Плачущие крылья

Обессилевший Рамиель почувствовал, как Бальтазар подхватил его и спрыгнул с платформы. В тот же миг дыхание перехватило, безжизненная пустота обступила со всех сторон, и они снова оказались в доме Бальтазара. Но не в той каморке, где Рамиеля держали до начала торгов, а в просторной комнате. Спину жгло огнём, а позвоночник выкручивала тупая боль. Рамиелю казалось, что с него содрали кожу, и теперь кто-то невидимый разрывал пальцами мышцы, пробираясь всё глубже. ─ От клейма ещё никто не умирал, ─ Бальтазар снова, как и там, в замке, когда Рамиеля чуть не раздавило тёмной энергией демонов, положил ему ладонь на лоб, и боль понемногу утихла. Перед глазами перестали плясать кроваво-красные круги. Демон исчез, и Рамиель смог, наконец, отдышаться, чувствуя, как возвращается прежняя ясность сознания. Сев на пол, с наслаждением вытягивая гудящие от усталости ноги, он стал осматриваться по сторонам. Помещение казалось достаточно светлым, несмотря на плотно зашторенные окна. Спокойные, серо-зелёные тона на полу и стенах. Мягкий ковёр с длинным ворсом. Огромная кровать посередине комнаты, пара кресел с журнальным столиком в углу у окна и широкий вместительный шкаф во всю стену, с большим зеркалом от пола до потолка. Рамиель даже не сомневался в назначении комнаты ─ это спальня Бальтазара. Странно, почему-то обитель демона представлялась Рамиелю раньше совсем иначе. По его мнению, это обязательно должно было быть мрачное, полутёмное помещение, или наоборот, вычурное, слишком яркое, с обилием тёмной символики. А тут… Да, он определённо слишком мало знал об этом мире. ─ Ну что, ангелочек, здесь теперь твоё место жительства на ближайшие десять лет, ─ Бальтазар неожиданно оказался сзади и грубо вздёрнул его наверх, заставляя встать на ноги. ─ А я твой хозяин, которому ты будешь безоговорочно подчиняться. Не советую быть настолько глупым, и лишний раз рисковать своей шёлковой шкуркой. Длинный язык демона заскользил по щеке, оставляя мокрые следы, доставая до самого подбородка, и легко коснулся губ. Рамиель вздрогнул. От страха, от отвращения, не понятно от чего… Близость демона пугала, невозможность сопротивляться заставляла негодование закипать внутри. Хотелось кричать, бить, вырываться из тесных объятий. Но Рамиель только замер, не в силах пошевелиться, пока его лицо, шею и ключицы по-хозяйски изучал влажный язык, от чего тело охватывала мерзкая, лихорадочная дрожь. ─ Ярость. Слабость. Отчаяние. Самый сладкий, пьянящий коктейль. Как же давно я это не пробовал… ─ Бальтазар утробно зарычал и вцепился в плечи Рамиеля, так что острые когти до крови вонзились в кожу, и с удовольствием зарылся лицом в его волосы, наслаждаясь тихими болезненными стонами. Бальтазар успел позабыть, какие сильные чувства пробуждает в демоне только что поставленное им клеймо собственности. Долгие годы он ловил ангелов только на продажу, выставляя на торги и даже не задумываясь о том, чтобы оставить себе. Он вообще не подозревал, что вот так, ни с того, ни с сего, снова захочет завести себе «домашнего питомца». Когда-то на месте этого золотоволосого гордеца был Сотис. Был, есть и сейчас, по сей день. Ангел, оставшийся с ним рядом по собственному желанию, превратившийся в истинного падшего с его помощью. Этого Бальтазару казалось вполне достаточно. Рамиель… Красивое, звучное имя забавно возилось на языке, по сравнению с коротким лаконичным ─ Сотис. Бальтазар уже ловил себя на мысли, что хочет произнести его вслух, услышать звучание собственного голоса. И быть может, это златовласое чудо заслужит такой невероятной для раба чести, если конечно сумеет обуздать свою гордыню. Не суть. Это потом. Сейчас невыносимо хотелось поддаться самым примитивным желаниям. Присвоить, подчинить, заявить себя полноправным хозяином и указать своенравному рабу его место. И Бальтазар не видел повода сдерживаться. Балансируя на грани страха и злости, Рамиель даже не понял, как Бальтазар толкнул его на кровать. Приятная, прохладная мягкость постели резко контрастировала с тяжёлым, горчим телом, придавившим его со спины. Демон, словно издеваясь, прекрасно представляя, какие мучения доставляет, провёл длинным, холодным языком по разгорячённой коже спины между лопаток и выше. Как раз там, где теперь располагалось клеймо раба, где ожог был ещё совсем свежим. Рамиель вскрикнул от боли, попытался