Напарники

Я сидела у окна в своей комнате, подперев подбородок рукой, и томным взглядом наблюдала за падающим снегом. Машина вновь вместила в себя парочку военных и укатила за пределы базы. Они выезжают так каждый день и постоянно почти в одно и то же время. - Зачем они уезжают? – спускаясь с этажа, спросила я Стенли, дежурящего у входа в корпус. - Ты о чём? – он резко поднял голову на источник звука, то есть, на меня. - Не говори мне, что не понимаешь, о чём идёт речь. Военные. Они отъезжают в лес каждый день, с самого нашего приезда. Зачем? - Я не знаю, Джули. - С хера ли? – деловито прошагав от лестницы до дежурного я стала в стойку «руки в боки». Томас ответил мне беззвучно, одними губами проговорив фразу. Я была не готова к такому варианту ответа, поэтому всё пропустила. Нахмурив брови, я смотрела в упор на него, в ожидании повтора. «Вечером поговорим», - снова сказал он без единого звука. Инстинктивно я подняла голову вверх, к потолку, высматривая на нём камеры видеонаблюдения. Таковые висели в противоположных углах холла и с холодным равнодушием мерцали своими красными огоньками. Сыграв отстранённость, я направилась к лабораториям. Том что-то знает, но боится сказать. Это рождает во мне беспокойство. Я не доверяю людям, что-то скрывающим от нас. Вчера после небольшой тёрки с Диксоном мы так и не пошли на охоту, хотя я думала, что для моей работы был бы жизненно необходим заячий красный костный мозг. Сегодня я прихожу в лабораторию, и мне в лицо заявляют о том, что с этим надо помедлить. Райс копается с анализом уже больше, чем нужно, хотя она давно могла бы его закончить, и мы бы имели благодатную почву для исследований. Ещё совсем не зная этих людей, меня тянуло на болтовню о выживании нашей группы, о том, как мы жили на ферме. Сейчас, оглядываясь на их лица, наполовину закрытые масками, я стала видеть в них раздражение. Их глаза говорили: «девочка, свали отсюда». Они не знали, как действовать рядом с человеком, который, видимо, не был посвящён в их план. Мне не оставалось ничего, кроме как больше молчать и внимательнее следить за этими ботаниками. Ещё вчера я слепо наблюдала за их работой и не видела того, что скрывалось за их борьбой с вирусом. Сегодняшнее «вечером поговорим», прозвучавшее немым голосом Тома, ужалило мои мозги, как бешеная пчела. Меня словно посетило озарение, всё вокруг стало казаться невероятно другим. Сконфуженные учёные выглядели недоделанными артистами. Они знали своё дело, но с вирусом намеренно не бились в полную силу. Мои образцы крови белого кролика закончились. Я вычеркнула последний специфический белок из своего списка. Итак, либо кролик побеждает зомби-вирус своим внутренним волшебством, либо мне предоставили не весь список протеинов. Я оглянулась вокруг с некоторым опасением, даже капелька пота скатилась со лба. Камеры всё с той же неприступностью записывали каждое моё действие. Я не агент ЦРУ, и, наверное, сейчас выгляжу пиздец как подозрительно… Я открыла ноутбук так, чтобы под другим углом его монитор засвечивался, и стала искать то, что от меня могли укрыть. Возможно, где-то есть файл со всем списком белков и я смогу продолжать работу, даже если кто-то этого не хочет. Все исследовательские файлы находились в свободном доступе и все были абсолютно чисты. Все сведения, что разглашались здесь, в пределах лаборатории, и те, что я слышала, были занесены в базу. Неужели, что-то от меня так тщательно скрывают? Мне нужен компьютер Райс. Что бы то ни было – это она стопорит работу, и мне нужно знать, зачем. - Ты закончила, Джулиетт? – Дональд кинул на меня неоднозначный взгляд. Я моментально прикрыла папкой свой листок, исчерченный горизонтальными линиями, закрывающими длинные химические