Над нами общее небо.

«Я каждому рассвету рада, Как будто мой вчерашний день В ночь уходящий без возврата, - Чужая жизнь, Чужая тень…»       Макс уверенно нажал на кнопку звонка. За дверью послышались шорохи и недовольное бурчание. Перед ним стояла девушка, босая, в длинной мужской футболке. Короткие белые волосы торчали в разные стороны, бледно-зеленые глаза были спросонья прикрыты. Она была высокой, фигура больше напоминала мальчишескую. Тихо прошептав ругательства, она шире распахнула дверь, впуская Макса в квартиру. - С добрым утром, - поприветствовал он девушку. - Утро добрым быть не может, хотя бы потому, что это просто утро! - Хватит ворчать, - ответил он и прошел на кухню. Девушка молча ушла в ванную комнату.       Вернувшись, девушка выглядела уже куда более приятной, но все так же напоминала подростка. Драные джинсы и широкая явно не в размер рубашка только ярче это подчеркивали. - С чем связан столь ранний визит? - сказала она, беря пустой бокал из шкафа. - Он вернулся? - она недоуменно на него посмотрела. - Он - это кто? - Света, проснись, - зависла небольшая пауза. Наполняя бокал горячим кофе, она уже менее дружелюбно ответила: - А… этот, что ли. Любовь твоей благоверной? - Да, он самый. - И что теперь? - она присела за стол и прикурила тонкую сигарету. - Ничего. - Когда он вернулся? - Я так думаю, дня два назад - он звонил позавчера. А вчера она была с ним. - Откуда ты знаешь? - Я хорошо знаю свою жену, ей достаточно взглянуть на его фото, как она начинает меняться на глазах. - Что будешь делать? - Макс пожал плечами. - Я думаю, тебе нужно отдать ей письма, которые ты не успел отправить ему обратно. Какое развитие дальнейших событий ты ожидаешь? Ты уверен, что она останется с ним? - Как раз наоборот, я уверен, что она останется со мной, но я этого не хочу. - Почему? Ты же ее любишь. - Я да, она нет. Я не хочу видеть ее страдания. - Разве она до сих пор страдает? - Да, Свет. Конечно, иначе чем в начале, но страдает, - он тяжело вздохнул и тоже закурил. - Все мы страдаем в той или иной степени. Если ты не собираешься возвращаться, то лучше отдай ей письма. - Я знаю, что это нужно сделать. Но вот простит ли она меня потом? - Я думаю, в данном случае это уже не имеет значения. Почему я не вижу твоего удивления по поводу его возвращения? - Я всегда знал, что это произойдет, рано или поздно. Он любит ее и поэтому вряд ли сможет оставить. - Но оставил же? - Год - не срок для любви, всего лишь проверка на прочность. - Да уж, хороша проверка, по твоим рассказам, она была на грани. - Да. - Как собираешься жить дальше? - А как можно жить в моей ситуации? Буду привыкать к одиночеству. - А я? - девушка затушила сигарету и вопросительно посмотрела на Макса. - А ты… ты будешь жить прежней жизнью. - Спасибо за разрешение, - съехидничала она и с обиженным лицом ушла в комнату. Макс тяжело вздохнул и пошел за ней следом. В комнате на разложенном диване и смятом от сна постельном белье сидела Света, обхватив колени руками. Он присел рядом и, нежно погладив по руке, заговорил: - Света, я знаю о твоих чувствах ко мне, но я не могу ответить тебе взаимностью. Я очень ценю тебя, ты дорогой моему сердцу человек. И я меньше всего хочу сейчас селить в тебе напрасные надежды на совместное счастливое будущее. Сейчас я ни в чем не уверен и моя боль - это только моя боль. Я не хочу всю мою душевную тяжесть перекладывать на твои хрупкие плечи. - И не нужно. Просто будь рядом, - тихо прошептала девушка и, положив голову ему на колени, включила телевизор. Яркие картинки быстро сменяли одну за одной, но молодые люди просто смотрели в пустоту экрана, не вдумываясь в смысл передачи.       А дальше для Светланы началась новая эпоха существования с любимым человеком, и она оказалась не столь привлекательной, как хотелось бы. Эпоха беспробудного пьянства, разбросанной по дому одежды и грязных носков. Девушка переживала, но возражать не смела. Истерзанная душа Макса никак не хотела покоя. Он просыпался ранним утром, когда она еще спала, и уходил. Возвращался всегда затемно и мертвецки пьяным, не в силах даже раздеться, засыпая на полу или в кресле. Много курил и почти ничего не ел, не разговаривал с ней и не замечал. Жил так, будто ее вообще не существует. Девушка терпела, сжав зубы, продолжая ждать по вечерам. Старалась не донимать разговорами, отлично зная, что у Макса один из самых тяжелых периодов в жизни, понимая, что это не навсегда. Ей было очень больно видеть его состояние, видеть, как он сгорает у нее на глазах. При этом не зная, как поступить и что изменить, чтобы получить назад прежнего Макса. Однажды набравшись смелости, Света высказала свое мнение о его поведении, на что он грубо ответил: - Я не обещал, что будет легко! Если любишь - выдержишь! - и она, сжав кулаки и проглотив слезы, продолжила терпеть, надеясь на скорые перемены.

