На перекрестке двух дорог

— Залп по главным двигательным отсекам! — Но капитан! Это же имперский военный корабль... — Вам что, непонятен мой приказ?! — Никак нет, капитан! Огонь из главных лазерных орудий! — Всем приготовится к высадке! Атаковать только агрессоров! Об остальных позаботится космос. И помните: мне нужны чертежи данных боевых кораблей и карты ближайших колоний, принадлежащих Империи!

***

      На разрушенном корабле, который больше напоминал металлолом с горой мяса и крови, меня уже встречал вестник. При каждой нашей встрече я всё время вспоминаю наше знакомство. Представьте, что вы уснули, и первым, что увидели ваши глаза, когда вы очнулись, — это трёхметровое горбатое существо с ужасающим белым черепом газели и в черной порванной накидке не первой давности. Тогда я первый раз увидела то, что люди кличут смертью.       На самом же деле они весьма милые создания, родом из северного Нунгтака пятьдесят седьмой галактики. Эти существа общаются со всеми телепатически и гордо называют себя народом Нун. Самое интересное, что у них нет имен, но при этом каждый Нун знает, когда обращаются именно к нему. — У-у-у-у-у-у-у-у-у-м-м-м-м-м-м, — выдавило существо из горла, словно у кого-то схватило живот, и он корчился в жуткой агонии. — Ах, я тоже рада тебя видеть, Черепушка! Ну, сколько счастливчиков на этот раз готовы с тобой познакомиться? — У-у-ум. — Так ты сегодня за моим клиентом — что ж, с тобой всегда приятно работать.       Мы мило беседовали о разных заданиях, пока шли по железным руинам. Как и во всех космических сооружениях, коридоры были достаточно узкие, но стены в высоту достигали пяти метров. По трупам в бело-красных мундирах, которые лежали в основном около стенки, было понятно, что корабль принадлежал Империи. И хоть эти люди успели надеть генераторы кислорода, смахивающие на подводные белые маски с респираторами в виде пластмассовых шарфов, закрывающие нос и рот, они всё равно лишились жизни.       Я смотрела на весь этот хаос, и мое желание увидеть виновника становилось еще сильнее. — У-у-у-ум... — Да не-е-е-т, ты что-о-о. Я совсем не бегу. Тебе кажется. — Отмахиваясь рукой от телепатического разговора Нуна, я бежала по узким коридорам боевого корабля.       Конечно, я могла проходить сквозь стены и всё такое, но разве можно обделить вниманием весь этот хаос? Естественно, нет! Ведь, только глядя на развороченный металл, можно понять всю силу своего клиента. К тому же можно примерно представить, какие эмоции будет испытывать сей персонаж.       Кстати, данный корабль военного типа, разработанный для захвата планет класса «S», средним диаметром 4,820 км, был рассчитан на три тысячи четыреста пятьдесят пять существ и внешне напоминал взлетающего орла. Данная модель оснащена пятью коротковолновыми рентгеновскими лазерами, защитными силовыми полями и самым страшным оружием человечества — атомными боеголовками, способными полностью уничтожить жизнь на планете «S» класса. Также во время осады планеты применялась так называемая «сковывающая искусственная гравитация» на вражескую территорию. Притяжение становилось настолько сильным, что люди просто не могли пошевелиться. Именно поэтому то, что кому-то получилось захватить такого монстра, уже кажется невероятным. В моей практике только одно существо смогло это сделать. Правда, умерло оно от простого кирпича, свалившегося на его голову.       Мое шестое чувство мне подсказывало, что Мирана надо искать на капитанском бортике, но в первую очередь надо было до него добраться. По главному лифту этого было не сделать, так как в шахте слышались взрывы. Конечно, я и так была мертвее мёртвого, но проходить через огонь было не из приятных. — Ум, ум, у-у-у-ум, — проревел мой напарник, показывая на дверь слева. — Умничка! Конечно! На этом корабле лазарет соединен тремя лифтовыми шахтами всех уровней! Я тебя просто обожаю! — чуть ли не крича от счастья, я пролетела через дверь в медотсек.       Так как за дверью нас встретила парящая мебель с медицинскими препаратами, было легко догадаться, что при оккупации был поврежден отдел, отвечающий за гравитацию определенных отсеков корабля. Конечно, особо это ни на что не влияло, но тем не менее весьма не комфортно, когда прямо в глаза летит пинцет. — Мой милый напарник, не хочешь получить дозу гормонов счастья в условии антигравитации?! — попыталась я пошутить, отталкивая от своего лица парящий шприц. — Ум... — Ладно, твое право, но я предлагала. Пойдем — надеюсь, что третий лифт работает.       