Темные времена

– Ну что, летун, здесь внизу оно пострашнее будет? – рявкнул Хаслам, вытаскивая Люка из грязи: раздавшийся неподалеку взрыв щедро осыпал их ошметками. Воспользовавшись перерывом в бомбардировке, он помог своему подопечному сесть. – Вы не ранены? – прокричала сержант, ухитрившись перекрыть несмолкаемый гул нарастющего сражения. Над их головами пронеслась эскадрилья бомбардировщиков, которую преследовал отряд крестокрылов, прогромыхал зенитный залп. Транспортники взлетали, пытаясь удрать с драгоценным грузом – людьми и снаряжением. Трещали и стреляли искрами языки пламени, кричали раненые и умирающие. – У нас мало времени! Сейчас подоспеет вторая волна бомбардировщиков, и транспорт нас ждать не будет! А мы должны вас туда доставить! Люк потер глаза, пытаясь очистить их от грязи. Он тяжело дышал, все тело болезненно ныло, но все равно мотнул головой. – Со мной все в порядке, – уверил он сержанта, пока конвоиры поднимали его на ноги, – просто дайте мне добраться до истребителя! Я хочу помочь! – Ни в коем случае, – отрезала она, не оставляя места для сомнений. На пару с Хасламом они снова подхватили Скайуокера под руки. Люк не сомневался, что солдаты куда больше беспокоятся, чтобы он не сбежал и не помешал выполнить приказ, чем то, что он не может стоять без посторонней помощи. Троица продолжила ковылять по направлению к посадочной площадке, прячась при каждой новой волне бомбардировок. Идти становилось все труднее: мешал густой темный дым, поднимавшийся из многочисленных воронок, скрывавший разбитые машины и горящие тела. Смог окрасил дождь в черный цвет, слепил глаза и забивал легкие, вызывая болезненный лающий кашель. По мере приближения к посадочному полю становилось понятно, что основной целью имперцев были вовсе не здания базы. Они бомбили открытые пространства, взлетные поля и ангары, и Люк с беспокойством вспомнил о Р2Д2, который дожидался своего пилота. Атаку спланировали так, чтобы помешать повстанцам покинуть планету. Ему не хотелось думать о том, что это значит и для обитателей базы, и для него лично. «Нам предстоит долгий разговор, юноша…» Вейдеру он нужен живым. Люк споткнулся и упал на колени прямо в лужу, его тут же подхватили грубые руки. Пилота трясло от изнеможения, по лицу стекала липкая грязь, размытая потом и дождевой водой. – Мы почти пришли, лейтенант-коммандер, – подбодрила его сержант. Уже был слышен гул двигателей ожидающего фрегата, а сквозь редкие просветы в удушающем чаду в дальнем конце взлетного поля виднелся смутный силуэт корабля, и бегущие к нему люди. Ее слова вызвали у Люка вздох облегчения. Как же хорошо будет рухнуть на мягкую койку, принять обезболивающе и заснуть! Но тут же нахлынуло чувство вины: он ведь хотел добраться до истребителя, сделать хоть что-то! Ведь все происходящее – его вина. Империя отследила его до самой базы. Из-за него опять умирают люди, а он мечтает об уютной кроватке! «Нам предстоит долгий разговор…» Послышавшийся эхом голос Вейдера заставил Люка зажмуриться. На медицинском фрегате он окажется в безопасности, меньше шансов, что его схватят. Их корабль будет одним из дюжины, а то и больше. Вероятность проскочить мимо луча притяжения имперского крейсера на его стороне. Но другим может повезти гораздо меньше. – Нет, – он уперся каблуками в землю, вынуждая охранников остановиться, – я должен быть со своей эскадрильей. – Мы это уже обсудили! – возмутилась сержант, не скрывая ни раздражения, ни страха. Она попыталась сдвинуть его с места, – мы получили приказ, сэр! – А я его отменяю! – в отчаянии отрезал Люк. Она обменялась взглядом с ухмыльнувшимся Хасламом и снова повернулась к Люку. – У вас нет должных полномочий, сэр. Мы получили приказ напрямую от генерала Риикана, и вы не можете его отменить. Если вы отказываетесь сопровождать нас добровольно, у меня не остается выбора, кроме как взять вас под арест, – она неуверенно