***

      Каждый прожитый день вселял всепоглощающую тревогу. Лера ощущала постоянное присутствие мужа. По ночам ей казалось, что он стоит в дверях и безмолвно, как тень, смотрит на нее. Она просыпалась в холодном поту и тревожно озиралась в темноте, пытаясь успокоить сердцебиение. Иван все время был рядом с ней и ее дочерью, пытаясь всячески поддержать, не давая ей возможности унывать. Он оставлял ее одну лишь по ночам и предоставлял ей личное пространство и время. Она должна была дойти до всего сама, сделать какие-то выводы и умозаключения.       Время шло, отсчитывая минуты, часы, дни. Лера отчаялась найти хоть какую-то связь с мужем. Он просто не хотел, чтоб его нашли. Она понимала, что ему нужно время, и ей ничего не оставалось, как только просто ждать.       Молодые люди не могли насытиться присутствием друг друга, глотая воздух, насквозь пропитанный нежностью и теплотой, исходившей от двух сердец. Считая минуты до наступления утра, чтоб опять насладиться встречей. Лера так и не могла понять, почему Ваня каждый вечер садился за руль и уезжал в гостиницу. Частично она это списывала на то, что все-таки еще замужем, и Макс может в любой момент вернуться домой. Еще один день клонился к закату. После прогулки они, молча прижавшись друг к другу, смотрели кинофильм. Девушка не заметила, как уснула.       Входная дверь тихо щёлкнула и Лера открыла глаза. Лежа в своей кровати, бережно укрытая одеялом, она поняла, что Ваня опять ушел. Внутри что-то ухнуло, и к горлу подобрался комок обиды, а на глаза навернулись слезы. Она попыталась успокоиться и заснуть, но если слезы все же высохли, то сон совсем не шел. Девушка ворочалась с боку на бок еще битый час. Собравшись с мыслями, она набрала телефонный номер гостиницы и две добавочные цифры, послышались громкие гудки. - Да, - раздался голос Ивана. - Привет, еще не спишь? - грустным и тихим голосом спросила она. - Лера? Что-то случилось? - Нет, все нормально. - Я думал, ты спишь. - Я проснулась, когда ты захлопнул дверь. - Малыш, что у тебя с голосом? - Ничего. Я тебя не отвлекаю? - Конечно, нет, - девушка вдохнула поглубже и, закрыв глаза, задала мучивший ее вопрос: - Вань, почему ты по вечерам уходишь? - в трубке повисла пауза, слышно было только его ровное дыхание. - Ты ведь никогда не предлагала и не просила меня остаться. Я думал, тебе нужно время, - Лера смахнула набежавшие слезы и широко улыбнулась. - А ты о чем подумала, глупышка? - она с облегчением вдохнула. - Я… я подумала, что причина во мне или в Максе. - Ты что, плачешь? - Да нет, просто насморк, - она с шумом втянула воздух, демонстрируя заложенность носа. - Ладно, хватит шмыгать носом. Не переживай, все хорошо. - Угу… Вань, а ты можешь приехать? - спросила она, понимая, насколько сильно хочет оказаться рядом. В трубке опять повисла тишина. - Конечно, открывай дверь. Люблю тебя, - он положил трубку, а Лера радостно улыбнулась.       Иван тихо постучал, боясь разбудить Лину, но ему не открыли. Он улыбнулся и толкнул дверь. Она с легкостью поддалась. Мужчина, разувшись, прошел в темную комнату спальни. Где, свернувшись клубочком, спала Лера. Мужчина нежно погладил ее по щеке и, укрыв одеялом, вышел из комнаты.       Девушка нехотя открыла глаза. Эвелина сладко посапывала в своей кроватке, медленно пробуждаясь к утреннему кормлению. Лера посмотрела на пустую подушку рядом с собой, и с грустью в глазах направилась в кухню. Накормив ребенка, девушка прошла в зал открыть балкон - несмотря на ранее утро было достаточно душно. Ее взору предстала картина спящего Ивана. На диване с большим плюшевым медведем вместо подушки, в объятиях с ее детской куклой, он выглядел довольно нелепо. Она села на корточки возле него и с улыбкой слегка погладила по голове. Ваня сквозь сон недовольно сморщил нос. Девушка нежно коснулась губами его покрывшейся легкой щетиной щеки. Он притянул ее к себе и поцеловал. - Доброе утро, малыш. - Доброе утро, любимый. - Вчера ты меня так и не дождалась? - Да, я оказалась не в силах перехитрить Морфея. Прости, я тебя вчера сорвала из кровати посреди ночи. И сейчас разбудила ни свет ни заря. - Ничего страшного, переживу как-нибудь. Главное, что ты рядом, а остальное все мелочи.       Он взял ее руку в свою и поднес к губам. Их глаза встретились. Лера почувствовала, как кровь прилила к ее лицу. Внутри разлилась какая-то особая тяжесть. Он тут же обнял ее и стал целовать. Ее тело обмякло, и она с радостью отдавалась его поцелуям, которые стали более настойчивыми и требовательными.       