Никогда не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь

Если у вас выбор между двумя людьми, то выбирайте второго. Потому что если бы вы по-настоящему любили первого, то второй бы и не появился.

Рано или поздно, но вам придётся сделать окончательный выбор. Предмет сомнений может быть разным: место учёбы, работа, проведение досуга, расположение будущих квартиры или дома, даже банальное: «Купить мне эту милую кофточку или нет?» Но тяжелее всего выбирать между людьми. Постоянно думаешь, оцениваешь, ищешь лучшего, боишься кого-нибудь обидеть… И почему-то никто не задумывается: а есть ли выбор на самом деле? Не усложнили мы сами себе жизнь? Может, никакого выбора-то и нет, и ответ давно известен вам… - Прекратите! Остановите это безумие! – закричала Таня, увидев концовку разговора. – Ему плохо, нет! Не надо, не мучайте его! Никто из Богов даже не пошевелился. Увидев безразличие на их лицах, Гротти разозлилась не на шутку. Видеть состояние Глеба в данный момент она не могла: её переполняла обида. Почему с ним так поступили? За что? Он не заслужил такого обращения! Злость захлестнула малютку Гроттер с головой. - Глеб, это неправда! Не слушай никого, прошу! – со слезами на глазах закричала она. - Ты уверена в своих словах? – стальным голосом спросила Мокошь. - Где гарантии, что ты не поступишь так, когда он вернётся? Ты много раз отвергала его чувства, почему не можешь сделать это вновь? - Мир удивителен и необычен! Оказывается, девочка у нас с богатым прошлым! – оскалился Чернобог. – С виду такая недотрога, а в душе настоящая разбивательница сердец. И многих молодых людей ты успела свести с ума? – Повелитель Нави откровенно захохотал, нисколько не стесняясь присутствия девушки. - Подумай хорошо, ведь от твоих слов зависит не только твоя судьба… - тихо прошелестел Белобог и сильнее сжал свой посох, внимательно смотря на Таню. «Разве у них есть право лезть в мою жизнь? – мысленно кричала Гроттер. – Пусть они и Боги, но почему я должна перед ними отчитываться?» «А они просто хотят знать, можешь ли ты дать твёрдый и окончательный ответ не им, а себе, прекратив свои вечные метания?» - язвительно спросил внутренний голос девушки. В этот раз Таня ответила быстро, нисколько не задумываясь: «Да, смогу». И ни что не могло помешать её намерению: ни мысли о Ване, ни размышления на тему «я люблю его, правда?», ни стремление сделать как лучше, никого не подведя и не разочаровав. Не было ни капли сомнения в её мыслях. Обведя всех Богов серьёзным взглядом, она решительно произнесла: - Я выбрала и нисколько не сомневаюсь в своём решении. Пусть я призналась сама себе недавно, но я никогда не была так уверена, как сейчас. Пять лет я жила, надеясь на какое-нибудь чудо. Но я до конца не понимала, чего я действительно хочу. Сегодня оно произошло: я поняла, насколько сильно я заблуждалась, осознала свои ошибки, обрела любимого человека, - здесь Таня немного смутилась, - и хочу начать новую жизнь. Можете быть спокойны: я не передумаю в последний момент, для себя я всё уже решила. Это моё последнее слово, - после такого заявления перстень на руке девушки слегка накалился, словно соглашаясь и радуясь её поступку. Таня закончила свою речь под одобрительными и облегчёнными взглядами Мокоши и Белобога. Но Чернобог лишь презрительно фыркнул: - Это только слова, они ничего не значат! - Что ты скажешь про своего мужа Ивана? Как же он? Раньше ты утверждала, что любишь его, - перебил Белобог своего брата. Немного помолчав и собравшись с мыслями, Гроттер ответила, глядя в глаза Богу: - По-настоящему я любила и люблю только одного человека: Глеба Бейбарсова. Ваня же, он… Он рядом со мной всегда, с самого детства он заботился обо мне, как никто другой. Мне казалось, что с ним мне будет надёжно, спокойно и хорошо… И я старалась не разочаровать окружающих, забыв о себе. Но я ошиблась. Наверное, если бы я его любила, я никогда бы не раздумывала и не мучилась бы потом всё время, думая: «Правильно ли я поступила?» Ведь когда любишь, то нисколько не сомневаешься в правильности своих действий… А теперь прекратите издеваться над Глебом! – резко воскликнула Таня, закончив. - Если хотите кого-нибудь помучить, то лучше меня, чем его. Я заслужила… - она закрыла глаза, пропустив мимо ушей фразу Повелителя Нави, и приготовилась к худшему, но… ничего не произошло. - Успокойся, ты отмучилась своё. Мы же не изверги, - мягко улыбнулась Судьба. - Для тебя испытание закончено, теперь настал черёд некромага: сейчас его время делать свой выбор… - и она устремила взор в собственноручно сотворённый магический шар. Тане и другим Богам ничего не оставалось, как последовать примеру Богини. Когда появилось изображение Глеба, сердце знаменитой драконболистки пропустило удар от радости, что она снова увидела своего возлюбленного. Бейбарсов посмотрел на ведьму, и Гроттер замерла, нервно закусив губу, со страхом и нетерпением ожидая его слов. «Поддастся ли он уловкам старухи или будет бороться дальше? Глеб, пожалуйста, я люблю тебя, не верь ей! Ты справишься, я знаю…» *** «Этого не может быть, нет! Сейчас всё по-другому! Тебя обманывают, Бейбарсов, хотят заставить усомниться