Однажды (рабочее)

Был полдень, когда в город вошёл человек в чёрном одеянии. В город? Ну, в общем, да. Анна Валериус считала место, где она жила, городом, хотя жители Вены или Парижа, пожалуй, с ней бы не согласились, найдя Васерию редкостным захолустьем. Анне всегда хотелось побывать в настоящем городе. Где много жителей и куча мест, куда можно пойти: театры, опера, балы, рестораны… К сожалению, это не представлялось возможным. Ближайшим крупным городом был Бухарест, но и до туда нужно было ехать не менее двух суток, и это на хороших лошадях. Раньше отец часто ездил туда, но дочь была слишком маленькой, чтобы сопровождать его в поездке, где приходилось ехать через ночной лес. Теперь нечисти в лесах Трансильвании стало ещё больше, и такие разъезды стали уже чистейшей воды авантюризмом, поэтому Борис их прекратил. Вообще-то, периодически в их город приезжали купцы, торговцы, и прочий люд, у которых можно было купить чай, порох, яркие ткани для платьев и много чего ещё. Как-то раз Анна, вспылив, сказала отцу, что если уж обычные торговцы как-то добираются в Трансильванию, то семья охотников за нечистью уж как-нибудь бы добралась из Трансильвании до Бухареста. Борис на это ответил, что с торговцами у графа Дракулы, в отличие от Валериусов, никаких личных счётов нет. Больше аргументов у Анны не нашлось. Велкан тогда увёл её за руку, как маленькую, усадил в кресло и пообещал, что, когда они покончат с Дракулой, они смогут поехать куда захотят. Хоть в Бухарест, хоть к морю. Анну это не очень утешило. Учитывая то, что их предки боролись с Дракулой на протяжении вот уже четырёхсот лет, в лучшем случае, поедут куда захотят не они, а их потомки, а в худшем — это Дракула покончит с ними, а не они с ним. Но вернёмся к приезжему. Роста он был небольшого, одет был в длинный черный плащ с капюшоном, скрывающим лицо до середины, из-под которого спадали вниз грязные засаленные светлые космы. За плечами у странника был большой мешок. Люди настороженно провожали его взглядом, кто-то клал руку на рукоять кинжала, кто-то тянулся к ружью. Путешественники-одиночки не пользовались в Трансильвании доверием, и это можно было понять. Это ж кем нужно быть, чтобы рискнуть идти одному по местам с такой дурной славой? Скорее всего, одним из тех, из-за кого у этих мест такая слава. Но дело было не только в этом. Было в фигуре путника что-то отталкивающее, заставляющее в его присутствии чувствовать себя неуютно. Он шёл неспеша, делая вид, что не замечает, как люди за его спиной становятся в полукруг, пресекая ему путь к отступлению. Анна Валериус стояла в стороне и наблюдала за новым гостем. Вот жители окружили его со всех сторон, вот вышел в центр её отец. По уже сложившемуся обычаю, он потребовал, чтобы путник открыл лицо. Потом гостю предложат испить святой воды из источника и поцеловать крест, чтобы окончательно убедиться в том, что он не вампир и не оборотень. Всё как обычно. Гость, тем временем, медленно откинул капюшон со своего лица. Под тёмным облачением обнаружился мужчина лет пятидесяти с бледным лицом, изборождённым оспинами, и водянистыми глазами. — Звать меня Казмером. А передо мной, полагаю, Борис — король всех цыган, — голос гостя был скрипучим. — А вот это совсем ни к чему, — незнакомец отстранил поднесенную ему кружку со святой водой. — Мы не доверяем людям, не принимающим даров Божьих, — холодно сказал Борис, на всякий случай доставая пистолет. Крестьяне за спиной пришельца покрепче взялись за ножи, вилы и прочую утварь, которой вооружились. Анна Валериус поняла, что что-то идёт не так, и начала медленно приближаться к толпе. Меч из ножен она, однако, доставать не спешила. Путник обвел взглядом окруживших его людей и с иронией сказал: — Так вот оно какое, это хваленое трансильванское гостеприимство, о котором ходит столько слухов. Стоит доброму человеку отказаться от такой мелочи, как кружка воды, и его тут же считают злодеем. — Не стоит заговаривать нам зубы, — сзади Бориса появился Велкан, держащий меч наготове. Путешественник неприятно улыбнулся и воскликнул: — И в мыслях не было! Хотя я бы мог, вполне. У принцессы вдруг возникло стойкое ощущение, что сейчас должно что-то произойти, какое-то предчувствие надвигающейся беды. Людское