Она лежала на его груди, ощущая жар его кожи. Смущенно подняв на него улыбающиеся глаза, тихо заговорила: - Надеюсь, тебя больше не беспокоят мысли из прошлого? - Какие именно? - Ваня не открывая глаз, поглаживал ее по плечу. - Мысли о моей неприкосновенности, - он открыл глаза и засмеялся, затем ответил: - А тебя, похоже, все еще мучают? - Ну, я вроде как замужем, да и ты женат. - Тебя интересует, чувствую ли я угрызения совести? Да, несомненно, только к моей жене это не имеет никакого отношения. Наш брак уже давно существует только на бумаге. Макс - вот о ком сейчас я переживаю. Я знаю этого парня, он мне нравится. Несмотря на то, что мы с ним в каком-то роде соперники. Я думаю, что он изменился за этот год, как, впрочем, и мы. Но я не уверен в том, что его чувства к тебе прошли. Но это второстепенные мысли, меня сейчас куда больше интересует другой очень важный вопрос. - Какой? - Ты. - Я? Не понимаю? - Меня интересует, что будет дальше. К каким переменам мне готовиться, на что ты настроена? Я не люблю находиться в подвешенном состоянии. - А на что настроен ты? Какие перемены ты готов принять? - Принять готов все, кроме твоего отказа, я весь твой и все зависит только от тебя. - Ну, для начала я хотела бы поговорить с мужем, но, думаю, в ближайшее время это невозможно. Еще нужно все рассказать маме. - Я хочу забрать вас с собой, - вдруг неожиданно Иван выпалил эти слова, которые уже давно вертелись у него на языке. Девушка села на диване и удивленно посмотрела на него. По обнаженной коже тела побежали мурашки, и, поежившись, она перевела взгляд, ища на полу халат. Лера встала и, открыв балкон, неуверенно ответила: - Я не могу. - Почему? Что тебя здесь держит? - Мама, родственники, друзья. - Маму мы заберем с собой. Ты можешь приезжать сюда, когда захочешь. Я, конечно, могу перебраться в Россию на постоянное место жительства, но ты сама должна понимать, что мне это сделать будет куда сложней, - он встал и натянул джинсы. - Боже, почему в жизни все так сложно, почему всегда надо делать выбор? - он подошел к ней и обнял, она уткнулась ему в грудь. - Потому, что такова жизнь, малыш. Всегда приходиться делать выбор. Иногда, даже не тот, который хочется, - она вздохнула и, подняв голову, посмотрела на Ивана. Тот чмокнул ее в кончик носа и улыбнулся. - Сколько у меня времени? - Немного.

***

      От Макса по-прежнему не было вестей, Лера не знала где он и когда объявится. Его родители, как оказалось, даже не были в курсе их разлада. Друзья тоже не могли дать внятного ответа по поводу его нахождения. Изо дня в день девушка обивала пороги всевозможных контор, но толку от этого было мало. Даже вмешательство Ивана с его умением убеждать и наличием денег не дало никакого результата. Настроение девушки с каждым днем становилось все хуже. Время шло, а продвижений не наблюдалось. - Ваня, все бесполезно. Пока Макс не вернется, проблему с нашим отъездом мы не решим. - Малыш, не унывай, все будет хорошо, - он сам прекрасно понимал, что разлука неизбежна и это угнетало очень сильно. - Лера, Марк завтра улетает, он бы хотел с тобой познакомиться. - А это обязательно? - Думаю, необязательно, но неизбежно. Он мой лучший друг и помощник. Моя жизнь во многом зависит от него. Я бы хотел, чтобы вы познакомились.       Джон постучал в дверь гостиничного номера. - Да, Джон, заходи, - мужчина прошел вглубь комнаты и сел в кресло. - Чем занят? - Помираю со скуки. - Билеты заказал? - Ну да, еще вчера. Завтра вылет. Джон, я надеюсь, на тебя можно положиться? Я даю тебе только две недели, смотри, опять не натвори каких-нибудь глупостей! Второй раз я твою грешную душу спасать не буду. - Марк, я все понял. Давай выходи на улицу и побыстрей. Нехорошо заставлять девушку ждать, - ответил Джон и покинул номер.       