Опасности и Решения

Он собирался сдаться. Он и в самом деле собирался заняться с ней любовью. Ее колени подогнулись. Джейн, посмеиваясь, подхватил ее. - Ты и правда ожидала, что я скажу «нет»? – удивился он. По правде говоря, она просто не знала. Иногда он делал вещи, которые она попросту не могла объяснить. И у него была возможность совершить именно такой поступок, но он вновь ее удивил. О, Боже. Она собирается лечь в постель с Патриком Джейном. Не задумываясь, она вытянулась вверх, чтобы во второй раз за ночь его поцеловать, желая вновь ощутить вкус его губ. Она не могла поверить, что набралась смелости, чтобы просить об этом. Но когда она читала его письма, слова, идущие из глубины его сердца, она поняла, что он думал об этом так же часто, как и она… и она была абсолютно не склонна продолжать жить не зная, каково это будет – быть с ним. Он любил ее. Он сказал это и не забрал назад своих слов. Это было похоже на сон, на что-то, порожденное ее самыми глубинными и сокровенными фантазиями. Он добился того, чтобы она разомкнула губы, повернул ее голову и подарил ей глубокий поцелуй, скользнув языком вглубь ее рта. Он был очень хорош в этом, слишком хорош во всем, что касалось чувственности. Она вновь запустила руку в его волосы, не желая терять возможности ощущать под пальцами его кудри, ведь это было тем, о чем она мечтала целую вечность. Его ладони лежали на ее бедрах, прижимая ее тело к себе. Уже сейчас она могла сказать, что он возбужден. И это благодаря ей. Осознание этого было опьяняющим и ярким. Ее руки скользнули с его головы и легли на его обнаженную грудь. Прежде она никогда не видела Джейна без рубашки, а теперь она прижималась к нему, и все это произошло за считаные мгновения. Она задрожала. Он начал целовать ее шею, ключицы, стягивая с плеч ее пиджак, пока тот не упал на пол. Ее рубашка последовала за ним, а затем он коснулся тех участков кожи, которые никогда не видел прежде. Его рука осторожно накрыла одну из выпуклостей ее груди, и Лисбон инстинктивно выгнулась от этого прикосновения. А затем он неожиданно поднял ее на руки и преодолел то небольшое расстояние, отделявшее их от его постели. Лисбон ожидала, что он осторожно опустит ее вниз, но вместо этого он бросил ее на постель, и она вскрикнула. Он рассмеялся от ее реакции, а затем, опершись на один локоть, сверху вниз посмотрел на ее лицо. Он коснулся своим носом ее: - Я люблю тебя, - сказал он, и ее сердце вновь сжалось, впрочем, так было всякий раз, когда он произносил эти слова. - Я тоже тебя люблю, - ответила она, и ее улыбка была так же широка, как и его. Затем его губы вновь накрыли ее кожу, и время для смеха подошло к концу. Осталась лишь глубокая, ноющая необходимость быть к нему так близко, как это только было возможно. Она провела руками вниз по его обнаженной спине и была очарована его реакцией на ее прикосновения. Это было именно тем, чего она всегда избегала, ведь она не знала, как отреагирует Джейн на подобную интимную близость. Но сейчас он, несомненно, был этому рад. Каким-то образом он умудрился стащить с нее джинсы, используя какой-то менталистский трюк, который она никогда не видела прежде. Он уже проявил свои опасные таланты в постели, а они еще даже не дошли до самого главного. Она снова его поцеловала, смакуя ощущение его кожи поверх своей. Боже, это было именно то, что ей необходимо. Никаких красивых слов, или тех лишенных всякой надежды, душераздирающих писем. Он просто нужен ей, целиком и полностью. Ей нужно знать, что это реально, что он хочет ее так же сильно, как и она. Его пальцы пробежали вниз по ее животу, и у нее перехватило дыхание. Он колебался всего секунду, отодвинувшись достаточно для того, чтобы видеть ее лицо. Она не имела понятия, что он пытался найти в ее взгляде, но, по-видимому, он это нашел. Он нежно коснулся ее, и в ее голове стало пусто, а ее ногти впились в его предплечья. Единственным, что она осознавала, были его руки и вес его тела, поверх нее. Внезапно он исчез, ее глаза распахнулись, и ее взгляд уткнулся в его плечи. А затем она почувствовала завитки его волос между своих бедер и со стоном откинулась на подушки. Она перестала думать, перестала ощущать что-то, кроме интенсивного наслаждения, которое он ей дарил, она отключилась ото всего, за исключением тихого голоса в глубине сознания, постоянно нашептывающего ей, что именно Джейн