посмотрела на повязки на его запястьях, зная, от чего остались скрытые под ними раны. – Я пилот! – гневно взорвался Люк, – мое место в истребителе, в небе, я не могу убегать, когда другие умирают! – Мы тут все убегаем, сэр! – рявкнула она в ответ, – в этом весь смысл эвакуации! Хаслам, передай мне наручники! – Вот, совсем другое дело, – пробормотал рядовой откуда-то сбоку, снимая с пояса пару металлических браслетов. Люк побелел от ужаса, глядя, как к нему приближается Хаслам. – Вы не станете! – выкрикнул он, отшатнувшись от солдата. Они не могут, не могут заковать его в цепи, они же не имперцы! Все еще не до конца зажившая лодыжка подвернулась на неровном грунте, но проклятье и крик боли заглушил рев двигателей медицинского фрегата, становившийся все громче, по мере того, как корабль начал отрываться от земли. Им не хватило нескольких метров до цели. Все трое не отрываясь смотрели в небо. Теперь все они оказались в одной и той же ловушке, а ближайшее будущее стало неопределённым и плачевным. – Вот дерьмо! – в отчаянии выругался Хаслам, видя, как корабль медленно поднимается в небо, – дерьмо! Люк стоял, застыв, глядя вослед кораблю. Краем глаза он уловил внезапное движение, но не успел среагировать, и кулак Хаслана врезался ему в лицо. Люк не ждал атаки и упал на спину, прямо на копчик. Вспышка боли тут же пронзила спину, вызвав крик. Он вскинул руки, пытаясь защититься от пинков набросившегося на упавшую жертву солдата. – Хаслам! Хватит! Ситх тебя подери! Хватит! Избиение прекратилось. Люк с трудом втянул в себя воздух, закашлялся и сплюнул в грязь кровавую слюну. Со всеми предосторожностями сумел все же сесть, придерживая ноющие ребра и кривясь от боли: старые и новые раны протестовали при каждом движении. Вытер разбитый в кровь нос ребром ладони и глянул вверх, где над его головой переругивались конвоиры. – Мы тоже должны были улететь на этом корабле, сержант! – рослый солдат легко вырвался из захвата и указал на быстро исчезающий в небе фрегат, – этот мелкий кусок дерьма всех нас продал! – Заткнись! – заорала она в ответ, – этот «маленький кусок дерьма» – офицер, и… – …и он нас всех сдал! И не дал нам улететь! Мы застряли на этом треклятом камне! – Ты не знаешь, что с ним случилось, что они с ним сделали! – она показала на Люка, все еще сидящего в грязи, – понятия не имеешь, как бы повел себя на его месте! Ты сейчас ничуть не лучше имперцев! Хаслам с яростью пнул кусок грязи. – Я бы не скурвился! Я бы раньше сдох, чем сдал своих ребят! А теперь мы застряли здесь, и все из-за него! Люк сделал еще один тяжелый вдох, закашлялся, когда кислотный смог перехватил горло и снова глянул вверх, понимая, что вокруг что-то вдруг изменилось. Стало тихо. Все еще трещало пламя, кричали и раздавали приказы бегающие повстанцы, все еще доносились отзвуки отдельных взрывов, когда падали на землю сбитые бомбардировщики или поврежденные корабли, но чего-то не хватало. – Сержант, – негромко позвал он, – слушайте! Его проигнорировали, продолжая ругаться. – Сержант! – позвал он уже громче, – вы должны услышать! К нему повернулся Хаслан. – С чего бы это нам тебя… Но сержант положила ладонь на руку своего товарища. – Хаслам, не шуми. Он прав. Базу прекратили бомбить, а это могло означать только одно. Люк с трудом поднялся на колени, всплеск адреналина позволил пересилить боль. Сержант наклонилась ему помочь. – Они высаживают штурмовиков, – подтвердила она то, что Люк уже и так знал. Хаслам выхватил бластер, начиная высматривать белые доспехи имперцев, – им нужны пленные. «Нам предстоит долгий разговор…» – Пожалуйста, – выдохнул он, зная, что Империи нужен всего один пленник. Это знание болезненно стучало в виски… меня, они хотят взять меня живым, он хочет… – помогите мне добраться до ангара с истребителями! Хаслам снова накинулся на него. – Что, хочешь спасти свою задницу, а на нас наплевать, а? Мы ведь простые ребята, нас