Подходя к Джону и его спутнице, Марк отметил для себя, что девушка оказалась немного другой, нежели на фотографии. Она была более изящной и измученной, но глаза все так же светились добротой и счастьем. - Здравствуйте, - улыбаясь, на ломанном русском поприветствовал он. - О-о-о, друг! Ты делаешь успехи! Пребывание в одиночестве в России принесло свои плоды? - съехидничал Джон. Марк сделал вид, что не услышал друга. - Не утруждайте себя, я говорю по-английски. Правда, коряво, но я практикуюсь, - брови Марка выгнулись от удивления. - Я приятно удивлен. Меня зовут Марк, я правая рука Джона. Я занимаюсь почти всеми вопросами бизнеса и с недавних времен и личными тоже, - ответил он и укоризненно глянул на Джона. - Ну, так, вроде, я тебе неплохо плачу. - Если ты так и будешь себя вести, как в последнее время, то думаю, что одной зарплатой ты меня не удержишь. - Ребята, хватит пререкаться, я предлагаю прогуляться. - Я согласен, - отозвался Марк и мило улыбнулся. - Валерия, а можно взглянуть на ваше сокровище? - Да, конечно, - она чуть отошла в сторону. - Спит принцесса. На маму совсем не похожа. - Да уж, это точно. - Джон, она на тебя похожа, - Лера испуганно вскинула глаза. - Очень смешно, - саркастически откликнулся Джон.       Они шли вдоль зеленых улиц города, мило беседуя. О детях, семьях, о жизни, о России, о Союзе, который развалился. О болезненном восстановлении страны, о нынешнем ее состоянии. Об их приезде с гастролями. В то время, когда страна только приоткрыла железный занавес и разрешила въезд зарубежных исполнителей. Все казалось каким-то далеким и нереальным. Лера жила в этой стране, но особо не могла похвастаться глубокими воспоминаниями о том времени. Тогда ей было всего девять. Она рассказывала о своем детстве, о впечатлениях, о народе. Об обычаях и понятиях русских людей, о возможностях и развитии экономики. - Конечно, я понимаю, что это не лучшая страна в мире, но это моя страна. И я даже пока представить не могу, что мне придётся ее оставить. Да, жизнь здесь не из легких, но человеку свойственно подстраиваться под обстоятельства. Моя жизнь меня устраивает, я знаю, что многие в нашей стране не имеют даже этого, но все равно к чему-то стремятся. И благодаря этому стремлению есть силы бороться с такой жизнью в этой стране.       «Умом Россию не понять,       Аршином общим не измерить:       У ней особенная стать —       В Россию можно только верить».       Марк присел на скамейку в парке и глубоко вдохнул свежий воздух. - Да, безусловно, ты права. В России совершенно другая жизнь. Другие люди, другой уровень развития и восприятия. Соглашусь, у русских как-то по особенному развита целеустремленность. Многие из вас, попадая за рубеж, достигают больших высот. Все потому, что у вас в крови заложено бороться и добиваться, - девушка присела рядом и дружелюбно улыбнулась. - Джон, ты меня завтра отвезешь? – переводя тему разговора спросил Марк. - Конечно. Ты уже сообщил о своем возвращении? - Да, вообще-то, нас ждут обоих, но о том, что ты прилетишь позже, я умолчал. Мы решили окончательно выпустить альбом только в твоем присутствии. Чтобы не возникало вопросов, на которые никто, кроме тебя, ответить не сможет. Я пока начну организационные работы. - Ты не спрашивал про тур? - Ты сначала альбом выпусти, а потом уж все остальное. - Марк, мне бы приблизительные даты? - Джон, откуда я знаю! Я вроде как не генеральный продюсер. - Почти, ты чуть выше. - Я не выше, просто ближе к тебе. Позвони ему сам и спроси все, что тебя интересует. Последний раз, когда я с ним разговаривал, я много о нас с тобой узнал нового и интересного. Даты, скорее всего, есть на сайте, билеты уже давно в продаже. Он мне сказал, что если из-за твоего сумасбродного поведения придется что-то менять, то он уйдет от нас. - Я так понимаю, меня просто поставят перед фактом? - Как будто когда-то было иначе? Просто раньше ты присутствовал, поэтому был в курсе, - Лера внимательно с улыбкой на лице следила за мужчинами. Глянув на часы, девушка поторопила Ваню, предупредив о скором кормлении. - Ладно, нам пора, во сколько вылет? - Около четырех. - Утром заеду, - он протянул руку другу. - Валерия, мне было очень приятно с вами познакомиться. Надеюсь на скорую встречу. - Марк, мне тоже очень приятно было с вами пообщаться. Я рада, что у Вани есть такой друг, как вы, с вами он не пропадет. Я вам обещаю, что в назначенный Вами срок он вернется и приступит к работе с новыми силами. - Я на это очень надеюсь. Валерия, а почему до сих пор Иван, а не Джон? - Не могу отвыкнуть. Это для вас он Джон Дьюз, звезда мирового масштаба, а для меня он так и остался Ваней. Но я честно обещаю, что исправлюсь в скором времени, - распрощавшись, Ваня с Лерой направились в сторону дома, а Марк остался сидеть на скамейке, наслаждаясь дневным солнцем.       