в своих чувствах. Не поддаваться!» - мысленно твердил себе некромаг под дикий хохот старухи. Увидев и услышав, что может ожидать его в дальнейшем, он чуть не взвыл от отчаяния. Он не перенесёт ещё раз такого развития событий, нет! Он не железный, он тоже хочет простого счастья, которого добивался в течение нескольких лет, проигрывая все сражения за него. И теперь, когда он находится у своей цели, когда стоит лишь протянуть руку и взять, услышать отказ… Это выше всяких сил. Конечно, ему не привыкать, но ради разнообразия можно, чтобы хоть раз Фортуна приветливо улыбнулась? Разве это такая большая просьба: чтобы любимая была рядом, ответив взаимностью? Небольшое, но такое важное желание, без которого жизнь кажется пустой и бессмысленной… - Почему молчишь, ученик мой? Осознал всю правду и теперь ищешь слова благодарности мне за то, что я открыла тебе глаза? – усмехнулась ведьма. «Бороться, сопротивляться, идти к своей цели, я же некромаг! А моя цель: будущая жизнь с Таней. Я верю ей и только ей», – твердил себе Бейбарсов, перед тем как с трудом ответить: - Я нашёл слова немного другого содержания. Бывшая наставница с долей любопытства посмотрела на своего ученика. - Убирайся. Я не верю тебе. Сейчас, когда она с таким трудом смогла мне поверить, я не предам её. Ты говоришь так специально, потому что это самый большой кошмар моей жизни: страх, что она уйдёт от меня, оставив одного, без единого шанса завоевать её любовь. Уходи. Уходи и не мучай меня больше! – выкрикнул Глеб. От этих слов старуха злобно прищурилась, но решила ещё раз попытать счастья, вкрадчиво спросив: - А если всё будет так, как я показала тебе? Если вся твоя уверенность – ничто перед её непредсказуемостью и жестокой реальностью? - Значит, так тому и быть. Но я не буду сам всё рушить, как сделал тогда. Я уверен, что сейчас всё будет по-другому. И хочу только одного: чтобы ты ушла, исчезла из моей жизни раз и навсегда, - и некромаг крепко сжал свою бамбуковую трость в руке. Его бывшая наставница заскрежетала зубами, когда услышала его внешне спокойную и непоколебимую в своей правоте речь. Но знал бы хоть кто-нибудь, какими усилиями Глебу это далось… - Убирайся! – тихо прошептал Бейбарсов. – Я не боюсь тебя, уходи! - Хорошо, я уйду, глупый и самонадеянный мальчишка! Но знай: никогда не говори того, в чём не до конца уверен. А ты ведь не знаешь, чего можно ожидать от нашей общей знакомой – грозной русской Гротти… - мерзко прошипела она и растворилась в сероватой дымке. Наконец-то Бейбарсов вздохнул с облегчением. Он справился с ней, не поддался, переборол свою боязнь! Теперь он спокоен, и только одно волновало его: Таня. Конечно, он хочет, чтобы они были вместе навсегда. Ведь он хочет сделать её счастливой, потому что это его мечта: видеть Гроттер улыбающейся, радостной, полностью довольной своей жизнью. Он постарается, ему ничего не жаль для этого: ни сил, ни времени, ни самого себя. У них начинается новый этап в жизни, но они будут проходить его вместе. Как он и мечтал все эти годы… *** Мокошь хлопнула в ладоши, и магический шар растворился. На лице Белобога появилась широкая и светлая улыбка, даже солнце на конце его посоха стало сиять ярче, словно радуясь тому, что любовь и истина восторжествовали среди страха, ощущаемого всеми сейчас. Но его тёмный брат не зря являлся его полной противоположностью: он был зол, рассержен, хотя нет, он был в ярости. Опять Добро одержало победу над Злом, снова он проиграл! Любовь помогла этим молодым людям выжить, пройти все испытания с честью… Его козни не увенчались успехом, они уйдут, будут жить долго и счастливо, и, в конце концов, «умрут в один день»… А нет, парень – некромаг, в его случае умереть «в один день» у них не получится. Он переживёт свою подружку, если не придумает способ, как продлить ей жизнь. Чернобог зло усмехнулся от этой мысли, но потом еле слышно зарычал, в полной мере осознавая свой проигрыш. Таня же чуть не плясала от радости, а в голове, вперемешку с воплями счастья, билась одна связная мысль: «Он справился, не поверил! Он победил в борьбе с самим собой! Я знала, я верила! Теперь он вернётся ко мне, и мы будем вместе…» От мыслей об их дальнейшей жизни Таня приходила в неописуемый восторг. - Я думаю, все вопросы решены и добавить ко всему произошедшему нечего. Они справились, сделав свой окончательный выбор, и мы можем отпустить их, - подвела итог Богиня Судьбы. Белобог согласно кивнул, а Чернобог, окинув всех убийственным взглядом, сипло произнёс: «Конечно, пусть идут с миром». Гроттер замерла, поняв, что сейчас она увидит Глеба. Но теперь всё будет совсем по-другому! Они любят друг друга, и, конечно же, Бейбарсов никуда не захочет её отпустить, оставшись в её жизни навсегда. Но она совершенно не против этого… Малютка Гроттер приготовилась ждать появления некромага, как вдруг её окутал вихрь телепорта, унося в неизвестном направлении. Спустя ровно секунду после исчезновения знаменитой драконболистки, на её месте появился Глеб. Он сразу же осмотрелся по сторонам и задал один единственный волнующий его вопрос: - Где Таня? - Полагаю, тебе лучше знать её местонахождение: ты же наложил