отстраниться. Прогнулся, вжался, насколько хватило сил в спасительную прохладу мягкого покрывала, буквально распластавшись на нём, хоть и понимая, что это не избавит от мучений надолго. Бальтазар довольно хмыкнул и только сильнее прижался к извивающемуся под ним Рамиелю. А потом отстранился совсем ненадолго, только для того, чтобы стянуть с него брюки. ─ Что ты делаешь? ─ Рамиель попытался перевернуться, но эта попытка не увенчалась успехом. Его слабый шёпот было трудно расслышать, но демон без труда понимал всё, что он говорит. ─ Ничего из того, на что не имею права. Собираюсь взять тебя так, как мне давно уже хочется, ангелочек, ─ пророкотал Бальтазар в самое ухо сжавшемуся от страха Рамиелю. — Не дёргайся, светленький, тебе же будет лучше. Демон прекрасно чувствовал, как ангела накрывает волнами страха, как с трудом тот удерживается, чтобы не впасть в безотчётную панику. Бальтазар ликовал. Что-то внутри безумно приятно трепетало от таких живых, сильных, искренних эмоций. Ему хотелось ещё больше, ещё ярче. ─ Ммм… Никогда не был с мужчиной? Девственник? — демон довольно простонал куда-то в затылок съёжившемуся Рамиелю. ─ Твои проблемы. Рамиель почувствовал, как его вздёрнули выше, заставляя поднять зад. Когтистые пальцы огладили ягодицы, царапая, наверняка оставляя тонкие кровавые следы, а потом, размазывая что-то неприятно холодное, заскользили по промежности. Секунда — и Рамиель подавился воздухом, заскулил от новой неизведанной ранее боли, когда Бальтазар бесцеремонно протолкнул в него сразу два пальца и начал быстро двигать ими. ─ Нетронутое никем солнышко, я точно не прогадал, оставляя тебя себе, ─ Бальтазар немного отодвинулся, чтобы принять удобную позу, и тут же стремительно толкнулся вперёд, наваливаясь на Рамиеля ещё сильнее, придерживая его поперёк груди, чтобы не смог отстраниться. Резкая боль заглушила всё остальное. Рамиель инстинктивно сжался, заёрзал и попытался уйти от разрывающего его тело проникновения. Стиснув зубы, он старался сдержаться и не закричать от ужасных ощущений. Только до тех пор, пока Бальтазар не стал размашисто вбиваться в него, с каждым движением проникая глубже, насаживая на себя всё резче и сильнее. Рамиель кричал в голос. Он чувствовал, что просто не выдержит и умрёт под безудержным натиском похотливого демона. Его будто разрывало на части от каждого яростного толчка, а Бальтазар только удовлетворённо хрипел, ускоряясь и всё сильнее вжимался в горящую огнём спину. Когда Рамиелю показалось, что вот-вот он не выдержит, потеряет сознание, Бальтазар громко зарычал. Снова впился когтями в чувствительную кожу, прочерчивая на груди алые кровавые полосы, вонзил острые клыки в плечо, с силой потянув на себя, чуть не вырвав кусок плоти, и с громким выдохом излился. А потом перекатился и распластался рядом, переводя сбившееся дыхание, даже не посмотрев на корчащегося в муках Рамиеля. ─ Брысь, ─ Бальтазар грубо, жёстким пинком скинул ещё не пришедшего в себя Рамиеля с кровати. ─ Рабу не место в хозяйской постели, когда уже отработал, что должен. От боли и злости Рамиель на мгновение потерялся, сжимая в кулаках длинный ворс ковра. Ему казалось, что он сейчас задохнётся, подавившись глухими рыданиями. Сил хватило только на то, чтобы свернуться трясущимся комком у кровати Бальтазара и попытаться совладать с эмоциями. Это что-то невероятное. Злой сон, кошмарное порождение извращённой фантазии! Его только что изнасиловал демон. Тот, кто стал его хозяином на долгие десять лет. Сможет ли он выдержать этот срок? Как выжить в этих чудовищных условиях, не сломаться и не забыть, кто есть на самом деле? Хватит ли сил… ─ Думаю, ты уже достаточно отдохнул, ─ минут десять спустя Бальтазар выдернул Рамиеля из полуреального забытья. ─ А сейчас поднимай свою соблазнительную задницу, возьми вон тот тазик с водой, который стоит в углу, и полотенце. Я хочу, чтобы ты меня вымыл. ─ Демон недвусмысленно двинул вверх бёдрами, показывая, какая конкретно часть тела нуждается в сиюминутной гигиене. ─ И поторопись, я уже голоден. А голод не прибавляет мне терпения в отношении с несносными бестолковыми рабами. ─ Ты же можешь сам, ─ практически беззвучно отозвался Рамиель. Ведь демон откровенно над ним издевался. Физических мук ему показалось мало и теперь он начал действовать более изощрённо, заставляя его прислуживать, удовлетворяя извращённые желания. ─ Конечно, могу, ─ отозвался Бальтазар, мгновенно похолодевшим, грубым голосом. ─ Только у меня есть ты, и напрягаться теперь не обязательно. Ещё одно слово, помимо действий, ангелочек, и я вдолблю тебе эту истину более осязаемым способом. Поверь, после ты даже не подумаешь открывать рот и что-то мявкать без разрешения. ─ Глаза Бальтазара светились злобным, ледяным блеском. Рамиель спешно отвернулся, в тайне радуясь, что тот не стал использовать гипноз или ещё что-то более ужасное, что подавляло разум и волю. А потом постарался справиться с собственным телом и подняться на ноги. ─ Так то лучше, светленький. Хотя, настроение ты мне уже испортил и теперь однозначно останешься без ужина. Привыкай ─ если намерен и дальше выказывать свою неуместную гордыню. Бальтазар смеялся почти в голос, а Рамиель с трудом превозмогая боль, старался удержаться на ногах. Чёртов тазик был совсем рядом, в противоположном углу, но, сколько же усилий потребовалось приложить, чтобы, едва передвигая ногами, добраться до него. ─ Хорошо, а теперь тщательно оботри меня, ангелочек. Рамиель осторожно поставил ёмкость с водой возле кровати. Смочил полотенце и, сглотнув невыносимо тягучую слюну, застрявшую в горле от одного только вида раскинувшегося в непринуждённой позе демона, придвинулся ближе, невольно рассматривая своего новоявленного хозяина. Смуглая кожа, блестящая от пота мягким бронзовым отливом. Мощное, мускулистое тело. Руки, плечи и грудь, покрытые витиеватыми узорами чёрных татуировок. Бальтазар не двигался, даже не думал лечь как-то по-другому, чтобы Рамиелю было удобнее его мыть. Пришлось, превозмогая боль, заползти на кровать, поставив тазик на край, и склониться над ним на четвереньках. Рамиель старательно водил влажным полотенцем по телу демона, избегая лишний раз прикасаться к возбуждённому, стоящему колом огромному члену. Сейчас даже представить было страшно, что этот внушительный орган только что был в нём. Но демон хотел от него, как раз, более тщательного омовения. И чтобы напомнить об этом, он схватил ангела за руку, направляя. Рамиель от неожиданности дёрнулся и задел таз, опрокинув его прямо на постель. Бальтазар подскочил и недовольно зашипел. Потом с невероятной скоростью он оказался перед своим рабом и залепил ему звонкую пощёчину. Не слишком сильно, но так, что кожа полыхала огнём от этого удара. Рамиель испуганно прижал ладони к лицу, чувствуя между пальцев что-то горячее и липкое. Острыми когтями демон располосовал ему щёку до крови. ─ Что, остаться без ужина тебе кажется слишком простым наказанием? Поменяй постель! — Бальтазар спокойно потянулся, словно не было этой внезапной вспышки гнева, и отошёл к одному из кресел. — Сменное бельё в шкафу. Светленький, цени мою доброту, я сегодня сама любезность. Поторопись, есть хочу. И да, вон там, рядом с кувшином твоя одежда. Рамиель замер, потому что в этот самый миг между ног что-то отвратительно хлюпнуло и по бёдрам потекло. Сперма, кровь, смазка… Попытался сжать ягодицы, но ничего не получилось. Вязкая, скользкая жидкость скатывалась крупными каплями на кровать. Он старался то ли сжать ноги, в мучительных попытках удержать стекающую по бёдрам жидкость, то ли наоборот расслабиться, чтобы всё это уже, наконец, вытекло из него. Рамиель пока не мог заставить себя двигаться. И потакать своенравному деспоту не собирался. Пусть делает, что хочет. Ест, пьёт, что угодно, только бы его больше не трогал. ─ Ты меня плохо понял? ─ прозвучало совсем рядом, прямо над ухом. Рамиель не успел ответить, вообще хоть как-то отреагировать, когда когтистая ладонь ухватила его за горло и вздёрнула вверх. Пальцы на шее сжимались всё сильнее, глаза Бальтазара бешено блестели. Воздуха стало не хватать, Рамиель в отчаянии ухватился за удерживающую его ладонь. На мгновение показалось, что острые когти сейчас разорвут горло, и демон просто убьёт его. ─ Я не люблю ждать, ангелочек, ─ медленно, почти по слогам протянул Бальтазар. ─ Если я что-то сказал, велел что-то сделать, значит, ты стремглав несёшься и выполняешь моё приказание. Это не обсуждается. Отшвырнув Рамиеля в сторону, он неспешно оделся. Тому ничего не оставалось, как с трудом переводя дыхание, стараясь в очередной раз не разозлить безумного демона, одеться самому. К слову сказать, из одежды на Рамиеле теперь была только длинная свободная рубашка, на манер той, в которой его