Драконья кровь

Раскаленный воздух выжигал бронхи. Босые детские стопы тяжело передвигались по выжженной до тла земле, кожа давно загрубела от постоянного соприкосновения с огнем, которого было сейчас предостаточно в любом виде. Если Ад и существует, то, скорее всего, он выглядит именно так. И, несмотря на юный возраст, он уже видел все виды этого самого адского пламени. В глубоких трещинах почвы, что образовались от мощного взрыва, ещё тлели остатки того, что раньше называлось домом.       Страха больше нет, нет слез и сожаления потому что и души нет. Она кровью вытекла из невинных убиенных его братьев и сестер, её выпили, сожрали на ужин эти проклятые твари. Душу заменила ненависть, она кипящей лавой бурлила в каждой клеточке маленького тела. Пустой взгляд поблекших глаз уже не обращал внимания на кровавые лужи, а иногда и части тел, встречающиеся на пути. «От этих хоть что-то осталось, » — иногда беззвучно шептали обожженные губы. — Ненавижу… ненавижу…

***

      Громовой убийца драконов присел на деревянную лавку, почему-то стараясь не смотреть на толстые прутья решетки. Назойливый запах отсыревшего подвала, неумолимо капающая где-то вдалеке вода, и понимание того, что он дежурит у «клетки», в которую помещена девушка — все это страшно раздражало. Драгонслеер негромко фыркнул и подался вперед, облокотился на свои колени и приложил к губам сложенные в замок руки. Наконец, оторвавшись от изучения пустого пространства перед собой, парень бегло глянул на лежащую в кровати. Следы от ночных травм практически полностью исчезли, запах её немного изменился, стал менее насыщенным и уже не дурманил голову так, как при первой «встрече». Спокойное выражение лица, которое выглядело немного иначе, без знаков. Черноволосая спала.       Дреер-младший нахмурился и быстро отвел взгляд. Блондина никак не покидал образ того момента в лесу, когда девушка метнулась в его сторону. Он отчетливо запомнил её глаза. Парень понимал, что будь у нее тогда возможность, она бы разорвала всех присутствующих на куски без промедления. А ещё, уже теперь, проведя у решетки её камеры пол ночи, Дреера не покидало ощущение того, что перед ним совсем другой человек. Незнакомый и непредсказуемый.       Её «неприкосновенность» спала, узоры на руках тоже больше не откликались ярким свечением. Это драгонслеер выяснил случайно, когда на обратном пути из леса по своей неосторожности коснулся обнаженного плеча девушки. Все изменилось.       Послышался звук приближающихся шагов со стороны лестницы, однако блондин даже не шелохнулся, он уже прекрасно знал кто спускается в подвал. Через мгновение в помещение вошла Титания. Вид у неё был довольно истощенный, впрочем, как и у самого Лаксуса.       Она молча поставила рядом с парнем кувшин воды, а сама вплотную подошла к стальным прутьям, всматриваясь в бледное лицо лежащей девушки. Спустя некоторое время черноволосая нахмурила брови и приоткрыла глаза. Услышав едва уловимое шуршание ткани в сжимающихся ладонях «пленницы», Лаксус моментально обернулся, вставая на ноги. — Как ничтожно я, наверное, выгляжу? — скорее самой себе прохрипела Акари, скривив губы в подобии усмешки. Резких движений делать она не спешила, впрочем как и шевелиться в целом, — Значит «браслеты» на меня одели? Предусмотрительно, — вновь прохрипела девушка, слегка провернув запястья в довольно плотных наручниках.       Волшебники переглянулись и невольно напряглись. Даже голос претерпел изменения, или, может, это последствия заклинания?       Наконец-то девушка повернула голову в сторону присутствующих, с прищуром вглядываясь в сосредоточенные лица согильдийцев. Драгонслеер нахмурился. Сковать её это всего лишь меры безопасности, однако смотреть после этого ей в глаза было совсем не легко. Скарлет чувствовала тоже самое. — Ну как ты? — первой всё же решилась заговорить Титания. — Как будто меня сначала выпотрошили, а потом спустили с горы, причем башкой вниз. Ну или наоборот. — девушка вновь как-то криво усмехнулась. — Но это не самое худшее… Жить буду. — В тебе что-то изменилось, твоё присутствие ощущается совсем иначе. Да и ты другая, — серые глаза блондина встретились с алыми.       Девушка опять улыбнулась какой-то незнакомой, не свойственной для себя улыбкой, что скорее походила на оскал. — Дреер, а ты разве знаешь, какая я на самом деле? — она насмешливо вскинула бровь.       Услышав нотки иронии и даже надменности в её голосе, блондин до онемения стиснул зубы. Неужели дед был прав, и она совсем не тот человек, к которому они успели привыкнуть? Однако, даже если так, он не намерен продолжать разговор, когда с ним говорят в таком тоне. — Хм, мне в принципе без разницы, — безразлично махнув рукой бросил парень и направился к выходу. Находиться здесь ему более не хотелось. — Та, которую ты вытащил из леса, это не я. Или, возможно, вернее будет сказать, я которая могла бы быть, родись я в ваше время. — Акари выставила перед собой руки, затем сжала и разжала слегка отекшие ладони. Коснулась пальцами щек. Как-то печально хмыкнула. — Как же долго ты спала, Тенебрис?       Дреер развернулся в полоборота, немой вопрос читался в глазах, но Эрза его опередила. — Что значит «в наше время»?       В ответ девушка лишь нахмурилась и рывком, как ни в чем не бывало, села в кровати, будто никогда и не ощущала слабости. — Тц, опять в неглиже? — осознав, что находится в полуобнаженном состоянии, фыркнула себе под нос черноволосая, а затем громко звякнула цепью наручников. Лицо Лаксуса невольно вытянулось, когда смятые, будто они были из пластилина, антимагические браслеты несуразным комком свалились на пол, а девушка преспокойно потирала затекшие запястья, рассматривая их так, будто в первые видит и совсем не обращала внимание на удивление волшебников.       Скарлет рефлекторно ухватилась за рукоятку клинка. — Я вам не враг, Эрза. — чеканя каждое слово, произнесла Акари, даже не взглянув на настороженных согильдийцев. — И эти железки не остановят меня, возжелай я причинить вам вред. Да они и вас самих бы не остановили. — Ты, верно, шутишь? — пробубнил себе под нос Дреер. — Мне нужно поговорить с Макаровым, — в очередной раз сжав свою ладонь в кулак, произнесла Акари. — И одеться бы.

