Иное Шиори

      'Жизнь - отстой. Нет, правда, полный отстой, она не дает ни минуты передышки.' Такие или похожие мысли роились в голове у опустошенной и расстроенной Шиори. Ей было двенадцать и она проклинала свою удачу, судьбу, свое перерождение и сохранение воспоминаний о прошлой жизни... о, и свою внешность тоже.       Год начался с неожиданного наводнения, уничтожившего урожай ее семьи, что означало не только голодную зиму, но и то, что они не могли заплатить за лекарство, в котором отчаянно нуждалась ее бабушка. Шиори понимала это даже лучше, чем ее родители, ведь это было ее обязанностью ухаживать за ее строгой, правильной и теперь больной бабушкой. Пожилая женщина учила ее всему: от чтения, письма и счета до правильных манер и чайных церемоний. Шизука была когда-то прекрасной дочерью обедневшей благородной семьи и вышла за деда Шиори, после того как остальная ее семья была убита на пути к родственникам, и она осталась в сельской местности ни с чем, за исключением ее прекрасных синих глаз и длинных черных волос. Эти черты перешли от Шизуки к Шиори, которая, благодаря тяжелой жизни и недостаточному питанию, выглядела гораздо старше, чем другие дети ее возраста.       В следствие невозможности заплатить за лекарство, бабушка Шиори умерла лишь несколько месяцев спустя в возрасте шестидесяти одного года. Черноволосая девочка горько оплакивала ее смерть. Бабушка понимала ее лучше, чем ее более простые родители. Именно Шизука-обасан заметила ее яркий и пытливый ум и научила ее гораздо большему, чем просто письму. Бабушка научила Шиори каллиграфии и стихотворениям, которые она еще помнила со времен своей молодости. Старая женщина показала ей разницу между приветствиями различных классов, давала уроки беседы и других на вид незначительных вещей, которые никогда не понадобятся дочери бедного крестьянина, но Шиори любила эти уроки. Маленькая девочка повторяла аккуратные мазки кисти водой на отполированных камнях у реки всякий раз, когда ее посылали стирать. Для этого она утащила одну из двух кисточек своего отца, к счастью, ее ни разу не ловили, иначе ее отец скорее всего жестоко избил бы ее.       Черноволосая девочка быстро научилась никогда не злить отца, не подчиняясь приказам, так как хотя во время жизни Элизы физические наказания не практиковались и не одобрялись, в Элементальных странах они были обычным делом.       Когда пришло время смерти Шизуки, только Шиори была рядом с ней; ее родители работали в полях, как и каждый день. Даже смерть его матери не была достаточной причиной для отца Шиори оставить работу на день не сделанной.       Шизука-обасан использовала эту возможность, чтобы заставить Шиори поклясться никогда не поддаваться уговором сделать что-то, чего она не хочет, и достичь чего-нибудь в жизни, даже если это шло в разрез с желаниями ее родителей. Девочка, плача, дала обещание, и, когда вечером вернулись родители, Шиори уже накрыла лицо Шизуки белой тканью и зажгла домашние благовония.       На следующий день Шизука была похоронена с другой стороны дома.       На этом ужасный год не закончился. Чтобы компенсировать плохой урожай ее родители нашли дополнительную работу на полях соседней деревни, принадлежащих Фудзи-сану, оставив всю работу по дому на Шиори.       Там они и встретили свой конец. Они работали на полях, расположенных дальше всего от дома, вместе с еще двумя дюжинами крестьян, убирая последний урожай до того как начнутся летние ливни и уничтожат его. Погода была неестественно жаркой и влажной последние дни, без единого ветерка, и это беспокоило многих из старших жителей деревни. Такая погода, как правило, предвещала разрушительную грозу, поэтому все работали до изнеможения, чтобы убрать последний урожай до ее начала.       Гроза, собиравшаяся уже некоторое время, застала родителей Шиори врасплох вскоре после заката и убила их. Их тела были найдены после грозы лишь в нескольких метрах от дома, где спрятались остальные рабочие.       Шиори онемела, когда ей сообщили новости, не от горя, как бы бесчувственно это не звучало. Ее бабушка была ее настоящей семьей, это Шизука вырастила ее и заботилась о ней. Нет, Шиори была так опустошенна потому, что оказалась в такой же ситуации как и ее бабушка: без семьи или денег в сельской местности и одной красотой в качестве товара.       Что приводит к ее текущей проблеме: Фудзи-сан предложил жениться на ней.       