Плохой парень, Купидон и я

      Наконец-то наступила пятница.       Я с удивлением наблюдала, как каждый уголок комнаты Элли заполняется одеждой, что-то даже попало на вентилятор.       Подруга плюхнулась на кровать и, закрыв лицо ладонями, закричала от отчаяния:       — Хлоя! Мне нечего надеть!       — Только не ной.       Она опустила руки и бросила на меня сердитый взгляд.       — Помоги мне!       Хихикнув, я встала, поправила платье и подошла к почти пустому шкафу. Просмотрела одежду, но так и не нашла ничего симпатичного.       — Хочешь, возьми что-нибудь у меня?       Элли выглядела опустошенной.       — Нет времени! Уже почти пять, а я еще даже не накрасилась.       — В смысле, я еще тебя не накрасила, — с ухмылкой поправила ее.       — Кажется, я сейчас заплачу.       — Не глупи! — пихнув подругу, засмеялась я. — Сегодня ты хорошо повеселишься. Разве ты не рада, что я нашла для тебя такого милого парня, Элли-Бэлли?       Она вздохнула и неуверенно посмотрела на меня.       — Хлоя, он классный. Не могу поверить, что Деннис согласился пойти на свидание вслепую. Он точно об этом пожалеет, когда увидит меня.       Я с открытым ртом уставилась на нее. Откуда такие мысли? Элли обладала естественной красотой. Я отвела взгляд. Печально видеть, когда девушки себя недооценивают. Испытывают неуверенность, сколько бы ты ни говорил им, что они прекрасны — такие, какие есть.       В зеркале вдруг отразился какой-то блеск, и я обернулась в поисках источника. Под целой горой одежды торчал клочок золотистой ткани. Я потянула за него и достала короткую юбку.       — Что же с этим можно сделать? — ухмыльнулась я, держа перед собой золотистое чудо. — У тебя есть черный топ?       Элли скрестила руки на груди.       — Хлоя, я это не надену.       — Еще как наденешь, — твердо заявила я.       Мы еще немного поспорили. Подруга не хотела даже видеть эту мини-юбку, а я заверяла, что образ получится сексуальным, но элегантным.       И тогда мы решили проголосовать.       Элли сказала «нет», я — «да».       Так что я победила.       Полчаса сборов, и я подвела подругу к зеркалу. Посмотрев на себя со смесью удивления и восхищения, Элли коснулась лица, как будто не могла поверить, что это правда она.       Но девушка в отражении повторяла все ее движения, подтверждая реальность.       — Ты выглядишь сногсшибательно, — с широкой улыбкой искренне сказала я.       Я заплела ее волнистые вишнево-рыжие волосы в колосок на одну сторону, заставила сменить ботанские очки на линзы и нанесла густой слой туши, чтобы выделить притягательность голубых глаз. Мазнула губы розовым блеском, а веснушки скрыла тональным кремом. Мне нравилась ее естественная красота, поэтому я не стала использовать много косметики.       И в довершении всего я все-таки уговорила Элли надеть эту сексуальную золотистую юбку, которая выгодно подчеркивала ее изгибы: достаточно короткая, чтобы привлечь внимание парней к длинным незагорелым ногам, но в то же время прикрывающая все необходимое, чтобы оставить место для воображения.       — Хлоя, даже не знаю, как тебя отблагодарить, — еле слышно произнесла Элли. — Никогда не думала, что могу выглядеть так классно.       Я обняла ее.       — Сегодня Деннис не сможет оторвать от тебя глаз, подруга!       Затем отстранилась и подошла к столу за камерой, на которую Элли фотографировала природу и другие скучные вещи — например, столы.       — Для твоей новой аватарки в Фейсбуке, — пояснила я, сделав несколько снимков и оценивая результат. На каждом кадре Элли выглядела безупречно.       Словами не описать, как я была за нее рада.

~ * ~

      Домой я возвращалась, когда уже смеркалось.       Элли предложила меня подбросить, но я отказалась, сказав, что тогда она опоздает на свидание с Деннисом.       На самом же деле мне просто хотелось побыть одной и подумать.       В моей голове крутились миллиарды мыслей. Я поглубже засунула руки в карманы и выдохнула, наблюдая, как на холоде теплое дыхание обращается в пар.       Вчера я призналась Валентино в том, в чем не признавалась даже себе самой.       В симпатии к Рису Картеру.       От одного его имени у меня в животе запорхали бабочки, а губы невольно растянулись в улыбке.       Я в него влюбилась.       По уши.       — Хлои?       Я резко развернулась, и мое сердце подскочило к горлу. Прижав дрожащую руку к груди, чтобы успокоиться, я в ужасе уставилась на француза с подбитым левым глазом.       Затем тихонько сглотнула.       — Андре? — промямлила я, ругая себя за неспособность скрыть мандраж.       Он озадаченно нахмурился, но его лицо сияло от радости.       — Какой приятный сюрприз. Как поживаешь? — спросил Андре с неподдельным интересом и сделал шаг ко мне, но я инстинктивно отступила. В его взгляде мелькнуло недоумение. — Что случилось?       Он сейчас серьезно? Или это его очередная дурацкая шутка? Нервно хихикнув, я обернулась по сторонам и тогда немного успокоилась. На улице гуляло много людей, а на публике он не осмелится выкинуть какой-нибудь безумный фортель.       — Хлои, что-то не так? — снова спросил Андре, нерешительно подходя ко мне.       Ну, если не считать, что ты чуть не зарезал меня на вечеринке, то все в порядке!       Я впилась в него взглядом.       — Как ты смеешь это спрашивать после всего, что случилось на той вечеринке?       Либо у Андре развился старческий склероз раньше времени, либо он блестящий актер, достойный «Оскара»… потому что от следующих его слов у меня глаза на лоб полезли.       — Хлои, о чем ты говоришь? В последний раз мы с тобой виделись в декабре два года назад.