был тем, кто проделывает с ней все эти вещи. Его пальцы вновь нашли ее тело, мягко погружаясь внутрь и слегка растягивая мышцы. И тогда она рассыпалась на тысячи кусочков. Когда она вернулась, Джейн был над ней. Она могла чувствовать его дрожь. Он прижался лбом к ее лбу, каждая мышца в его теле была натянута до предела. - Ты нужна мне, - признался он, и чистые эмоции, сквозившие в его голосе, заставили ее содрогнуться. Осторожно, она обняла его, направляя внутрь своего тела, и он подался вперед. Мир резко исчез и вновь соединился в точке слияния их тел. - Господи, - хриплым голосом выдохнул он. Она приподняла бедра, призывая его, нуждаясь в нем, требуя большего. Это было остро, и страстно, и нежно – все одновременно. Она изменила угол, ее ноги сомкнулись на его талии, и, оглядываясь назад, она осознала, что именно в этот момент он полностью потерял самоконтроль. Он произнес ее имя, его движения были отрывистыми и неравномерными. Она почувствовала нечто, похожее на триумф – он потерял свою маску, избавился ото всей фальши, за которой так долго скрывался. Он застонал, а затем все было кончено. Его руки обхватили ее тело, слишком сильно прижимая его к себе, его лицо уткнулось в изгиб ее шеи, а все его тело дрожало. Она обнимала его так крепко, как только могла, ее пальцы скользили по его мокрой от пота спине. Она прижалась губами к его влажным, прилипшим к виску, волосам. Боже, она не могла сосчитать, сколько лет она мечтала об этом моменте. Реальность так сильно превзошла все ее ожидания, что это было даже несколько забавно. Джейн, наконец, приподнялся и коснулся ее щеки. Он широко улыбнулся. Это было заразно. - Кое-кто ужасно доволен собой, - поддразнила его она, когда он немного изменил позицию, притягивая ее к своей груди. Он усмехнулся: - Можешь в этом не сомневаться. Она хмыкнула в ответ, все еще слыша, как громко бьется его сердце. Джейн накрыл ее простыней, и она была тронута этим жестом. Свернувшись в его объятиях, она задремала на час, или около того, не желая, чтобы эта ночь кончалась. Когда он вновь ее поцеловал, она толкнула его на матрас, а затем оседлала его талию. Его глаза были темными, горящими, жаждущими. - Ну? – бросил вызов Джейн. - Я наконец-таки узнаю, что представляет из себя лучший агент ФБР? Она сжала бедра, и ее ответ затерялся в его полузадушенном стоне. Когда она вновь прижалась к нему, то тут же уснула, чувствуя эмоциональное и физическое истощение, ее ноги все еще дрожали, а одна из рук Джейна обернулась вокруг ее головы. Из всех вариантов того, как мог бы закончиться этот день, она никогда даже не мечтала о подобном. Неужели лишь прошлым вечером она рассказала Джейну, что Пайк предложил ей переехать с ним? И сейчас, тридцать часов спустя, она дважды занималась с ним любовью и, наконец, получила признание его чувств к ней? Но сейчас…, сейчас им предстоит иметь дело с этим поистине ужасающим обвинением, и с тем, что это будет означать для их будущего. Она понимала, почему он не хотел рассказывать ей о тайнах своего сердца. Он хотел, чтобы она была счастлива, об этом он не лгал. И если бы она узнала о его любви, узнала, насколько его волнует ее будущее, она бы стала его ждать. Она обещала ему не делать этого, если произойдет худшее. Обещала оставить его и уехать в Вашингтон. Положа руку на сердце, она не имела понятия, сдержит ли свое обещание. Сможет ли она сдержать слово, даже если захочет? Джейн оставил поцелуй у нее на макушке, и она перестала об этом думать. Сейчас от нее ничего не зависело, по крайней мере, до тех пор, пока не будет принято официальное решение по его делу. Когда она проснулась, уже почти рассвело. Она томно потянулась, а затем посмотрела на лежащего рядом с собой мужчину. Его глаза были открыты, и она поняла, что он почти не спал. - Доброе утро, - сказал он, слегка повернувшись к ней. - Доброе, - ответила она и потянулась, чтобы его поцеловать. – Я бы спросила, хорошо ли ты спал, но я уже знаю ответ. Его улыбка была немного напряженной, но, тем не менее, теплой. - У меня были более важные дела. - Да? – поддразнила его она. – И что же это? Он заправил волосы ей за уши. - Например, запомнить, на что это похоже. Это намного важнее, чем короткий сон. У нее защипало глаза, и он смахнул скатившуюся по ее щеке слезинку. - Не плачь, - приказал он, пытаясь выглядеть строгим. – У нас счастливое утро. Ее смех