на неё заклинание связи, срабатывающее в определённый момент, - дал ответ Белобог. Бейбарсов похолодел внутри от ужаса: заклинание должно сработать только в том случае, если Ангелине будет плохо или угрожает какая-то опасность. Что же произошло? Нужно немедленно лететь на Буян, вдруг Тане нужна помощь? Но его мысли и решение мгновенно телепортироваться были прерваны Мокошью: - Не спеши, некромаг! Можешь не переживать: пока ничего страшного не произошло, с Таней и девочкой всё в порядке. Сначала мы закончим, а потом можешь идти на все четыре стороны! - Если нетрудно, то давайте побыстрее, уважаемые Боги, - выдавил из себя Глеб. - Он ещё и дерзит, совсем от счастья разум потерял! Да я бы тебя… – хотел начать склоку Чернобог, но был прерван своим родственником: - Не устраивай распрю из ничего, дорогой брат. Ведь в основном мы задерживаем его из-за тебя. - Из-за меня? – несказанно удивился Повелитель Нави. – И почему? Что я такого должен сделать? - А не догадываешься? Друзья, мы только что стали свидетелем проявления крепкой и искренней любви, самого прекрасного чувства в мире! Молодые люди достойно пронесли её через все препятствия, сохранив и приумножив свои чувства. Разве это не прекрасно и не достойно уважения? Разве мы не должны вознаградить их за стойкость и верность по отношению к друг другу? - И при чём здесь я? Какое отношение это имеет ко мне? К чему ты клонишь? Желаю вам счастья в дальнейшем, радуйтесь, что ушли живыми! Это не сойдёт за награду?– разозлённый Чернобог не понимал сути слов своего светлого брата. - Белобог хотел сказать, что ты можешь сделать им более существенный подарок: копию сутаны. Ведь это из-за неё началась вся история, почему бы тебе её не закончить? – мягко пропела Богиня Судьбы. - На каком основании я должен дарить чудом оправданному вору и его сообщнице свои вещи? Пусть вы всё разрешили красиво, Добро победило, но для меня он вор-неудачник! – бешено заорал Повелитель Пекельного Царства. – И я никогда никому не делал милостивых преподношений! - Но раз в жизни можно это сделать? Соверши хоть сейчас добрый поступок, помоги некромагу! Ведь без сутаны он не может разорвать свой договор с Лигулом, а значит, жизни его и девушки, её семьи подвержены опасности, под угрозой их чувства! Посмотри, сколько жизней ты спасёшь, подарив одну простую вещь! Неужели это так сложно? В тебе говорит оскорблённое самолюбие, но не иди у него на поводу! Я взываю к твоей мудрости и рассудительности, брат, - говорил, словно читал проповедь, Белобог. – Они у тебя есть, не спорь. Прояви своё великодушие, не скрывай его. Не глумись над ошибками некромага, помоги ему не совершить новых… Слушая своего брата, Чернобог не испытывал ни малейшего удовольствия от его слов. Он кривился, морщился и уже хотел что-то возразить, но был остановлен предупреждающим жестом Мокоши. - Как Судья я могла бы приказать тебе, но предлагаю сделать это самостоятельно. Или ты хочешь, чтобы все узнали, что ты умолчал перед остальными Богами поступок Бейбарсова, решив, как ты выразился, «разобраться со всем сам»… Мне кажется, ты понимаешь, что последует от моего заявления, - пригрозила Мокошь Чернобогу. Против такого приёма у Повелителя Пекельного Царства не нашлось возражений. С явной неохотой он щелкнул пальцами, и в тот же миг у ног некромага появилась сутана, которую Бейбарсов поднял при помощи своей трости. Чернобог лишь хмыкнул, а Глеб усмехнулся. - Считай, что я сегодня очень добр и благороден, раз одариваю подарками своих врагов… Надеюсь, мы больше никогда с тобой не увидимся, некромаг, - процедил сквозь зубы Чернобог. – Иначе в следующий раз правило, гласящее, что при встрече двух некромагов один из них должен умереть, воплотится в жизнь. И я не шучу. А не ожидал я шантажа от белых и пушистых добреньких Богов! – бодро воскликнул он, обращаясь к Мокоши. – Теперь буду знать, что это не метод Тьмы, перестану заблуждаться на это счёт, так сказать! Прощайте, до нескорой встречи! – и исчез в чёрном вихре. Белобог грустно покачал головой, сокрушаясь речи своего брата. - Смирись, он никогда не будет иным, такова его сущность, - попыталась утешить его Мокошь. – Ты бессилен здесь: ведь ты не можешь пойти против сил мироздания… - Я знаю, что он выполняет свою миссию, но я постоянно верю, что когда-нибудь он покажет себя с лучшей стороны. Видимо, эта мечта никогда не осуществится… Но поговорим о хорошем: всё позади, сынок, ты можешь идти, - ласково посмотрел седобородый старик на Бейбарсова. - Спасибо вам, уважаемые Боги. Благодаря вам я могу быть спокоен насчёт своего будущего, - искренне сказал Глеб, и от его слов Белобог улыбнулся ещё шире, а Богиня Судьбы прошептала: - Удачи тебе, не потеряй того, что имеешь сейчас… - и растворилась в дневном свете. Только теперь Глеб про себя отметил, что день близится к вечеру, и с удовольствием вдохнул свежего воздуха, чтобы привести в порядок свои мысли. «Сейчас нужно лететь на Буян, проведать Ангелину и узнать у Тани, что произошло», - подумал он. Но как только он собирался телепортироваться, Белобог произнёс: - Я знаю, что ты пообещал помочь дочери своей возлюбленной. И я могу сказать тебе, как