The Bleeding Sun

      Кажется, уже не могу вспомнить, как долго мы живём в Бесстрашии, но что я знаю точно – каждый день вставать с кровати равносильно самоубийству. Всё тело саднит, голова раскалывается. Первым сегодня дерётся Айзек с темнокожим громилой, которого все зовут только по фамилии – Бойд. Они равны своими силами, поэтому поединок длится достаточно долго, но заканчивается победой Айзека. Третья пара – Лидия и парень, прихвостень Уиттмора. Он очень силён по сравнению с моей подругой, но она ломает его чуть ли не пополам. Я не замечаю, как она это делает, потому что наблюдаю в этот момент за Питером. Он не отрывает восхищённого взгляда от Мартин и довольно ухмыляется всякий раз, когда её соперник получает очередной удар.       – Что с тобой? – спрашивает у меня Айзек, небрежно вытирая кровь в уголке рта.       Я киваю на Питера. Избитый Лейхи прослеживает за моим взглядом. Хейл старший совершенно не скрывает своей заинтересованности, а Лидию это ни капли не смущает. Говорить со мной об этом она не захотела, поэтому я ощущаю необходимость с кем-нибудь обсудить происходящее. Айзек – идеальный вариант. Он молчалив и без необходимости не болтает. Я решаю поделиться своими переживаниями с ним:       – Он с ума по ней сходит.       – Думаешь? – нотки сомнения слышатся в голосе Лейхи.       – Я бы назвал это «неохотно догадываюсь».       Не успеваем мы завести наш разговор дальше, как Дерек вызывает на бой меня и ту девушку, с которой в прошлый раз сражалась Лидия, кажется, Эрика. Я прочищаю горло и ухожу, оставляя Айзека одного.       Пока моя соперница собирается с мыслями, я пересиливаю себя и наношу несколько слабых ударов. Она старается защищать лицо, но в ответ не бьёт, а медленно уходит от меня всё дальше и дальше. Я специально даю ей шанс нанести мне хотя бы один удар, но она не меняет своей тактики, продолжая защищаться. Когда я бью её в очередной раз, девушка падает на пол и не находит сил подняться. Это самая лёгкая победа, которая могла только быть. Я подавляю угрызения совести и помогаю ей подняться, несмотря на то, что так делать не позволено.       Вечером мы сразу же ложимся спать, потому что сил хватает только на то, чтобы накрыться одеялом. Не знаю, сколько мы спим, но явно недостаточно для полноценного здорового сна. Посреди ночи в нашу комнату врывается толпа Бесстрашных с фонариками, и они начинают светить нам в лица, чтобы мы скорее проснулись. Я жмурюсь и прикрываю глаза рукой, словно защищаюсь от удара, выставляя локоть вперёд.       – Живо одевайтесь! – в темноте раздаётся голос Питера.       Лучи света от фонариков мелькают в толпе, и один из них случайно падает на Дерека. Мне достаточно одной секунды, чтобы узнать его даже при таком плохом освещении. Он стоит с серьёзным выражением лица вдали от остальных Бесстрашных и ждёт, когда мы соберёмся.       Все одеваются, приводят себя в порядок, а затем мы выбираемся из пещер на улицу. Нам предстоит очередное путешествие на поезде. Дерек стоит ближе всех к рельсам, и я пугаюсь за него, когда поезд приближается к нам. Но за секунду до возможного столкновения инструктор делает шаг назад и пускается за поездом. Он испытывает судьбу? Играет с ней? Или ему не хватает адреналина и такие странные выходки вполне нормальны для него? Он не прыгает в поезд сам, а лишь подгоняет нас. Когда большая часть новопосвящённых запрыгивает в вагон, Дерек хватается за ручку двери и забирается с её помощью в поезд. Питер делает то же самое следом за своим племянником, но гораздо грациознее. Хейл младший начинает помогать оставшимся новопосвящённым залезть в вагон.       Я пропускаю Лидию и остальных вперёд, чтобы запрыгнуть последним. Лучше не успею я, нежели кто-то другой. Ловлю себя на мысли, что во мне есть нечто свойственное Отречённым, и вспоминаю слова Мелиссы о дивергентах. Сейчас не время думать о таких вещах, и я стараюсь сконцентрироваться на единственной важной цели – забраться в вагон. Я бегу с поездом практически наравне. Дерек протягивает мне руку, но я не принимаю его помощь и забираюсь сам. Я способен сделать это самостоятельно.       