названия. - Нет, у меня закончился материал, - я старалась вести себя спокойно, но чем больше я пыталась перестроить своё поведение, тем больше оно выглядело неестественно. - Всё в порядке? – мужчина снял очки; его глаза потеряли яркий блеск от отражения ламп, так он стал выглядеть несколько мрачнее. - Да, только голова болит. У вас нет ещё образцов крови? - Нет. Даже если бы были – не дал бы. Выглядишь ужасно. Иди отдыхать. - Я возьму транквилизатор? Мне нужны образцы. Дональд кивнул. Послушно я встала из-за стола и, захватив с собой папку с бумагами и пистолет футуристического вида с транквилизатором, вышла из лаборатории. Никто из учёных не должен знать, что я закончила работу. Мне нужно ещё время. *** Какой тяжёлый день. Кто же знал, что все странности этого места сегодня встанут на места? Хотелось кричать от негодования, собирать машины и валить отсюда со всех ног. Но дадут ли нам? Нужно было переговорить с Риком и решить, что мы будем делать дальше… Войдя в свою комнату, я устало плюхнулась на кровать и закрыла подушкой голову, надеясь, что так, хоть на секунду, я уйду от этого мира. Карл с Мартином играли на полу. Обратили на меня внимание и несколько всполошились, но юный Граймс, видимо, стеснялся спросить, что происходит. - Карл, посиди с Марти ещё пару часиков. Мне нужно сходить в лес, - мой голос глуховато звучал из-под подушки. - Конечно. Я осторожно выглянула из своего укрытия. Мальчишки стояли напротив кровати. Идентичная растерянность из взгляда падала на меня камнем с неба и сбивала с толку. - Я…скоро вернусь, - я вскочила с кровати и, захватив с собой всё мне необходимое, выбежала из комнаты. *** - Расскажете, зачем взяли меня с собой? – удивлённо спросил Граймс. Дэрил пожал плечами и уставился на меня, ожидая ответа. Я шагала по лесу, унося свои ноги подальше от базы. Параноидальное чувство засело глубоко в мозгу и стремилось заставить меня убежать как можно глубже в лес, чтобы уберечься от лишних ушей наверняка. - У нас, по всей видимости, большие проблемы, ребята, - растерянно пробормотала я, готовясь к длинному рассказу. Диксон закатил глаза. Выражение его лица глубоко выражало чувство ожидаемого нападения, он был готов к неприятностям всегда. Беду, которая могла произойти, он ждал за углом с заточенным ножом в руке…каждый день в своей жизни, и этот – не исключение. Рик уже успел замечтаться о прекрасной жизни. Наличие проблемы больно ударило по его внутреннему спокойствию. - Каждый день эти ебучие военные выкатывают с базы. Каждый сраный день, - тараторила я. – Сегодня я решила спросить Тома, зачем они это делают. В этот момент, он испугался камер, он сказал мне, что мы поговорим сегодня вечером. Я не знаю, что он имел в виду. - Это повод бить тревогу? – Рик глядел на меня так, как будто его только что разбудили, и ему не охота вылезать из тёплой постели. - Дальше. Лаборатория. Наша главная – доктор Райс, она долго возится с детальным анализом генетического кода, она должна уже была закончить. Может быть, это и не самое странное. Самое странное, что мой список белков, над которым я работаю, он закончился… Ни Граймс, ни Диксон, не понимали о чём речь. - Я имею в виду, я должна была работать над списком специфических белков в крови кролика, которые ловят зомби-вирус. Этот список закончился, я всё исключила, все, что там было. Такого, блять, просто не может быть. Они думают, что я тупая студентка, но они не знают, что я проходила практику на станции переливания крови, у меня эта работа идёт быстрее, и я в ней не могу ошибиться. Я знаю, что делаю, поверьте мне. - Ты нашла какую-нибудь информацию по этому поводу, есть какие-нибудь подозрительные файлы? - Нет, - я помотала головой. – Вообще, мне доступно