прозвучал немного хрипло, но она старалась: - Правда? - Да, - сообщил ей он. – Примерно час назад я понял, что у меня нет кофе, так что нам придется прибегнуть к более креативным способам взбодриться, - его улыбка была полна чувственных обещаний. Она приподнялась на локте. - И о каких креативных способах мы говорим? – дразнящим тоном спросила она, но уже чувствовала, как ее дыхание слегка сбилось. Как оказалось, способы были более чем креативными. Но это сработало. И она подумала, что это, возможно, нравится ей даже больше, чем кофе. А затем наступила плохая часть, часть, где ей нужно было собрать свои вещи, одеться и выскользнуть за дверь, не зная, будет ли у нее возможность когда-нибудь вернуться сюда вновь. Она стянула волосы в хвост, закрепив его резинкой, которую нашла в одном из ящиков на кухне Джейна. Боже, она не хотела этого делать. Он остановил ее возле двери, подарил ей глубокий поцелуй, и на мгновение ей показалось, что она ощутила вкус его слез. - Я тебя люблю, - снова сказал он. - Я тоже люблю тебя, - прошептала она в ответ, отчаянно молясь, что это был не последний раз, когда она может сказать ему эти слова. А затем она вышла, утренний воздух был слишком холодным для ее разгоряченной кожи. Когда она ехала домой, солнце уже полностью взошло, обещая прекрасный день. Она проклинала его за обман. Встав возле входной двери, она начала рыться в карманах своего пальто в поисках ключей от дома. Когда они весело забренчали у нее в руке, она вставила ключ в замок, но затем кое-что попалось ей на глаза. Обручальное кольцо Джейна было пристегнуто к ее брелку. Она вошла в дом, и только после этого, сползая вниз по двери, рухнула на пол. Даже не пытаясь остановить слезы, она сидела на полу, вспоминая все возможные молитвы. Примерно на пять минут она позволила себе полностью расклеиться. Затем она взяла себя в руки, встала с пола и приняла очень горячий душ. Действуя автоматически, она собралась на работу, понимая, что ей нужно быть сильной, сегодня и в ближайшие несколько дней. Она сделала себе кофе, не потому что оно было ей необходимо, а потому что это было обыденно, и хорошо знакомо, и заставляло ее чувствовать себя так, будто окружающий мир все еще может быть хорошим местом. Эббот ждал ее в офисе. Она не восприняла это как хороший знак. - Агент Лисбон, - сказал он так серьезно, как никогда прежде. – Слушание по делу Джейна состоится в здании Федерального суда через час. Полагаю, вы хотите быть там. - Да, сэр, - ровным голосом сказала она. – Для моральной поддержки, и не для чего, кроме этого, - она полагала, что ее слова прозвучали нормально. - Я понял, - сказал он. А затем добавил: - Я отвезу вас. К ее удивлению, Фишер, Чо и Уайли ждали их в служебной машине ФБР. Никто не произнес ни слова, и она была невероятно благодарна им за поддержку и преданность. Когда они поднимались по ступеням здания суда, Чо коснулся ее руки. - Ты в порядке? – спросил он. Прямой. Честный. Слишком наблюдательный. - Неа, - с легкостью ответила она. - Держись, - сказал Чо. – Это Джейн. Никто не может заставить его что-то сделать или куда-то поехать, если он сам этого не захочет. Ты, как никто другой, должна это знать. - Спасибо, - прошептала Лисбон. - Без проблем, - сказал он, и они продолжили свой путь. – И позвони Пайку. Он уже искал тебя. Она ожидала, что испытает чувство вины, но этого не произошло, ни на секунду. У нее были более важные вещи, о которых стоило волноваться. Зал суда был переполнен, и они с Чо присели на заднем ряду. Когда она увидела, как вошел Джейн, кровь закипела в ее жилах. Он выглядел спокойным, собранным, и сложно было представить, что всего несколько часов назад она видела этого мужчину совершенно обессиленным. Его глаза пробежались по залу судебного заседания, и, когда их взгляды встретились, он ей подмигнул. А затем на последующие несколько часов все перестало существовать. Она сидела словно статуя, зависая над каждым словом. Мысленно, она пыталась вести счет, но затем она поняла, что слишком напугана тем, что неправильно считала все знаки. Джейн больше не смотрел на нее. И она была благодарна за это. После того, как опрос свидетелей был окончен, зрители были выдворены из зала и начались прения сторон. По другую сторону от двери она ходила взад-вперед, а Чо не сводил с нее глаз. Из всех находящихся здесь сотрудников ФБР, он был единственным, кто