Дерек мгновение смотрит на меня с интересом, вызывая тем самым во мне подозрение и непонимание, и уходит в глубь вагона. Тут же ловлю себя на мысли, что минуту назад страшно испугался за его жизнь, хотя для него поведение на грани безрассудства наверняка вполне обыденно. Может быть, его реакция на отказ от помощи тоже вполне естественна для него. Он точно привык, что от его помощи не отказываются, даже в подобных мелочах. Но погрузиться в раздумья мне не позволяют Итан и Дэнни. Они подходят ко мне с довольными улыбками на лицах.       – Я вас не видел.       – Мы не могли пропустить такое событие, – Дэнни хлопает меня по плечу.       Я не успеваю спросить, о чём он говорит, как по всему вагону раздаётся грозный голос Дерека:       – Этой ночью по традиции Бесстрашия мы играем в захват флага. Правила таковы: две команды с равным количеством тех, кто проходит инициацию, и полноправных членов фракции по очереди прячут свои флаги на отведённых им территориях. Цель – захватить флаг соперников раньше, чем они успеют захватить ваш. У каждого будет оружие, – инструктор выхватывает что-то похожее на винтовку у Итана, прошедшего мимо него с кучей этих штук в руках, и демонстрирует нам. – Да, выглядит как игрушка, но, поверьте, на пару минут она вас остановит.       – И как же? – естественно, Джексон не может не влезть.       – Я не буду показывать, пускай останется сюрпризом. Скажу только, что это будет самая восхитительная пара минут агонии в вашей жизни.       Все начинают испуганно переглядываться. Айзек радостно улыбается и шепчет, что первым делом постарается испробовать это оружие на Джексоне, даже если они будут в одной команде.       – Так как Питер самый старший из присутствующих, – продолжает инструктор, – он будет капитаном второй команды. Питер, выбирай людей первым.       – А жребий? – мягко произносит он с привычным ему отстранённым видом, облокотившись о стену вагона.       – Из чего ты предлагаешь его сделать? У нас только оружие, Питер, – Дерек кидает мимолётный взгляд на Итана, раздающего его нам.       – Жаль, я и не подумал, – старший Хейл встаёт ровно. – Джексон.       – Марк.       – Рассел.       Дерек и Питер с особым профессионализмом делят игроков между собой, но Дерек внезапно решает переступить черту:       – Лидия, – чуть повысив голос, произносит инструктор, будто бы поддразнивая своего дядю.       Питер еле заметно меняется в лице. Дерек знает, что делает.       – Джонатан.       – Итан.       – Я в комплекте с Дэнни! – подаёт голос тот.       – Без проблем. Питер, выбирай двоих.       – Двоих оставшихся полноправных, – язвит Питер, скорчив недовольное лицо.       Он забирает в свою команду двух незнакомых мне людей – последние оставшиеся среди членов фракции. Дерек осматривает новопосвящённых, словно испытывая невыносимые муки при выборе, хотя в итоге его выбор становится для нас вполне очевидным:       – Скотт.       МакКолл смотрит на меня, а затем поворачивается к инструктору со словами:       – А ко мне прилагается Стайлз.       Дерек хмурится несколько секунд, но всё же принимает решение в мою пользу, согласно кивая. Это было едва заметное движение головы, но точно одобрение моей кандидатуры.       Когда заканчиваются свободные люди, мы как раз добираемся до места игры. Сначала мы со своей командой выпрыгиваем из поезда, а потом на значительном расстоянии от нас выпрыгивает команда Питера.       Мы идём прятать флаг первыми. Итан озвучивает идею, где можно спрятать наш флаг с учётом того, что команда соперников ощутимо сильна. Никто не возражает, оценив все риски и посчитав его предложение вполне уместным.       Территория игры – заброшенный парк аттракционов, который выглядит так жутко ночью, что самые страшные кошмары в моей голове тускнеют. Я знал о его существовании, слышал рассказы о том, как сюда приходили подростки и исследовали территорию парка, и, чтобы проникнуться местными особенностями, им хватало одного раза. Помню глаза одного из знакомых ребят, здесь побывавших, – этот страх мало с чем можно сравнить. Баек про этот парк ходит слишком много, и все они наводят ужас на маленьких детей. Мне становится не по себе, но не из-за леденящих душу рассказов, а потому лишь, что кругом кромешная темнота, хоть глаз выколи.       – У кого-нибудь есть фонарик? – шепчет кто-то позади нас.       – Никаких фонариков! – практически беззвучно кричит Дерек, повернувшись к нам. – Вы хотите, чтобы нас заметили соперники?       – Вы же сами сказали, что они будут прятать флаг только через десять минут. Их здесь нет.       – Это не лишает их права проследить за нами.       – А так можно что ли? – возмущается другой новопосвящённый.       – Нет, – отрезает инструктор. – А теперь все заткнулись и в путь.       Мы добираемся до карусели в самом конце парка, на которой закрепляем наш флаг. Дерек облокачивается на одну из лошадей, и мы становимся полукругом около него.       – Что ж, – начинает он, – ваш звёздный час, господа новопосвящённые. Есть идеи, что делать дальше? Давайте, удивите меня своими гениальными идеями.       Иногда мне кажется, что Дерек умеет говорить только со злостью или ядовитой иронией в голосе и никак иначе. Все начинают придумывать план, а я смотрю на инструктора и отмечаю для себя, что он сегодня в хорошем настроении, просто держит нас в тонусе. Он прав – нам нельзя расслабляться, и не столь важно, что это – игра между «своими» или реальный бой. Он не видит разницы, и, может быть, потому Итан и Дэнни называют его лучшим из лучших.       – Большая часть останется здесь охранять флаг, остальные пойдут на поиски, – предлагает девушка, с которой я недавно дрался.       – Разумнее было бы сделать наоборот, – произносит какой-то парень.       Начинаются споры, к которым Дерек старается прислушиваться по мере своих сил. Лидия молча отдаёт мне своё оружие и направляется к колесу обозрения. Я хочу кинуться следом, но слова инструктора опережают меня:       – Итан, проследи за ней.       Лидер фракции идёт за моей подругой, а мы со Скоттом наблюдаем за тем, как они взбираются на колесо. Лидия умна, значит, её поступок чем-то обоснован, и, кажется, я уже догадался чем.       Поиск флага. Как раз к этому времени соперники должны были найти место для своего флага.       Наши товарищи продолжают спорить между собой, и никого из них не посещают хорошие идеи. Дерек продолжает ждать чего-то достойного его внимания.       – Что за бред они несут? – вздыхает Скотт, обращаясь ко мне.       – Думаю, мы безнадёжны, – я натягиваю на лицо улыбку. – Есть идеи получше?       – Узнать бы для начала, где флаг другой команды.       Споры разгораются не на шутку. Мы со Скоттом отходим в сторону, чтобы не попасться кому-нибудь под руку. Дерек перестаёт обращать внимание на инициированных, наверное, ожидая, пока они успокоятся. Он болтает с Дэнни. Проходит ещё немного времени, прежде чем возвращается Лидия в сопровождении Итана. Мы подходим к ним. Дэнни просит всех замолчать.       – Лидия нашла их, – говорит Итан.       – Да, они на конце пирса, в парке, – подтверждает девушка, посмотрев сначала на Итана, затем на Дерека. – Есть план?       Дерек пожимает плечами, и Лидия поворачивается к нам с МакКоллом. Скотт в свою очередь поворачивается ко мне. Все смотрят на меня.       Думай, Стайлз, думай.       – Так, трое из нас могут пойти по левой стороне пирса, – предлагаю я, медленно выходя из раздумий и с каждой секундой жестикулируя всё активнее. – Их целью будет захват флага. Они могут действовать со спины. Это можем быть я, Скотт и Лидия. Ещё четверо отправятся к соперникам с правой стороны – они будут атаковать. Поэтому в эту группу войдут Дерек, Марк, Джозеф и Бойд.       – Дерек среди атакующих, потому что там, как нигде, нужна сила, – продолжает за меня Лидия. – А Дэнни и Итан остаются охранять флаг вдвоём…       – Именно, – эмоционально перебиваю я, глядя на Хейла и при этом направив указательный палец на подругу, которая прекрасно поняла ход моих мыслей. Инструктор внимательно слушает меня. – Это ответственное задание, поэтому остаются двое опытных Бесстрашных.       – Тут новопосвящённые бесполезны, – добавляет Скотт, тоже уловивший суть моего плана.       – Точно, – подтверждаю я. – К тому же, в группе атакующих достаточно одного Дерека. Их больше по количеству.       Я облегчённо выдыхаю, когда бесконечный поток слов, вылетающих из моего рта, наконец кончается.       – Я бы не стал оставлять их вдвоём. Из этических соображений, – впервые за всё время Дерек ухмыляется добродушно. – Ладно, в целом прекрасный план, Стилински, – он хлопает меня по плечу. – А теперь за дело.       