немного. Мне нужен компьютер Райс, там наверняка что-то есть. - И как ты в него залезешь? Повсюду камеры, - спросил Дэрил. - Сегодня я взяла для охоты транквилизатор. Но здесь я им не воспользуюсь. На пару часов удастся выключить смотрителя и успеть стереть с камер несколько минут съемки. - Ты с ума сошла! – возмутился Рик, весь его вид кричал о нерешительности, он не мог переварить информацию о том, что покой и защищённость рушатся на глазах. - Надо что-то делать, Рик! - Я предлагаю не разбираться ни в чём, а просто сразу отсюда валить. Мне плевать, какая температура за окном, но на улице мне уже кажется безопаснее, - сказал Дэрил. Из-за деревьев, пошатываясь, вышли двое ходячих. Отчего-то такие одиночные красавчики уже не вызывали укол страха, скорее непосильное раздражение, которое хотелось успокоить одним ударом по разлагающимся мозгам. Две стрелы просвистели по воздуху и вонзились в головы мертвецам, одна за другой. Дэрилу потребовалось всего пять секунд, чтобы уложить ходячую угрозу. - Что ты думаешь на этот счёт? – я обратилась к Рику. Граймс задумчиво потёр переносицу и остановил свой взгляд на одной точке, погрузившись в раздумья. - Я сейчас не буду говорить о том, что решать тебе. Я буду настаивать на уходе из этого места, - уверенно сказала я. Рик сдвинул брови, с болью в глазах он обернулся на военную базу, которую уже давно не было видно за деревьями. Я понимаю, насколько горько ему было оставлять это место. Место, где все мы могли спать спокойно, не боясь быть съеденными и не боясь замёрзнуть насмерть, проснувшись уже другим существом. Там Карл мог быть беззаботным. Там Марти мог не волноваться ни о чём. - Нам нужны одни сутки. Всего одни сутки, Джули, - вдруг сказал Рик. – Послезавтра утром мы уедем. Но я прошу…не нужно устраивать эти проверки с компьютером. Мы можем попасться, и тогда нам всем несдобровать. Я с пониманием кивнула. Хотелось узнать тайну, найти лекарство, но здравый смысл был выше мечтаний – операция с транквилизатором была слишком рискованной. - Ты согласен переночевать здесь ещё две ночи? – я обратилась к Дэрилу, надеясь на то, что он согласится, потому что срываться с места мне не хотелось так, как это было на ферме. Не хотелось поспешных действий, совершённых в страхе и панике. Мы просто соберём вещи и уедем. Если военным не нужна будет кровь, и в целом, не нужны будем мы, они беспрепятственно должны нас отпустить. Зачем им лишние рты? - Да. За одни сутки вряд ли что-то произойдёт, - к моему счастью он согласился. - До завтра никому ни слова. Не хочу, чтобы группа с подозрением озиралась по сторонам, - шериф поглядел на нас; он всё ещё в чём-то сомневался. - Конечно, Рик, - без особого наслаждения я вдохнула морозный воздух и пустила самодельную стрелу в медленно передвигающегося ходячего. – Вот чёрт! – по пальцу побежала струйка алой крови. Стрела ударилась о мертвяка и вяло упала в снег, ходячий продолжил своё движение в сторону нас. Тетива моего лука порвалась, а острые подсохшие волокна впились в кожу, раздирая её. Рик мгновенно подскочил к мертвецу и вонзил нож ему в висок. - Ну вот, нужна новая тетива, - я запихнула кровоточащий палец в рот, пытаясь как-то успокоить неприятную боль. Ранка была неглубокой, но доставляла много дискомфорта. Она по ощущениям напоминала ранение, причинённое листком бумаги – незначительное, но заставляющее тебя перебирать все известные тебе матерные слова. Я бы предпочла быть ударенной в солнечное сплетение вместо этого. - Подстрели белку для меня, - я мило улыбнулась Дэрилу, подбивая его на действие. Отчего-то я рассчитывала, что его губы расползутся в улыбке, но задать ему хорошее настроение не удалось. Диксон выглядел хмурым и напряжённым. Он всё время