имел хоть какое-то представление о том, что на самом деле значит для нее Джейн, и через что они вместе прошли. И он очень сильно за нее волновался. Короткое время спустя их пригласили внутрь. Голос в ее голове кричал, что они совещались слишком мало времени, что они пришли к решению слишком быстро, и что это не может быть хорошим знаком. Когда Джейна попросили встать, Чо неожиданно взял ее за руку, и она была очень благодарна за его теплую поддержку. Рассеянно, она подумала, что если она и в самом деле упадет в обморок, Чо поймает ее, и это было чем-то утешительным. Судья выглядел непоколебимым и безжалостным. Ее ногти впились в руку Чо, но он лишь крепче сжал ее ладонь. - Мистер Джейн, - начал судья с ничего не выражающим выражением лица. Она подумала, что сейчас закричит. - Собравшееся здесь жюри решило, что вас не будут судить за убийство Томаса МакАлистера. Затем она перестала слышать что-либо, кроме звона у себя в ушах. Она даже не знала, улыбалась ли она, не знала, дышит ли. Но все было хорошо. С ним все было хорошо. Ему не придется снова ее покидать. Чо взял ее за руку. Тупо, с опозданием, она поняла, что Фишер сжимает ее вторую руку. Комната опустела, ее голова до сих пор кружилась. Джейну придется на некоторое время задержаться в здании суда, она это знала, но она просто не могла остаться. Вместо этого она сказала Эбботу, что возьмет такси до дома. Он не возражал, просто кивнул и сжал ее плечо, и внезапно она ощутила прилив нежности к своему новому боссу. Возможно, здесь она сможет обрести такую же семью, какая была у нее в Калифорнии. И, возможно, ей нужно выпить. Через десять минут после того, как она вернулась домой, она почувствовала себя нехорошо, буря эмоций, которую она пережила за последние тридцать шесть часов, наконец, поглотила ее. Плитка на полу ванной комнаты была холодной и идеально соответствовала ее холодной и влажной щеке. В какой-то момент она поняла, что плачет, и возможно, плачет уже некоторое время. С некоторым трудом, она остановилась и достала свой телефон. Он ответил на втором гудке, и она собралась с духом: - Я не могу уехать, - сказала она ему. – Все это… мы… этого недостаточно, чтобы переехать на другой конец страны. Снова обрубить все корни. Мне очень жаль, - и так и было. В этом она была искренней. Все было бы гораздо проще, если бы она просто, безо всяких оговорок, смогла бы полюбить Маркуса. - Ты теперь с Джейном, - сказал он, но в его голосе не было ни капли гнева. Только принятие, будто он предполагал, что так оно и будет. - Да, так и есть, - ответила она, и все было кончено. Два часа спустя в ее дверь постучали, и она удивилась, почему он просто не вошел. Он выглядел… усталым, таким усталым она не видела его еще никогда. Но он улыбнулся, и она вошла в его объятия. На несколько минут… или часов… она не имела понятия, они просто стояли: ее голова на его плече, его руки сцеплены у нее за спиной. - Лисбон, - наконец, прошептал он, - скажи мне, что ты остаешься. - Я остаюсь, - не медля ответила она. Он вдохнул запах ее волос. - В таком случае, - начал он, и она, наконец, посмотрела на него. – Ну, я планирую заниматься с тобой любовью до тех пор, пока мы оба не потеряем сознание, но, судя по всему, это произойдет уже через десять секунд. Она улыбнулась. Он был прав. - Так что, что ты скажешь, если мы просто ляжем спать? Я понимаю, что на самом деле ты никогда не просила меня остаться, но я надеюсь, что ты надо мной сжалишься. Что-то промелькнуло в его взгляде, всего лишь на мгновение. Он действительно хотел провести с ней ночь, но он был… не уверен… каков будет ее ответ? Такое было возможно? Она прикоснулась к его щеке, и он поцеловал ее ладонь. - Если ты будешь храпеть, я тебя пристрелю, - пообещала она, а затем взяла его за руку и повела в спальню. Она натянула на себя первые же попавшиеся пижамные штаны, но какой бы быстрой она не была, когда она скользнула в постель, он уже спал и выглядел так, будто прошел через войну. Что, как она полагала, было недалеко от истины. Нежно, она смахнула с его лба волосы и поцеловала в висок. Когда она свернулась у него под боком, то с удовлетворением почувствовала, как его руки автоматически обернулись вокруг нее. И она заснула. Сном праведника, сном счастливого человека, человека, который, наконец-то получил то, что он хотел. И она проспала двенадцать часов подряд.