Джон уехал утром, пообещав вернуться как можно скорее. У Леры было предостаточно времени, решив использовать его на поиски пропавшего мужа. Она навестила его родителей, давая им возможность увидеться с внучкой, и попыталась выяснить хоть какие-то факты. Новости от Макса были. Хоть и не те, которых ожидала Лера. Он приезжал домой, один раз. Свекровь сказала, что выглядел он очень плохо, откровенно говоря, ужасно. Но на вопросы матери, что произошло, ответил кратко: «У меня запой и моей жене лучше не видеть этого. Пока я не восстановлюсь, домой не вернусь». Информацию о своем нахождении он разглашать не захотел. Девушка решила не посвящать их в суть семейного разлада и, погостив недолго, ушла. Следующим в списке был Сашка. Она позвонила Лене и попросила о встрече. - Ленка, привет! - Привет, мамаша, как твоя принцесса? - Растет потихоньку. Как сама? - Да нормально. Сашка только приходит редко, работает много, мужа твоего заменяет. - Я слышала. Он, кстати, о нем ничего не рассказывал? - Нет, я спрашивала. Он сам уже злится на него. - Он ушел, и я не знаю где он. - Этого стоило ожидать. Он ведь тоже человек. Ну, а ты как? - Ленка, даже не знаю, что тебе сказать. Конечно, я простила Ваню, стоило ему только появиться. А Макс решил быть благородным и просто ушел в сторону, не захотев даже бороться за свою семью. - Я другого от Макса не ожидала. Он любит тебя, в этом его беда. Слишком сильно любит. - Я понимаю. Но мне-то как жить с этим? - Смирись, это самый лучший вариант. Ну, как у тебя с Иваном? Он мне звонил. - Я знаю, он говорил. С Ваней все замечательно, мы во всем разобрались. Что-то вычеркнули, что-то подчеркнули. Я… я как бы сильно не упиралась и не пыталась трезво мыслить, все равно не стала меньше его любить. Я просто не представляю жизни без него. - Я так понимаю, что вы теперь вместе, как и год назад? - Да, мы вместе. И, похоже, он и вправду меня любит. - Думаю да, раз вернулся. - Ладно, мне пора. А то мы сегодня целый день гуляем по гостям. - Ты не пропадай. А то не дозвониться до тебя, не увидеться. Вся такая занятая. - Хорошо, подруга. Созвонимся.       Вернувшись вечером, Иван застал Леру в детской. - Привет, малыш, у меня для тебя подарок, - подойдя к девушке, он поцеловал ее в затылок. Она улыбнулась и обняла его за талию. - И какой же? - Ваня демонстративно покопался в карманах и достал ключи. - Вуаля! - Ключи? С каких пор связка ключей стала подарком? - Ну, на самом деле это ключи от твоего подарка. Я дарю тебе новую квартиру, - Лера недоверчиво посмотрела не него. - Вань, у меня есть квартира, причем трехкомнатная. - Будет еще одна. Ты сама говорила, что соседи начали косо смотреть в твою сторону. И потом она просторней, - она стояла и хлопала глазами - так ее давно никто не удивлял. - Если мы собираемся переезжать, зачем нам жилье? - Ну, ты же приезжать хотела сюда в гости к друзьям, родственникам? - Не понимаю, чем эта квартира тебе не угодила? - Если честно, то я не очень комфортно себя чувствую здесь. Сюда твоя мама приходит, а мы пока не знакомы. Кстати, когда ты нас познакомишь? - Не знаю. Что я по-твоему должна ей сказать? "Мама, я встречаюсь с американцем, он большая звезда в рок-музыке, и он хочет увезти нас в Америку на постоянное место жительства". После этого она меня сразу в больницу определит. - Зачем? - Вы, американцы, либо тугодумы, либо умело претворяетесь. Она подумает, что я рассудком тронулась.       Смотря на нее с улыбкой, Иван добавил: - Ну, про мою известность можно не упоминать. - А когда ты все успел? Ты же все время проводил с нами. - Малыш, мой личный представитель все устроил лучшим образом. На мой взгляд, безупречно. Впрочем, по-другому он не умеет. Поедем, посмотрим? - Вань, спасибо огромное, но я не могу ее принять. - Малыш, у тебя нет вариантов. Все документы оформлены на твое имя. - Как ты это сделал? - Я же говорил. Деньги правят миром, ну, правда, мне еще понадобился твой паспорт. Но с этим у меня проблем тоже не возникло. - Когда только успел? - Это у меня в крови. - Хорошо уговорил, поедем, посмотрим.       Квартира находилась в новом районе города. Район не был центром, но выглядел многообещающим. Был зеленым, со множеством детских площадок вокруг многоэтажных домов.       