~ * ~

      Он шутит, верно?       Этот парень наверняка меня разыгрывает, он ведь не мог…       — Что с твоим глазом? — огрызнулась я.       Андре вздрогнул и бросил на меня удивленный взгляд, после чего нахмурился, но все-таки ответил:       — Я не помню.       Я внимательно посмотрела на него.       — Андре, как ты можешь этого не помнить?       Он глубоко вдохнул и провел рукой по волосам.       — Я потерял память, Хлои.       С моих губ сорвался всхлип. В полнейшем шоке и неверии я отступила на шаг и перевела дыхание.       — Ч-что?!       Андре начал заламывать пальцы, похрустывая костяшками. Это его ужасная привычка означала, что он над чем-то раздумывает.       — Пару дней назад я проснулся в больнице. Я… я не знаю, что случилось. Врачи считают, что меня избили за день до этого. Несколько ударов пришлось на голову… — сокрушенно признался он.       — Ты потерял память?! — воскликнула я, ощущая, как слезы защипали глаза.       Сердце бешено колотилось в груди. Это из-за сильного удара Риса Андре потерял память?!       Я была в ужасе. От чувства вины у меня скрутило желудок.       Конечно, Андре пытался мне навредить, но он был не в себе, жутко пьян! За этой угрожающей улыбкой и садистским поведением я по-прежнему видела хорошего парня, которого знала, когда встречалась с Эштоном.       — И много ты забыл? — прошептала я, избегая его взгляда.       Андре не выглядел сильно обеспокоенным.       — Да нет. Лишь фрагменты — то тут, то там.       — Есть шанс, что память вернется?       Он закатил глаза и рассмеялся.       — Врачи любят давать ложные надежды, но я-то все понимаю.       — Андре, мне так жаль… — искренне произнесла я, понимая, что, скорее всего, он даже никогда не узнает, сколько тревоги стоит за этими словами.       — Забей. Merde [Дерьмо] случается. Это жизнь, — пожав плечами, с легкой улыбкой ответил он.       Подул прохладный ветерок, и я плотнее запахнула куртку. Люди расходились по домам, улицы пустели. Было уже поздно — не стоило больше задерживаться.       Я спрятала жалость за натянутой улыбкой.       — Слушай, Андре, было здорово снова тебя увидеть. — Странно было это произносить. Не думала, что скажу такое после всего, что случилось в прошлую пятницу. — Сочувствую твоему несчастью, но мне пора.       — Bonne nuit [Доброй ночи], Хлои. Может, как-нибудь выпьем по чашечке кофе и обсудим, как сложились наши жизни?       Его слова вызвали у меня дежавю.       Мое сердце пропустило удар, когда я поняла, насколько знакомо это звучало.       Вообще-то… Я была почти уверена, что произнесла ровно то же самое при нашей первой встречи спустя два года.       — Погоди-погоди, Хлои, ты уже уходишь?       — А почему нет? Обсуждать за чашечкой кофе, как сложились наши жизни, я не горю желанием.       — Очень жаль, Хло, а ведь мы были так близки…       — Конечно, — вернувшись к реальности, соврала Андре прямо в лицо.       Он лучезарно улыбнулся, и его темные глаза заблестели от счастья.       — Отлично, тогда до встречи.       — Au revoir [Прощай/до свидания], Андре. — Я зашагала по заметно опустевшей улице, но затем резко развернулась и снова посмотрела на француза. — Когда, говоришь, ты очнулся в больнице?       В его глазах вспыхнуло любопытство.       — В среду.       — А избили тебя за день до этого… во вторник, так?       — Да, а что?       — Ничего. Просто спрашиваю. Прощай, Андре.       И на этом ушла, не дав ему больше сказать ни слова.       Вечеринка Тайлера была в пятницу.       Андре потерял память не из-за Риса.       Его избил кто-то другой.

