Уберите от меня ваших драконов!

      Я сладко потянулся, просыпаясь, и попытался улечься поудобнее. Не получилось. Моя рука упёрлась в тело. Определённо, в человеческое тело. Тело басовито всхрапнуло и толкнуло меня в ответ. О Боги, чем я снова заслужил такое: ну хоть раз бы проснуться и обнаружить рядом с собой что-нибудь женского пола, очаровательного вида и, желательно, принцессо-даэдрической сущности? Так нет же, снова просыпаюсь в обнимку с каким-то мужиком. Хорошо хоть, с одетым мужиком, нда…       Осторожно, подавив приступ паники и зарождающееся желание заорать (вовремя вспомнил о своих новых способностях), я повернулся к телу лицом и уставился на ярла Вайтрана собственной персоной. И не смог сдержать хихиканья: да я, оказывается, тот ещё проститут, попал в таны через ярлову постель. Ну, или в постель через звание тана, это пока непонятно. Балгруф сладко спал, сложив ладони под щекой. И хотя, признаюсь, выглядело это довольно умилительно, я всё же легонько похлопал его по плечу. Он поворчал недовольно, но глаза открыл и уставился на меня бессмысленным спросонья взглядом (а может, помоги нам Девять, взгляд у него всегда такой?).       – Вы что тут делаете? – шепотом поинтересовался я.       – Сплю, – зевнул ярл. И добавил безапелляционно: – И ты спишь. Молча спишь, никому не мешаешь.       – Но… – Я растерялся. – Почему вы в моей постели? В смысле, я горд оказанной честью, и всё такое…       – Вообще-то, это ты, придурок, в постели ярла, – откуда-то из-за широкой Балгруфовой спины раздался голос, который мне совершенно точно не хотелось слышать с утра пораньше. И в любое другое время тоже, честно говоря.       – Айрилет!? – подскочил я. – А ты что тут делаешь?       Балгруф жгуче покраснел, а данмерка невозмутимо заявила, что долг хускарла – быть со своим хозяином днём и ночью. Я переварил эту информацию и кое-что вспомнил.       – Э-э, а где эта, как её, Лидия?       – Я твой меч и твой щит, тан, – глухо донеслось откуда-то из-за спин Балгруфа и Айрилет, с другого края огромной ярловой кровати.       – Что здесь вообще творится? – ошарашенно поинтересовался я.       – Ты вчера завалился спать на постель ярла, даже, свинья, сапоги не снял, – любезно пояснила данмерка. – Лидия устроилась рядом. Когда мы… Когда ярл хотел лечь спать, ты отказался слезать. Напомни мне сказать Провентусу, чтобы он оштрафовал тебя за оскорбление власти словом и даже попытку оскорбления действием.       – Я хоть не Драконьим словом вас оскорбил? – виновато спросил я у Балгруфа. Он только поморщился.       – Пытался, – ответила за него Айрилет. – Мы тебе рот подушкой заткнули. Но слезать с кровати ты, гад, всё равно отказался. Спать пришлось всем вместе.       Я потряс головой, но реальность и не думала снова становиться нормальной: ну да, с детства придурок, а с недавних пор ещё и Довакин Локир валяется, без штанов, кстати, героически погибших во вчерашней битве с драконом (хорошо, что хоть брэ* остались на мне), в постели ярла Вайтрана. В компании этого самого вышеуказанного ярла и двух, не буду отрицать, по-своему привлекательных дам. О божечки, и почему я не испытываю чего-нибудь, хоть отдалённо напоминающего счастье? Я застонал и попытался накрыть голову какой-то мятой тряпкой. Кажется, это был парадный плащ Балгруфа. Впрочем, следовало проверить ещё одну версию.       – Ущипните меня, – жалобно попросил я. – Мне снится очень странный сон.       – Я рада выполнить любой приказ моего тана, – тоном, исполненным жизнерадостного идиотизма, заявила Лидия, и, судя по звукам, поползла ко мне напрямую, по телам ярла и данмерки. Кажется, она так и спала в тяжёлой стальной броне.       – Я тебя сейчас так ущипну, придурок, – злорадно заявила моя красноглазая радость и включилась в борьбу за доступ к моему организму. Балгруф, который оказался полем боя двух хускарлов, застонал. Я застонал громче.       Боги, вы могли бы выбрать любую из моих многочисленных просьб, чтобы выполнить их с такой результативностью. Перевыполнить, я бы даже сказал – меня одновременно ущипнули трое. За локоть, за плечо. И за задницу. И последний щипок совсем не походил на невинную шалость. Я бы сказал, это была очень даже виноватая шалость.       Я заорал и кубарем скатился с кровати. На меня уставились все трое, и на лицах было примерно одинаковое выражение ехидства. Скамп. Что-то мне не нравится ни один из вариантов.       – Кто это сделал? – грозно вопросил я.       Балгруф и обе хускарлы сделали вид, что не понимают, о чём я говорю.       – Я просто исполняла приказ тана, – чистосердечно сказала Лидия. А не слишком ли чистосердечно?       – Я, и с огромным удовольствием, – одновременно с ней заявила Айрилет, нагло ухмыляясь. А может, это она? О божечки, за что?       Балгруф молчал и задумчиво улыбался. О нет, нет и нет!       Кажется, у меня развилась сексуальная паранойя. Но ведь кто-то из них ущипнул меня за зад?! Та-ак. Пора валить. Давно пора валить. Недели две как пора.       Я ошеломлённо огляделся – сначала мне показалось, что в покоях выпал снег. Я поднял одну «снежинку» и удивлённо спросил:       – Вы тут кур ощипывали, изверги?       – Говорю же, рот тебе подушкой заткнули, когда ты кричать собрался, – буркнула Айрилет.       – Тремя подушками, – уточнил Балгруф. – Здоров же ты орать!       Я только молча хлопал глазами – не знаю, как там выйдет с драконами, но подушки точно будут теперь меня бояться. Лихо я с ними расправился, не приходя в сознание!       – Ты бы хоть штаны надел, – посоветовал мне ярл, когда я уже подошёл к двери, спеша покинуть этот приют безумия и, возможно, разврата.       Я даже растерялся – ближайшие известные мне штаны лежали в моём рюкзаке, в оплаченной на сутки вперёд комнате в «Гарцующей кобыле». И почему я, дурак, не вспомнил об этом вчера?       – В Вайтране есть древняя традиция, – хмыкнув, выдал Балгруф. – Ярл дарит отличившемуся герою оружие или доспех из своей личной оружейной. Награждаю тебя, Локир, победивший дракона, моими собственными штанами.       Каюсь, я решил, что он сейчас начнёт снимать мою награду с себя. Но Девять милостивы, обошлось.       – Выбирай любые, в шкафу всяких полно. И, так и быть, рубаху тоже можешь взять, какая поплоше, – смягчился ярл.       – Вы хоть отвернитесь, – буркнул я, подходя к вышеуказанному шкафу.       Вся троица, развалившаяся на постели, дружно расхохоталась.       – Если ты забыл, Локир Победитель дракона, тебя в таком виде вчера весь город после битвы приветствовал, – сообщила мне Айрилет. – Поздновато скромняшку изображать.       Я, грязно ругаясь, переодевался, ярл и хускарлы хихикали. Между прочим, Балгруфова одёжка оказалась мне великовата, но не то чтобы сильно. Я, ни на кого не глядя, прошмыгнул наружу.       Конечно, поглазеть на мой променад позора собрались все бездельники и лоботрясы, в изобилии населяющие Драконий Предел. Ещё бы, новоиспечённый тан с утра пораньше пытается тихо смыться из ярловой спальни, одетый в шикарные, но явно чужие штаны и рубаху. Нда, ситуация. Покраснев до корней волос, я позорно сбежал.