это можно сделать… - Вы серьёзно? – Глеб круто развернулся, оказавшись лицом к Богу. – Насколько я знаю, магия бессильна против генетических заболеваний, даже лопухоиды не могут ничего сделать. - Но ты же хотел ей как-то помочь при помощи магии? – лукаво посмотрел на него старик. - Да, но я хотел поискать какие-нибудь древние обряды, которые сейчас почти забыты… - Я это и хотел тебе предложить. Надеюсь, ты не думаешь, раз старик всё время рассуждает о Добре и Зле, взывая к совести, то он ничем другим не интересуется? Неужели, я похож на сумасшедшего? – смеясь, перебил его Белобог. - Нет, не думаю. Я Вас слушаю, - отрывисто произнёс Глеб: рассуждать было не в его правилах и привычках. Одобрительно посмотрев на некромага, Бог начал говорить: - В древние времена, когда на земле были не только Свет и Тьма, а ещё и Хаос, когда велись постоянные войны, вследствие чего каждый маг, обладающий любыми магическими способностями, ценился на вес золота, существовал обряд вливания жизни через кровь. Обычно его использовали, когда воин долго болел и никакое лечение не помогало, реже – при большой кровопотере. Он дошёл слабым отголоском до смертных в виде обычного переливания крови… - Тогда в чём различие? У него есть преимущества, но что отличает его от остальных способов? – серьёзно спросил Глеб. - Видишь ли, - продолжил Белобог, - этот обряд немного похож на братание, только он связывает не только на кровном, но и на ментальном уровнях, меняя состав крови и душу больного. Вливаемая кровь заменяет поражённые составляющие организма, оставаясь на их местах навсегда. Обряд меняет человека, потому что, в отличие от того же переливания или братания, здесь можно полностью и абсолютно справедливо претендовать на генетически-кровное, плюс ещё и магическое родство. Дающий человек добровольно отдаёт часть себя больному: он делится с ним своей силой, здоровьем, способностями, талантами и чувствами. Раньше долгое время он был в обиходе, но потом его перестали проводить, постепенно забывая про него. - Всплыли побочные эффекты, - утвердительно сказал некромаг. - Нет, просто подумай сам: если в небольшом войске или осаждённом городе группа здоровых людей постоянно будет давать свою кровь больным, то в конечном итоге они все породнятся друг с другом. И учти, что они становятся не просто кровными, а близкими родственниками. И как ты прикажешь продолжать род, если все друг другу сват да брат? И обретение нового близкого человека тоже обременительно: ведь это остаётся на всю жизнь, а не на время лечения. - Получается, что после проведения ритуала Ангелина станет моим близким родственником? В ней будет часть меня, но в чём это проявится? - В зависимости от того, что было заражено в её организме: у каждого это индивидуально. Может, характер или внешность, а может, твой дар или способности к нему… Никто не может сказать наверняка. Я вижу, что ты сомневаешься, некромаг. Пойми, этот обряд единственный шанс для бедной девочки. Я не уверен, что другие обряды смогут гарантировать полное излечение её болезни. Что тебя смущает? - Реакция Тани, когда она узнает, что я буду родственником её дочери. Не думаю, что она захочет такого… - бесцветным голосом произнёс Бейбарсов. - Я думаю, она не будет против, - усмехнулся светлый брат Повелителя Нави. – Ты же понял, что не надо настаивать на том, чего ты точно не знаешь. Или нет? - Вам легко об этом говорить: не Вы, а я буду разговаривать с Таней, - иронично заметил Глеб. – Конечно, я мог бы ничего ей не говорить… - А вот этого не надо, - хмуро отчеканил Белобог. – Потому что… - … потому что она мне не простит лжи, а я не хочу её потерять снова, - продолжил за Бога Глеб. – Я пообещал себе, что буду честен с ней, не совершу прошлых ошибок. Белобог по-отечески похлопал некромага по спине, добавив: - Умный мальчик, ты всё понял правильно… От простого обращения Бога Бейбарсову было не по себе, но «умный мальчик» молча перенёс похвалу, ожидая подробностей обряда. Когда Белобог всё рассказал и объяснил правила проведения обряда некромагу, схватывающему буквально на лету, он, напоследок улыбнувшись и пожелав удачи, исчез в ярком белом свете, озарившем всю округу. Невольно зажмурившись, Глеб простоял на месте несколько минут, а потом мгновенно телепортировался к Тане в Тибидохс, терзаемый смутными предчувствиями. *** Оказавшись вдалеке от Богов, Таня не сразу поняла, что произошло, и где она находится. Первым делом она оглянулась по сторонам, ища Глеба. Поняв, что она здесь одна, Гроттер стало не по себе. «Что ещё задумали Боги? Неужели снова испытание?» - унылая мысль промелькнула у неё в голове, но Таня не развила её дальше, потому что увидела Ягге, выходящей из палаты со склянками в руках. - Ягге! – окликнула Гроттер хозяйку магпункта, боясь, что это мираж. - Здравствуй, Таня… - удивлённо сказала та. – Что-то ты рановато, ты же обещала прилететь позже? - Я… я не знаю, как здесь очутилась… Меня сюда телепортировали, но почему… - договорить она не смогла, так как вспомнила фразу Глеба про заклинание связи. - Что с Ангелиной? – резко спросила она. - Таня, ты так вовремя появилась… - прошептала старушка. – У Ангелины были когда-нибудь проблемы с сердцем? Малютка Гроттер отрицательно покачала головой, внимательно слушая Ягге. - Только что у неё был сердечный приступ, я с ним справилась, но, надеюсь, тебе ясно, что нет гарантии того, что он не повторится снова. Да и связан он с её основной болезнью… Лечить надо Ангелинку от неё, а ты же понимаешь: я бы рада, но не могу тебе помочь, - сочувственно продолжила хозяйка магпункта и тут же прошептала успокоительное заклинание, видя, что Гроттер сдерживается из последних сил, чтобы не зарыдать. - Почему всё это происходит со мной? Я только что разобралась в себе, в своих чувствах, поняла, чего я хочу… Почему? – воскликнула Таня, глядя в потолок. - Вы, Боги, обещали, что всё будет хорошо! А ничего не хорошо! - Таня, успокойся, не тревожь Ангелину, - прекратила начинающуюся истерику древняя богиня, протягивая девушке склянку с валерьянкой. - Где она? – тихо спросила знаменитая драконболистка, проигнорировав склянку. Бабушка её лучшего друга вернулась в палату, поманив Гроттер за собой. Остановившись на пороге, Таня с волнением посмотрела на свою дочурку. Как же она по ней соскучилась! Она не видела её почти неделю, а, кажется, будто целую вечность. Тане стало так хорошо и легко на душе, не хотелось думать ни о ком и ни о чём: ни о проблемах, ни о пугающем будущем или всякой суете. Только смотреть на это милое и родное лицо самого дорого человека на земле. Мать согласна была отдать всё за то, чтобы просто стоять и смотреть на свою дочь сейчас, видеть, как та безмятежно спит, улыбаясь чему-то во сне. За всеми последними событиями можно было бы сказать, что Таня забыла о дочери, но она думала и вспоминала о ней каждую свободную от приключений минуту. И в этот момент, когда она увидела её, эмоции и чувства захлестнули её с головой, даря радость и упоение этим сладостным мигом… Ангелина спала, мило укутавшись одеялом. Подушкой она накрыла свою большую непропорциональную голову, словно для того, чтобы никакой шум не смог её разбудить. Таня подошла к кровати и, сев поближе к дочери, взяла её за тоненькую ручку. Ощущая тепло её ладошки, Гроттер улыбнулась. «Моё маленькое сокровище… - подумала она. – Бедная девочка, когда же ты перестанешь мучиться? Что мне нужно сделать?» Таня не услышала, как в комнату кто-то вошёл, лишь почувствовала чью-то руку у себя на плече. Резко обернувшись, Таня столкнулась взглядом с Глебом. Она хотела было что-то сказать, но Бейбарсов приложил палец к её губам. «Не здесь», - еле слышно прошептал он и, взяв девушку за локоть, повёл к двери. Обернувшись и ещё раз посмотрев на дочь, Гроттер вышла из палаты, тихо прикрыла дверь, а потом кинулась на шею некромагу, который тут же крепко её обнял. И тут же Таня, не выдержав, расплакалась: в её голове смешались несчастье дочери, радость, что Глеб вернулся к ней живым и невредимым, и осознание того, что это не сон, а реальность. Бейбарсов начал гладить её по спине, пытаясь успокоить, но рыдания Гроттер лишь усилились. Через несколько минут девушка взяла себя в руки и тихо прошептала, посмотрев на парня: - Надеюсь, ты никуда не исчезнешь сейчас? – в её голосе явственно чувствовалась надежда. - Обещаю быть рядом с тобой всю оставшуюся жизнь, если ты согласна. Но, думаю, других вариантов у нашего будущего просто не существует, - серьёзно ответил Глеб. - Ты неисправим! – в шутку возмутилась Таня. - Я просто озвучил очевидный факт, - как всегда в утвердительной форме сказал некромаг. - Ну, я хотела подумать… - растягивая слова, начала говорить Таня, но, заметив, промелькнувшую в глазах Бейбарсова грусть, поспешно добавила: - И я согласна! Только не уходи больше, пожалуйста… В ответ некромаг лишь сильнее прижал девушку к себе. Таню охватило ощущение полного счастья: ей казалось, что всё так, как и должно было быть с самого начала. Почему раньше она ничего не понимала? Что ей мешало? Девушке казалось, что в данный момент у неё с глаз исчезла какая-то пелена, мешавшая ей жить и трезво оценивать происходящую вокруг обстановку. Гротер чувствовала себя человеком, который переступил через барьер, пытавшись до этого много раз, а сейчас стоит позади него, недоумевая: «Так в чём же заключалась сложность? Почему я так долго мучился с ним?» Продолжая смотреть на Бейбарсова, Тане казалось, что она заглядывает к нему в душу. И у неё появилось ощущение, что перед ней находится не роковой некромаг, жаждущий власти над миром, мальчик-вуду с огромной гордыней, а обычный человек, со своими чувствами и мыслями, которые были настолько светлыми, что разум отказывался приписывать их ходячему трупу-некромагу. Гроттер ужаснулась от того, что она совершенно не знала Глеба: было похоже, что она видит его впервые в жизни. И казалось, что прямо сейчас она видит его настоящего: не холодную внешнюю маску, а то, что было спрятано под ней и лишь изредка проступающее наружу, но так быстро уходящее вглубь души... Таня ясно поняла, что она наконец-то собрала воедино все части огромной и сложной мозаики под названием «Глеб Бейбарсов». И рисунок был так прост, понятен, а главное, знаком и близок, что Таня невольно удивлялась своей слепоте: как она раньше этого