легко заменить! Это мы даем время командованию и офицерам смыться! Тебя это не касается, а? …если бы так… но Люк знал, за кем пришел Вейдер… Рослый солдат продолжал: – Стоит нацепить на тебя браслеты и оставить тут, подарочек имперцам! Сержант оттолкнула его и встала между Люком и Хасламом. – Ты что, забыл, кто мы такие? Мы своих не бросаем! Мы пехота, и это был наш выбор, помнишь? Мы так деремся, это наш долг! Солдат глянул на нее пристыженно. – Текла, я… – он махнул рукой на другую сторону площадки, – есть ведь и другие эвакуационные корабли, если мы до… Она посмотрела в том направлении, на другие посадочные площадки, и покачала головой. – Мы ни за что не успеем. Ангары ближе. Выполнить приказ генерала мы не смогли, но еще не поздно помочь лейтенант-коммандеру добраться до истребителя, тогда хоть один из нас сможет уйти, – она глянула на ангары, в то время как побледневший Хаслам смолк, – если, конечно, там еще остался хоть один истребитель, – добавила она, прежде чем повернуться к Люку и вытащить из кобуры свой бластер. Девушка проверила заряд и протянула ему свободную руку для опоры. – Надеюсь, ты оправдаешь все эти хлопоты! – предупредила она. Ухватившись за ее руку, Люк вспомнил Ислу, экономку в доме генерала на Эскаале. Она взорвала бомбу, прикрывая их побег, и сама погибла при взрыве. «Хорошо бы ты стоил всей этой суеты, Люк!» Но он до сих пор не знал, стоит ли... *** Еще один эвакуационный корабль появился в главном обзорном окне «Исполнителя», в сопровождении эскорта крестокрылов. Вейдер усмехнулся под маской, узнав по маркировке медицинский фрегат. Он закрыл глаза и призвал Силу, проверяя корабль, в то время как эскадрилья тай-истребителей выдвинулась на перехват. Но его сына не было на борту, его сын был… …они ищут меня…он ищет меня… …все еще внизу, на планете. Все еще пытаясь спастись бегством, перепуганный насмерть. Все еще израненный, не осознающий, какую мощь он способен призвать. Сколько гнева, сколько страха и затаенного отчаянья – кажется, что сама Сила вибрирует, пронизанная его присутствием! Используй эти чувства, мой сын, они даруют тебе мощь. *** Ангар был охвачен пламенем. Невыносимый жар выбил кислород из легких Люка, в клочья разорвав остатки надежды. Если Р2 дожидался его внутри, то маленький дроид погиб, сгорел вместе с техниками и крестокрылами, все еще остававшимися в ангаре, когда упали бомбы. Он закрыл глаза, позволив себе короткую вспышку горя в память о друге. Хотелось надеяться, что Ведж и остальные успели уйти. – Ну и что теперь? – поинтересовался Хаслам. Они лежали ничком в воронке от бомбы, поглядывая поверх края на горящие здания. Кое-где по периметру базы еще звучали одиночные выстрелы, раздавались крики: «Отступаем! Назад!» Было понятно, что защитники долго не продержатся. Еще один имперский десантный транспорт пролетел совсем низко над их головами, но его уже не встретил заградительный огонь повстанческих орудий. Зенитки замолчали некоторое время назад. Стрелков или взорвали те самые корабли, которые они пытались сбить, или успели эвакуировать с последними транспортами. – Нам нельзя здесь оставаться, – сказала сержант, – они захватят базу через несколько минут. – Ну и куда мы денемся? – Спрячемся, заляжем на дно и будем ждать подходящего момента, чтобы прорваться в лес. – У них штурмовики, ищейки, репульсионные танки, разведчики, да они каждое здание наизнанку вывернут, а потом сожгут. Негде тут прятаться! – Тогда мы будем драться, – возразила она, – мы же не одни так попали. Мы сможем… Люк перевернулся на спину не обращая внимания на двух солдат, лихорадочно перебирающих отсутствующие варианты. Он уставился в небо, наблюдая, как дым от горящей базы рассеивается, поднимаясь вверх, чтобы смешаться с алеющими красками рассвета на Раимаре. Он знал, что им некуда идти, негде прятаться. Еще несколько минут… потом их обнаружат и возьмут в плен. Его возьмут… Люк