внимание было занято путником. По земле скользнула большая тень, будто бы от гигантской птицы. Анна вскинула глаза вверх. — Вампиры, — прорезал воздух истошный крик. Люди бросились врассыпную, толкая друг друга. Каждый стремился к своему убежищу. День был сумрачный, но вампиры до этого ни разу не нападали днем, поэтому никто не был готов дать отпор, да и сделать это было затруднительно, когда ты на земле, а враг в небе. Где-то в далёких землях охотники на нечисть уже вооружались скорострельными арбалетами и коломётами, но до Трансильвании это новшество ещё не дошло. Анна рванула прочь вместе со всеми, когда увидела несущуюся на неё рыжеволосую фурию. Меч неудобно хлопал по бедру, корсет мешал глубоко дышать. На кой чёрт она его вообще надела? Принцесса вломилась в первое попавшееся здание, с облегчением захлопнув за собой дверь и отойдя от неё как можно дальше, но вдруг с ужасом поняла, что это нежилой дом. Это было складское помещение, где хранил провизию местный трактирщик. Это значило, что вампиру не нужно было приглашение хозяина дома. Неужели Алира этого не поняла? Девушка испуганно оглянулась и вытащила из ножен меч. Он был бессилен против вампира, но лучше хоть с каким-то оружием, чем вообще без него. Анна внимательно прислушалась, но не услышала ничего, кроме стука своего собственного сердца. Входная дверь вдруг стремительно открылась, и в помещение ввалился путник, ещё более растрёпанный, чем был до этого. Анна встала в боевую стойку, держа оружие наготове. — Не стоит, принцесса, — сказал Казмер, глядя на девушку исподлобья, — я не собираюсь причинять вам вред. — В Трансильвании не доверяют незнакомцам, — как можно более спокойно ответила она, хотя сердце колотилось с бешеной скоростью, предчувствуя беду. Снаружи раздавались крики, выстрелы. Судя по звукам, кто-то из охотников забежал в дом и теперь пытался стрелять по вампирам из окон. Проникать в их убежище, кажется, никто и не собирался. Анна, решив, что пришелец не опасен, опустила меч и решительной походкой направилась в соседнюю комнату, в надежде, что там найдётся какое-нибудь более подходящее оружие. Ожидания принцессы оправдались. Уже стоя в дверном проеме, она увидела массивный серебряный крест, лежащий на бочке с вином. Девушка сделала шаг, но сильнейший удар тотчас отбросил её вбок. — Здравствуй, Анна, — нежно сказала Алира, обнажая в улыбке длинные белые клыки. Анна, еле устояв на ногах, бросилась к кресту, но была поймана вампиршей, которая вцепилась ей в левое плечо. В правой руке у принцессы по-прежнему был меч, и она воспользовалась этим моментом, чтобы вонзить его в тело Алиры. Рыжая бестия поморщилась и отвесила противнице оплеуху, от которой та еле устояла на ногах и выпустила рукоятку своего оружия. Вампирша с насмешливой улыбкой вытащила из себя клинок и отбросила его в угол. Принцесса снова совершила попытку добраться до спасительно мерцавшего в полумраке здания креста, но Алира схватила её за шиворот, приложила головой о стенку и швырнула в тот же угол, куда секундой ранее отправился меч. Анна не знала, в чём причина, но ей всегда казалось, что Алира испытывает к ней нечто большее, чем просто извечную, но безликую ненависть вампира к охотнику. Несколько раз они сталкивались, и принцессе всегда казалось, что в чувствах второй невесты Дракулы есть что-то глубоко личное, хотя она не припоминала ничего такого, что могло послужить причиной для этого. — Я так давно ждала этого момента, — сказала вампирша, облизывая яркие губы и приближаясь. Анна только застонала в ответ — голова просто раскалывалась. Холодная рука взяла её за горло и подняла вверх, перекрывая доступ кислорода. Перед глазами поплыли тёмные пятна. Лицо Алиры с растущими клыками будто бы уплывало куда-то в туман. Девушка трепыхалась в воздухе, как рыбка пойманная на крючок. Спасительная мысль молнией озарила угасающее от нехватки кислорода сознание. Чётки. После посещения церкви у неё остались чётки. Из последних сил Анна сунула слабеющую, будто бы наливающуюся свинцом руку в карман пальто, нащупала спасительную нитку бус и собрала все остатки своей силы, чтобы хлестнуть вампиршу четками по лицу посильнее. Алира истошно завопила, отшвырнула от себя свою жертву и схватилась руками