водили на торги. Отсутствие брюк и даже обуви он так и не решился озвучить стоящему рядом, и без того злому демону. Потом без лишних напоминаний перестелил залитую водой постель. — Подойди, — Бальтазар небрежным жестом поманил его к себе. Когда Рамиель подошёл ближе, он увидел в руках своего мучителя несколько золотых украшений. Два браслета с маленькими колокольчиками защёлкнулись на щиколотках. Один, в виде тонкой изящной змейки, теперь обвивал запястье его правой руки. Демон лишь мельком взглянул на браслет, подаренный Фалетом, но не забрал. Рамиель безумно обрадовался. Единственная память о доме, о любимых. Было бы невыносимо видеть, как эту крохотную связь разрушит бесчувственное чудовище. — Красиво, — задумчиво протянул Бальтазар, оглядывая Рамиеля с ног до головы. — Мне нравится. За довольно большим, непривычно круглым столом сидел Бальтазар и демон с огненно-красными косичками, которого Рамиель видел в самый первый момент своего появления в этом мире. Как он понял тогда из разговора, эти двое были родными братьями. На какой-то момент сознанием снова овладела тоска о прошлой жизни. Образ Фалета стоял перед глазами, как Рамиель ни пытался отстраниться от этого болезненного воспоминания. Да, у него есть брат! И нет ничего неестественного, что у демона, поработившего его, тоже. Демоны ужинали. Рамиель же сидел на низенькой скамейке подле своего хозяина, ожидая, когда тот закончит трапезу. Запах еды дурманил невероятно. Ему казалось, что таких вкусных ароматов он вообще никогда не чувствовал. Или ужасный демон снова что-то сотворил с ним, заставляя мучиться от голода сильнее. Рамиель уже давно ничего не ел. И сейчас его чувства обострились до предела. Жареное мясо, ароматные запеченные овощи, ванильный пудинг. Рамиель сходил с ума и давился слюной. Он хотел есть… Он немыслимо хотел есть, и смотреть на демонов было просто невыносимо. ─ Может, ты всё-таки уберёшь его куда-нибудь в сторону, а? ─ красноволосый демон требовательно посмотрел на Бальтазара. ─ Раум, он тебе ничем не мешает. Ешь молча. ─ Не мешает, как же! Такое ощущение, что он от голода готов у меня кусок изо рта вырвать! Ты его вообще, когда кормил в последний раз? ─ Не твоё дело! ─ злобно огрызнулся Бальтазар. ─ Я сам решаю, как мне наказывать своих рабов. ─ Да не спорю я, наказывай, как хочешь! ─ неожиданно вскинулся Раум. Мне просто кусок в горло не лезет, когда это на меня так смотрит! Оно жрать хочет! ─ Естественно хочет. Очень хочет, ─ совершенно спокойно, даже расслабленно ответил Бальтазар. Поэтому и сидит возле нашего стола. ─ Тьфу! Приятного аппетита вам, великий охотник! ─ Раум встал со своего места, посмотрел на брата с отвращением, и вышел. Рамиель совершенно не понимал, что происходит. Сумев, наконец, отвлечься от сводящего с ума голода, он задумался об этих двух демонах, которые, по его мнению, особо между собой не ладили. Что-то странное и непонятное было между ними. ─ Вы с Раумом такие разные. Всегда было интересно за вами наблюдать. Голос раздался совсем рядом. От неожиданности Рамиель чуть не упал с неустойчивой скамейки, сердце заколотилось как сумасшедшее. Он внимательно рассматривал внезапно появившегося гостя. Отказываясь верить собственным глазам, Рамиель на секунду зажмурился, но стоящий рядом с ним не исчез, а спокойно подошёл к столу и зацепил кусочек мяса пальцами прямо из тарелки Бальтазара. ─ Слишком разные. Я порой сомневаюсь в верности нашей матери отцу. Этот болезный с трудом тянет на рядового демона, не говоря уже об охотниках, ─ фыркнул в ответ Бальтазар, словно не замечая, что кто-то другой хозяйничает в его тарелке. Крылья. На них невозможно было не обратить внимание. Такие же, как у ангелов, только серого цвета. Рамиель не сомневался, что перед ним падший ангел. Была ещё одна отличительная черта. По тяжёлым, как будто намокшим перьям тонкими струйками стекала вода. Капли падали на пол, звонко ударяясь о поверхность, но не оставляли на ней и следа. Плачущие крылья… Значит, молодой мужчина, так свободно чувствующий себя в обществе Бальтазара ─ истинный падший ангел. Тот, кто принял тёмную сущность и стал наполовину демоном. Никогда до этого момента Рамиель их не видел, поэтому сейчас рассматривал с огромным интересом и не сразу заметил обращенный на себя взгляд пронзительно синих глаз. ─ Смотрю, ты, наконец, решил обзавестись новым питомцем, ─ падший улыбнулся, заправил за ухо выбивающуюся из низкого пучка седую прядь, которая слишком ярко выделялась на тёмных, каштановых волосах, и стащил у демона из тарелки ещё один кусочек. ─ Забавная игрушка. Не смог отказать себе в удовольствии, ─ Бальтазар довольно оскалился, окинул Рамиеля сверху вниз насмешливым взглядом и бросил прямо перед ним кусок мяса. ─ Ты, кажется, очень голоден ─ можешь поесть. Я сегодня неимоверно добрый. ─ Демон рассмеялся. Рамиель дёрнулся, словно от удара, а потом не сдержался и с вызовом посмотрел на Бальтазара. Как бы его ни мучил голод, он лучше умрёт, чем будет есть с пола, как животное. ─ Кажется, этот дерзкий щенок считает, что я с ним слишком жестоко обращаюсь. Надо бы показать, какими бывают другие хозяева. Сам поймёт, как ему повезло, ─ Бальтазар опасно прищурился, глядя на Рамиеля. ─ Не хочешь ─ не ешь, ничего другого всё равно не получишь. ─ Воспитание — твой конёк, ─ в тон ему отозвался падший и со смехом опустился на соседний стул. Приятно видеть, что ничего не меняется. Придаёт уверенности в завтрашнем дне. ─ Сотис, а ты, как всегда, болтаешь без умолку. Где пропадал целую неделю? ─ Бальтазар ухватил его за руку во время очередного посягательства на содержимое тарелки, поднёс к лицу перепачканные соусом пальцы и медленно облизал. ─ Ммм… ─ тихо простонал падший. Очевидно, что прикосновения демона ему были приятны. ─ Попалось кое-что интересное. Как-нибудь расскажу. Сотис и Бальтазар ещё долго разговаривали, неспеша потягивая вино. Рамиель старался отвлечься, не думать о еде и не обращать внимания на слишком интимные жесты, которыми обменивались эти двое прямо у него на глазах. Повезло… Несказанно. Стал рабом деспотичного, жестокого демона, использующего его, как свою собственную, живую игрушку. Сотис что-то прошептал демону на ухо и покинул обеденный зал. Бальтазар, сыто щурясь, откинулся на спинку стула и лениво наблюдал за ёрзающим на жёсткой скамейке Рамиелем. Тот так и не притронулся к брошенному куску мяса, хотя голод истязал его всё сильнее. ─ Гордость. Нелепое, совершенно ненужное чувство в твоём положении, ангелочек. Но не могу не согласиться, что так интереснее. Что ж, пора устроить тебе небольшую экскурсию. Бальтазар встал, рывком поднял Рамиеля и в ту же секунду переместился. ─ Это кухня, ─ демон отпустил его. Рамиель пошатнулся и с трудом устоял на ногах, вцепившись в край столешницы, около которой оказался. Пространственные скачки отнимали немало сил. Каждый раз, когда Бальтазар переносил его из одного места в другое, Рамиелю казалось, что он не выдержит. Дыхание останавливалось, кровь застывала в жилах, словно он умирал на эти короткие доли секунды. А демон будто и не замечал его состояния, или попросту игнорировал, издеваясь, наслаждаясь мучениями беспомощного светлого. ─ Владения Катака. Сюда я буду присылать тебя, когда мне что-то понадобится. Рамиель увидел невысокого, седоволосого демона, с короткими, почти белыми рогами, который обернулся на голос хозяина. И тут же, потеряв всякий интерес, отвернулся к столу, мастерски орудуя большим ножом. ─ Пойдём дальше, ─ Бальтазар снова притянул его к себе и переместил в другую часть дома. Рамиель уже плохо соображал. Демон таскал его за собой, словно безвольную куклу, показывая свои владения. По крайней мере, те места, где ему дозволялось появляться. Ноги подкашивались, от слабости и разрывающей голову боли, казалось, вот-вот вывернет наизнанку. Когда они, наконец, снова очутились в спальне Бальтазара, Рамиель обессилел настолько, что просто свалился к его ногам. Если бы демону пришло в голову переместиться с ним вместе ещё куда-то, этот скачок определённо стал бы для него последним. ─ Долго вы. Я уж думал, ты потащил мальчика осматривать окрестности особняка, ─ Сотис в человеческом обличии, в одних пижамных штанах лежал на кровати Бальтазара и лениво листал какую-то старую книгу. ─ Слабый совсем, того и гляди окочурится прямо на руках, ─ демон довольно оскалился, сверкнув белоснежными клыками. ─ А ты успел заскучать? Может, хочешь развлечься? ─ он снова вздёрнул Рамиеля наверх, и тот смог удержаться на ногах только крепко вцепившись в его руку. Бальтазар облизал его шею, оставил влажный след на щеке своего раба и скользнул длинным языком в рот, властно раздвигая приоткрытые от частого дыхания губы. Рамиель дёрнулся, попытался отстраниться, но