К моему счастью, он действительно работал. Правда, то, что в нём играла классическая музыка семнадцатого века, очень сильно выбивало его из общей обстановки. Казалось, будто мы совсем не на корабле, где идет ожесточённая кровавая схватка, а в какой-нибудь гостинице. Нун даже нашел время, чтобы посидеть на красно-белом бархатном пуфике, стоявшем около пятиметрового окна. — У-у-у-у-у-ум, — протянула Черепушка. — Вижу, у нас есть примерно час до того, как эта машина взорвет все, где есть кислород. Ну как можно было так повредить двигательный отсек? — угрюмо прокомментировала я то, что видела в окне лифта. Конечно, меня нельзя назвать любительницей кораблей, но после моей смерти у меня появилось сострадание к машинам. Ведь, в отличие от людей, их просто бросают по мере их износа. Иногда я даже бываю на планете Утилита, с которой хорошо видно ее металлическое кольцо, состоящее из остатков легендарных кораблей. Мне всегда хотелось дать им вторую жизнь, точно так же, как людям дают второй шанс. Лет тридцать назад я как-то была уже на боевом имперском корабле. Тогда мне надо было забрать душу капитана седьмого отряда, умершего лёжа на своей любовнице, которая была по совместительству главным офицером связи. Господи, до сих пор не могу вспоминать того клиента без улыбки. Его первые слова, которые он мне сказал: «Сможет ли его жена узнать об этом после своей смерти?» Признаюсь честно, тогда я даже не знала, что сказать. Вот теперь я опять стою на капитанском мостике, практически таком же, как и тридцать лет назад. Отличается только форма главного кресла: тогда оно было квадратное, а не круглое. Хотя сам мостик стал более вытянутым, и появился прозрачный пол.       Но главное отличие было в том, что передо мной стоял уже не голый, лысый, пухлый мужик весьма преклонного возраста, а стройный мужчина на вид лет двадцати пяти, с весьма жуткими фиолетовыми глазами, смотрящими прямо в душу. Казалось, будто он действительно меня видит. — Черепушка, пора выполнить то, для чего мы здесь, — железным голосом отдав команду, я не переставала чувствовать себя уязвимой. Будто он — это моя смерть. Было ясно: мой напарник ощущал себя так же, как и я себя, так как на этот раз без промедления в нашу цель сверху полетел кусок железной балки, ранее удерживающий закрытую вентиляционную шахту. И знаете что? Миран первый, кто смог не то, что просто увернуться от несчастного случая, что мы ему устраивали. Он поймал эту балку одной рукой, даже не посмотрев на нее! — Так-так-так, похоже, за мной опять пришли. Чем же я вам так не понравился? — спокойным бархатным голосом произнес Тит — предшественник тьмы, продолжая держать балку своей черной обгоревшей рукой. Она была обуглена до локтя, но это не только что полученный ожог. Хотя тогда повреждение давно должно было затянуться. Вам знакомо чувство, будто вас загнали в угол? Так вот, я чувствовала сейчас именно это. Мой разум не хотел признавать то, что мы столкнулись с чем-то непонятным, могущественным и действительно опасным. — Он же нас не может видеть, так? — когда ответа не последовало, я подняла свои глаза наверх и была просто поражена. Вестник, который сам приносил всему живому смерть, не мог пошевелиться. Я уже хотела вцепиться в балахон Нуна, но меня отвлек звук впивающейся балки в пульт управления корабля. — То, что я не вижу вас не значит, что я не могу ощущать ваше присутствие. Мне не хочется убивать, но с каждым месяцем вы приходите ко мне все чаще и чаще. — Он легонько поправил свои короткие черные пряди, спадающие на лицо, расстегнул военный мундир, под которым была обычная темно-серая футболка, и уверенным шагом направился ко мне. Меня не покидало ощущение, что это мой конец, и мне надо бежать отсюда, но вместо этого я схватила его за горло, когда он подошел в плотную. — Не смей так со мной разговаривать, — вырвалось у меня через зубы. Клянусь богом, что тогда я увидела самую жуткую ухмылку за все мое существование. — Вижу! — чуть ли не пропел последний из своего рода, когда вонзил в меня свою руку в то место, где по идее у человека находится сердце. Я пришла в ужас от того, что за все года, что была мертва, впервые почувствовала боль. Она была не сравнима ни с чем, словно из меня вырывают душу. — У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-ум! — разнеся жуткий рев по всему мостику так, что остатки корабля вздрогнули от сильнейшего удара Черепушки, и наш клиент полетел в гору аккуратно сложенных трупов около капитанского кресла. После чего вестник смог оторвать один из трех ремней, который пережимал правую руку Мирана.       Я рухнула на колени, но не переставала смотреть ему прямо в глаза. — Вестник, открывай портал сейчас же, мы уходим. — У-ум-м... — Никаких но! Сейчас же. — Не успела я договорить, как на нас полетела волна сильнейшего энергетического потока, окрашенного в фиолетовый цвет жажды убийства. Благо, я успела поставить силовой барьер, напоминавший полупрозрачный синий купол. — Капитан, мы смогли достать все, что Вам нужно, — раздался голос по громкой связи. Воспользовавшись тем, что он отвлекся, я нанесла ему ответную крестовую волну, давая проскользнуть Черепушке в открытый ею портал, а потом и сама последовал ее примеру.

***

— Капитан, у Вас кровь в уголке рта. — Хм, и правда. — С Вами всё хорошо? — Конечно. Сегодня я наконец-то повстречал действительно интересную личность. — Но всё же все имперцы были мертвы! — А кто сказал, что это были живые. — Капитан, я Вас не понимаю. — Не утруждайте себя, мой бедный помощник. Сдается мне, что скоро Вы всё поймёте сами.