История Джигоку: Новый Эмма Дай-О

— Время? — удивлённо спросил будущий Эмма Дай-О, близоруко щурясь на высокую фигуру демона, стоящую прямо напротив света. Со временем глаза стали привыкать к резкой смене освещения, переставая малодушно слезиться. — Что ты здесь делаешь? Вопрос повис в воздухе, будто демон вовсе ничего не услышал, продолжая внимательно вглядываться в алое небо. На горизонте клубились жёлтые облака, смешанные с пылью. Время от времени были видны яркие бело-синие вспышки, будто там, вдалеке, бушевала свирепая гроза. Молнии устрашающе разрезали пространство, грозя испепелить любого, кто попадёт под удар. — Куросаки Ичиго, — равнодушно бросил мужчина, прикрывая необычайно яркие зелёные глаза, как у Улькиорры, словно с трудом отрываясь от такого увлекательного занятия, как наблюдение за бушующей стихией. Хотя чем больше Ичиго думал об этом, тем больше казалось, что погода ни при чём, а всё дело в демонах, что-то не поделивших. Порой обитатели Джигоку были совсем как люди, с теми же слабостями и заскоками. — Пора тебе пройти испытание, установленное мной. — Что, прямо здесь и сейчас? — иронично поинтересовался Куросаки, показывая пальцем на пещеру, находящуюся позади. — Если мы будем драться, то наверняка разгромим тут всё. — Твоё испытание будет проходить в моём измерении, подальше от любопытных глаз, — также ровно продолжил он, неуловимо напоминая Ишшина. Хичиго во внутреннем мире изумлённо присвистнул и уважительно хмыкнул: «Кремень». — Идём, — изящный взмах руки, сопровождаемый особым выбросом духовной силы, разломившей пространство — и перед собеседниками распахивает пасть чернеющий зев прохода, отдалённо похожий на Гарганту. Переход произошёл мгновенно. Не было ни галактик, проносящихся мимо на сверхзвуковой скорости, причудливо переплетающихся и задорно мигающих всеми цветами радуги, как описывалось в обычных бульварных романах. Всё было куда проще и быстрее. Так что если «галактики» и были на самом деле, то временный шинигами не успел ничего заметить. В одно мгновение они оказались стоящими посреди полутёмного коридора, слабо освещённого свечами, медленно плавающими в воздухе сверху, из-за чего создавалось впечатление, что стен нет. Ноги приятно утопали в пушистом алом ковре по щиколотку. В общем и целом, всё было именно так, как в первый раз, когда проводника душ занесло в Коко Генрё Ринью. Подумать только, а ведь он согласился на испытания из-за эгоистичных побуждений! Чтобы не возвращаться ни в Хуэко Мундо, ни в Генсей, ни тем более в Сейретей. Чтобы не видеть лица ранее дорогих людей, которые безвозвратно забыли о Вайзарде, и даже друзей, которых он спасал не единожды. А что они сделали в важный момент? Отвернулись! Верны остались единицы. И. о. шинигами мрачно улыбнулся, вспомнив, как он в ярости чуть ли не убил двух демонов из-за того, что один был оригиналом Ренжи, на которого он раньше надеялся, как на Рукию. Только вот младшая Кучики помогла, а Абарай — напал. «Поправка, Король, — в поток мыслей вклинился Хичиго, умно поправив на переносице несуществующие очки, неприятно напомнив жестом об однокласснике из семьи Исида, отчего Ичиго мгновенно перекосило. — Вспоминай, что тогда было на самом деле, и какие чувства тобой двигали. Ведь на самом деле, ещё тогда, в начале, тебе просто было их жалко. А потом оказалось, что тебе удобно перекантовываться в Джигоку, вот ты и остался! Хотя в одном ты всё-таки прав», — на мгновение металлические нотки в голосе исчезли, так что Вайзард насторожился ещё больше. «И в чём же?» — спросил будущий Эмма Дай-О, тяжело вздохнув после минутного молчания: Пустой привычно нагнетал обстановку, поэтому коварно молчал, утаивая самую интересную информацию. Такой трюк был ему уже давно знаком. Он не был нов, но всегда так успешно и вовремя применялся, что преемник Мугетсу постоянно сдавался первым, чтобы не разжигать любопытство ещё больше. «Что ты