демон только настойчивее толкался языком вглубь, проникая до самого горла. Слёзы выступили на глазах, дышать нормально не получалось, желудок крутило болезненным спазмом. Его не вырвало только потому, что было попросту нечем. Смех Сотиса заставил Бальтазара перестать истязать Рамиеля, и он соизволил оторваться от своего занятия, обернувшись на голос. ─ Нет уж, какое удовольствие от еле живого тела в постели? Оставь его уже в покое и накорми, наконец. Не то этот мальчик не протянет у тебя и недели, ─ Сотис отложил книгу и перевернулся на живот, подтягивая к себе пушистую бархатную подушку. ─ А вообще он хорошенький, у тебя определённо есть вкус. Мне нравится. ─ Я знал, что ты оценишь, ─ Бальтазар скользил голодным взглядом по полуобнажённому телу. Пойду, покажу ангелочку его апартаменты. За шкафом, в углу спальни располагалась малозаметная дверь. Демон распахнул её ногой и втолкнул Рамиеля внутрь маленькой комнатушки. ─ Здесь теперь твоё место. Будешь сидеть, не высовываясь, пока я не позову, ─ Бальтазар вышел, захлопнув за собой дверь, а Рамиель бессильно опустился на пол. Крошечная, по сравнению со всеми увиденными им в доме демона, комнатка. Длинное, узкое окно, почти от пола до потолка. Низкая скамейка, тазик с водой, ненавистное ведро и тонкий, совсем не подходящий для сна матрас. Всё. Никаких удобств, только самое необходимое в крайне примитивном варианте. Но сейчас уставшего, измученного Рамиеля это не волновало. Он ползком добрался до выделенного ему на ближайшие десять лет спального места и забылся тяжёлым, глубоким сном. Разбудил Рамиеля настойчивый, оглушительно громкий голос Бальтазара. Он проникал в сознание, перебивая любые попытки связно мыслить, выдёргивая из блаженного забытья. Голос звучал внутри, в голове, так хозяин звал своего раба. Рамиель ещё толком не понял, что происходит, но уже поднялся на ноги и пошёл, словно заворожённый, на этот зов. Очнулся и смог нормально воспринимать происходящее он уже в спальне демона, возле огромной кровати. ─ В следующий раз, если так долго будешь соображать или сопротивляться приказу, придётся пинками вышвыривать тебя из твоей конуры. Я не против, если для тебя такой способ общения будет более приемлемым, ─ Бальтазар злобно оскалился, выражая своё недовольство. Рядом с ним, устроив голову на его широкой груди, сонно жмурился Сотис. Демон зарылся пальцами ему волосы, осторожно перебирая шелковистые пряди. ─ Какой ты шумный по утрам, Бальт. Он же пришёл. Что тебе не нравится? Между прочим, ты первый раз обратился к нему мысленно, и он здесь, перед тобой, ─ Сотис зевнул и откатился в сторону, вытягиваясь всем телом. Потом скинул с себя одеяло, встал с постели, и совершенно не стесняясь своей наготы, подошёл к окну. ─ Ммм… Ненавижу открытые окна, ─ слабо возмутился Бальтазар, судя по его виду прекрасно зная, что его проигнорируют. ─ А я люблю, ─ Сотис отдёрнул плотные шторы и распахнул створку. Комната тут же наполнилась прохладной свежестью раннего утра. ─ Ладно, ангелочек, можешь считать, что тебе повезло, ─ Бальтазар улыбался. По этой улыбке невозможно было определить, доволен он или нет. ─ У тебя пятнадцать минут, чтобы привести себя в порядок, поесть и одеться. Нам с тобой предстоит весьма увлекательная прогулка. Рамиель вздрогнул от неожиданности, когда у него за спиной возник демон, прислуживающий Бальтазару. У него в руках был небольшой поднос с едой и одежда. Вкуса пищи Рамиель толком не разобрал. Сейчас он не смог бы точно сказать, что именно ел. Но, наконец-то желудок перестало сводить от голода. Как просто, оказывается, почувствовать радость. Брюки опять были безобразно узкими, но Рамиель не обратил на это особого внимания. А вот рубашка оказалась ужасно неудобной. Та, которую ему выдали вчера, была свободной и не прилегала к обожжённой коже спины слишком плотно. А вот эта, которую пришлось натянуть через голову с немалым усилием, давила и заставляла испытывать боль при каждом движении. Бальтазар снова распахнул дверь ногой, сообщая о своём намерении вытащить Рамиеля на улицу, в чём мать родила, едва тот успел полностью одеться. Окинул его оценивающим взглядом и кивком позвал за собой. До этого Рамиелю удавалось увидеть мир демонов только из окна. В тот момент, до начала аукциона, когда они с Бальтазаром стояли перед наводящим ужас одним своим видом замком, он ничего, кроме холода серого