Слепая

Сегодня был осмотр Нацу и Грея. Вышли парни из кабинета с бурчанием под нос. Нацу – потому что ему ещё сидеть в психбольнице неделю, Грей, что завтра его выпинывают за двери медицинского учреждения, а он хотел побыть в больнице, так как Джубию отправили на медосмотр. Тут-то Драгнил только так и прикалывался над Фуллбастером и тем, как он ускорил свое выздоровление. Грей уже заметил странное поведение Саламандра. Отчуждённый, погруженный в свои мысли, серьёзный, даже слишком. Чересчур молчаливый. Отмороженный даже начал беспокоиться, за своего товарища. Нацу же действительно был окручен своими мыслями. Он был уверен, что когда нога полностью восстановится, будет бой со Стингом. Но и за Люси он опасался. Текст той записки он видел постоянно. Когда засыпал, разговаривал со своими товарищами, притворялся, что все хорошо, но простое предложение перевернуло всю его жизнь. «Люси Хартфилия скоро умрет!» Да что греха таить? Появление этой девушки в его жизни было весьма необычным и неожиданным. Кто бы мог подумать, что за этот месяц, он станет испытывать чувства, похожие на любовь, к этой девушке с волосами цвета солнца. А её запах… нежный аромат шоколада, который исходил от её кожи, волос. Её глаза – карие омуты, в которых была одновременно и пустота, и маленький огонёк надежды, перемешанный с давно забытой радостью, весельем, ощущением чего-то нового. Она не любила гильдии. Нацу это давно понял, но, надеялся, что за время их знакомства её отношение к ним измениться. Да и после случившегося с ней в «Саблезубом тигре», нанёс большой удар по её психике. Она любила книги. Её рассказы о прочитанных произведениях. Восхищение гениальными авторами, которые имеют такой простор фантазии, которые могут создавать новые миры, жизни и судьбы. Соединяют сердца и души. Дают задуматься о смысле жизни, о ценности времени и поступках людей. Но ведь она и сама является той, кем она так восхищается. Нацу был в этом уверен. Она любила жизнь. В этом у Драгнила абсолютно нет сомнений. Пусть она потеряла зрение, и вместе с ним какую-то маленькую частичку себя, маленькую частичку жизни, она продолжала жить. Жить, а не существовать! Она мечтает вновь взглянуть на краски мира. Но без зрения она начала замечать другие восхитительные вещи, что другим никогда не подметить. Тот же случай с ливнем… - Черт, - прорычал парень и перевел взгляд на окно, смотря на небо, но и будто сквозь него. Он лежал в своей палате, один. Грей был вместе с Эрзой, которая оформляла бумажки о его выписке. Через неделю выпишут и его. И через неделю все закончится. Он оставит Люси и что с ней случится, будет известно только Богу. - Вот, же… дурак, - усмехнулся парень и засмеялся. Засмеялся так, что на душе вдруг стало легко и свободно. – Ой, дура-а-ак... Он поймал себя на одной маленькой, но на удивление важной и серьёзной мысли. И Нацу вскочил с кровати, направляясь к палате № 53, где находилась та, которую он хотел видеть сейчас больше всего.

***

Мишель металась по комнате. Всякие шкафчики, тумбочки, ящички - открывались, хлопались, выдвигались, вызывая ужасный и скомканный шум. Люси крутила головой из стороны в сторону, где только что был звук. Неожиданная паника Омары не давала покоя Хартфилии. Та не успевала, или просто боялась, спросить, в чем же дело, в чем причина нервозной суеты? Мишель что-то кидала на койку, где сидела Люси и проводила рукой по выпуклым буквам новой книжки, которую принесла Эрза. Сегодня была фантастика: вампиры, убийцы вампиров, люди и, естественно любовь. С одной из полок что-то упало, и рассыпалось по столешнице. «Ручки, - подумала Люси. – Нет, карандаши - звук ударов глухой». - Мишель, - не выдержала Хартфилия, и хлопком закрыла книжку. – Что произошло? Чем быстрее ты мне ответишь, тем будет лучше! - Мне нужно срочно уехать, - мгновенно ответила Омара и положила в сумку длинную юбку, украшенную кружевами. – В соседнюю деревню, моя знакомая заболела и мне нужно за ней поухаживать. - А как же я? - Завтра днём придет Полюшка, - я с ней уже поговорила, главное, чтобы ты поменьше болтала. В лучшем случае я вернусь завтра вечером, в худшем – через два дня. - Как так? – надула губки Люси. – Кидаешь тут меня на произвол судь… Люси прервал неожиданный стук в дверь. Обе девушки тут же обратили все свое внимание на дверной проём. Там показалась розовая взлохмаченная макушка, широкая улыбка, кавайно закрытые глаза. - Нацу, - подала голос Хартфилия, - это ты? - Ага, - ответил Драгнил и открыл глаза. В комнате было чересчур прибрано. В центре палаты, перед кроватью в которой находилась обладательница шоколадного запаха стояла Мишель, которая держала в своих руках непримечательный чемодан. – А что тут происходит? - Я на пару дней срочно уезжаю в деревню, близ Магнолии. Вернусь завтра или послезавтра. Мне пора уже, - девушка ринулась к сестре и, поцеловав ту в лоб, направилась к двери, притормозив возле Саламандра. – Прошу, проследи за ней, пока меня не будет, хорошо, Нацу? И, не дождавшись ответа, выскочила в коридор. - Ты что-то хотел? – первая прервала молчание Люси. - Поговорить. - Говори… - Я не буду просить не за что прощения, ибо я ни в чем не виноват, это раз. Во-вторых, разговор очень серьёзный. Мне нужно сказать тебе очень важную вещь. - Какую? – спросила девушка и, отложив книгу на тумбочку, сложила руки. Тот сел возле неё, так чтобы он мог дотянуться до её лица. - Я люблю тебя…Люси, - горячо прошептал он, наклонившись к её уху.