за лицо, покрывшееся волдырями. Анна с хрипом втягивала в себя такой желанный воздух, одной рукой сжимая чётки, а другой пытаясь нащупать рукоятку меча. Перед глазами всё ещё роились противные чёрные мошки, а лицо вампирши уже зажило, кожа снова стала гладкой и нежной. — Ты мне за это заплатишь, — прошипела она, и Анна поняла, что это, кажется, конец. Из-за спины Алиры вдруг вынырнул Казмер. Та мгновенно обернулась, и путник швырнул в неё горсть какого-то порошка с неприятным запахом. Воздух прорезал страшный крик. Принцесса подумала, что у неё сейчас лопнут барабанные перепонки. Вампирша завертелась на месте, всё ещё истошно крича, превратилась в гарпию и вылетела в окно, разбив стекло и выбив ставень. — Что это было? — прохрипела принцесса, глядя на своего спасителя. — Кое-что из личных разработок, — туманно ответил тот. Анна кое-как встала и направилась к выходу. Из ослабевших пальцев выпала нитка бус с крестом, но она даже не заметила этого. Четки так и остались лежать на полу. Путник, воровато оглянувшись, быстро подобрал их и спрятал куда-то в складки своего чёрного одеяния. — Я не смог попасть в дом Валериусов, мой господин, — отчитывался Казмер своему хозяину несколько часов спустя. — Ты бесполезен, — презрительно ответил его собеседник, меряя шагами кабинет. — Я дал тебе простое поручение: втереться в доверие к Борису и проникнуть в дом! Ты даже с этим не справился, хотя я разыграл для тебя ситуацию, в которой ты должен был стать героем. — Не сердитесь, хозяин, есть идея получше. Вы могли бы попасть в дом лично. — Думаю, тебе не хуже меня известно, что для того, чтобы переступить порог дома, нужно приглашение его владельцев. Едва ли они будут так любезны, — раздражённо ответил Дракула. — В этом вся загвоздка, ваше сиятельство. Переступить порог. А если порог не понадобится переступать? Владислав замер, будучи не уверен в том, правильно ли он понимает слова своего собеседника. — Что ты имеешь в виду? — после непродолжительной паузы уточнил он. — Портал, хозяин. Я имею ввиду портал. Для него нужна какая-то очень личная вещь одного из хозяев дома. Девчонка потеряла четки. Я их подобрал. Я владею магией, что способна сделать портал в дом потомков Валерия. Он будет одноразовый и даст вам совсем немного времени — около двух часов, но думаю, вы и раньше управитесь, не так ли? Некоторое время Дракула молчал. Искусство создавать порталы было редкой магией. Было странно думать, что это жалкое существо, стоящее перед ним, способно на такое волшебство. К тому же, неизвестно, что станет с вампиром, когда он очутится в доме Валериусов без приглашения. Почему-то Владислав был уверен, что не может всё быть так просто, наверняка есть какое-то «но». Тем не менее, предложение было более чем заманчивым. Попасть в библиотеку, закрыть этот чертов ход раз и навсегда, а там, глядишь, и заманчивая перспектива расправиться со всеми врагами разом. Для работы Казмеру выделили один из кабинетов, прилегающих к библиотеке. Его это полностью устраивало. Он вообще был доволен: всё шло так, как ему и было нужно. Подготовка портала сама по себе была делом кропотливым, но не таким уж сложным для колдуна, оттачивавшего своё мастерство годами. Загвоздка была в том, что порталы для вампиров ему делать ещё не приходилось. Формулировка «не может переступить порог дома без приглашения хозяина» появилась не просто так. В древние времена поселения строились на местах силы и обносились забором по периметру, тем самым превращаясь в один большой дом, в которой нежити проникнуть шансов не было. Со временем эта традиция потерялась, люди начали строить разрозненно, как попало. Их убежищами стали уже только их дома, защищённые отвращающими знаками и амулетами, а границы жилища создавали всё тот же замкнутый периметр, оберегающий жильцов, который подпитывался от их веры, сил и самой жизни. Теперь же в больших городах люди и вовсе не заботились о защите от потустороннего. Дома росли как грибы после дождя и неоднократно меняли своих владельцев, давая тем крышу над головой, уют и иллюзию безопасности, но защищая от непрошенных гостей лишь замками. Теоретически всё должно было пройти гладко. Казмер перечитал огромное количество книг о вампирах, и везде была одна и та