камня и распахнутых дверей, не замечал. Сейчас же был поражён неожиданным видом, развернувшимся перед глазами. Всё вокруг просто утопало в зелени. Густая трава изумрудным ковром покрывала землю. Высокие деревья закрывали горизонт. Чуть в стороне, в низине, искрилось в лучах солнца небольшое озеро. Благоухающие насыщенным ароматом цветы и звонкие голоса птиц ещё сильнее заставляли проникнуться странным, но безумно красивым миром. Дом Бальтазара снаружи оказался почти таким же, как тот огромный замок, в котором проводились торги. Но от него не веяло холодом, и не пробирало до костей безотчётным страхом от одного вида. Поодаль, окружённый густой зеленью, виднелся ещё один замок. ─ Не думай, у нас не везде так, ─ бесцеремонно прочитав его мысли, отозвался Бальтазар. — В основном наш образ жизни ничем не отличается от вашего. Здесь, на этом горном плато, в некотором подобии древнего мира живёт клан охотников. Оставаться здесь — что-то вроде традиции, но в этом есть и своя прелесть. ─ Рамиель удивлённо смотрел на демона, который задрал голову, зажмурился от слепящих солнечных лучей и глубоко вдохнул свежий, насыщенный множеством ароматов, воздух. Пожалуй, это ещё сильнее сбило его с толку, и на какое-то мгновение показалось просто сном. Предаваться сбивчивым размышлениям дальше Рамиелю не позволил Бальтазар. Он снова накинул ему на запястья невидимые путы и грубо потащил за собой в сторону каменной, поросшей мхом лестницы. Ступеням, казалось, не будет конца, они поднимались всё выше и выше. Когда запыхавшийся, спотыкающийся Рамиель готов был обессилено рухнуть, перед ними появилась широкая площадка. Макушки даже самых высоких деревьев оказались далеко внизу, тяжёлые, густые облака проплывали совсем рядом. Создавалось впечатление, что достаточно просто встать на цыпочки — и можно дотронуться до них руками. Рамиель с трудом проглотил вставший в горле ком, ему казалось, что без крыльев он провёл уже целую вечность. Как же давно он не касался самого главного символа свободы ─ облаков. Невесомо сверкающих в ослепительных лучах солнца белоснежными искрами, или тяжелеющих прямо на глазах, превращающихся в тёмную, густую массу, которую можно почувствовать, разрезая в полёте крылом. Глаза заблестели, Рамиель даже не старался сдерживать непрошеные слёзы. Небо теперь было для него самым желанным и недосягаемым… ─ Ну что, ангелочек, готов полетать? ─ Бальтазар подвёл его к краю площадки, которая, как понял Рамиель, располагалась на самой вершине горы. Они находились так высоко, что снизу, сквозь белёсую поволоку тумана, едва проступали очертания города. ─ Хватит любоваться, вперёд! ─ демон обхватил его за талию, крепко прижал к себе и стремительно взмыл ввысь, легко скользя среди густых облаков, разбивая их в мелкие брызги тяжёлыми дымными крыльями. Рамиель задыхался. Сам не понимал от чего. От восторга, что снова оказался в небе, или от страха. Никогда ещё ему не доводилось летать вот так, без собственных крыльев. Несмотря на безумное волнение, почему-то присутствовала твёрдая уверенность, что Бальтазар не отпустит, не выронит его. Они приземлились на самой окраине города. Вблизи виднелись многочисленные, дымящие заводские трубы, высокие ограждения складов и других производственных строений. А впереди возвышались стройные ряды высотных домов. Современный мир, закатанный в пластик, стекло и асфальт, к которому Рамиель привык у себя дома. ─ Ну, тут ты уже ничего нового не увидишь, не вижу смысла тащиться через весь город, ─ Бальтазар ухмыльнулся, и Рамиель снова почувствовал ненавистный рывок перемещения. Теперь они оказались перед входом в большой дом. Современный особняк, который казался даже больше замка Бальтазара. Тут же двери распахнулись, и на пороге, прямо за спиной чопорного дворецкого, показался тот самый странный демон, с которым Бальтазар общался во время торгов. ─ Не мог не встретить тебя лично, мой друг, ─ улыбаясь, с порога заявил Волак, и изящно обогнув неподвижно застывшего дворецкого, приблизился к ним вплотную. ─ Не часто ты жалуешь моё скромное жилище своими визитами, Бальтазар. Я уж начал было думать, что чем-то обидел тебя или… ─ Волак, уймись, ─ равнодушно отозвался Бальтазар, пожимая протянутую в приветственном жесте руку. ─ Ты же прекрасно знаешь, что я ценитель, кхм…уединения. ─ Знаю-знаю! Всё, обещаю больше не надоедать! ─ не переставая, тараторил