пребывания на базе ожидал удара в спину от военных, а когда понял, что получил его, ему не стало легче. Тайн не поубавилось, а нагнетающая обстановка приносила угрозу вреда для нашей группы. Мы молча двигались по лесу, боясь разговорами спугнуть белку или навлечь за собой хвост из ходячих. Всеобъемлющую тишину нарушал только приятный хруст снега, который мне всегда нравилось слушать. Здесь, вдалеке от океана, снег был не такой жёсткий, как в Анкоридже, из него было невозможно что-то слепить. Он был мне неродной и пугающе холодный, непривычный… Рик не сказал, почему мы уезжаем так далеко. Может, ему просто хотелось защитить нас с помощью зимы, которая не бывает такой холодной в Джорджии. Стрела с красным оперением пронзила воздух. С хлюпающим звуком мёртвая белка провалилась в толщу снега и почти полностью скрылась в ней, лишь пушистый серо-рыжий хвост остался на поверхности. - Спасибо, - я вернула стелу её правообладателю. Держа белку вверх ногами, я перерезала ей горло, и яркая кровь полилась на белый снег хлиповатой струёй. Будь белка жива, на моём светлом пальто не осталось бы и живого, не задетого кровью места. Когда животное было обескровлено, мои руки стащили с него шкурку. Это были будто бы и не мои руки вовсе. Глаза смотрели на всё это равнодушно, а душа замирала в пищащей жалости. Однако если бы не этот охотник, что сидел внутри меня в качестве скрытого резерва, нам бы с Марти было не выжить в лесу, около Мемфиса. Вырезав эластичное сухожилие, я привязала его по обе стороны изогнутой палки, и лук снова принял прежнее состояние. Я поймала на себе обеспокоенный взгляд Рика. Он наверняка задумывался о том, кем я была раньше и как бы отреагировала на необходимость разделывать белку. - Я биолог, мне препарировать животных не впервой, - попытавшись усмехнуться, сказала я, взглядом, заполненным жалким оправданием, сказала я полицейскому. – Не думай о том, как сильно я могла измениться. Граймс промолчал в ответ. Мы шли обратно с той же тишиной, изредка нарушаемой наставлениями по поводу наших дальнейших действий. - Если ты узнаешь что-то от Тома, немедленно скажешь об этом мне, - твёрдо сказал мне Рик. - Конечно. Если он что-нибудь скажет… - Хотел бы промолчать, послал бы тебя нафиг. Он всё-таки шкурой рискует, - сказал Дэрил. - У вас с ним что-то было? – Рик взглянул на меня так, как будто ему жизненно необходимо было знать честный ответ. - Граймс, зачем тебе это знать? – я почувствовала, как краска приливает к щекам, разнося по лицу стыдливую теплоту. – Нет, не было. - Жопа моя чует, что ты врёшь, - Дэрил сощурился. - Я просто была влюблена в него. Очень долго. И очень болезненно, - я подняла руки в жесте безоружности и побеждённости одновременно. – Любовь в одну сторону не считается. - Ему можно доверять? – спросил Рик. - Я не знаю. Он всегда был скрытным человеком, а сейчас…эта жизнь могла его изменить так же сильно, как многих из нас. До нас начал доноситься постепенно нарастающий звук трепещущегося под натиском лопастей воздуха. Все вместе, почти синхронно, мы обернулись назад. К нам приближался вертолёт. - Это к нам! Это из Вашингтона! – провожая взглядом улетающий в сторону базы вертолёт, воскликнула я. Мы кинулись вслед за ним, проклиная глубокий снег за медлительность нашего бега. Ворота перед нами быстро открылись. Мы ожидали, что сейчас вертолёт опустится на землю, улыбчивые люди спросят о том, как мы живем, и вручат нужные нам вещи…но… Выдвижная дверь летающей машины открылась и оттуда, вниз с воздуха, преодолевая высоту в несколько метров за секунду, упало несколько коробок. Четыре небольшие коробки, а после, вертолёт развернулся и улетел. Дежурившие у входа сразу забрали их и убежали внутрь. Судя по невозмутимости