Двойная звезда

Мне страшно на тебя посмотреть, но надо что-то делать. Сажусь рядом с тобой, смахиваю слезы, мешают. С трудом приподнимаю тебя и укладываю голову себе на колени. Ты не открываешь глаз и продолжаешь задыхаться. Смахиваю слезы, мешают. Ты сдержал слово, защитил меня. И ровно той самой ценой — собственной жизнью. – Прости... меня... Риц... ка... Я тебя почти не слышу, скорее, читаю по губам, что ты сказал. За что?! Это ты меня прости, я маленький, слабый, глупый, я эгоист, мне же и в голову не пришло подумать о тебе, я никчемная жертва, плохой друг. Всё из-за меня. Ты из-за меня... Смахиваю слезы, мешают. Глажу тебя по голове, перебираю светлые пряди. Ты больше ничего не говоришь и глаз не открываешь. Только дышишь все труднее и труднее. И повязка на горле насквозь в крови. Тот человек, которого я совсем не знаю и так любил, мой страшный старший брат, что он сделал с тобой? И что теперь делать мне? Наклоняюсь, целую тебя в губы. Ты не отвечаешь. Смахиваю слезы, мешают... Нащупываю твой телефон. Здесь должен быть номер. Они ведь так хотели меня, не знаю зачем, но пусть получат. Только у меня есть условие. Одно-единственное условие, ты только дождись. Ну же, Минами-сан, Ритсу-сенсей, как вас там, отвечайте, возьмите трубку! Когда они появляются, я уже не слышу твоего дыхания, а джинсы на мне насквозь мокрые от твоей крови. И я отказываюсь отпускать тебя. Смахиваю слезы, мешают. А потом были дни в школьном лазарете. Не помню, что я делал, что кричал им всем, но меня перестали пытаться увести от тебя. Нет, шалите, мое условие не выполнено, и до тех пор я не ваш. Сижу около тебя. Слушаю, как шумит машина, помогающая тебе дышать. Перебираю светлые пряди, ты такой красивый сейчас, несмотря на все эти трубки. Слез больше нет. И даже гости мне не мешают. Приходит Нагиса и почему-то тихо и спокойно объясняет мне, что они ничего не могут сделать, что ей действительно очень жаль, она никогда тебя не любила, потому что ревновала, да и нельзя же быть таким, как ты, нельзя позволять вытворять с собой все, что с тобой вытворяли и все прощать при этом! Но она никогда не желала тебе такого. И мне тоже. Но сделать они ничего не могут, ты пошел против приказов своей жертвы, и Сеймей ударил тебя по связи. С этим они ничего не могут сделать, пока есть связь, она будет тебя убивать. А разорвать ее не может никто, кроме Сеймея, а он — он этого не сделает. Так что поплачь мальчик, не стесняйся, сейчас можно. Потому что это - всё. Приходили Нули, пытались меня накормить, неуверенно говорили, что ты очень сильный и не сдашься просто так. И что я молодец, что держу тебя. Держу, а как же. Только вот не удержать... Заходила какая-то женщина со странным именем. Что это за имя такое, Седьмая? Притаскивала кучу приборов, что-то замеряла, потом виновато говорила, что я молодец, и должен быть сильным. Оставляла какой-то вкусной еды, и уходила. Приходили Ай с Мидори. Ай пыталась что-то говорить, но путалась в словах, а Мидори молчал и смотрел на меня, безуспешно пытаясь скрыть ужас. Эти тоже приносили еду. Когда приходил твой сенсей, я на него не смотрел и не слушал, что он говорит. Иногда вместе с ним приходила Нагиса, и тогда она кричала, но почему-то не на меня, а на него, бессвязно выкрикивала, что вот он и доигрался, вот этого он хотел, да? И теперь мы потеряем обоих. Уже потеряли. Вот посмотри, что ты наделал! Ах, ты ж не можешь, доигрался, да? Так я тебе расскажу, как твой мальчик сейчас умирает перед тобой, а другой мальчик сходит с ума. Ты этого хотел да? Да ты сам не знаешь, что хотел! Ну, давай, хоть раз не будь трусом, скажи правду, пока у тебя есть шанс, он тебя не услышит, но он хотя бы еще жив. Давай, облегчи душу, скажи, что любишь его и что виноват перед ним. Ах, не скажешь, ну так и нечего тут стоять, не мучай их, пойдем, осторожно, порог. Да не шарахайся ты, Ритсу, что ты как маленький, я не кусаюсь, давай отведу тебя, вот так, налево, осторожно, порог, кто так строит, совсем не думают о людях, ну не ходи ты к ним больше, все кончено, понимаешь, это все, Ритсу, совсем все, ты его потерял. А когда никого нет, я сам с тобой разговариваю. И представляю, как ты мне отвечаешь. После очередного визита Ритсу на пару с Нагисой, я ложусь рядом, сворачиваюсь клубком у тебя под боком, больничная кровать узкая, но и я маленький, впервые радуюсь этому, да и ты худой, а теперь вообще почти растаял, мы умещаемся. Кладу твою руку себе на плечи, как будто бы ты меня обнимаешь, и говорю потолку, что наши узы сильнее, он, потолок, может не сомневаться, и поэтому никому я тебя не отдам. А когда я просыпаюсь, ты на меня смотришь.