хозяин, приглашая гостя войти в дом. ─ Я очень рад тебя видеть! Ты вовремя, все уже собрались. Нас сегодня мало, так, посидим тесным кругом близких друзей, выпьем, поболтаем и… ─ Ты похвастаешься своим новым приобретением, ─ закончил за него Бальтазар. ─ Конечно! Разве можно скрывать такую красоту! Я смотрю, ты и своего солнечного мальчика с собой привёл. Какой же он хорошенький! ─ Волак, беспрестанно вьющийся вокруг Бальтазара, вдруг в доли секунды оказался перед Рамиелем и уже трепал его по волосам. ─ Решил немного выгулять. Пусть развеется, ─ после этой фразы оба демона в голос расхохотались, и Рамиель никак не мог понять, почему. В доме Волака всё было по-другому. Яркие, кричащие цвета на полу и стенах. Вычурные картины с изображёнными на них пугающими, кровавыми сценами, громоздкие уродливые статуи. Обстановка сама по себе заставляла напрягаться, и Рамиель сам не понял, как инстинктивно придвинулся ближе к Бальтазару, следуя за ним. ─ Друзья! Смотрите, кто сегодня пожаловал к нам на огонёк! ─ Волак распахнул двери, и они вошли в просторную гостиную. Почти во всю противоположную входу стену возвышался камин, выполненный в старинном стиле. Из мебели в зале находилось лишь несколько кожаных чёрных кресел, с маленькими столиками подле каждого, и такой же диван. На полу в беспорядке лежали шкуры хищных животных. Сомневаться в том, что они настоящие, даже не приходило в голову. Рамиель опасливо оглядывался по сторонам, пока Бальтазар вёл его в сторону высокого, стоящего чуть в отдалении от остальных, кресла. Двое демонов расположились на диване, возле их ног послушно, не поднимая голов, сидели ангелы. Бескрылые, пойманные в мире людей, как и сам Рамиель. От этого зрелища стало мерзко. Сколько же их здесь, в этом мире, в роли таких вот безмолвных игрушек… Ещё один демон обосновался в соседнем кресле. Рамиель с каким-то невероятным удовольствием отметил, что возле него не было раба. Быть может, просто не взял с собой, не важно, но сам этот факт радовал. Сам же хозяин дома ещё какое-то время суетился, раздавая указания прислуге, а потом сел в кресло с самой высокой, фигурной спинкой, чем-то напоминающее королевский трон. Только сейчас Рамиель заметил сидящего чуть позади него ангела, на котором, в отличие от остальных, из одежды было только нечто вроде набедренной повязки. Что-то невыносимо знакомое было в его облике, но низко опущенная голова, спадающие до пола тусклые светлые волосы не давали возможности рассмотреть его нормально. К тому же, инстинктивно Рамиель и сам старался лишний раз не поднимать глаз и в открытую не пялиться по сторонам. Внутреннее чутьё подсказывало, что этого лучше не делать, а смиренно принять своё положение, по крайней мере, в данный конкретный момент. Что-то внутри напряжённо сжималось, не давало расслабиться ни на секунду, будто в ожидании чего-то ужасного. Бальтазар не снял с его рук невидимые путы, только слегка ослабил, позволяя присесть на колени рядом с креслом. Оказавшаяся под ним мягкая шкура оказалась как нельзя кстати, без нее было бы неудобно. Демоны пили вино, курили и вели вполне обычные разговоры. Обсуждали повышение цен на недвижимость в каком-то престижном районе города, планы относительно строительства нового моста, которым занимался один из тех, что сидели на диване, что-то ещё. Рамиель не вникал. Ангелы смиренно сидели у ног своих хозяев, ни словом, ни жестом не смея привлекать к себе внимание. Время шло, стелющийся сигаретный дым резал глаза, слуги исправно подносили вино к гостевым столикам, и кто-то из демонов первым завёл тему охоты. Все наперебой стали что-то говорить об ангелах, о питомцах. Рамиель напрягся, хотелось прямо сейчас раствориться в воздухе. Волак, лениво покачивающий остатки вина в прозрачном бокале, всего лишь щёлкнул пальцами свободной руки, как ангел, сидящий почти за спинкой его кресла, оказался перед ним. Когда парень распрямился, откинул назад длинные волосы и по приказу своего хозяина поднял глаза, сердце Рамиеля на мгновение остановилось, а потом пустилось вскачь, бешено колотясь в груди, болью отдаваясь в каждой клеточке тела. Он узнал его. Не мог не узнать этого ангела. Таваль… Возлюбленный Фалета, который пропал в мире людей во время первых же двух недель своего наказания. Раньше Рамиель считал его погибшим, а теперь прекрасно знал, что это означает на самом деле.