же формулировка: «не может переступить порог дома», указывающая на защитный периметр. Значит, теоретически, если порог не нужно будет переступать, вампир может проникнуть в дом. Но вот что с ним станет в этом доме? Тут Казмер действовал на свой страх и риск, потому что знал, что если что-то пойдет не так, граф ему потом шею повернет на сто восемьдесят градусов. Вообще, порталы в дома людей тоже нельзя было открывать без их согласия. Но шесть столетий назад один умелец придумал, как обойтись без согласия хозяина, заменив его вещью. Любая вещь для этого не подходила, нужна была глубоко личная, впитавшая в себя часть сущности владельца, поэтому как же хорошо, что девчонка потеряла чётки, с которыми обычно не расставалась, ибо раньше они принадлежали её матери. Ещё одна загвоздка была в том, что, вещь заменяла согласие только живого владельца, поэтому если Анне Валериус свернут шею, четки, скорее всего, перестанут действовать, и неизвестно, что случится с вампиром, если он в этот момент будет в доме. Едва ли бессмертному графу Дракуле грозило умереть, но что-нибудь неприятное вполне могло произойти. Что-нибудь, за что граф потом с колдуна спросит. Казмер разложил на большом столе необходимые ему для ритуала вещи, в том числе чётки Анны Валериус. Теперь встал вопрос, какой предмет сделать порталом. Взгляд колдуна остановился на стоящем рядом со столом большом старинном глобусе авторской работы, с латинскими подписями, сделанными витиеватым почерком, и нарисованными в океанах чудовищами, обитавшими там по преданиям древних моряков. «Отличная вещь, для портала самое то», — решил Казмер и принялся за дело. Он долго вынашивал свою месть. Лелеял мечту о ней годами. Борис долго смотрел ему в лицо, но так и не узнал. Очень неосмотрительно с его стороны не запоминать сыновей тех, кого отправляешь на костёр за колдовство. Да и кому из них мешала его мать? Соседка, на чью скотину она навела порчу, сама мерзкая склочная баба, поделом ей. Сынок кузнеца сломал шею, как ему и пожелали — так папаше самому бы думать, с кем лаяться. Девки, приходившие вытравить нежелательный плод из чрева — так они сами прибегали, да потом ещё и благодарны были. А то, что жена Бориса умерла в родах — так и вовсе не её вина, сказал бы спасибо за то, что девчонка жива осталась — вон какая выросла. Красивая, статная, но характер… Ох, не повезло бы кому-то с женой, если бы её сватали. К Дракуле Казмер пришёл по своей воле и с горячим желанием отомстить Борису. Что неприятно царапнуло колдуна, самому вампиру, казалось, было уже глубоко плевать на треклятое семейство. Он лениво играл с ними, как кот играет с мышью, будучи уверенным, что добыча никуда не денется, а в последние годы и вовсе отдал деревню на растерзание своим невестам, сам предпочитая другие развлечения. Отчасти Казмер был благодарен незнакомому ему охотнику: его выходка наконец заставила Дракулу снова обратить внимание на давних врагов. К вечеру всё было готово. Оставалось найти хозяина замка. Пожалуй, стоит сказать ему, чтобы не убивал хозяйку четок, пока находится в ее доме. Владислав Дракула решительным шагом вошёл в библиотеку, из которой уже час как ушёл Казмер. Признаться, происходящее рождало в нём азарт экспериментатора: получится или не получится? Вампир с удовольствием оглядел письменный стол, на котором всё ещё лежали чужие чётки — странный и инородный предмет в доме богом проклятого существа. Осталось продумать план действий и постараться предусмотреть как можно больше непредвиденных обстоятельств. Итак, самый худший вариант, что может случится? Например, он может утратить свою сверхъестественную силу. Маловероятно, конечно, к тому же, он и человеком был достаточно силён. Что ещё? Например, там засада. С кольями и крестами. Ну он же бессмертный, как-никак? Владислав задумался над тем, что ещё может произойти и как в этом случае действовать и по привычке крутнул глобус… «Идиот!» — обругал он себя, вспомнив, что глобус теперь — портал, но было уже поздно. Вампир почувствовал рывок, секундный полёт сквозь пространство, а затем ощутил, что падает куда-то вниз. Дракула приземлился на что-то мягкое, судя по всему кровать. Первое, что он увидел, были огромные и очень удивлённые глаза Анны Валериус.