их многое повидавших лиц, вертолёт так поступал всегда, не удостаивая выживших приземлением. Ближе к тёмному, глубокому вечеру, когда стрелка часов была уже в районе восьми, я отвела Марти в гости к Бет. Хотелось уберечь его от разговора с Томом, мало ли, что он сможет из него понять и уяснить для себя. В душе кипело волнение такой силы, будто мне завтра выходить замуж, однако оно не носило такого благоприятно-трепетного характера. Волнение было скорее разрушительным, оно билось о грудную клетку изнутри, заставляя её ноюще трепыхаться при вдохе и выдохе, заставляя меня ходить по комнате из стороны в сторону. Стрелка часов грузно упала на цифру восемь. Я вышла из комнаты, ища глазами Стенли. Он появился в коридоре секунду спустя, и только тогда мне удалось сделать облегчённый выдох. На его губах была улыбка, неподдающаяся разгадке, а взгляд печальный. Он идёт ко мне уверенно, но руки сжимает в кулаки. Раньше он так всегда делал, когда волновался… Том приблизился ко мне слишком быстро и буквально накинулся с поцелуем. Его руки с неловкостью обхватили меня, как хрупкую вазу, жёсткая щетина царапала кожу, но губы были мягкими, когда-то давно желаемыми…а сейчас я была в смятении. Я лишь застыла в одном положении, позволяя его рукам прижимать меня к себе. Стенли открыл дверь моей комнаты, не отрываясь от моих губ, и аккуратно протолкнул меня внутрь. Как только дверь за нами захлопнулась, он резко отстранился: - Мне нужен был повод, чтобы прийти к тебе. Блять, Стенли, я так и думала, что в душе ты подонок. Утешения моего прошлого, оказались верны насчёт настоящего. Ты снова играешь мной, бесчувственное создание. Он играл на камеру влюблённого, бегущего на свидание…это не причиняло мне никакой боли, какую могло бы причинить пару лет назад, но острый укол чувства того, что тебя используют…ничего, сейчас я буду использовать его, как моего личного информатора. Осушив губы рукой, я напряжённо уставилась на лётчика военной авиации: - Ну и. Повествуй. Том уселся на кровать, нервно выстукивая дробь ногой. - Надеюсь, прослушки здесь нет, - оглянула я комнату. - Нет. В жилых комнатах нет слежения, - ответил мне Том. – Что ты конкретно хочешь знать? – он посмотрел на меня, видимо, не зная с чего начать. - Куда уезжают машины? - За ингредиентами. Не ручаюсь за то, какую степень удивления носил мой взгляд. Как всегда Томас проронил фразу и замолчал, ненавижу ответ без комментария. - Ну, продолжай, - я опасалась даже предположить, о каких ингредиентах он ведёт речь. - Раджана знает, как нас спасти. Она хочет совершить обряд, для которого нужны определённые атрибуты и ингредиенты. И последний из них – есть у вашей группы, поэтому ей пришло видение о вашем приезде. Вы должны нас спасти. - Ты в курсе, что звучит это бредовее некуда? Какой к ебеням обряд? Ты веришь в это? - Я видел не только то, что видели вы. Она делает вещи помасштабнее, она может толпу ходячих контролировать. Поэтому я верю, что если кто уж и в силах нас спасти, то только она. - Раз уж она такая крутая, зачем вам все эти камеры? Экстрасенсы и так расскажут, что к чему и кто замышляет мятеж. - Эти камеры были здесь и до неё. Порой цыганка говорит загадками, а Вахельбаху нужна ясность, он контролирует все действия своих людей. Мы не должны как-то спугнуть вас, поэтому обязаны молчать. - Спугнуть? А есть то, чего мы должны бояться? Том замолчал. - Ну же! Чего мы должны бояться? – я повысила голос. - Я не знаю! Вы - люди, выискивающие тревожные знаки на каждом шагу, что угодно способно заставить вас уехать. - Скажи своему Вахельбаху, что будь он с нами открыт и честен, мы бы тоже доверяли ему и ничего бы не боялись! Тяжело вздохнув, я опустилась на кровать рядом с Томом. Генерал