~ * ~

      После бесчисленных попыток подобрать нужный ключ — потому что единственным источником света служил тусклый уличный фонарь — я наконец-то нашла его и открыла дверь. Вошла в дом, разулась и, устало вздохнув, направилась наверх в гостевую комнату.       Но меня тут же схватили за руку и прижали к стене.       В голове резануло от легкого удара о гипсокартон, и я, поморщившись, уставилась в темно-зеленые глаза перед собой.       — Какого черта, Рис?       Он вперился в меня сердитым взглядом, его каштановые волосы упали на лоб.       — Где тебя носило?       — Что?       — Ты вообще знаешь, который час? Тебе не приходило в голову позвонить Авроре или мне и предупредить, куда пойдешь после школы и когда вернешься? — возмутился он, а затем сузил глаза. — Мне пришлось пойти искать тебя, потому что кое-кто забыл взять с собой телефон!       Я моргнула, переваривая услышанное.       Рис меня искал?       — П-прости! — заикнувшись, выдавила я. От его близости мне было сложно говорить, уж слишком четко я ощущала, как он прижимает меня к стене своим сильным и мускулистым телом…       На моих щеках вспыхнул румянец.       — Ты в курсе, как работают телефоны? — риторически спросил Рис. — Давай объясню. Ты носишь его с собой, а когда кто-то звонит, отвечаешь, — медленно разжевал он как для умственно отсталой. — Или для заучки вроде тебя это слишком сложно?       Попустив колкость мимо ушей, я вздохнула и пристыженно заглянула Рису в глаза.       — Я все поняла. Это больше не повторится. Прости, что заставила вас с Авророй волноваться.       — Кто сказал, что я волновался?       Я удивленно посмотрела на него.       — Но ты ведь сказал…       — Чего ты там уже напридумывала?       Его слова ранили в самое сердце, и я смущенно потупила взгляд.       Рис вдруг захохотал.       — Я шучу, Хлоя.       Я вскинула голову и толкнула парня, увидев его ухмылку и озорной блеск в глазах.       — Ну ты и придурок!       — Я знаю! — беспечно ответил он с игривым выражением на лице. — Но тебе ведь нравится этот придурок, так какие претензии?       Я аж подавилась слюной, щеки снова вспыхнули.       — Ч-что? Ты мне не нравишься!       — Ну конечно.       У меня округлились глаза.       — Не нравишься!       Во взгляде Риса мелькнула пленительная искорка боли.       — Не нравлюсь?       Мне стало тяжело дышать. Воздух намертво застрял в горле.       — Я… о боже… это не то… я вовсе не это имела в виду…       Рис залился смехом.       — Опять попалась!       — Ох.       Каштановые волосы упали ему на глаза, и он, ухмыльнувшись, по-мальчишески взмахнул головой.       — Видела бы ты выражение своего лица. Оно бесценно.       — Видел бы ты выражение своего лица, когда на тебе сидел паук. Вот что бесценно, — с триумфом парировала я.       Рис придвинулся ближе — если это вообще было возможно, — и я ощутила на лице его прохладное дыхание.       — Мы договорились больше никогда об этом не вспоминать.       Я невольно улыбнулась. Он тогда выглядел так забавно.       — Мне кажется, это мило. Плохой парень боится паучка Инси-Винси.       — Заткнись, — сконфуженно рявкнул он. Затем отвел взгляд и выругался, а его загорелые щеки слегка порозовели.       Я едва сдержала смех.       Официально заявляю: смущающийся Рис — это в гуголплекс (единица со ста нулями) раз милее всего на свете.       — Ты краснеешь! Боже, это так мило!       Его зеленые глаза тут же вспыхнули от ярости.       — Тебе что, жить надоело?       Самодовольно склонив голову набок, я дерзко улыбнулась.       — Ой-ой, и что ты сделаешь? Насколько помню, это мне известно о твоих слабостях.       Рис удивленно посмотрел на меня, но уже в следующую секунду хитро ухмыльнулся.       А затем прижался ко мне своей твердой грудью. Мое сердце колотилось как сумасшедшее, и он наверняка это почувствовал. Скользнув ладонями по спине, Рис взял меня за талию и притянул к себе. Его лицо было так близко, что я могла сосчитать каждую длинную черную ресничку, каждое светло-карее вкрапление в зеленых глазах. Я была очарована… загипнотизирована даже.       Наклонившись, Рис припал губами к моей шее, у меня перехватило дыхание, и я задрожала в предвкушении. Ощутив нежные прикосновения вдоль линии челюсти, шумно выдохнула и закрыла глаза в блаженном пламени страсти. Все тело горело от жадных неторопливых поцелуев Риса.       И от переизбытка чувств я лишилась рассудка. Зачем Рис снова это делает? В голове пронеслись миллиарды мыслей, но я отогнала каждую, концентрируясь исключительно на губах парня… его руках… нем самом.       Инстинктивно положила ладони на его широкую грудь, и из горла вырвался тихий стон чистого экстаза. Губы Риса продолжали творить чудеса на моей шее, вызывая у меня слабость в коленях.       Меня словно парализовало. Я чувствовала себя льдинкой, брошенной в огонь.       Не могла вымолвить ни слова, лишь издавала постыдные стоны неописуемого удовольствия. Я пребывала в своем личном раю на земле.       И тут вдруг Рис отстранился. Я ошарашено распахнула глаза.       На его губах была все та же ухмылка, в глазах озорной блеск.       — Похоже, я только что нашел твою слабость, — подмигнул он.