пытался перебороть панику. Он не позволит снова схватить себя, не выдержит еще одного заключения в тесной клетке, новых допросов, новых… … у нас много дроидов… Люк закрыл глаза, стараясь отгородиться от пропитанных ужасом воспоминаний. Как он очнулся, чтобы обнаружить Вейдера, держащего его за подбородок, черную маску всего лишь в нескольких сантиметрах от своего лица, вспомнил ядовитые насмешки, и как Вейдер приказал продолжать пытку, пока его не спустили вниз. О том, как ему дали короткую передышку только для того, чтобы обещать новые мучения… …нас ожидает долгий разговор, юноша… Нет, он не может снова пройти через все это, не может опять попасть в плен! Но ему придется. Потому что Хаслам не ошибся. Все это на самом деле случилось из-за него. Он знал, Вейдер не оставит его в покое, отследит до базы. Он придет, потому что Люк – сын своего отца, потому что он совершил то, что совершил в битве при Явине. Он знал это еще и потому что чувствовал в нарастающем беспокойстве и понимании, дарованном Силой. Все это случилось по его вине. Но Люк решил, что больше не будет впутывать других. И без того уже в последнее время слишком много людей погибло, чтобы спасти его: Исла, Тейн, доктор, чьего имени он так и не узнал, и множество других, ни в чем неповинных на Эскаале, заплативших жизнями за атаку Альянса и за его побег. Больше никто не погибнет! – Хаслам прав, – произнес он негромко, прервав спор солдат. Люк открыл глаза и посмотрел на рослого рядового, – нам некуда идти. Они обыщут каждую щель, пока не найдут то, что ищут. – О чем это вы? – поинтересовалась сержант. Грязная, растрепанная, она не смогла бы скрыть испуг даже если бы и попыталась.. Люк глянул вверх и заметил маленький шаттл лямбда-класса, оставивший след в дыму и облаках. – Они ищут меня, – ответил он, – Хаслам был прав, с самого начала. Я попытаюсь выиграть для вас время. Если они будут заняты мною, вы, возможно, успеете проскользнуть через оцепление. – Нет! Мы своих не бросаем! – возмутилась она и посмотрела на Хаслама, ожидая поддержки, но великан отвернулся, не смея встретиться с сержантом взглядом, и наблюдал за дорогой, высматривая приближающегося противника. – От меня никакой пользы в бою! – закричал Люк, пытаясь убедить ее. Он протянул к девушке дрожащие руки, – я даже бластер долго не удержу! Я вас только замедлю, и вы это прекрасно знаете. А Вейдеру нужен именно я! Вы ведь знаете, кто я такой, знаете, что я могу чувствовать Силу… – … а еще я знаю, что ситхи делают с джедаями! – закончила она за него фразу. – Они с любым повстанцем сделают то же самое! – напомнил Люк. Если не дать им этого единственного шанса, все они разделят одну и ту же судьбу. – Пусть идет, Тесла! – настойчиво вмешался Хаслам, – если ему так хочется, то пусть они его забирают! – теперь уже был слышен шум двигателей, имперцы приближались к их укрытию, – мы должны отступить, найти нору получше! – он орал все отчаяннее, перекрикивая приближающийся грохот, – нужно уходить! – Идите! – приказал ей Люк. Он видел, что сержант никак не может решиться: страх приказывал ей бежать, но одновременно с этим она хотела остаться честным солдатом, и долг не позволял ей бросить товарища. – Я знаю, что делаю, – и он увидел в ее взгляде короткую вспышку сожаления. – Вот, – сказала она так тихо, что Люк едва расслышал из-за нарастающего шума от приближающихся войск, – возьмите мой бластер, – сержант протянула свое оружие. Он улыбнулся. – Это мне не понадобится. Люк подождал, пока Хаслам утащил своего сержанта за угол ближайшего здания, ухватив за руку. Он понадеялся, что оказавшись вне поля его зрения, бывшие конвоиры помчатся со всех ног. Потом перевел дыхание, задавил собственное желание бежать и с трудом поднялся – ноги плохо держали. Придерживая заново отбитые ребра, он начал хромать по направлению к единственной дороге, ведущей от базы. Навстречу приближающимся имперцам.