под чарами Раджаны. То, как он на неё смотрит можно объяснить только слепой любовью или жёсткой зависимостью. Она контролирует его действия, а он следит за движением каждого из нас… - Вирусологи…почему они укрывают от меня что-то? Они стопорят работу. Почему? - Они уже нашли вакцину. - Что?! – у меня сердце бешено забилось в груди, перед глазами быстрой полосой киноленты пробежали все мои дни в лаборатории, все мои и все их действия. Когда я успела что-то упустить? - Они нашли какой-то белок, содержащийся в крови кролика, позволяющий ему быстро обнаруживать вирус и блокировать его. Мало того, они окружили его какой-то липидной платформой, которая позволяет избежать отторжения со стороны организма человека. - Почему они молчат тогда? – я чувствовало, как моё дыхание с бешенными темпами учащается, я поднялась с кровати и стала расхаживать по комнате из стороны в сторону. - Раджана сказала, что лекарство не поможет. А так как мы не должны пугать вас, мы продолжаем свою работу, как ни в чём небывало. - Блять, ебучий мир! – я пнула тумбочку и в тот же момент заверещала от адской боли, пронзившей мой мизинец. – Как можно верить какой-то колдунье, когда на руках настоящее спасение. Вы ёбнутые все до единого! И не смотри так на меня! Плевать я с ёлки хотела на то, что она строит зомби в ряды и заставляет их приседать и отжиматься! У нас вакцина есть! - Почему бы тебе не поверить и не посмотреть, что будет? - А что если она убьёт одного из нас?! Мне нужно срочно поговорить с этой старушенцией. Пусть изложит весь рецепт её зелья для всеобщего счастья, пусть мне покажет его. Если там будет всё безобидно, мы остаёмся. Если же нет…я убью её сразу же, как дочитаю строчку! - Ты совсем чокнулась? - Я защищаю группу! Спасибо, что был со мной честен, больше мне твоя наивность не нужна! Том оказался рядом со мной в считанные секунды и грубо схватил меня за запястье. - Не смей поднять панику на базе. Зажмурившись от боли, но сохранив уверенное молчание, я с вызовом заглянула в глаза лейтенанта Стенли: - Мне нужно посовещаться с группой. Генералу я не скажу, что все, что я знаю, я услышала от тебя. Но твои коллеги сразу поймут…что любовничек проболтался, - в моём голосе послышалась ехидная усмешка. - Вы остаётесь здесь, - Стенли вывернул мою руку в неестественное положение. - Это мы узнаем только после разговора с Раджаной, - фраза получилась чересчур громкой, через неё прорывалась физическая боль. - Если вы уйдёте, мы все погибнем! Ты не представляешь, через что нам довелось пройти! - Это я не представляю? Да что ты знаешь о том, как мне приходилось выживать! У вас есть вакцина, чёрт возьми! Вы выживете! А нам дайте право выбирать! От сильного пинка ногой дверь растворилась, в комнату вбежал Дэрил, наставив арбалет на Тома, Рик, Гленн и Ти-Дог с заряженным оружием. - Отпусти её, иначе через пять минут будешь шаркать ногами и жрать своих коллег, - прорычал Дэрил, угрожая оружием. Стенли отпустил мою руку. Боль не утихала, но заметное облегчение от избавления от тисков я ощутила. Я сразу же отбежала подальше, ища укрытия, которое было только за спиной Дэрила. Так я чувствовала себя сразу более защищённой. Я боялась Тома, потому что он был безумен. Не отрицаю, что он пережил много дерьма, как и все мы. Но я не могла поверить в то, что это сломило его, когда-то я видела в нём человека поистине неисчерпаемой силы, теперь же от его внутреннего стержня и самообладания не осталось ни капли. Он был полностью погружен в сказку про чудесное спасение бабушки Раджаны по самую макушку, он уже в ней захлебнулся. Стенли осознал преимущество наших и в знаке безоружности поднял руки. Хватит ли нам сил, чтобы спасти всех этих людей? Да и…можно ли их уже спасти?