***

      В кабинете Мастера было душно. Всё из-за дурацкой погоды. Жара стояла неимоверная, но и солнца не наблюдалось. Небо затянули предгрозовые тучи, а ветра вообще не ожидалось, что обрекало все живое на мучения в застывшем пространстве.       Судя по всему, Макаров давно ждал её. И когда девушка зашла в кабинет, плотно закрыв за собой дубовую дверь, Дреер-старший абсолютно не удивился. Старик лишь на миг окинул вошедшую взглядом. Изменилась, как и предполагалось. Повседневный наряд, что полностью укрывал девушку от любопытных глаз, сменился на обычный, в темных тонах, слегка напоминающий мужской. — Вижу, мы постарались на славу, и всё сработало? Ещё вчера ночью ты истекала кровью, а сейчас на тебе ни царапины, — Макаров кивнул в знак приветствия и отвел взгляд к окну. Её подавляющая аура не могла не вызвать беспокойства, но виду он не подавал.       Девушка с интересом рассматривала обрамленную в простую лакированную рамку картину на стене. Затем, после непродолжительной речи Мастера, приблизилась к его столу. — Я вынуждена покинуть гильдию и город как можно быстрее, — Акари на мгновение задумалась, а затем продолжила, — Думаю, моё «пробуждение» не осталось незамеченным. И тот, кто это ощутил, весьма нежелательный гость здесь. Мне нужно кое-что проверить, не имею понятия сколько времени займут поиски, — девушка на мгновение запнулась, а затем взглянула на Мастера таким взглядом, от которого в груди похолодело. Её лицо не выражало четких эмоций. Там можно было разглядеть и боль, и ненависть, и отчаянье, и надежду, — Скажите, Макаров, они действительно живы? Оба живы до сих пор? — Они? — старик не сразу понял, о ком так встревожено спрашивает девушка. Однако осознание пришло быстро, вместе с усилившейся тревогой, — Ты не о…? — Зереф и Акнология. Да, я о них.       Мастер поджал губы, а затем молча кивнул. На самом деле вопросов было весьма много, но на один хотелось узнать ответ немедленно. — Ты знаешь их лично? Их обоих? — с каким-то замиранием сердца спросил Дреер, где-то в глубине души почему-то надеясь на отрицательный ответ. Акари устало выдохнула. — Да, больше чем просто знаю. Меня зовут Цукиакари Тенебрис и я родилась ещё до начала последней войны драконов и людей, — Акари наконец присела в кресло напротив Мастера. Макаров заметно напрягся.       Ещё один человек из прошлого. Не просто человек (а может и не человек вовсе) — сильный маг, это отчетливо ощущалось.  — Как же всё запутанно получилось.       Девушка как-то растерянно покачала головой. Прошло четыре сотни лет, четыре сотни! Она столько времени находилась в забвении… Он пытался избавить её от призраков прошлого? Пытался спасти после всего, что случилось? Они оба прожили всё это время, а мир остался цел? Тенебрис совсем забылась, вновь отдаваясь нахлынувшим воспоминаниям, не смотря на то, что Мастер терпеливо ожидал от неё хоть каких-то пояснений.       Для нихпрошли столетия, для нее не больше года. — Акари? — спокойным тоном произнес старик, напоминая девушке, где она. — Да, — черноволосая слегка тряхнула головой, будто бы отгоняя дурные мысли. — Вы наверное знаете, что человек может превратиться в дракона? — ни с того, ни с сего спросила волшебница. — Однако и драконы могли принимать человеческий облик. Очень давно.       Макаров заинтересованно хмыкнул и слегка вскинул бровь. По правде говоря, он слышал такое впервые и сам этот факт указывал на то, что информация эта не распространялась, ведь сам Мастер пожил немало да и многим интересовался. — Это было под строгим запретом, — вновь продолжила Акари. — Однако моих родителей это не остановило. Мой отец был тем драконом, который нарушил запрет…       Макаров несдержанно прочистил горло, которое мгновенно пересохло. То, что сейчас говорит эта девочка похоже на откровенное вранье, выдумки или бред. И какой же монстр должен был появиться на свет от такого… союза? — Рассказ мой будет довольно долгим и, скорее всего, некоторые факты вас могут шокировать, — Тенебрис глубоко вдохнула и взглянула прямо в глаза старику, — У меня был… Есть брат, и драконья кровь, что течет в наших жилах, наделила нас обоих ужасающей силой.

***

      Девушка не солгала, рассказ её занял немало времени. Старик внимательно слушал монолог, как уже выяснилось, волшебницы, не перебивая, не задавая лишних вопросов. Он мог лишь удивленно хмыкать или мрачно хмуриться. — Вот оно как бывает? — Макаров прервал затянувшуюся паузу после того, как девушка закончила. — Я конечно догадывался, что с ребятами наверняка связана какая-то странная история, но это превзошло все мои ожидания. И ты… — мастер озадаченно почесал затылок, — Ладно, что требуется конкретно от меня? — Убийцы драконов, — Тенебрис встала на ноги и попыталась размять затекшую от долгого сидения в одном положении, поясницу, — Но чуть позже. Он наверняка почувствовал мое «пробуждение» и теперь мне нужно покинуть пределы города и страны на некоторое время. И как можно быстрее. Лаксус должен пойти со мной…       Дедуля устало поднял глаза на девушку. Ну зачем ей Лаксус? Он и так только недавно вернулся в семью.  — Не смотри на меня так… Макаров. Он другой. — Тенебрис направилась к выходу. — Он хоть и владеет магией убийц драконов и силен чертовски, но его не обучал настоящий дракон и это его слабость. — Но ты ведь тоже не дракон. — Да, но и не человек, — слегка замедлив шаг, через плечо бросила девушка, а затем закрыла за собой дверь, оставляя Мастера «переваривать» услышанное. А ведь ещё он как-то должен объяснить согильдийцам внезапное исчезновение Акари. Да и всей правды им знать пока не стоит.

***

      Подпирая стену мрачного коридора, Титания ждала, когда подруга выйдет из кабинета.  — Эрза? — едва выйдя от Макарова, произнесла волшебница, — И давно ты здесь?  — Достаточно давно, — отрешенно сообщила Скарлет и, судя по её озадаченному выражению лица, услышала она то, что ещё слышать не должна была. Хотя может и не так много, — Значит уходишь? — Так нужно, — вплотную подойдя к волшебнице, девушка осторожно сжала её плечо, — Мне действительно жаль, что так вышло, но столкновения не избежать, можно лишь отсрочить. А ещё есть Зереф. Понятия не имею, что у него творится в голове. Четыреста лет — огромный срок для человека. — Что будет с Эвклифом? — почему-то вспомнив о парне, спросила Титания.       Тенебрис нахмурилась, будто от резкой боли, и, на мгновение, сжала губы в тонкую бескровную полоску. Она не хотела сейчас думать о нем, но Скарлет застала её врасплох, одним этим вопросом выбив всю её решительность, словно бурный поток горной реки, сносящий со своего пути даже тяжелые каменные валуны. — Он как минимум пару дней ещё не оклемается, а к тому времени я уйду из города и из Фиора, — всё, что смогла возразить девушка. — Так кто же ты? — всё же решилась задать этот вопрос Эрза. — Чудовище, — коротко ответила Акари, по сути и не ответив вовсе, — Прости, но нужно спешить.       Они вышли на первый этаж гильдии и хотели было ускользнуть через задний двор, однако, не сложилось. — Акари?! Я так переживала! — Хартфилия радостно помахала рукой, быстро приближаясь к подругам, — Как ты?!       Блондинка с готовностью раскрыла объятия, желая хотя бы приобнять приятельницу, но беспокойный пыл Заклинательницы остудил резкий захват её руки, которая уже была готова повиснуть на плече черноволосой. Тонкие пальцы ощутимо сжали запястье Хартфилии. Та едва слышно охнула и нахмурилась, но больше от удивления, чем от боли. — Прости, Люси, я спешу.       Акари спешно развернулась, не желая видеть, как лицо Заклинательницы исказит сначала некая обида, а затем праведный гнев, а быть может, негодование? Так было нужно. Она слишком сблизилась с этими людьми, непозволительно сблизилась, как для смертника.       Люси остолбенело хватала воздух, смотря в спину уходящей девушки. Титания ободряюще хлопнула блондинку по плечику и поспешила за ушедшей. Всё, что она могла сейчас сделать, так это помочь отыскать громового убийцу драконов.