у Бэкхёна не оказалось. Где-то послышался грозный обрывочный лай, и звучал он совсем близко. Бэк рванул прямо, утопая в грязи, ища место, где можно было бы забраться наверх. Цепляясь за какие-то длинные стебли, которые так и норовили выскользнуть из рук, Бэк стал подниматься выше. Лай послышался снова и уже ближе, подгоняя парня в спину. В несколько прыжков он оказался на более или менее ровной земле и обернулся. Это было ошибкой. Глазами он встретился со своим страхом. На противоположной стороне оврага Бэкхён заметил крупное черное пятно. Ротвейлер замер, все его мышцы напряглись, а Бэк весь заледенел от ужаса. Он помчался прочь, не обращая внимания на боль в позвоночнике и выступившие на глазах слезинки. С чудовищным лаем животное скатилось вниз, затем поднялось на ноги и попыталось взобраться наверх. Короткие лапы соскальзывали, но пес, продолжая задыхаться в лае, сумел сделать несколько мощных толчков и через некоторое время оказался наверху. Вновь найдя след, ротвейлер-людоед поспешил следом за удирающим мальчишкой, давая понять собратьям, что нашел его. Через пару минут к оврагу выбежал второй пес и теперь проделывал тот же тяжелый путь наверх, ориентируясь на свой нюх. Бэкхён чувствовал себя наполовину мертвым и был готов упасть на землю без чувств. Он буквально слышал, как преследующий пес дышит ему в спину. Отталкиваясь руками от темных стволов, Бэк быстро перемещался, надеясь запутать след, и тут вылетел на небольшую открытую поляну, на которой лежало поваленное дерево, сломившее собой еще одно. Обессиленный Бэкхён радостно взвизгнул, взбираясь на черный ствол, хватаясь за сломанные ветки. Ухватившись за большой сук, Бэк приложил последние силы, чтобы перелезть с повалившегося дерева на другое, чьи корни крепко врастали в землю. Не успел Бён укрепиться на этой ветке, как на поляну выскочил черный пес, свирепо стреляя глазами в разные стороны. Учуяв нужный запах, ротвейлер подбежал к дереву и уперся в него передними лапами, неистово скалясь и брызжа слюной. Острые зубы клацнули в десятке сантиметров от лодыжки Бэкхёна. Тот испуганно вцепился в ствол дерева и поднялся на ноги, надеясь, что ветка не обвалится прямо под ним. Забраться выше было тяжелее, да и другие сучья не выглядели такими надежными. Бэкхён даже представлять не хотел что будет, если он рухнет вниз. В этот момент на поляне показался второй пес, не такой большой как первый, но не менее злобный, а даже наоборот. Он тоже подошел к дереву, широко раскрывая зубастую пасть, с которой стекала слюна. Сейчас Бэк обратил внимание, что на этих двух ротвейлерах не было шипастых ошейников, значит это были Бес и Хантер. Некстати в голове зазвучал голос Чанёля: «Я могу тащить за собой Беса, а он самый строптивый и кровожадный пес, и даже на хозяев, похоже, может кинуться…» И вот сейчас это создание ходило в паре метров от Бэкхёна, мысленно уже обгладывая его кости. Оба пса периодически подпрыгивали вверх, ударяясь передними лапами о кору и пытаясь ухватить Бэкхёна за пятку. Конечно, он не сможет сидеть тут вечно, пока не заснет, или один из людоедов не позовет хозяев. Бэку теперь никуда не сбежать. Главное, чтобы никто из псов не додумался… … подняться по упавшему дереву. – Нет-нет-нет, – прошептал под нос Бэкхён, наблюдая как собака побольше пытается забраться на почерневший ствол. Уцепившись зубами за одну из веток, он подтянулся и стал медленно пробираться выше. Бэк огляделся по сторонам, ища, чем можно было бы отбиться от животного. Он сломал ветку над головой, чувствуя как сильно засаднили ладони, и вставил ее перед собой. К тому же Бён попытался ногой отодвинуть ствол, но он был слишком большим. «Неужели это конец?» – промелькнуло в голове Бэкхёна, и он попытался залезть повыше, с трудом закидывая ногу на соседнюю ветку. Та предупреждающе хрустнула, но не переломилась, позволяя Бэку укрепиться на ней. Второй пес был уже готов последовать примеру первого, ожидая, пока тот освободит достаточно места для подъема. Хрупкие веточки хрустели в их зубах, и Бэкхён чувствовал себя так, словно это хрустят его кости. Он смахнул с глаз слезы страха и усталости, буквально срастаясь со стволом дерева. Первая собака клацнула челюстями совсем близко, и Бэк метнул в нее палкой, которая ударила по черной лоснящейся спине. Пес рыкнул, соскальзывая