не видела? Её можно было сравнить с утомлённым путешественником, который долго бродил в темноте, ища свой дом, и нашёл его с огромным трудом лишь под утро. Девушке вспомнилось, как она пять лет назад вдохнула многоглазку, преподнесённую Ваней, вспомнились её ощущения. «Словно это происходит со мной сейчас», - подумала она. Но как такое возможно? Если только… «А насчёт Вани, ты подумай. А так же подумай ещё и об Ангелине, и многоглазке, и почему она на тебя не действует. Не действует, поверь мне», - всплыли слова Глеба в голове Гроттер. «Неужели сейчас она подействовала? Почему?» - удивилась она, но не стала зацикливаться на этом: Таня осознала, что теперь её невозможно будет обмануть, она снова будет видеть людей такими, какие есть на самом деле. И самое главное: рядом с Глебом ей было хорошо, спокойно и уютно, любые кошмары её прошлого отступали. Что ещё нужно для полного счастья? Но один кошмар не желал покидать её сознание: сегодняшний приступ с дочерью. Где гарантии, что он не повторится вновь? Ужас и страх сразу же отразились на лице малютки Гроттер. Она хотела было рассказать об этом Глебу, но он её опередил: - Я знаю, как помочь Ангелине. Есть ритуал… - и Бейбарсов пересказал ей слова Белобога, напряжённо ожидая её реакции по поводу возможности стать родственником её дочери. Таня задумалась. С одной стороны, учитывая последние события, она совсем не была против этого. «Теперь у нас с Глебом будет настоящая семья, - подумала она. – А как же Ваня? Нечестно лишать его родной дочери… Хотя он сам от неё отказался, проявив к ней холодность и безразличие. Значит, претензий от него не будет. Я даже думаю, он обрадуется этому… Глеб, только бы у него получилось!» - эта фраза прозвучала в её голове словно молитва. - Действуй, Бейбарсов. Только помоги ей, прошу тебя… - тихо сказала Таня, пристально посмотрев в глаза некромагу. - Я сделаю всё, что в моих силах, - пообещал ей Глеб и сильнее сжал девушку в своих объятиях. Робко улыбнувшись, Таня убрала руки Глеба и пошла к палате своей дочери. Но едва она дошла до дверей, как тут же почувствовала, что прикосновение горячих губ обожгло ей шею. Таня сначала замерла на пару секунд, а потом резко развернулась к улыбающемуся Глебу. - Старый фокус некромагов? – спросила она, вспомнив поцелуй на башне Приведений. - Не смог отказать себе в таком удовольствии, - довольно пояснил Бейбарсов и, спустя мгновение, оказался рядом с Таней. И снова его околдовывающий, гипнотический взгляд начал сводить Гроттер с ума… В нём явственно читались сильная любовь, нежность и безграничная страсть, намекавшая на огромную бурю чувств, царившую в душе некромага. Чёрные зрачки Бейбарсова лишали воли, напрочь отбивая рассудок у Гроттер, манили, как оазис зовёт к себе измученного жаждой странника в знойной пустыне. Снова знакомое ощущение пожара в душе, разгорающегося только от одной мысли о прикосновении любимого человека… И древнее желание, свойственное всем любящим людям: «Дотронься, обними, ведь я нуждаюсь в тебе сейчас…» Понимая, что наступил подходящий момент, которого он так долго просил у всех Богов, Бейбарсов аккуратно заключил лицо девушки в свои ладони. Таня, ничего не соображая, потянулась к нему, подчиняясь лишь зову своего сердца. И снова водоворот чувств, огромная радость и безграничное счастье обрушились на молодых людей, увлекая в свой таинственный мир любви. Никого и ничего не существовало для них в этот упоительный момент, кроме любимого человека, дарящего неземное наслаждение…. Таня полностью отдалась поцелую, совершенно не думая, правильно ли она поступает по отношению к Ване. Её не волновало, как отреагируют её друзья и знакомые на то, что она теперь с Глебом. Если честно, Гроттер было всё равно: она сама вправе распоряжаться своей судьбой по своему усмотрению. Неужели она не заслужила свой маленький кусочек счастья? Глеб до конца не верил, что Таня не прерывает поцелуй, а самозабвенно отдаётся ему, пробуждая в нём зверскую страсть. Так хотелось прижать её к себе крепко-крепко и унести как можно дальше, чтобы никто их не нашёл и не смог помешать… Бейбарсов с трудом сдерживал себя, понимая, что не всё сразу можно получить в этом мире. Наконец, молодые люди оторвались друг от друга. Таня начала судорожно дышать, восстанавливая дыхание, и задумчиво наблюдала за потемневшими зрачками Бейбарсова, намекавшие на нечто большее в дальнейшем, нежели обычный поцелуй. Малютка Гроттер не знала, сколько прошло времени: минута? пять? а, может, час? Одарив Глеба блаженной улыбкой, она отошла от него, прошептав: «Я скоро вернусь», и быстро покинула магпункт. Что-то звало её за его пределы, чему невозможно было сопротивляться. Хлопнув дверью, Таня внимательно вгляделась в тьму Тибидохских коридоров. Чутьё мага подсказывало ей, что её давно ждут. Заметив очертания чьей-то фигуры, она попыталась понять, кто это был, но бесполезно: её глаза ничего не видели в темноте. На всякий случай Таня вскинула руку с кольцом, готовая отразить заклинание неизвестного. Приведя себя в боевую готовность, она громко спросила: - Кто здесь? Послышалась мягкая поступь, и на свет вышел сфинкс, охраняющий вход в