Гребаный идол

Курлоз еще долго не мог прийти в себя, и чтобы как-то отвлечься, решил погулять по набережной. Его тело по-прежнему содрогалось то ли после оргазма, то ли от ветра, дувшего в спину. Все мысли тролля сейчас были направлены только на воспоминание о минувшем совокуплении с Гамзи. Естество трепетало и ликовало, как если бы Макара вновь убил жалкого жителя Альтернии. "Такое уже когда-то было", - вот какая мысль преследовала его. Она не отпускала, утягивая за собой в глубокие размышления, подобно камню, привязанному к ноге. Крики птиц на фоне шума волн создавали прекрасную симфонию со звуками города: голоса, грохотание басов из клуба, музыка из ульев. Курлоз отвлекся на эту вечернюю композицию, прислушиваясь внимательно к каждому ее элементу. Среди множества шумов он различил свою любимую песню, от чего губы сами начали нашептывать зазубренные наизусть слова. Улыбка на измазанном лице больше походила на усмешку. В сочетании с неровным боевым раскрасом это выглядело жутко. Маленький тролль даже ахнул, испугавшись Макару. Тот только изогнул бровь в недоумении и, довольно хмыкнув, направился домой. Не привлекая особого внимания, Фиолетовый прошел меж нескольких ульев и свернул, найдя знакомую дверь со стороны черного входа. Открыто. А это значит, что Высококровный вновь забыл ее закрыть. Мим стал осторожно ступать по комнате, чтобы не разбудить своего отца. Но сон не будет потревожен - храп, а точнее "хонк", раздавался на весь второй этаж. Как только препятствие было преодолено и Курлоз оказался в комнате, костюм был отправлен в корзину с грязными тряпками, а стул заскрипел под весом, поскольку ноутбук нуждался в проверке - троллиан просто разрывался от сообщений. калигуловТусовщик [КТ] начал троллить капризноНемой [КН]: КТ: о всевидящие боги алмтернии! КТ: вы сделмалми это! КТ: я немлного успелм на самлое интересное. вы так отжигалми! КТ: расскажи, как все прошлмо! КТ: курлм!!!! я же умлру от нетерпения! КТ: млакара!!! КТ: ну все, я обиделмся. КТ: эй, ну хорош уже, серьезно. КТ: лмадно, мложешь не рассказывать. КТ: я все равно все узнаю. КТ: не зставлмяй мленя млатериться КТ: не хочу уподоблмяться тебе и младшему вантасу. КН: ПРОСТИ, ДРУЖЕ. КН: ЗАГУЛЯЛСЯ НА НАБЕРЕЖНОЙ. КТ: я думлал, ты уже не придешь. КН: НЕ-НЕ, ПРИШЕЛ БЫ ВСЕ РАВНО. ТОЛЬКО ЧУТКА ПОПОЗЖЕ. КН: ЕСЛИ БЫ БАТЯНЯ НЕ СПАЛ. КН: ХОНК :о) КТ: я жду подробностей, курлм! КН: КАК БУДТО ТЫ САМ НЕ ЗНАЕШЬ, КАК ВСЕ ПРОШЛО. КН: ЛАДНО. КН: ПРЕДСТАВЬ. КН: НАШ СЕКС = ТВОЙ СЕКС С МИИНОЙ. В этот момент на другом конце города, в резиденции Пурпурных, раздался самый долгий, громкий и печальный стон, который когда-либо был издан. Ампора превзошел даже собственного брата, который издавал такие жалостливые стоны почти ежедневно. Однако он прекрасно понял, что Курлоз привел такое сравнение не в обиду. Просто оно было самым подходящим. Иначе как еще описать самый желанный секс? КТ: черт тебя дери, млакара... КН: ПРОСТИ, ДРУЖЕ. КН: :о( КТ: все нормлалмьно. КТ: я же не совсем дурак, чтобы не понять, что ты не в обиду это сказалм. КН: ВОТ И СЛАВНЕНЬКО. КН: СЛУШАЙ, Я ПОЧЕСАЛ СПАТЬ. КН: ОКАЗЫВАЕТСЯ, СОВОКУПЛЕНИЕ ВЫМАТЫВАЕТ. КН: ЧУДЕСНЫХ СНОВ, ДРУЖЕ :о) КТ: ага, спокойной ночи, курлм. Макара потянулся на стуле и зевнул. Дремота напала на него зверская, ничего не скажешь. Однако на лице была