Три месяца, Блэк!

— Марлен, остановись же, давай поговорим! — Сириус, тяжело дыша, несся вслед за девушкой по пустому коридору. Вторую неделю они не разговаривали, гриффиндорка просто избегала его, но сегодня… — Иди поговори с Люси из Когтеврана, уверена она собеседница поинтересней, — резко развернувшись зарычала МакКиннон. Только что она увидела, как парень, который ей нравился, зажимал рыжую Люси в голубом джемпере орлиного факультета. Щёки шатенки пылали от злости, синие глаза метали молнии. Блэк невольно поёжился. Сириус впервые оказался в таком положении, его, конечно, было сложно назвать неловким. Идиотское — вот более подходящий эпитет. Когда парень заметил разочарованный взгляд Марлен, в груди будто похолодело, ужасное чувство, будто съедало его, он даже не мог его как-то классифицировать или определить. Хотя с чего ему вдруг так переживать? Она сама отказалась от него, просто не разговаривала с ним, смотрела как на дурака, всякий раз, когда он подходил к ней. — Знаешь что, МакКиннон? Я не железный! Ты динамишь меня, а что я должен делать? Ждать седьмого пришествия? Когда ты, наконец, снизойдешь до разговора со мной? — Блэк разозлился. Он бесился из-за неё, из-за чёртовой Люси, из-за собственной глупости. — Седьмого пришествия? Да пошел ты! Я семь лет наблюдала, как мелькает перед глазами череда бесконечных девиц, как тебе плевать на всё и на всех! Плевать на меня. Да я места себе не находила, рыдала каждую ночь, а ты даже не посмотрел на меня. Но сейчас… Мне казалось, ты стал другим. Я даже на секунду поверила тебе, идиотка. Я подумала, ты можешь измениться. Что-то почувствовать ко мне. Но знаешь что? Люди не меняются! Ты как был бабником и эгоистом, так им и остался! Это самая большая женская ошибка, думать, что их любовь может кого-то изменить. Не смей даже приближаться ко мне, Сириус Блэк! Подойдёшь хоть на метр, клянусь, я убью тебя! — девушка резко развернулась на каблуках и исчезла за поворотом, оставляя раздавленного Бродягу стоять в холодном коридоре.

***

— То есть, она была влюблена в тебя с первого курса? — жалостливо прошептал Римус. Мародёры сидели в Выручай — комнате и наблюдали как Сириус в бешенстве крушит всё, что попадёт под руку. Совершенно новые чувства вспыхивали в груди Блэка, но он не мог определить, хорошие они или плохие. Когда он успокоился и сел, наконец, на диван в голове и глазах его плескалась пустота. — Выходит, что так. Но я не понимаю почему? Почему она отказалась от меня? Так быстро прошла её любовь? — Сириус поднял измученный взгляд на Джеймса. — Дружище, ей было просто страшно. Девчонкам трудно просто взять и отдать кому-то своё сердце. Она испугалась, что ты разобьёшь его. Что, исходя из твоего прошлого, вполне вероятно, — Поттеру было очень жаль друга, он никогда не видел его таким разбитым и несчастным. Самым ужасным было то, что он никак не мог помочь Бродяге, даже не знал, что сказать. — Сириус… — горько пролепетал Луни. Он был самым рассудительным и мудрым из их четвёрки, он всегда знал, как поступить правильно. Но не сегодня. Блэк, неунывающий Казанова Блэк, сейчас сидел и с надеждой смотрел на него. Но это Сириус всегда был силён в общении с девушками, не Римус. Друзья просто смотрели друг на друга и молчаливо поддерживали, как и всегда.

***

— Марлен, пожалуйста, — второй день шатенка ни с кем не разговаривала и Лили просто не находила себе места. Рыжеволосая видела Сириуса в коридоре вчера, он выглядел как зомби и кажется, был ужасно пьян, не появлялся на занятиях, а Джеймс и Римус всюду ходили за ним, боясь, как бы тот чего не натворил. Лили не была глупой, она догадывалась, откуда ноги растут, но МакКиннон ни проронила ни слова за двое суток и это было ужасно, смотреть, как она страдает. — Лили, я ничего не хочу, — прошептала девушка, равнодушно глядя на круассан, заботливо припасённый Эванс. — Расскажи, что случилось? Это из-за Сириуса? Я его видела, выглядит он ужасно, примерно как ты, — Лили сжала руку подруги, умоляя ту посмотреть на неё. — Лили, я.… Кажется, я люблю его, — слёзы закапали на колени Марлен, и комната наполнилась рыданиями девушки. — И что же ты плачешь? Я просто уверена, ты ему не безразлична! — Эванс улыбалась, глядя на девушку рядом. — Нет, … Я знаю, что ему плевать, — Марлен рассказала подруге о Люси, тёмным коридоре и своих словах. Шатенку трясло, слёзы лились потоком, тёплые руки старосты сжимали красавицу в объятиях. Рыжеволосая проклинала Блэка, видя как её лучший друг бьётся в истерике. Они обе даже не подозревали, что за дверью стоит причина всех несчастий. Сириус, который зашёл извиниться, медленно сползал с другой стороны дверей, закрывая лицо руками и ругая себя. Он слышал её слова, слышал, как она плачет, понимал, как сильно он её обидел. Ещё Сириус понимал, что что-то чувствует к красивой однокурснице. Это что-то было похоже на то, что заставляло Поттера семь лет надоедать Эванс. Сидя у двери комнаты девочек в пустом коридоре, как брошенный хозяином пёс, Блэк вдруг осознал, что влюблен в синеглазую Марлен МакКиннон.