кабинет академика Сарданапала Черноморова. Посмотрев на Гроттер, воинственно выставившую руку с перстнем, он тихо рыкнул, словно усмехнувшись над таким сильным и опасным противником, а потом развернулся и пошёл обратно по коридорам замка, царапая когтями пол. Удивлённая и немного растерянная Гроттер последовала за ним, мысленно готовясь к нелёгкому разговору, который ожидал её сейчас. Она понимала, о ком будет говорить академик. «Несомненно, о Ване и Глебе, о моём поступке… Как я могла улететь, бросив Валялкина… Я, конечно, поступила неправильно, но кто из нас больше виноват в случившемся? Фактически, у меня не было другого выхода. Хотя кто-то сказал, что он есть всегда, но ведь порой его очень сложно увидеть. Так, Гроттер, возьми себя в руки! Пора избавляться от вечных самокопаний. В конце концов, я уже сделала свой выбор. Осталось лишь его озвучить для других», - Таня закончила свой внутренний монолог перед кабинетом академика. Доведя её до него, сфинкс улёгся перед дверью так, чтобы девушка смогла зайти внутрь, и кинул на неё тяжёлый взгляд, как будто говоря: «И чего мы ждём? Проходи быстрее, пока я не передумал». Глубоко вздохнув, Таня легонько постучала в дверь, чисто из вежливости, прекрасно зная, что могла бы обойтись и без этого, ведь её ждут. Потянув дверную ручку, бывшая магспирантка переступила порог комнаты, которую помнила и любила с детства. «Здесь ничего не изменилось!» - с радостью отметила она про себя, окидывая её взглядом. Гроттер зашла в тот момент, когда пожизненно-посмертный глава Тибидохса пытался справиться с черно-магическими книгами, кидая им в клетку куски мяса. Таня с затаённым смехом наблюдала за его манипуляциями: академик не отличался особым изяществом движений, да и одновременно боролся со своими усами, лезущими во все стороны. - Здравствуй, Таня. Проходи, я давно жду тебя, - неожиданно сказал он, накидывая на клетку с книгами покрывало. От удивления Гроттер вздрогнула, но взяла себя в руки и направилась к столу, возле которого стояли кресла. - Присаживайся, - указывая на одно из них рукой, произнёс Сардапал Черноморов. – Рад тебя видеть, - добавил он после минутного молчания. - Не помнишь, когда я в последний раз был у вас? Если мне не изменяет память, то я заглядывал перед Новым Годом. До сих пор вспоминаю ваши таёжские морозы! И как вы там живёте? Если быть откровенным, то я тогда чувствовал себя Дедом Морозом: учителя, когда узнали, куда я собрался, дали мне с собой кучу подарков для вас, – рассмеялся лауреат премии Волшебных Подтяжек. - Я помню, - подтвердила Гроттер, восстанавливая в памяти истинную причину визита академика: не преддверие праздника, а его взаимосвязь с очередным загулом «любимого» ветеринара… - А к морозам я уже привыкла, не жалуюсь. Академик замолчал, попутно прокручивая на пальце перстень повелителя духов. Таня поняла, что Черноморов испытывает противоречивые чувства. С одной стороны, он понимает, что жизнь Гроттер в течение последних пяти лет была неправильной и нечестной по отношению к ни в чём неповинному ребёнку и ей самой. Директор, похоже, хотел, чтобы произошло чудо, освободившее их от Валенка, но как любой светлый маг, надеялся, что совесть проснётся в Иване, и он станет прежним, добрым и заботливым мальчиком, каким все его помнили с самого первого дня в Тибидохсе. Для академика было загадкой, почему Валялкин изменился после рождения девочки. Почему многоглазка не помогла ему понять, что бесполезно ненавидеть собственного ребёнка только за его неизлечимую болезнь? Куда исчез тот парень, с которым он спокойно отпустил Таню? В тот момент Черноморов считал его путь самым верным для выпускников школы, разделял его мысль о «ложном всесилии». Неужели, он оказался не прав, и Ваня просто не выдержал испытаний лопухоидного мира? Хотя Академик видел, что Валялкин, даже обладая магией, уже тогда тяготился ею и пытался хоть немного жить, как обычный человек. Директор много думал над его проблемой, но не мог ни сколько решить её, да и просто понять причину её появления. С другой стороны, Таня ясно видела, что академик был бы рад любому возлюбленному Гроттер, но только не Глебу Бейбарсову. Он всегда давал ей понять, что тот не любит её, а лишь испытывает страсть: тёмное и ужасное чувство, а не светлую и всепоглощающую любовь. В то время Таня верила ему, но в свете последних событий она была готова спорить с кем угодно, даже с уважаемым ею академиком, что это неправда. Гроттер получила подтверждение, что она для Глеба – любовь и смысл всей его жизни, что он всегда так к ней относился, а не иначе. Она слышала и видела, что он не предал её, узнав о возможном уходе к мужу. Он остался верен ей вопреки всему… А когда она заглянула к нему в душу, то всё стало ясно и очевидно. Таня настолько сильно осознавала правоту своего выбора, что ей казалось, она никогда не была так спокойна и уверена в себе. Ничто сейчас не могло свернуть её с намеченного пути, который вёл к счастливому совместному будущему с Бейбарсовым. Вскоре тишина стала настолько осязаемой и гнетущей, что начала давить на Гроттер и Академика. Видимо, собравшись с мыслями, Черноморов кашлянул, а потом решил начать важный разговор: - Я тут, эээ… хотел уточнить один момент насчёт тебя и… - Не стоит, я имею представление о том, что вы хотите услышать, - перебила Таня несвязную речь академика и продолжила: – Не буду спрашивать, откуда вам всё известно. Скажу одно: это правда. – Я вижу, ты всё решила уже для себя, не так ли? - с отцовской улыбкой спросил он у девушки. - Да, - подтвердила Таня. - Уверена? Не боишься, эээ… совершить ошибку? От некромагов можно всего ожидать… Это же непредсказуемые ребята… Знаменитая драконболистка встала с кресла и смело посмотрела академику в глаза. Сейчас в ней проснулся её категоричный Гроттеровский характер: она была готова отстаивать свою позицию перед всеми, если потребуется. - Я уже совершила одну ошибку, думая, что я поступаю правильно. Второй раз я не хочу упустить своё счастье. Наверное, вы думаете, что я согласилась быть с ним от безысходности и желания вырваться из водоворота своих проблем? Уверяю вас, это не так. Вы жестоко ошибаетесь, - едко подметила она, слегка повысив голос. - Глеб не лжёт мне: он и вправду меня любит. Он не испугался болезни Ангелины, решил её вылечить и нашёл способ! Разве это ни о чём не говорит Вам? Поймите, я видела, что у него творится на душе, многоглазка показала мне. Вы же знаете, что благодаря ей я бы увидела обман. Я была в курсе всех его эмоций и чувств, когда он проходил испытание, не зная, что я наблюдаю за ним. Прошло много времени, прежде чем я перестала сомневаться в нём, начала верить ему. Я знаю лишь одно: если я сегодня не останусь с ним, я буду жалеть об этом всю свою оставшуюся жизнь, - закончила Гроттер. - Ты действительно изменилась за последние дни, - спокойно произнёс глава Тибидохса. – Мне сложно принять твой выбор, я не могу до конца доверять Глебу, учитывая все его выходки. Не спорю, он изменился после ранения, многое переосмыслил в своей жизни. Мир лопухоидов показал ему много нового, дал возможность разобраться в себе, но кто знает, как он поведёт себя дальше с вновь обретёнными силами? Не пойдёт ли по старому пути? - Не пойдёт, я не сомневаюсь в этом. Он по-другому стал оценивать свои силы, да и его клятва… Но важна не она, а его собственное отношение! Он не сломается: он сильнее внутренне сейчас, чем пять лет назад, - Таня улыбалась от радости, которую она испытывала, говоря о Глебе. Пожизненно-посмертный глава Тибидохса, Сарданапал Черноморов, несколько секунд посмотрел на Гроттер, сравнивая её с Таней, которую он помнил. Нет сомнения, что перед ним стояла другая девушка. Казалось, что вернулась прежняя Гроттер, известная благодаря своему железному характеру и силе духа, которого у неё было хоть отбавляй в минуту опасности. Академик увидел её стремление бороться до последнего – то, что он по-настоящему ценил в ней. Сейчас ему приходила на ум только одна мысль: о спящей красавице, пробудившейся от своего долгого сна благодаря поцелую прекрасного принца. Пускай принц вызывал сомнения, пугал и заставлял настороженно к себе относиться, но невозможно было отрицать очевидного – лишь ему одному удалось спасти принцессу. Черноморов встал из-за стола и подошёл к окну, в котором было видно вечернее небо Буяна. Солнце постепенно уходило за линию горизонта, и его лучи на мгновение озарили кабинет директора и его фигуру в окне. - Будь счастлива, девочка моя, - сказал он. – Желаю, чтобы у тебя всё получилось. - Спасибо, - прошептала Таня. - Я верю в тебя. Малютка Гроттер молчала, счастливо чувствуя себя после такого пожелания. - Надеюсь, ты готова начать новую жизнь? Разобралась со всеми своими проблемами? – повернувшись, спросил академик. - Осталась одна – Ванька. Возможно, я поступила подло по отношению к нему, но он… - Не стоит играть в эти детские игры во взрослом возрасте. «Он первый начал, я не виноват!» - такая реплика уместна и простительна, когда ты сидишь и играешь в песочнице, строя куличики из песка, но не сейчас, когда вместо песка у тебя под рукой человеческие сердца и судьбы. Лучше найди в себе силы сказать прямо и сразу, не откладывай на потом: хуже будет обоим, - нравоучительным тоном произнёс Черноморов. -Вы правы. Я сделаю это, когда он вернётся. - Лучше сегодня: подходящий день навсегда расстаться со своим прошлым для того, чтобы начать новую жизнь. - Но он ещё в походе в лесу.. - начала было Таня, но её перебил академик: - Я не зря сказал, что сегодня подходящий день. Считай, что тебе повезло: он уже дома. Поэтому, можешь телепортироваться к нему прямо сейчас. - Жаль, что я не могу сделать это без приключений, - усмехнулась Гроттер, вспоминая свои редкие, но незабываемые опыты с телепортацией. - Не будем забывать, что кто-то из нас умеет вполне приемлемо делать подобный трюк, - директор Тибидохса щёлкнул пальцами, сотворяя телепорт. Таня подошла и порывисто обняла академика, а затем вступила ногой в телепорт, помахав на прощение рукой. Вскоре она растворилась в дымке, не оставив никакого следа своего пребывания в комнате. Лауреат премии Волшебных Подтяжек одёрнул усы, которые пытались снять его очки, и снова сел за свой рабочий стол: работу ещё никто не отменял, даже визит дорогих и любимых бывших учеников.