Одна мысль об этом бросала ее в дрожь; даже если ее разум был старше, ее тело было еще слишком маленьким для женитьбы! Ради бога, ей было двенадцать лет, и почему, черт возьми, жительницы Кувы уговаривали ее принять предложение? Он был как минимум на тридцать лет ее старше!       Сделав глубокий вздох, Шиори постаралась успокоиться, ей нужно убираться из Кувы и окрестностей как можно скорее. Тодо-сан, старший сын которого недавно женился, предложил купить ее землю по разумной цене. Он наверное думал, что она медлит с принятием предложения, потому что не имеет должного приданого, ну, она не собиралась поправлять его. Приняв решение, Шиори прошла к дому крестьянина и приняла его предложение. Недавно продавший свой урожай, Тодо-сан имел на руках достаточно денег, чтобы расплатиться сразу, а не оставаться у нее в долгу, а значит девочке не придется жертвовать частью денег, чтобы избежать свадьбы.       Чтобы подтвердить сделку, были приглашены двое соседей в качестве свидетелей, которые подписали быстро составленный документ, и теперь никто не мог сказать, что сделка не состоялась. После чего Шиори пообещала освободить дом до конца недели, вежливо попрощалась с Тодо-саном и его семьей и вернулась домой. В тот момент, когда Шиори получила деньги, которые профинансируют ее побег, она почувствовала огромное облегчение, она сможет это сделать!       Остаток дня Шиори провела, разбирая вещи в ее бывшем доме, чтобы решить, что она может взять с собой, а что лишь помешает в путешествии. В конце концов она упаковала два запасных кимоно вместе в туфлями ее матери и старый нефритовый гребень, который бабушка спрятала от своих мужа и сына, в старый, но все еще крепкий, вещевой мешок отца и сложила всю еду, которая не испортится за время путешествия. Бумажные деньги были зашиты в оби, монеты - распределены между сумкой и скрытыми карманами ее кимоно. Остаток дня Шиори занималась приготовлением самого большого обеда, который она когда-либо делала в этой новой жизни, с использованием всех ингредиентов, оставшихся на кухне и в огороде. Вечером Шиори сожгла немного ладана в память о бабушке и родителях прежде чем приступила к еде. Шиори чувствовала покой и удовлетворение, наедаясь до сыта и больше впервые за много лет. Девочка упаковала остатки обеда в два бенто и сложила их в вещевой мешок прежде чем лечь спать в этом доме в последний раз.       Шиори проснулась рано на следующее утро, она знала, что нужно поторопиться, если хочет уйти из деревни никем не замеченной. В спешке, она оделась и обулась, закрыла дом и закинула сумку на плечо. Последний взгляд назад чуть не заставил ее вернуться, но с судорожным вздохом она собралась с силами и целеустремленно пошла по дороге.       Она как раз проходила мимо последнего дома, когда услышала низкий голос, - Уходишь, а?       Шиори испуганно обернулась на голос, прозвучавший из тени дома слева от нее, но, прежде чем она успела сказать что-либо в свое оправдание, голос продолжил. - Тч, я тебя не виню. Все в этой деревне посходили с ума, если думают, что это нормально выдавать маленькую девочку замуж за старого распутника просто потому, что он богат.       Шиори стала успокаиваться, она наконец узнала голос. Танака-сан считался довольно эксцентричным остальными селянами, в то время как Шиори думала, что он просто гораздо прогрессивнее, чем остальная Кува. Ему было уже за пятьдесят и он являлся одним из богатейших крестьян в деревне. - Куда ты идешь? - спросил угрюмый мужчина. - К-Коноха, - пискнула Шиори. Она не могла сказать ему, что просто решила сбежать без всякого плана или направления, Коноха была первым, что пришло ей в голову, когда он спросил. - Хмпф, ты хотя бы знаешь где это? - недоверчиво спросил старик.       Шиори нерешительно покачала головой, в ответ она получила вздох и неодобрительное качание головой. - Продолжай следовать по этой дороге, как только ты взберешься на холм, то увидишь горы вдалеке, выбирай дороги в этом направлении и выйдешь к деревням покрупнее, спроси там дорогу и, ради бога, НЕ ходи с незнакомцами и НЕ бери у них еду, - последняя часть была сказана строгим голосом.       Шиори робко кивнула прежде чем поклониться и искренне сказать, - Спасибо за Вашу помощь, Танака-сан. Я никогда этого не забуду. - Хмпф, иди уже. У тебя не так много времени до того, как остальные проснуться, - был его ответ.       Кивнув, Шиори решительно прошла мимо него в лес, ведущий к небольшому холму, ее путь только начался.