***

      Я с наслаждением плескался в каменном бассейне у подножия лестницы, ведущей в крепость. Это зрелище поначалу тоже собрало толпу зрителей, состоящую преимущественно из лентяев, по недоразумению называемых стражей. Но с этой публикой я не церемонился, просто фуснув на них, и наслаждался гигиеническими процедурами в относительном уединении.       – Я твой меч и твой щит, тан, – неожиданно рявкнули у меня над ухом. Я с перепугу ушёл с головой под воду. Мой личный хускарл тут же бросилась меня спасать. В тяжёлой броне, да. Короче, я кое-как выволок Лидию на каменный бортик, поминая известную всему миру сообразительность нордов. Кажется, мне достался один из лучших представителей породы.       – Ты теперь всегда будешь за мной хвостом ходить? – спросил я у моей доблестной спасительницы, когда она слегка отдышалась.       – Я буду рядом днём и ночью, – заверила меня Лидия, – и всегда готова выполнить любой приказ моего тана.       Ну просто невозможно было удержаться.       – А если я прикажу не выполнять мои приказы, как ты поступишь? – ехидно поинтересовался я.       Лидия застыла. Её глаза сошлись к переносице, на лбу проступили вертикальные морщинки, а челюсть задвигалась сама по себе, выполняя жевательные движения. Та-ак, понятно, значит, вот так выглядит выражение, символизирующее напряжённые раздумья. Я похлопал её по бронированному плечу и отправился в Драконий Предел. Я, честно говоря, надеялся там пожрать на халяву. Лидия так и осталась стоять на месте. Размышляла, умница моя.       Ни вонь, к которой я уже почти привык, ни любопытные взгляды окружающих не испортили мой здоровый аппетит. Зато это вполне удалось Провентусу, управителю ярла.       – Доброе утро, – ехидно ухмыльнулся этот гад. – Надеюсь, ночь прошла… э-э… продуктивно?       Я проигнорировал эту провокацию, не отвлекаясь от своего любимого вида подвигов – сражался с жареной куриной ножкой. Авениччи не отставал.       – Тебе, как тану Вайтрана, дарована величайшая привилегия – искушающе затянул он. Та-ак, эту шутку я знаю, поведёшься – и купишь за бешеные деньги каджита в мешке. Или, что хуже, отдельные части каджита, если вы понимаете, о чём я. От дохлого кота уши, я имею в виду. Потому я продолжал невозмутимо жевать: этим хищникам нельзя показать даже малейшей заинтересованности, налетят что твои рыбы-убийцы.       – Только у тебя, наш бесстрашный защитник, наш любимый Довакин, есть уникальная возможность за символическую, просто смехотворную сумму, купить прекрасный дом в лучшем из городов Скайрима, а значит, и всего мира.       И вот тут я дрогнул. Мысль о собственном доме была ошеломляющей. Она была восхитительной, невероятной, превосходящей мои самые смелые мечты. Мой собственный дом! И не в какой-то дыре, а в Вайтране! И я дал слабину.       – Почём? – старательно скрывая заинтересованность, спросил я.       – О, мы предусмотрели скидки, совершенно уникальные акции, и даже специальный тариф «Только для Довакинов»! Вы приобретаете дом в несколько раз дешевле его реальной цены! Уютный район города, рядом магазины, развитая инфраструктура, до конной станции – пять минут пешком!       – Почём? – повторил я. Денег мне, само собой, не хватит, особенно учитывая «акции, скидки и специальный тариф для Довакинов». В моём рюкзаке, запертом в «Гарцующей кобыле», аккуратно расфасованные по мешочкам, лежат две с небольшим тысячи септимов. Всё, что нажито непосильным трудом. Но дом захотелось просто непреодолимо.       – За символическую сумму в пять тысяч монет! – обрадовал меня ушлый имперец.       – Ты продаёшь мне Драконий Предел? – демонстративно возмутился я. – Тогда делай ещё скидку: у вас тут воняет просто ужасно.       – Зачем тебе эта крепость? Ты хоть представляешь, сколько стоит её протопить и содержать, да и расположение, честно говоря, не самое удобное. Моё предложение гораздо лучше – уютный, но просторный двухэтажный особняк в жилом районе Вайтрана, в котором можно с комфортом, но без лишних затрат, безбедно существовать как одинокому герою, так и молодой семье, например, если надумаешь жениться. Я предлагаю тебе «Дом Тёплых Ветров»!       Я разочарованно вздохнул. Знаю я эту хибару, там такие щели, что дверь не нужна, и пустует он уже лет десять, не меньше. Впрочем, на что-то другое рассчитывать глупо.       – Две тысячи, – отрезал я. Провентус только покачал головой. – Тогда буду жить здесь, в комнате ярла, сам с ним разбирайся!       – Ну, мы могли бы рассмотреть варианты, – засуетился напуганный моей угрозой управитель, – Можно, например, оформить Ипать-Теку**.       – Что оформить? – не понял я.       – Ипать-Теку, – повторил Провентус. – Покупаешь жильё сейчас, а деньги отдаёшь постепенно, по частям. Пропустишь взнос – лишишься дома. Почти как Кради-Т.       – Сойдёт, – решился я. – Какие условия?       – О, по специальному тарифу, для лучших друзей, – зубасто улыбнулся этот ушлый гад. – Две тысячи первый взнос, остальное в рассрочку на пять лет, всего под тридцать процентов годовых, плюс комиссия за обслуживание Ипать-Теки, плюс пеня за просрочку платежа…       – Тебя бы на дракона выпустить, – разозлился я. – Он бы сам от таких условий повесился! Побойся Богов, Авениччи, какие тридцать процентов?!       – Ну, если ты найдешь поручителя или хотя бы ценный залог, можно снизить ставку, – задумался этот кровопийца. Я тоже задумался. Возможный ответ нашёл меня сам.       – Я твой меч… – уже привычно рявкнула Лидия. Я впервые ей обрадовался.       – Вот мой поручитель! – гордо заявил я управляющему.       – Хускарлам нельзя, – непреклонно возразил он. – Какие-то они недолговечные.       – Тогда в залог её возьми, она ведь очень ценная, не правда ли, Лидочка, золотце ты моё? Пудов, пожалуй, на пять потянет это золотце.       – Людей в залог не берём, – отрезал этот гад. – К тому же она сожрёт за пять лет больше, чем стоит.       – Так она не человек, она – мои меч и щит, – предпринял я последнюю жалкую попытку. – Подтверди.       – Я твой меч и твой щит, – согласилась Лидия. Не прокатило.       Я уже почти впал в отчаянье, когда из ярловых покоев выбрались наконец Балгруф и его верный хускарл.       – Айрилет, душа моя, – мой голос сочился мёдом. – Не хочешь побыть поручителем?       – Это как-то связано с отрыванием тебе яи… языка? – ласково переспросила эта зараза. – Нет? Тогда не хочу.       Вот и накрылся мой дом пустым ведром… Стоп. Идея здорово отдавала безумием, но именно такие и приносят в последнее время хоть какой-то результат. Я подманил к себе Лидию и принялся шептать на ухо указания.       – Пустую? – переспросила мой хускарл. Я мысленно зааплодировал: знавал я особей нордской породы, которые подобными мелочами не озадачивались.       – Да как получится, – я пожал плечами и злорадно ухмыльнулся. – Можешь даже ночной горшок найти.       Лидия кивнула и отправилась выполнять поручение, а я остался отвлекать заскучавшего управителя.       – Не обращай внимания, Провентус, дружище, – тепло улыбнулся я ему. – Это просто наши скучные геройские разговоры, к тебе не имеющие никакого отношения. Лучше расскажи мне ещё об этой вашей Ипать-Теке, чтоб ей пусто было.       Я слушал и восхищался. До чего дошла цивилизация! Вот в былые времена ярловы люди просто грабили, убивали и насиловали подданных, а теперь, согласно заново открытой двемерской науке Иго-Гномике, Ипать-Теку придумали. Вроде бы почти то же самое, а все, кажется, довольны, нда… Задумавшись, я почти пропустил триумфальное возвращение Лидии с найденным ею трофеем. Она тихонько кхекнула из-за спины Авениччи, привлекая моё внимание.       – Давай! – крикнул я ей, прерывая восторженную речь управителя о том, какие выгодные условия по Кради-Ту для развития бизнеса он предложил своей родной дочурке.       И Лидия дала. О божечки, как она дала! Все обитатели Драконьего Предела, включая ярла и стражу, затаив дыхание, смотрели, как моя бронированная девочка резко надела на голову Провентусу бадью, действительно оказавшуюся чьим-то ночным горшком, да ещё и налегла сверху, не позволяя бедолаге скинуть этот головной убор.       – Прекратите немедленно, это преступление! – глухо завопил из-под бадьи управляющий. Я только ухмыльнулся и окликнул стоящего рядом стражника:       – Перечисли-ка нам, уважаемый страж правопорядка, все уголовно наказуемые деяния на территории владения Вайтран.       – Не нападай первым, не воруй, – начал загибать пальцы он, – не будь вампиром, не превращайся в волка… э… при свидетелях. О, не трогай куриц, конечно. Вроде, всё.       – Слышал, Авениччи? – радостно спросил я у управителя. – Ни слова про ведро на голове! Вот теперь давай поговорим о процентах по Ипать-Теке.       Ну, что я вам могу сказать – этот способ ведения переговоров оказался очень успешным. Для одной из сторон, той, которая не бухтит из-под ночного горшка. Минут через пятнадцать я стал счастливым обладателем дома в Вайтране и абсолютно беспроцентной Ипать-Теки. О том, что мне нужно где-то раздобыть недостающие три тысячи септимов, и первый платёж уже через две недели, я решил пока не думать. Обойдётся как-нибудь. Как в древней притче – за это время дракон может сожрать либо меня, либо управителя, либо вообще дом спалит, нда…       – Но за ремонт и мебель заплатишь полностью, – злорадно буркнул освобождённый управитель, подписав все документы, и бросил мне тоненькую книжку в дорогой обложке. – Каталог. Цены указаны.       Я посмотрел было на Лидию, всё ещё державшую в руках лучший в мире переговорщик – бадью, но встретился взглядом с нахмурившимся ярлом и передумал.       – Ну и ладно, – вздохнул я. – Были бы стены да крыша над головой, а уж с мебелью как-нибудь разберёмся. Вам, кстати, всё ещё нужен этот старый облезлый стул?       Та-ак, кажется, я перегнул палку – вряд ли стоило так отзываться о Балгруфовом троне… Пожалуй, нам с Лидией пора. Несмотря на то, что большинство обитателей крепости здорово зауважали меня за умение вести переговоры, недовольные тоже имелись.       – Лидия, золотце, пойдём посмотрим наш новый дом, – окликнул я своего хускарла. – Заодно заглянем в «Кобылу», заберём мои вещи, да и первый взнос за дом надо Провентусу отдать, а то он, кажется, даже и не вспомнил про деньги.       – Эй, придурок, ничего не забыл? – ну вот, Айрилет уже по мне соскучилась, бедняжка, а я даже уйти не успел.       – Штаны, рубаха, – пересчитал я своё имущество, потом ткнул пальцем в Лидию. – Щит и меч. Вроде всё. Если ты про прощальный поцелуй, то извини, радость моя, вся предыдущая ночь была ошибкой…       Вы когда-нибудь видели, как данмеры бледнеют от ярости? Обязательно посмотрите, но не повторяйте моих ошибок – наслаждайтесь этим зрелищем с безопасного расстояния, нда…       – Лидия, фас! – истошно завопил я, прячась за бронированной спиной моего хускарла от медленно приближающейся к нам разъяренной телохранительницы ярла.       – Айрилет, фу! – одновременно со мной рявкнул Балгруф, вставая со своего трона.       Бешеная данмерка заворчала, но послушалась. О божечки, до чего же хорошо быть Довакином и вообще необходимой личностью. