Amor Fati 2. Разрушая цепи

Приблизительно 400 лет до основания Конохи Таура кашляла, вдыхая гарь от пылающих домов, но не останавливалась на передышку. Бег давался нелегко – одной рукой она придерживала округлившийся живот, второй сжимала кухонный нож. Ей нужно спастись! Ради себя, ради младенца, который должен скоро родиться, и ради мужа, пожертвовавшего своей жизнью, чтобы она успела скрыться. Вокруг уже редко слышались звуки боя, больше предсмертные крики – их деревня была слишком мирной, чтобы дать отпор разбойникам. У сарая впереди обвалилась крыша, подняв сноп искр, Таура замерла. И вовремя – впереди показалась фигура мужчины с мечом. Девушка бросилась напролом в кусты малины, оказавшиеся по счастливой случайности рядом, расцарапывая нежную кожу. Шум вокруг скрыл её перемещение. Закусив кулак, Таура вся сжалась, желая стать как можно меньше. Разбойник прошёл мимо. Девушка взмолилась богам, чтобы благополучно добраться до леса, тогда она уже сможет добраться до соседнего поселения. - Кар! – к кусту малины подлетел иссиня-чёрный ворон. – Кар! От неожиданности девушка вздрогнула. Разбойник обернулся, и взгляды охотника и жертвы встретились. На бородатом лице появилась хищная кривозубая улыбка. Таура вскочила и со всех сил помчалась по направлению к кромке леса. Но сбежать не было ни шанса, её догнали у ближайшей развилки и схватили за плечо. Разбойник планировал хорошо сегодня поразвлечься. А получил нож в грудь. Рана не убила мгновенно, мужчина удержал девушку, желая напоследок отомстить. Он произнёс нечленораздельные ругательства и всадил меч глубоко в круглый живот, забирая сразу две жизни. Отбросив тело, разбойник поплёлся искать помощи у товарищей. Но до следующего утра ему уже не было суждено дожить. Ворон еще несколько минут кружил над местом трагедии, и с последним резким криком скрылся в небе. *** - Ты! Откуда ты знал о ребёнке? – Кушина отправилась в собственное подсознание вскоре после получения результата теста на беременность. В отличие от других джинчурики, Удзумаки не боялись демонов и часто заглядывали к ним в гости. Общение с духами было у них в крови. Поседевший Кьюби лишь с презрением глядел на девушку своими кровавыми глазами, и ту затрясло от раздражения. Демон вызывал у Кушины сильнейшее внутреннее отторжение: он был лишь сгустком ненависти, могущественным, но жестоким и безумным. - Молчишь?! Если навредишь моему ребёнку, я тебе все хвостики поотрываю, тебане! – в возмущении, волосы Кушины поднялись вверх. У запечатанного демона оставалось влияние на своего носителя: он мог лечить раны, мог нейтрализовать яды в крови, но с тем же успехом он мог остановить сердце или повлиять на ход беременности. Кушина слышала жуткие истории про Двухвостую Некомату. У всех её джинчурики случались выкидыши – Кошка выжидала до последнего, убивая младенца перед самым рождением, чтобы принести несчастным женщинам больше страданий. Как бы не пыжилась Удзумаки, было страшно, что история повторится и с ней. И чем страшнее ей было, тем вспыльчивей она становилась. Курама не понимал смысла этих угроз, ведь они ничего не меняли, даже злили и могли привести к обратному результату. Необъяснима женская логика... Когда-то, в этой же ситуации, демон ответил, что он уж постарается, и джинчурики родит замечательного здорового ребёнка с густой рыжей шерстью, и хвост у него будет как надо, длинный и пушистый... Да, тогда Кушина не на шутку разозлилась и несколько часов испытывала разные модификации печати: что будет, если проткнуть грудь двумя кольями, а не одним; что, если хвосты завязать в косички; что, если цепь вокруг шеи затянуть туже... Кушина, как и любой шиноби, не была лишена жестокости. После тех издевательств Курама особенно «взлюбил» свою джинчурики. Но сейчас он приготовил совсем другой ответ. Он изменит будущее, начиная с сегодня! - Кху-кхра... – Курама сделал попытку говорить. На самом деле, он мог вести разговор и мысленно, не открывая рта. Но кол в груди изрядно досаждал, и избавление от него было весьма соблазнительным. - Что? Месяц назад нормально говорил! – Кушина сразу заподозрила уловку. С Кьюби она всегда оставалась настороже. - Кхе-чха-кхи кхе-шают, - еще несколько неразборчивых хрипов. Курама продолжал игру. Почесав макушку, Кушина всё же решила, что разговор стоит риска. Она создала цепь толщиной в свою ладонь и заставила её обвиться вокруг груди демона. Только после этой предосторожности огромный шип исчез. - Что же ты там говорил? – Кушина скрестила руки и внимательно следила за каждым движением демона. - Дура, печати мешают, – хрипловато ответил Лис. Напряжение в воздухе выросло. Обычно, другие подбирали слова, когда обращались к Кьюби. Но с Кушиной всё было в точности наоборот, и следить за шершавым языком приходилось самому демону. Нужно было соблюдать осторожность и говорить лишь полуправду, откровенную ложь Удзумаки тут же чувствовали. А печати действительно изрядно досаждали, особенно тем, что закрывали ещё нерождённого Наруто и не давали контролировать его состояние. Мысленной речи они не мешали, но про это и не спрашивалось. - Не собираюсь я ничего делать... – «с твоим ребёнком» будет ложью, быстро понял демон. Собственно, его главной целью было украсть Наруто. Хаос! – Ничего, что навредило бы здоровью твоего ребёнка. Нет, теперь, зная возможное будущее, Курама лучше отгрыз бы себе все хвосты, чем навредил. И Кушина с удивлением чувствовала, что это правда. - Но что-то ты делать собираешься? – джинчурики, увы, заметила заминку. - Неплохо бы оказаться на свободе, - правда и только правда. – Это право я, пожалуй, оставлю за собой. Курама едва заметно улыбнулся. Вспылившая Кушина напоминала ему Наруто – те же черты лица. Да и разговор вести оказалось не так и сложно, хотя раньше демон избегал любых контактов. Если задуматься, за последние лет пятьсот мальчишка был первым, с кем он по-настоящему общался, а не отделывался парой фраз. - То есть, планируешь воспользоваться ослаблением печати во время родов? У тебя ничего не получится! – джинчурики продолжала искать подвох. - Попытка – не пытка,- Лис, будь возможность, пожал бы плечами. Кушина совсем растерялась: Кьюби знал человеческие пословицы, не рычал и вёл себя слишком нехарактерно для безумного монстра. Всё это не укладывалось в голове, и белые хвосты непривычно резали глаз. И она решилась спросить: - Да что случилось, тебане?! Думаешь, я просто поверю, что ты вдруг стал такой добрый? И почему ты побелел? Линяешь на зиму или имидж сменить решил? Девятихвостый писец! - Побелел? – Кьюби удивился, пропустив колкость мимо пушистых ушей. Он попытался наклонить голову вниз, но её крепко держали цепи. Тогда он свёл глаза к переносице, разглядывая единственную доступную для этого часть тела – нос. Кончик остался чёрным, но выше действительно, как снег, белела шерсть. И как можно было не обратить внимания на то, что у тебя на носу?! Пришлось отступить от придуманного плана разговора и задать интересующий вопрос: – На каких частях тела? Поведение Кьюби выходило за все рамки: он комично скашивал глаза и, похоже, действительно не знал, что поменял расцветку. Кушина серьёзно засомневалась в собственном знании демонологии. - Везде, - всё, что ей удалось ответить. - Интер-р-ресно... – протянул демон после недолгой паузы. Тишина продолжилась. Джинчурики не знала, что делать дальше: говорить или молчать, уходить или оставаться. То, что ей было нужно, она получила – её ребёнок будет в безопасности. Но оставлять всю эту ситуацию запутанной не хотелось. Курама же задумался о своём. Такое непроизвольное изменение цвета обязательно имело причину. Слишком много загадок! И всё же результат данного разговора очень много значил для демона, чтобы его игнорировать: для выполнения задуманного плана печать Кушины должна давать ему больше свободы! Иначе не получится противостоять шарингану, и история пойдёт по уже известному пути. Поэтому, именно Кьюби первым заговорил: - А в человеческих сказках кицуне белеют в своё тысячелетие. - Да... – Кушина помнила детскую историю о белом тысячелетнем лисе, который помогал мудрым советом добрым путникам, но наказывал злых и жадных. - Значит, мне каждый год заключения считается за пять. Как раз уже восемьдесят лет прошло... – продолжил Лис. - Да. То есть тебе... – Кушина пыталась определить количество годов, но цифры путались в голове. - Шестьсот, приблизительно, - помог демон. - Точно, - Кушина как раз сосчитала то же число. - Знаешь, Мито, когда забеременела, сменила печать. Так ей было намного легче, - Курама, получив подсознательно долю доверия Кушины*, подвёл к интересующей его теме. - Да... – Кушина в четвёртый раз согласилась, но опомнилась. – Эй, к чему ты клонишь?! - К тому, что если ты поставишь тут решётку, то не обязательно тратить чакру каждую секунду, удерживая меня. И это пойдёт на пользу твоему сыну, - выгоды были очерчены. Но этого мало, нужно было объяснить правдоподобно и собственную заинтересованность: - А мне, знаешь ли, приятного мало быть связанным, цвета своего вон не знаю. И больно. - Это пойдёт на пользу, если ты не будешь постоянно пытаться пробить печать, - всё же настоящего доверия Кушины нельзя было добиться так быстро. - Я Лис, а не баран, - оскалился Кьюби. – Подожду своего шанса до родов. И ты всегда сможешь обратно меня связать. Почему нет, Кушина? Джинчурики вздрогнула, услышав своё имя, прозвучавшее впервые мирно. Причин отказывать у неё не было. Был лишь страх перед тем, что задумал демон. - Я думала, ты тупой монстр, - намеренное оскорбление, пробный камень, чтобы увидеть реакцию. - Я думал, ты бешеная стерва, - в ответ предельное спокойствие. В подсознании просвистел ветер. Девушка поняла, что больше её психика «разрывов шаблона» не выдержит. - Я пойду, - Кушине нужно было обдумать всё в одиночестве и посоветоваться с Минато. - Я, пожалуй, останусь тут висеть, - с сарказмом ответил Кьюби. *** Джинчурики исчезла, оставив Кураму наедине с мыслями. Всё прошло легко, слишком, чтобы в это поверить. Кушина оказалась намного сговорчивее и благоразумней, чем ожидалось. Обошлось даже без бомб биджу и техник «помидора смерти». Непредсказуем хаос! Игра на грани правды была для Лиса в новинку. Идея родилась шуткой, небылицей. Вот появится Кушина в подсознании, а он ей тут же: «Давай дружить!» в стиле Наруто. И сразу настанет доверие и взаимопонимание, ага. Чушь! Но мысль засела в мозгу хуже пиявки, и демон каждый раз к ней возвращался, обкатывая с разных сторон. Если действовать тоньше, непредсказуемость могла сыграть на лапу. Всё это было глупым, невозможным и абсолютно чужеродным лисьей натуре, и поэтому могло сработать! И вот разговор произошёл, осталось ждать результата. Одно странное обстоятельство не укрылось от демона: ему не пришлось стискивать зубы и сдерживать порывы ненависти в сторону своей джинчурики. Он даже ни разу не пожелал ей смерти! Возможно, секрет скрывался в том, что Кушина напоминала сына. Но Курама чуял своим демоническим нутром, что дело не только в схожести. За месяц, что он провёл после своей «смерти», его ни разу не захлестнула ярость, и сознание оставалось кристально чистым. Были даже подозрения, что на разум воздействует изощрённая техника контроля, но нащупать её никак не получалось. Что было ещё удивительнее - сменился окрас шерсти. Такое случалось лишь раз – в безумии после смерти Предназначенной Лис почернел, как обугленный. После восстановления рассудка он вернул рыжий цвет, но полосы на морде и красные глаза остались, напоминая о затаившемся глубоко внутри мраке. Курама не считал себя ни безумным, ни умиротворённым. Для него ничего не изменилось, он остался самим собой. И этому были причины. Лис умел подмечать мелкие детали вокруг, но абсолютно не был склонным к самоанализу. Демон умело манипулировал другими, но не мог в полной мере понять чужих чувств, как и собственных. Большую часть жизни он шёл к поставленной цели, а по её достижению ставил новую. Без остановок, без бесполезной философии и раздумий о собственном внутреннем мире. Нельзя найти десять различий между картинками в детской игре, оставаясь слепым. Так что, Курама не слишком беспокоился из-за изменений в характере, для него они ограничивались непривычным хладнокровием. А вот неизвестность досаждала хуже шипа в груди. Планам не было от чего отталкиваться – демон едва ли понимал, что с ним произошло. Откуда он знал, что произойдёт в следующие пятнадцать лет? Дара предсказаний, за исключением капли чакры Сусуми, за ним никогда не водилось. Нет, было что-то другое! Что-то очень важное произошло в вечной пустоте в конце. И это что-то обязательно нужно вспомнить! Можно было предположить, что он находится в параллельном мире. Или что произошло перемещение во времени. Но это безумные мысли, на такое никто не способен! Задумываясь об источнике своего второго шанса, Лис всегда в исступлении скалил клыки. Но в конце концов он пришел к выводу, что не важно, откуда взялась возможность всё изменить, и какую плату за неё потребуется заплатить. Главное – как действовать дальше. А тут уж он определился: избежать попадания в гендзюцу шарингана, забрать новорождённого Наруто и уйти жить в тёплую мирную страну вроде Горячих Источников. С его количеством чакры, нуждаться им не придётся. Всё будет как надо. Оставалось надеяться, что Кушина сменит печать, и план удастся провернуть. Но даже если его Предназначенный снова станет джинчурики, это не будет худшим исходом. Ошибки больше не повторятся. Они с Наруто подружатся. И ВСЁ БУДЕТ КАК НАДО. *** - Вот такой у меня случился разговорчик, - закончила пересказ Кушина. – Что думаешь? - Что думаю? – Минато вертел трезубый кунай вокруг указательного пальца. – Думаю, Кьюби пытается сотрудничать. - Он демон! Они могут только ненавидеть и уничтожать! – возмутилась джинчурики. - О демонах я, конечно, знаю меньше. Но сама подумай, - Хокаге отложил кунай и поднял ладонь, – Однохвостый с незавидной регулярностью сводит своих джинчурики с ума и вырывается, круша деревню Песка. У них проблем от демона больше, чем преимуществ. Что делает Двухвостая кошка, ты и сама прекрасно знаешь, из-за этого и нервничаешь. Пятихвостого поймали при уничтожении очередного поселения за любимой трапезой человечиной. А вот Трёххвостый наоборот, по нашим данным, на свободе плескался в воде и никого не трогал. С названием каждого хвостатого Минато загибал по пальцу. Не теряя внимания жены, он продолжил: - Про Девятихвостого не известно ничего, кроме того, что Мадара призвал его на бой с Хаширамой. Ни тебе разрушенных городов, ни съеденных младенцев. Но как-то же он существовал до основания Конохи? Кроме того, ты не хуже меня знаешь, что Мито родила Первому троих абсолютно здоровых детей. - То есть... – поняла, куда клонит Кушина. - То есть, сменив печать, мы ничего не теряем. *** Через неделю Курама избавился от болючих шипов и тугих цепей. Теперь его ограждала золотая клетка, оставляющая больше возможности для маневрирования. Это определённо было маленькой победой. Ему осталось дождаться 10 октября**. И всё будет как надо! _______________ * Метод «трех «да»» состоит из 3 вопросов, на которые можно ответить только «да», а четвёртый вопрос должен быть спорным. Как правило, человек, настроившись на положительный лад, соглашается и дальше. ** 10 октября - день рождения Наруто. Знак зодиака - весы.