эгоистичный маленький ублюдок, — почти ласково проскрипел Широсаки, причём в голосе звучала неподдельная гордость. Ведь именно он первым открыл в ненаглядном и идеальном Ичиго тёмную сторону с ещё более тёмными желаниями. Собственно, он и был воплощением негатива. Но злом Пустой, вопреки всеобщему мнению шинигами и квинси, не был. По крайней мере, чистым. Да и не бывает такого зла. Весь мир соткан из полумер. — И я несказанно этому рад!» Но нужно было сконцентрироваться на демоне, который вёл его вглубь замка «беззащитную и наивную жертву», не замечая (или игнорируя) пререкания в рыжеволосой башке спутника. Время вполне мог успешно подслушивать незатейливую болтовню. Мало ли какие способности были у обитателей Ада. Бессмертие уже чего стоило. — Ещё при первой нашей встрече я досконально просканировал твою реатсу, — не стал отвлекаться оригинал Бьякуи. Он был явно не из тех стеснительных парней, топчущихся вокруг да около, пытаясь подтолкнуть собеседника к нужной теме странными фразочками. — И заметил несколько странностей, которые меня заинтересовали. Поэтому сначала я хочу поговорить о них. — Несколько? — Ичиго истерично рассмеялся, вспоминая, как Маюри раньше гонялся следом, чтобы покромсать его на кусочки и посмотреть, что же такого увлекательного есть в кишках. — Зачитай весь список. А я пока присяду, — он без лишних стеснений плюхнулся на голую землю, подняв небольшое облачко пыли. Как оказалось, в замке был тренировочный полигон, подозрительно напоминающий подвал под магазином одного знакомого панамочника. — Итак? — парень вопросительно выгнул бровь, воткнув рядом с местом, где сидел, узкий клинок занпакто. — Кем были твои родители? — в лоб спросил демон, материализуя удобный стул, чтобы не так сильно возвышаться над будущим Королём Ада. — В смысле — кем были? — Куросаки вмиг потерял напускное благодушие, тяжёлой тенью нависая над мужчиной. Но Время не был бы Временем, если бы не дал достойный отпор, пригвоздив нахального мальчишку к прежнему месту не менее угрожающим взглядом. — Они были простыми людьми! — грозно рыкнул временный шинигами, но сел обратно. Спустя несколько минут раздумий юноша нехотя выдал: — Я думаю, что мой отец был шинигами, но по какой-то причине лишился своих сил. Возможно, из-за техники, — задумчиво заметил он, устало потирая переносицу. — Он знал беглого шинигами по имени Урахара Киске и вполне легко с ним общался, — комментарии о том, что он даже получил от Ишшина защитный амулет, завязанный на заклинании, были излишни. Это временный шинигами посчитал несущественным. Кстати, амулет до сих пор был накрепко пришит к любимой рубашке, оставшейся в Каракуре, но не дома. Шинигами тщательно подчистили следы, спрятав вещи. Возможно, они были уже давно сожжены. Или валялись в коробках у Урахары, на что подросток искренне уповал. Если только торгаш не продал всё подчистую. — А мать? — продолжил «допрос» демон, тщательно запоминая каждое слово. — Что ты знаешь о ней? — Она была человеком, — твёрдо заявил Ичиго, искренне уверенный в правдивости слов. Но немигающий взгляд напротив и подозрительная тишина во внутреннем мире во время разговора заставили начать сомневаться в устоях, сформировавшихся за несколько лет, прошедших со смерти Масаки. — Иначе она смогла бы отбиться от нападения Пустого, — тихо добавил он, пряча глаза, постепенно наполняющиеся болью старых воспоминаний. — Она бы не умерла тогда, оставив нас. — А ты не думал, что твоя мать могла быть смертельно ослаблена чем-то, поэтому и не смогла противостоять даже простейшему «минусу»? — безразлично заметил оригинал Бьякуи. — Я думал! — рявкнул Вайзард, яростно сверкнув глазами, на миг ставшими полностью жёлтыми и безумными, как у Пустого. — Но чем больше я думал об этом, чем больше вероятностей просчитывал, чем больше несуществующих заговоров воображал, тем больше погружался в то дерьмо! — он стукнул кулаком по земле, пытаясь сдержать бурю негатива, внезапно всколыхнувшуюся из глубин души. — Я не хочу возвращаться в то отчаяние, из которого с трудом выкарабкался, — парень сжал руку сильнее, до крови впиваясь ногтями в кожу на ладони. — И я знаю, что есть как минимум два человека, знающих всё о моей матери — отец и Урахара Киске. Так что пока два идиота не захотят рассказать мне правду, если она есть, мы ничего не узнаем. Это всё? — раздражённо поинтересовался будущий Эмма Дай-О. Эта тема была неприятной и мутной. — Давай дальше, — он безразлично махнул рукой, низко опустив голову. — Откуда в тебе сила Пустого? — сразу же задал вопрос демон, без всяких эмоций прожигая отчаянно сгорбленную фигуру преемника Мугетсу. — После того как я потерял силу шинигами в первый раз, — начал Ичиго, не поднимая головы, поэтому не увидел, как Время впервые за весь разговор проявил эмоции, а в данной ситуации — удивление, выраженное через чуть вздёрнутую кверху бровь, — Урахара забросил меня в заброшенную штольню в подвале, предварительно обрубив мне Звено Цепи. Через три дня у меня началась холлоуфикация, — хмуро продолжил он, нервно кусая губы и хмуря брови больше обычного, чтобы точно вспомнить, что тогда произошло. — Я впервые попал во внутренний мир и встретил свой занпакто — Зангетсу, — парень нежно провёл по кромке чёрного лезвия банкая, совершенно не опасаясь пораниться. Вот только если бы это попытался сделать кто-нибудь другой, то наверняка бы лишился пары пальцев, если не руки. Тенса терпеть не мог чужих прикосновений, о чём заявил в первый же день, когда выдалась свободная минутка. — Знаешь, как он выглядел тогда? — короткий истеричный смешок, в котором на мгновение проскользнул металлический скрежет, как у «минуса». — Бесконечные ровные ряды многоэтажек под чёртовым голубым небом, которые меняются на тучи с дождём, когда я «в печали», — он показал в воздухе кавычки. — А знаешь что самое классное, Время? — Куросаки вздёрнул подбородок и сумасшедше оскалился, в то время как склера правого глаза медленно стала чернеть, а радужка — желтеть. — Что они повёрнуты на девяносто градусов. И ты никогда точно не знаешь, когда на тебя нахлынет ощущение, что так не бывает, и ты от осознания свалишься вниз и расплющишься то ли об асфальт, то ли об воду. Вот такое счастье, — юноша ещё больше оскалился, не замечая, что на лицо начинает наползать маска Пустого. — Куросаки Ичиго, — тихо окликнул парня Время, искренне начиная беспокоиться за душевное состояние собеседника. — Как ты получил силу Пустого? — с нажимом проговорил он, деликатно отвлекая проводника душ от терзаний. — Дальше? — проводник душ моргнул, будто прогоняя наваждение. Он озадаченно потёр скулу и, нащупав край маски, незамедлительно сорвал, словно липкую паутину с лица. — Зангетсу устроил мне испытание. С неба начали падать белые квадратные коробки, в одной из которых я должен был найти материальную оболочку духовного меча. Я слабо помню, упал я в воду или это было в воздухе, но, кажется, я успел в последний момент. И из-за этого на мне успела полностью сформироваться маска и дыра в груди, хотя трансформация почему-то не тронула тело. Урахара мне позже сказал, что это из-за моей высокой сопротивляемости и воли. Я не знал правды и не желал знать, чувствуя, что всё это непривлекательно попахивает. После Пустой в моей башке начал толкать ахинею о том, что хочет захватить тело, — временный шинигами тыкнул пальцем в висок. — Он пилил меня день и ночь, попутно спасая мне жизнь и трепля мозги. А потом я стал Вайзардом окончательно, научившись призывать маску самостоятельно и контролировать татаро-монгольские набеги на сознание и подсознание. Косо и криво, но дело пошло. Конец истории. Следующий вопрос, — он слабо усмехнулся. — Как насчёт того, чтобы научиться стрелять из лука? — неожиданно спросил Время. От удивления и. о. шинигами поперхнулся воздухом, ошарашенно вытаращившись. — Что?