Лере не могло не понравиться. Все было на высшем уровне, как и описал Ваня. Квартира была трехкомнатная, просторная и светлая. Девушка остановилась в дверях с открытым от удивления ртом. Иван подтолкнул ее в спину и она прошла в спальню. В комнате было все так, как она мечтала в детстве. Интерьер был в историческом утончённом стиле, кровать с балдахином была размером со всю ее комнату в старой квартире. Тут же на полу расположился ковер в цвет обоев неправильной формы. Стены были нежного бежевого оттенка, а на трюмо в маленькой вазочке стоял букетик чайных роз. Лера села на пуфик и выдохнула. - Я в шоке. - Я понял, - Ваня подхватил ее на руки. - Поставь меня, - он отрицательно покачал головой. - Вообще-то, в коляске, в прихожей спит Лина. - Я знаю, - он улыбнулся и закружил ее по комнате. - Я хочу посмотреть остальные комнаты. - Спешу тебе их показать, - он понес ее в зал.       Зал был огромным - ярко бирюзовые стены вперемешку с нежно-голубым цветом прекрасно сочетались. Большой телевизор, белый кожаный угловой диван, два кресла и белый ковер на полу. Ничего лишнего. Иван хотел поставить девушку на пол, чтоб она могла пройтись по комнате. - Не надо, у меня туфли грязные. Ой, ты что-то запоролся в обуви, ковер-то белый! - Черт! Так и знал, что где-то промахнулся, - Лера засмеялась и, поцеловав его в щеку, скомандовала. - Неси дальше. - В детскую? - Да.       В детской тоже было все, как сказке. Стены украшали герои из мультфильмов и сказок, палас был имитирован под зелень травы. Детская мебель была скомплектована и расставлена со вкусом. Кроватка, невысокий шкафчик, комплект игрального столика и маленькие стульчики. Было отведено место и для взрослых. За импровизированной шторой из бледно-зеленной органзы виднелась небольшая тахта, а разнообразные игрушки наполняли почти все свободное пространство комнаты. - Я хочу быть маленькой. - Я не согласен. Но если уж очень хочется, то мы можем немного поиграть в игрушки. Думаю, Лина будет не против. - Я согласна. Пойдем дальше, - крепко держась за шею Вани, она махнула в сторону кухни. Попав на кухню, Лера ахнула - вся техника была из последних новинок, самых ведущих фирм. - Это рай для хозяйки. - Марк старался, - глянув на стол, девушка улыбнулась. На нем стоял огромный букет цветов, в ведерке охлаждалось шампанское, а стол был уставлен различными вкусностями. Он бережно посадил ее на стул и принялся открывать шампанское. - Я не верю своим глазам. Когда вы все это успели? - Честно говоря, квартира уже была куплена в таком состоянии, в каком ты ее видишь. Продавец, судя по всему, бизнесмен, прикупил ее для себя, но произошли какие-то изменения, и ее пришлось продать со всем, что в ней есть. А тут мы такие! Молодые, энергичные и богатые. Сделать тебе подобный подарок я решил сразу после того, как ты осчастливила меня. Я поделился своими мыслями с Марком, он сказал, что что-нибудь придумает. - Но как он смог все устроить? Он ведь даже языка не знает. - Я нашел ему переводчика. На этом моя помощь закончилась. Ну, я еще принимал участие в покупке кое-каких вещей. - У меня нет слов. Я сейчас, - сказала она и, разувшись, встала. - Да, кстати! Ты тоже разувайся! Нечего мне тут ковры пачкать. - У меня носки дырявые, - смеясь, буркнул он. - Значит, снимай и их тоже, - Лера вышла в прихожую и взяв из коляски спящую дочь отнесла в детскую. На обратном пути Лера заглянула в ванную комнату. Зайдя, она громко вскрикнула. Ваня, бросив ботинки, рванулся к ней. - Что случилось? - Ваня, ванна с гидромассажем. Я такую только в кино видела. - Фу-у-у, перепугала. Предупреждаю, унитаз с автоматическим сливом воды. - Это как? - Без кнопки. - Ну, да! Где уж нам, сельским, до вас, городских, - сев за стол девушка приняла бокал с шампанским. - С новосельем, любимая, - сказал Ваня и протянул бокал. Раздался звон стекла и Лера добавила: - Спасибо тебе за все. Я в восторге, - сделав глоток, она широко улыбнулась. - Когда переезжать будем? - Не знаю. Можем сегодня, нам ведь только вещи нужны, их можно постепенно перевезти. - Думаю, они нам тоже не шибко понадобятся. Пойдем, что покажу, - тихо зайдя в детскую, он открыл маленький шкаф. Новые вещи лежали стопками на полках, чистые и выглаженные. Девушка укоризненно глянула на Ивана. - Кто здесь был до нас? - Никого, а что? - Ага, скажи еще, сам гладил. - А-а-а, ты об этом. Тогда до нас здесь была женщина из гостиницы. Марк ее нанял, чтоб квартиру привести в порядок. Пойдем дальше, - он взял ее за руку и потянул в спальню. В стене рядом с кроватью была небольшая дверь. Лера не заметила ее, когда ранее посетила комнату. Ваня ее распахнул, и жестом пригласил внутрь, где загорелся свет. От увиденного Лера охнула. - Это все твое, верней, большая часть. Вот на этих полках лежат мои вещи, - он показал ряд по левую руку. Девушка бережно перебирала вешалки, осматривая