улыбка. Шишковатая пищалка сказал бы даже лыба. Но это не так интересовало Макару, как произошедшее сегодня. С чувством выполненного долга он устроился в воставанну, удобно располагаясь по всей ее длине. И лишь перед тем, как впасть в забытье, мим услышал одну-единственную фразу, сказанную шепотом голосом Гамзи: "Братик, ты великолепен". *** Курлоз вновь оказался во мраке. Точнее, в глубинах своего подсознания. По крайне мере, так подсказывала интуиция. Ему теперь не нужно было махать руками, чтобы плыть - ноги твердо стояли, готовые пойти в любом направлении. Правда, идти было некуда: впереди только пустота. "Тогда какого черта я здесь?" - поинтересовался тролль сам у себя. Ответ не заставил себя долго ждать. Постепенно черные стены выцвели до белого цвета, оставив лишь прямоугольники. Тоненькие белые линии вырисовывали на них причудливые узоры и ручки. Конечный результат никак не удивил мима - коридор из черных дверей со скелетом вместо привычного узора. Он медленно прошелся немного вглубь, чтобы поближе осмотреться. Макара признался себе, что его подсознание прекрасно, поскольку полностью соответствует ему. Пройдя еще немного вперед, Фиолетовый, наконец, решился заглянуть за дверь. Любопытство подобно дорогому алкоголю - притягательно, таинственно и интригующе. Раздался скрип, Курлоз вступил в полную темноту до тех пор, пока не увидел себя три вариации назад. Тролль стоял с красивым букетом в ожидании кого-то. Через пару минут к нему подошла милая Оливковая - Меулин. Это было их первое свидание. Пара взялась за руки и направилась в кафе. Сердце защемило. Боль от потери никогда не проходила быстро ни для кого. Для Макары тем более. Он горько сожалел о том, что не смог встретиться с Леон две недели назад. Нежелательные смотрины сорвали все планы. И именно в тот самый день, когда встреча сорвалась, в голове бессознательно мелькнула мысль: "Мы больше не сможем увидеться". Кто мог предположить, что пять слов окажутся столь пророческими? Тролль покинул комнату с грустным лицом. Закрыв дверь, мим медленно побрел дальше по коридору. У него отпало желание заглядывать в другие уголки своей памяти, опасаясь, что они вызовут еще большую боль, чем воспоминание о Меулин. Как по мановению волшебной палочки все двери исчезли. Тело пробила холодная судорога, голова заметалась в поисках выхода. Но ничего. "Неужели отсюда нет выхода?" - подумал Курлоз. - Ты забыл обо мне. - Раздалось откуда-то сверху, подобно грому среди ясного неба. Макара не узнал этот голос. Он не мог понять, кто его обладатель. Затем Фиолетовый почувствовал, что его куда-то засасывает. Освободив ногу и сделав шаг, он увидел, как белая вязкая жидкость окрасилась в кровь. Его кровь. Это вызвало нежелательную панику. Как выбраться из этой западни в виде поглощающей жижи, подобной зыбучим пескам? - Почему ты забыл меня? Юношеский голос, полный разочарования, эхом бегал по невидимым стенам. Курлоз старался найти хоть что-нибудь, за что можно было ухватиться. Но кругом были только голые стены. Руки, едва коснувшись жижи, тут же стали хвататься за воздух. Как ни старался тролль, все его попытки были тщетны. Захлебываясь в фиолетовой крови, последнее, что услышал суровый глас над ним: - Тогда мне ничего не остается, кроме как помочь тебе вспомнить. И после этого наступила темнота.