и отступая назад, но его глаза больше налились кровью. «Вот теперь точно конец», – почему-то спокойно подумал Бэкхён, готовый к тому, что в следующем прыжке пес сможет схватить его за ногу. Он вцепился побелевшими пальцами в кору, зная, что отступать некуда, и тут… За двойным рычанием Бэк явственно расслышал низкий крик: – Хантер, Бес, назад! – знакомый прерывающийся голос жестко приказывал собакам. – Оставьте его. Назад! Ко мне! – Чанёль! – вырвалось из груди Бэкхёна. Псы перестали лаять на него и повернули головы в сторону отдававшего команды Пака. Большой ротвейлер бросил еще один злобный взгляд на Бэка, а затем спрыгнул вниз, оказываясь на земле. – Хантер! – переводя дух, подозвал его Чан. Теперь Бэкхён увидел его, появившегося из леса вместе с третьей собакой – Чумой. Хантер подошел к хозяину, обнюхивая его колени, а затем снова было дернулся к Бэкхёну, но Чанёль криком осадил его. – Назад, кому говорю. Молодец. Чума, Хантер, домой! – он махнул рукой в сторону, но ротвейлеры не спешили уходить. – Домой, кому сказал! Первым под жестким взглядом хозяина сдался Хантер и скрылся за деревьями. Его примеру последовала Чума, недовольно рыкнув, что ей меньше всего удалось приблизиться к добыче, хотя пошла по следу первой. Убедившись, что собаки ушли, Чанёль приблизился к дереву, на котором сидел бледный, как сама смерть, Бэкхён. – Бес, в сторону. Сидеть, – Пак отдал команду последнему псу и взволнованно посмотрел наверх. – Бэк, ты как? – Нормально, – прохрипел Бён. – Прости, я чуть не опоздал, боюсь представить, что могло произойти, – наконец, отдышался Чан. – Кто-то бы сытно поужинал, – пробурчал Бэкхён, не торопясь спускаться на землю. – Как ты меня нашел? – Как только мы с отцом вернулись, я сразу понял, что-то не так по безумным улыбкам остальных. Сё уже у калитки слезно сообщила, что тебе удалось сбежать из дома, а собаки в этот момент были на свободе. Я рванул в лес, не дослушав ее. Я догадывался, что ты побежишь по той тропинке, и не переставал звать тебя и собак… Боже, Бэкхён, я так рад, что ты в порядке… – глаза Чанёля светились безумным счастьем. – К счастью, дождь помешал псам хорошо взять след, но я уже сам отчаялся найти тебя. В конце концов, я увидел Чуму, которая рыскала в округе, а потом она учуяла братьев… Бес, я кому сказал, иди домой! Пес, все это время стоящий возле поваленного дерева вновь начал тихо рычать и никуда уходить не собирался. Бэкхён же и шагу не хотел делать, пока это существо еще было здесь. Чанёля он боялся намного-намного меньше и даже… Был рад его видеть? Ну да, действительно, иначе ему точно не жить. Чан снова спас его. – Бес, – грозно прошипел Чанёль, и пес, наконец, сделал несколько шагов назад, исчезая в тени. Бэк облегченно выдохнул, но его ноги словно приросли к месту. – Бэкхён, спускайся, я подхвачу. – Нет, – помотал головой Бэк. – Это я виноват. Больше такого не повторится, обещаю. Больше эти ублюдки к тебе даже не приблизятся. – На сколько замков ты запрешь меня теперь? – На все замки мира, если потребуется, – выдохнул Чанёль. – Я не могу без тебя, слышишь? Ты все, что мне нужно. Наверное, если бы я мог такое предвидеть, то я бы никогда не захотел встретить тебя. Тогда бы я не знал, каково это чувство, когда хочешь разодрать себе грудную клетку и поместить тебя туда, чтобы ты всегда был как можно ближе. – Не говори так… – Мне все равно. Спускайся, Бэк, иначе я сам поднимусь к тебе. Бэкхён понимал, что у него недостаточно сил, чтобы убежать, пусть Чанёль тоже ослаблен погоней. Тяжело вздохнув, он свесил ноги и вдруг резко вскрикнул: – Чанёль, сзади! Реакция у Пака оказалась отменной – он резко дернулся в сторону, и большая тень пролетела мимо. Развернувшись, он лицом к лицу встретился со скалящейся зубастой пастью. – Бес, сукин ты сын, – по-звериному рыкнул Чанёль. – Бэк, не шевелись. Бэкхён, разумеется, послушался, а Чанёль завлек Беса в сторону, не прерывая зрительный контакт. Агрессивный ротвейлер протяжно зарычал, выставляя напоказ большие клыки. Черная шерсть от загривка и вдоль спины поднялась колом. Чан слегка наклонился вперед, чтобы быть готовым к нападению. При этом он изогнул спину таким образом, что сам стал похож на большого хищника. Бес не лаял, а только продолжал рычать сквозь зубы, угрожая – он не признавал Чанёля