содержимое. Мужчина тихо удалился на кухню за бокалами, решив не мешать. Гардеробная была небольшой, но и маленькой ее было сложно назвать. По стенам шли полки и вешалки, а в центре было большое зеркало во весь рост. Посередине комнатки стоял круглый пуф. На него-то девушка и присела, не в силах больше стоять на ногах. - Тебе нравится? - услышав голос Вани, она быстро развернулась и покинула гардеробную. Прыгнув ему на руки, девушка подарила страстный поцелуй. Не устояв на ногах, они рухнули на кровать. - Нравится ли мне? У меня никогда не было такой квартиры, никогда не было своего магазина одежды, и уж, тем более, никогда не было такой шикарной кровати, - бормотала она, расстёгивая на нем рубашку. - Конечно, мне нравится. Я в неописуемом восторге от всего, что сейчас со мной происходит, - он закрыл ей рот поцелуем и взял инициативу в свои руки, перевернув ее на спину. - Здесь еще и балкон есть, - хриплым от возбуждения голосом пробормотал Ваня. Лера коснулась пальцем его губ и продолжила стягивать с него одежду. - Позже, милый, позже, - перехватив его ногами, она перевернулась, оказавшись сверху. С каждым прожитым днем рядом с ним она ощущала эйфорию. Ее желание билось в ней, как родник чистой воды, с каждой проведенной минутой вместе, она хотела его еще сильнее, чем день назад. Открывая для себя все новые и яркие ощущения, и ей было мало. Она хотела вобрать каждую клеточку, каждый вдох, каждое прикосновение, вобрать всего его без остатка. И он с неистовой силой стремился ей на встречу, вступая в права чего-то неизведанного.       Его голова поилась на ее обнаженном животе. Девушка протянула ему бокал с шампанским и сказала: - С новосельем, Джон! - О-о-о! Ты изменила своим привычкам? - Ну, когда-то надо начинать, - она сделала глоток и встала. Не найдя халат, она надела одну из рубашек Ивана. - Ты не против? - спросила Лера, покрутившись перед ним. - А как же твой магазин? - Я почему-то не нашла там халат. - Это мой промах. Забыл его купить. Мне очень нравится, когда ты носишь мои рубашки, ты в них неотразима. - Пойдем балкон посмотрим, - она широко улыбнулась и бросила ему домашние брюки.       Лоджия была просторной и очень светлой. С одной стороны стоял компьютерный стол с полной комплектацией. С противоположной стороны стоял очень аккуратный диванчик и кофейный столик. - Здорово! Прямо личный кабинет. - Судя по всему, такова и была задумка. - Интересно, диван раскладывается? - Да, он раскладывается. С какой целью интересуешься? – обнимая девушку, шепнул он лукаво на ухо. - Для общей информации.       Время шло, и день разлуки был все ближе. Макс был в недосягаемости. Документы были не готовы, и без появления мужа ускорить их готовность было просто невозможно. Как-то вечером Марк позвонил Джону и напомнил, что срок его отдыха подходит к концу. Они почти все свободное время бегали по конторам, пытаясь хоть как-то изменить ситуацию, но она практически не менялась. Лера с каждым днем все глубже уходила в себя. И каждый прожитый день был для нее чуть ли не последним днем вместе с любимым. Уверенности в том, что они будут всегда вместе, оставалось все меньше. Мама начала о чем-то подозревать, Лера после долгих раздумий решила все рассказать. Рано или поздно она начнет догадываться, а лишние упреки ей не нужны. Она поняла, что пришло время раскрывать карты. Девушка поведала обо всем, что касалось Макса, частично сообщив, что уже давно любит молодого человека, и это ее очень сильно мучает. - Мама, я сейчас тебе рассказала только малую долю моих переживаний. Все остальное так навсегда и останется во мне. Знаю, Макс никогда не рассказывал тебе о нашей жизни. Но, поверь, для него этот период был самым ужасным и самым счастливым одновременно. Макс просто ушел в сторону, он любит меня, и он хочет, чтоб я была счастлива. Бороться он не собирается, у него все равно нет шансов на ответное чувство, и он об этом прекрасно знает. А терпеть такое отношение с моей стороны ему больно, больно ложиться со мной в одну постель и знать, что мои сны не связаны с ним. Ему больно осознавать, что я больше никогда не рожу ему детей, больно чувствовать мое отчуждение. Знаешь, мам, дело дошло даже до того, что я не могла находиться с ним в одной комнате. Я всячески пыталась его избегать, уходила с подругами, когда у него выходной, приходила к тебе, гуляла в одиночестве. Я не оправдываю себя, я даю себе отчет в том, что это похоже на помешательство. Я