The Bleeding Sun

      Дерек ждёт меня в комнате, уже собравший все свои вещи. Я подхожу к дивану и начинаю складывать лежащие на нём ножи в рюкзак. Хейл непонимающе смотрит на меня, и я поясняю:       – Я хорошо метаю ножи. Они могут пригодиться.       – Лучше возьми эти.       Дерек достаёт из шкафа деревянную шкатулку и открывает её передо мной. В ней лежат профессиональные ножи для метания, явно сделанные на заказ. Я беру один из них и проверяю баланс. Они идеально лежат в руке, и их качество приводит меня в восторг.       – Они прекрасны.       – Я хотел подарить их тебе на день рождения.       – Откуда ты…       – Считай это моим подарком. И признанием.       – Признанием? – настороженно переспрашиваю я, аккуратно убирая шкатулку в рюкзак.       – Ты дорог мне, Стайлз. И я убью за тебя любого.       Хейл целует меня и улыбается. Голова кружится от близости с ним, но я беру себя в руки и продолжаю сборы. После нескольких долгих минут внутренних терзаний я спрашиваю:       – Поможешь мне найти список и спасти остальных дивергентов?       – У нас нет времени на это, и, к тому же, это слишком рискованно. Нужно немного поспать, пока все обессилены от сыворотки, и ночью отправляться в путь. Нам нет дела до остальных.       – Тебе нет дела, – поправляю я Дерека, на секунду повернувшись к нему, а потом снова демонстрирую ему свою спину, сидя на коленях перед диваном. – Мне есть.       Хейл некоторое время стоит в молчании, а затем садится на диван и пристально наблюдает за мной.       – Стайлз, – тихо говорит он, – я не хочу, чтобы ты рисковал собой ради тех, за кого я не стану рисковать своей шкурой. Они не ты. За них я не переживаю.       – А как же твои сёстры?       – Я был у них до этого, пытался уговорить их бежать с нами, но они отказались. Но они согласны, что теперь моя главная задача – спасти тебя.       Я поднимаю глаза на Хейла, не веря своим ушам. Он обнимает меня, и от его крепких объятий у меня возникает приятное чувство защищённости.       – Обещай, что забудешь об этой идее.       – Но это неправильно, – я пытаюсь протестовать. – Мне показалось, что ты мне поможешь.       – Стайлз, – ему достаточно произнести только моё имя своим требовательным тоном инструктора, чтобы я перестал пререкаться с ним. – У нас в запасе всего одна ночь, пока лидеры фракции больны. Нам нужно выспаться и бежать перед рассветом.       – Хорошо, – недовольно ворчу я, рывком застёгивая рюкзак. Хейл гладит меня по макушке, словно маленького ребёнка, и поднимается на ноги.       Когда мы ложимся в постель, Дерек, обняв меня со спины и уткнувшись носом в мою шею, сразу засыпает. Мне сегодня уснуть не дано. Я не могу перестать думать о тех несчастных, среди имён которых записано и моё. Ведь они все не виноваты, что могут больше, чем остальные. Не их вина, что они особенные. Мне больно от мысли, что их совсем скоро убьют и что у них даже нет собственного Дерека, который спасёт их. Поэтому я обязан помочь им во что бы то ни стало.       – Вы мне очень дороги, – начал Стайлз, но его бесцеремонно перебили.       – Начало не очень хорошее, – Скотт нахмурился. – Что именно ты задумал делать?       – Ничего, – юноша закрыл глаза и оживлённо замотал головой, будто отгоняя дурные мысли. – Прошу вас, берегите друг друга, ведь вы самая настоящая семья. Вы…       – Стайлз! – Скотт и Айзек одновременно назвали его имя.       – Просто примите это, – умолял Стилински. – Это моё решение, и вы не сумеете отговорить меня от того, что я собираюсь сделать.       – Прощаешься так, будто помирать собрался, – с улыбкой произнёс Лейхи, обнимая Стайлза.       – Назло тебе буду жить долго и счастливо.       – Не получится, – изобразив серьёзный вид, заявил Айзек. – Нас же не будет рядом. Какое тут счастье?       Все засмеялись, после чего Стайлз заключил в свои объятия Эллисон.       – Удачи, – сказала девушка и уже хотела отстраниться от друга, но тот не отпустил её.       – Помоги мне найти список, составленный твоим отцом, – прошептал на ухо подруге Стайлз. – Список, в котором есть моё имя.       – Я видела его, но…       – Это вопрос жизни и смерти.       – Я найду. Где встретимся? – Эллисон еле видимо шевелила губами, чтобы никто не понял, что они разговаривают.       – Сегодня в полночь буду ждать тебя у салона.       Арджент похлопала юношу по спине, и они отошли друг от друга. Прощание со Скоттом и Лидией завершилось, и теперь Стайлз был готов бежать отсюда, не забыв о товарищах по несчастью. С Дереком или без него, он добудет этот чёртов список и спасёт каждого, чьё имя внесено туда.       Ближе к полуночи в дверь кто-то настойчиво стучится. Дерек просыпается и открывает ночному гостю. Я узнаю голос Майкла, одного из лидеров фракции. После нескольких фраз он уходит, а Хейл начинает одеваться. Мне хочется повернуться к нему лицом и спросить, что случилось, но если я собираюсь осуществить свой план, он не должен знать, что я не сплю. Затем Дерек тоже уходит, и наступает моя очередь одеваться.       Оглядываясь на каждом шагу, я добираюсь до салона, где меня уже ждёт Эллисон.       – Нашла? – с надеждой спрашиваю я.       – Нет, у нас дома нет никаких списков, – выдыхает Арджент. – Но я знаю, где он должен быть наверняка.       Я вскидываю брови в ожидании ответа, и Эллисон поднимает в воздух руку с ключом.       – Зал заседаний, – говорит она и сразу же идёт в нужном направлении, а через несколько секунд я пускаюсь следом.       Когда мы добираемся до этого самого зала и заходим в него, Эллисон запирает за нами дверь на замок. Она включает свет, и мы начинаем осматриваться. В первую очередь я замечаю круглый стол со стульями из дорогостоящего дерева. В углу располагается незамысловатая аппаратура, подобной которой в Эрудиции полно. На одной из стен висит белая доска, где явно пишут какую-то информацию, тему обсуждения или ещё что-либо. В противоположной стене я замечаю дверь с кодовой панелью. Эллисон обходит стол со всех сторон и, глядя мне в глаза, пожимает плечами. Она еле заметно хмурит брови и смотрит на доску, пока я брожу около аппаратуры – вдруг список валяется где-то здесь. Когда я понимаю, насколько глупа эта мысль, присоединяюсь к девушке. Она указывает мне на остатки чёрного маркера, не стёртые в спешке с доски. Из них можно сложить только одно слово.       – Эрудиция, – я высказываю вслух своё предположение.       – Они поставляют нам аппаратуру, – растерянно произносит Эллисон, – и прочие необходимые вещи вроде лекарств.       – И сывороток, – добавляю я, не забыв, с помощью чего нас вычислили. – Значит, списка здесь нет?       – Прости, – с искренним сожалением говорит Арджент.       – Может ли список быть у другого лидера?       – Если он так важен, как ты сказал, то вряд ли. Мой отец никому не доверяет так, как самому себе.       – А там он может быть? – интересуюсь я, указывая на дверь с панелью.       – Это один из резервных складов оружия. Списка там точно нет.       – Вдруг твой отец его там выронил? Давай проверим, – прошу я, и девушка, тяжело вздохнув, подходит к двери.       Она встаёт около панели и с пугающей уверенностью, присущей только Арджентам, набирает код. Тут же раздаётся тихий щелчок, дверь рывком открывается на пару сантиметров, и мы заходим внутрь. На полках лежат сотни коробок. Чуть дальше на стенах я вижу самое разнообразное оружие.       – Откуда ты знаешь код?       – Когда я была маленькой, отец учил меня стрелять, и мы приходили сюда за оружием.       – И из чего ты училась стрелять?       Я с интересом осматриваю все пистолеты, ножи, что окружают меня. Затем я поворачиваюсь к девушке – она держит в руках лук с направленной на меня стрелой и широко улыбается.       – Понял, – я поднимаю руки вверх.       – Люблю луки и арбалеты, – говорит Эллисон, вешая оружие обратно на стену. – Они кажутся мне наиболее…       Арджент не успевает договорить, как в замке раздаётся звон ключа. Сегодня не только мы решили посетить зал заседаний. Эллисон быстрым рывком закрывает дверь на склад изнутри, и мы замираем на своих местах. Люди проходят в помещение, и кто-то ругается на Дэнни за то, что тот опять забыл выключить свет в зале.       – Простите, что вам пришлось так долго ждать, – это голос Криса, – никак не мог найти ключ.       