своим полноправным хозяином и становился по-настоящему опасным, намереваясь достать свою жертву. Чан понял это, но не собирался отступать даже перед неуправляемым псом. Он продолжал смотреть Бесу прямо в глаза, пытаясь взять ситуацию под контроль, при этом не делая резких движений. Бес не игнорировал только приказ о преследовании жертвы, но в остальных случаях подчинялся только главе семейства. На Чанёля же до этих пор он только скалился, но нападать не смел. До этого дня. Прыжок, и Чанёль быстро отклонился в сторону, ловко уворачиваясь. Это была всего лишь пробная атака. – Бес, тихо! – прикрикнул Чан, стараясь сохранить спокойствие в голосе. – Лучше не делать этого. Бес натаскан ловить убегающих людей со спины, и единственное, что его сейчас сдерживает, так это моральное подавление. Никто еще не пытался противостоять Бесу. Пес чувствует силу, но не страх со стороны Чанёля. Бэк с замиранием сердца наблюдал, как человек и собака описывают круги по поляне. Его поразило как в этот момент Чан схож с мифическим созданием, которое чуть ли не рычит на противника. Бес словно вспомнил о своей жертве, громко залаяв, но Чанёль отпихнул его, стоило псу приблизиться к дереву. Бес в долгу не остался, а попытался укусить Пака за руку, вцепившись в рукав, но тот вовремя скинул с себя куртку, и она осталась в зубах ротвейлера. Чан оказался в другом конце поляны, потирая оцарапанный локоть. – Поганец, – выругался Чанёль, пытаясь нащупать кожаные ножны на ремне. Пока пес возился с курткой, Чан решил подойти совсем близко, чтобы попытаться обуздать его. Внезапно Бес злобно швырнул порванную тряпку в сторону, а затем рывком кинулся на Чанёля и опрокинул на влажную землю, не успел тот и глазом моргнуть. Бэкхён непроизвольно вскрикнул. Пес потянулся к горлу, но Пак яростно пнул его ногой, пытаясь скорее подняться. Бес окончательно взбесился и вцепился зубами в ногу Чанёля, заставляя того громко закричать от боли. И тут в лоснящуюся спину ротвейлера прилетела гнилая палка, со стуком врезавшись в хребет. Взвывший пес повернул голову, обнажая окрашенные алыми дорожками зубы в сторону Бэкхёна, который стоял на земле и сжимал в руках еще одну сломанную ветку. Этого человека можно перегрызть пополам. Бес слез с Чанёля и твердым шагом начал приближаться к Бэку, намереваясь загнать его в угол. Бэк испуганно попятился, готовый в любой момент ощутить на себе вес собаки-людоеда. Секунда… И Бес взвыл от боли, оседая на лапы. Из распоротого бока засочилась кровь. Чан привстал на одно колено, держа в руках плоский нож. – У меня только один зуб, – прохрипел он. – Но этого достаточно. Пошел прочь! Оставь его, я сказал. Чанёль замахнулся еще раз, но раненный пес, скуля, дернулся назад, и нож рассек воздух. Бес угрюмо уставился на Чанёля, а затем отступил, прижимая уши к голове. Он развернулся и быстро захромал в тьму леса, оставляя за собой след расплывающихся на земле пятен. Возможно, он успеет добраться до дома, где ему помогут, а если нет, то так и останется в лесу. Чанёль не хотел убивать пса, но ради спасения Бэкхёна готов был и не на такое. Словно что-то дикое проснулось в нем, когда Бэку грозила опасность, придавая силу и безбашенную храбрость. Пак со стоном повалился обратно на землю. Сердце все еще качало адреналин, временно притупляя боль в ноге. Однако Чан чувствовал, как джинсы становятся мокрыми и липкими от крови. Бэк не сходил с места, подавляя желание броситься к Чанёлю. Он отступил назад, вцепившись пальцами в кору дерева. Чан повернул к нему голову, пытаясь улыбнуться сквозь силу. В конце концов, он все же победил… Бэкхён сделал еще шаг назад, закусывая губу. Тут словно поняв его намерения, Чанёль изменился в лице. – Бэкхён, ты... Не вздумай. Он попытался приподняться, упираясь на локти, но безуспешно. Нога отказывалась слушаться. Оба прекрасно понимали, что сейчас настал тот самый момент, когда Бэку ничего не мешает сбежать. Сейчас или никогда. – Я тебя не отпускаю, слышишь! Не смей. Шанс. Возможность, которую нельзя упускать. Домой, домой, к семье, к друзьям, к нормальной жизни. Подальше от ужасов и вечного страха. Подальше от Чанёля. Сейчас или никогда. – Прошу, не уходи, – прошептал Чанёль, но понимал, что бесполезно. Он уткнулся лбом в землю, а когда поднял голову, то среди деревьев уже никого не было.