всячески пыталась выбить из себя это, но, видимо, это мне не подвластно. Значит, я слабее, чем ожидала, если не смогла забыть человека, которого полюбила. Из-за своей душевной трагедии я испортила жизнь человеку, который мне помог. Который вытянул меня из этой трясины и раскрасил мой мир пусть не самыми яркими красками, но все же цветами. И как мне теперь с этим жить, я не знаю. Самое страшное, что Макс не дает мне возможности поговорить с ним. - Тебе нужно его прощение? За что? За то, что ты не любишь его? Он вложил в тебя душу насколько смог, и ты жила, подпитываясь его энергией. За это ему не просто огромное спасибо, но он знал с самого начала, что ты не можешь его полюбить, это не твоя вина. Вам с Максом нужно расстояние и приличное. Вам нужно просто забыть друг о друге. Или оставить друг друга в вашей памяти. С годами все меняется. Я, конечно, придерживаюсь немного другого мнения, но это возможно потому, что я так самоотверженно не любила. Но я - твоя мать, и я всегда тебя поддержу. Иногда для того, чтобы достичь наивысшей точки счастья, нужно пройти через страдания.       Девушка уткнулась лицом в материнские колени и заплакала. Но в душе она не просто роняла слезы, а рыдала, сейчас она теряла не только Макса, но и человека, которого так безумно любила.       День был хмурым, предвещающим дождь. Так же серо было в душах Джона и Леры. Они стояли возле машины и боялись разомкнуть объятия. На глазах у девушки блестели прозрачные капли слез. - Малыш, хватит опять сырость разводить. Я же сказал, как только у меня будет возможность навестить тебя, я обязательно приеду. У нас очень много концертов в Европе. И между ними есть небольшие перерывы, Польша, Турция, Германия, Финляндия, Бельгия. Это только те страны, которые близко к России, не считая всех остальных. Всего два-три часа на самолете. Я приеду или ты ко мне, и на нашем концерте побываешь. Но это только в том случае, если ты еще до сих пор будешь в России. Но я очень надеюсь, что к тому времени, когда начнётся тур, мы уже будем вместе. Если в ближайшее время твой Макс не объявится, я приму меры. - Почему у вас нет концертов в России? - Я говорил Марку, что нужно включить в тур вашу страну. Они уже заключили предварительный договор, но что-то там менеджеры начудили, и мы все отменили. Прости меня, что не вышло забрать вас с собой сейчас, но мы обязательно скоро будем вместе. - Знаешь, я почему-то процентов на девяносто была уверена, что именно так все выйдет. Оно и к лучшему. У меня будет время решить все вопросы с мужем, подготовить маму, саму себя к перемене страны и жизни в ней. Подготовлю себя делить тебя с поклонниками и фанатами. - Ты, главное, помни, что бы ни писала пресса, что бы ты не увидела по телевидению или в интернете, знай, что это все пиар. В моем сердце и в моей постели есть место только для тебя, и ни одна женщина в мире никогда не изменит этого. Я буду очень по тебе скучать. Мы, кстати, можем общаться через интернет, Марк подключил, я буду звонить. Так что разлука пройдет незаметно. - Я тоже очень хочу в это верить. Я люблю тебя. - И я тебя очень люблю, - он сильнее сжал ее в своих объятиях, а она, шмыгнув носом, прошептала: - Уезжай, а то я за себя не ручаюсь, - смахнув с ее лица слезы, он прикоснулся к ней губами и прошептал: - Все будет хорошо, малыш.       Сев в машину он повернул ключ зажигания и надел солнцезащитные очки, чтобы Лера не видела затаившихся слезинок в уголках его глаз. Автомобиль медленно тронулся с места, постепенно набирая скорость и унося его куда-то вдаль, туда, где нет ее. Навстречу проезжали автомобили, по тротуарам спешили пешеходы, их всех связывало одно, они все знали куда направляются. А он сейчас ехал навстречу неизвестному, он ехал домой, который стал для него чужим. Но и назад повернуть он не мог, он посвятил музыке всю свою жизнь, слишком многое поставлено на карту. И теперь от его решения зависит равновесие его группы и команды, каждый из которых отдал ему частичку своей души. Спасала только мысль о скором воссоединении, просто нужно еще немного подождать. Чем больше увеличивалось расстояние между ними, тем сильнее натягивалась нить, связывающая их. Она могла оборваться в любой момент, но благодаря чувствам она растягивалась, заставляя их глубже верить друг в друга. Девушка смотрела вслед удаляющемуся автомобилю и, тихо роняя слезы, шептала, как молитву: - Только вернись, только вернись, только вернись, только вернись…