Я смотрю на ключ, который остервенело сжимает в руке Эллисон, замершая у двери, как статуя. Тот самый ключ, который она украла у своего отца, чтобы помочь мне, даже не зная, для чего мне это нужно и как далеко нам придётся зайти. Вот оно – настоящее Бесстрашие.       – Хорошо, что я прихватил свой, – я узнаю Майкла по голосу.       – Так о чём вы хотели поговорить?       В этот миг подача воздуха в мои лёгкие буквально обрывается, словно я пытаюсь дышать под водой. Они привели с собой Дерека. Они хотят поговорить или даже что-то сделать с ним.       – Можно как-нибудь подсмотреть? – шепчу я.       Девушка указывает пальцем на щель в каменной кладке стены на уровне моего живота. Я вопросительно смотрю на Эллисон, а она лишь пожимает плечами:       – Я была любопытной десятилетней девочкой, которой хотелось знать, о чём говорят лидеры фракции на своих собраниях.       Я присаживаюсь на колени и пытаюсь разглядеть происходящее в соседней комнате. Дерек сидит за столом напротив Криса и Майкла. Итан и Дэнни стоят позади него. Питера нет, может, это и к лучшему. Я стараюсь рассмотреть присутствующих, чтобы понять, как сильно мне нужно волноваться. Лидеры фракции вызвали Дерека сюда посреди ночи. Это и вправду достойный повод для переживаний.       – Поговорить нам придётся о многом, – хрипло произносит Крис, скрепив руки в замок.       Я отчётливо вижу беспокойство на лицах Итана и Дэнни. Первый с закрытыми глазами потирает переносицу, а второй просто смотрит вниз. Я понимаю, что они не хотят вести эти ночные беседы – видимо, к добру они не приведут.       – Питер рассказал нам, что ты прикрывал дивергента, – продолжает начатое Крис, и мои руки сжимаются в кулаки, когда я слышу имя старшего Хейла. – Мы хотим знать, зачем ты делал это? Почему не сообщил нам, когда узнал, кто он такой?       Дерек сидит с опущенной головой, как и Дэнни, и ни разу не поднимает взгляда на сидящего прямо перед ним Арджента. Я замечаю, что все лидеры сильно бледнее обычного – им уже становится плохо после недавнего ужина.       – Я никого не прикрывал, – спустя время Хейл удостаивает присутствующих ответом.       Крис достаёт из внутреннего кармана своей чёрной куртки бумагу и, прижав её пальцами к столу, изящно передаёт Хейлу. Дерек берёт её в руки и разворачивает. Тут же мне становится ясно, что это список. Я обращаю внимание на то, что глаза Дерека не двигаются – он смотрит только на одно имя, и это имя моё. Майкл тоже не упускает это из виду и не отрывает от Бесстрашного своего взгляда. Итан и Дэнни продолжают чувствовать себя не в своей тарелке от происходящего и стараются смотреть куда угодно, только не на Дерека и не на бумагу в его руках.       – Что скажешь? – спрашивает Майкл, которому, судя по всему, не терпится поскорее разобраться в этой ситуации. Он в ожидании смотрит на Дерека, но тот не обращает на лидера никакого внимания.       Итан едва касается рукой плеча Хейла и садится за стол, чтобы никто не акцентировал внимание на его жесте, что был сделан в знак поддержки. Дэнни следует его примеру, размещаясь на свободном месте рядом с Итаном.       – Я просто не захотел говорить вам об этом, – безразлично произносит Дерек, с вызовом глядя в глаза Крису.       – Я спрошу ещё раз, – голос Арджента становится громче и раздражённее. – Почему ты не сделал то, что обязан был сделать? Заметь, от этого ответа зависит твоё будущее. Или ты будешь прощён, или ты разделишь участь дивергентов.       Дерек некоторое время молчит, а затем сжимает список в кулаке и кидает его на пол.       – Я не считаю нужным обо всём докладывать вам. Вы мне не начальники. Хотите уничтожить дивергентов? Пожалуйста. Только меня в это не впутывайте. Если вам так не терпится гореть в аду – горите, но без меня, ясно?       В ужасе я закрываю рот ладонью и сажусь на пол, прислонившись виском к стене. Хочется закричать из-за ответа Дерека. Своими словами он только что подписал свой смертный приговор, и он это знает.       Эллисон осторожно тянется ко мне и берёт меня за руку. Она вряд ли отчётливо слышала, что сказал Дерек, но явно всё поняла по моей реакции. Я сжимаю её руку и продолжаю следить за тем, что творится за тонкой стеной прямо рядом с нами.       – Дерек… – шепчет Итан, прекрасно понимая, чего ему будет стоить его признание. – Дерек, не надо.       – Ещё одна попытка, – вздыхает Крис, потирая лоб рукой. – Подумай хорошенько, прежде чем что-то говорить.       – Зачем мы с ним церемонимся? – Майкл взмахивает руками и смотрит на Арджента. – Он уже принял решение и, как мне кажется, готов ответить за свои поступки.       – Мы даём ему шанс, потому что он заслуживает этого, – объясняет мужчина.       – Он убил сына Гейла, если ты не помнишь.       – Гейл убил Джордана, – Хейл вскакивает из-за стола, опираясь на него мускулистыми руками, и со злобой разглядывает лицо лидера.       – Хватит! – кричит тот. – Мы все прекрасно знаем, что это было случайностью. Перестань нести чушь, будто он сделал это из ненависти. Он был лидером фракции, а для нас жизнь любого Бесстрашного превыше всего. Ты просто мальчишка, который потерял возлюбленного и до сих пор не может смириться с его смертью.       Дерек резко меняется в лице на несколько мгновений, а затем горько ухмыляется и заваливается обратно на свой стул.       – Вы все знаете, почему это случилось, просто не хотите признавать.       – Ты предатель, и мы без зазрения совести убьём тебя вместе с дивергентами, понимаешь? – говорит Майкл и смотрит на Криса. – Серьёзно, он лишь инструктор, который полезен пять-шесть месяцев в году. И ты сам не хуже меня понимаешь – то, чем он занимается в остальное время, обыкновенная, никому не интересная халтура. Он работает на потеху публике, не принося пользы нашей фракции.       – Остынь, – приказным тоном произносит Дэнни. – Он полезен фракции.       – Дерек имеет определённую ценность для нас, это правда, – Арджент подтверждает слова Дэнни. – Грядёт война, и сейчас мы близки к этому как никогда прежде. Восстания участились, и это не предел. Афракционеры в содружестве с частью Отречения могут многое. Настанет момент, когда такие бойцы как Дерек нам будут просто необходимы. Он лучший из лучших, не забыл? В конце концов, именно он должен был стать лидером фракции вместо тебя, но отказался. Вспоминай об этом почаще, прежде чем осуждать его, – обращается Крис к Майклу, что сидит с недовольным видом, но всё же согласно кивает. – И лучше для нас, если он на нашей стороне. Вот почему мы должны идти ему на уступки.       Дерек криво улыбается, стараясь ни на кого не смотреть. Он знает, что Крис прав насчёт его способностей, но ему кажется забавным, что на него взваливают такую ответственность.       – Так, мне это надоело, – мотает головой Дерек и выходит из-за стола. – Я всё равно буду придерживаться того, о чём сказал ранее. Если хотите, убивайте меня вместе с дивергентами. Хотите оставить меня живым – не трогайте их.       – Мы не можем, – произносит Крис, подняв глаза на инструктора. – У нас есть определённая договорённость с Эрудитами. Мы не вправе оставить всё как есть.       – Тогда решено, – пожимает плечами Хейл и идёт к выходу.       – И ты не собираешься бороться? – Арджент медленно встаёт и поворачивается к Дереку, что уже находится за его спиной.       – Если вы хотите причинить этим людям вред, начинайте с меня.       – Разве так поступают те, в чьих руках будущее Бесстрашия?       – С чего вы взяли, что оно в моих руках? – Дерек хмурится. – Потому что я проявляю лучшие качества Бесстрашного? Поверьте мне, если бы у этой фракции были хоть какие-то шансы на спасение, я бы сделал всё, чтобы помочь. Но я не хочу жертвовать собой ради фракции, у которой нет шансов вернуться к норме, – Хейл шумно вздыхает. – Мне в тягость жизнь в Бесстрашии, и я бы давно ушёл к афракционерам, если бы не Питер. Я вынужден оставаться здесь только из-за него. Вы сами это прекрасно знаете. И кстати, где он сам? Вы разве не заметили, что он умышленно натравил вас на меня сегодня? Ведь это отличная возможность избавиться от угрозы, племянника, который слишком много знает, – все лидеры фракции ошеломлённо смотрят на Дерека, но тот будто бы не замечает в их глазах ужаса и полного замешательства. – В моих силах поставить под сомнение его право быть лидером, напомнив вам лишь об одном событии.       – О каком событии? – вкрадчиво интересуется Крис, опираясь рукой на стол, будто теряет равновесие.       – Талия.