Мы рассыпаемся в разные стороны строго в соответствии с моим планом. Скотт, Лидия и я бежим вперёд, не успевая даже смотреть под ноги. Мы стараемся вести себя как можно тише, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Оружие осложняет задачу, но я ни на шаг не отстаю от друзей.       Вокруг непроглядная тьма – даже луна не светит этой ночью. Я оступаюсь о камень, но не падаю, удержав равновесие. Нога, которой я задел камень, оказывается той самой, что я повредил, когда впервые спрыгнул с поезда на крышу. Боль не заставляет себя долго ждать. Бежать становится труднее, но я терплю, зная, что делаю это не зря. Передо мной стоит важная задача, и я должен её выполнить. Разве те, кто сдаётся, добиваются чего-нибудь? Сильно сомневаюсь.       Мы добираемся до пирса и снижаем скорость. Я стараюсь дышать так тихо, как только могу, хотя лёгкие горят огнём и разрываются от боли при каждом вдохе. Нога пульсирует, и это не улучшает моего положения.       Скотт указывает на флаг, что светится вдалеке прямо перед нами. Мы стоим ещё несколько мгновений, чтобы перевести дыхание, и пускаемся к цели. Не успеваем пробежать и пяти секунд, как в стороне раздаются крики и выстрелы. Группа наших атакующих напала на соперников. Судя по их расположению относительно флага, они уже отправлялись на наши поиски.       Все сражаются с Дереком, Марком, Джозефом и Бойдом, вокруг слышатся разряды тока – оружие поражает электричеством. Я беспокойно оглядываюсь, стараясь никому не попасться под руку, и отчётливо вижу, что около флага другой команды стоят пятеро охранников. Среди них только один рождённый Бесстрашный. Мы со Скоттом переглядываемся и кидаемся с криками вперёд, стреляя в соперников. Лидия бежит позади нас. Её задача – захватить флаг. Но она тоже успевает сделать несколько выстрелов и попадает в девушку с короткими зелёными волосами и пирсингом в брови. Скотт и я выполняем для Лидии функцию живой стены. Мы помогаем ей обойти соперников, продолжая стрелять, и она хватает флаг.       Её радостный клич заставляет охранников сдаться, и мы подходим к ней с двух сторон и тоже берём флаг в руки. Втроём мы держим его и кричим, донося новость о победе своим товарищам. Они прекращают бой и ликуют вместе с нами. Даже те, кто ранен, находят в себе силы разделить наши эмоции. Один из наших ребят запускает сигнальную ракету, сообщая команде соперников о том, что бой окончен. А в это время я, Лидия и Скотт продолжаем стоять с поднятым над головой флагом так, что можно делать памятную фотографию и отправлять её на первую полосу всех завтрашних газет.       Наша команда окружает нас и поздравляет. К ним присоединяются соперники, и они подхватывают Скотта с Лидией и поднимают их на руках. Я тоже чуть не становлюсь их жертвой, но вовремя отхожу на безопасное расстояние. Я наблюдаю со стороны за ними, за их радостью, и меня переполняет настоящее счастье.       Позади меня появляется Дерек и встаёт рядом, тоже глядя на Бесстрашных. Я поднимаю взгляд на него и вижу умиротворённую улыбку. Я никогда не видел его таким прежде, и это поначалу кажется странным.       – Я ошибался в тебе, – вдруг произносит он и поворачивается ко мне. Он смотрит прямо на меня. – Можешь гордиться собой. Мало кому удаётся измениться в моих глазах. Обычно я сразу вижу, кто на что способен, – он снова поворачивается к толпе ликующих, – а ты сумел обвести меня вокруг пальца.       – Я просто хорошо прячу свои таланты, – пытаюсь пошутить я.       Дерек смеётся буквально секунду, а потом снова принимает серьёзный вид. Мгновение я сомневаюсь, что Хейл, которого я сейчас видел, не был плодом моего воображения. Но тень улыбки всё же остаётся на его лице.       – А я ведь не говорил тебе своей фамилии, – улыбаюсь я, глядя на инструктора.       – Что? – он снова поворачивается ко мне.       – Тогда, у карусели. Ты назвал меня по фамилии, хотя я никому в Бесстрашии не говорил её.       Хейл опять переводит взгляд на толпу. Я делаю то же самое, когда понимаю, что так и не дождусь ответа.       – Не думай, что теперь я буду делать тебе поблажки, – произносит он через некоторое время и уходит.       Мимо меня следом за Дереком проходит Питер, который явно нас подслушивал, и шепчет, одобрительно кивая:       – Будет.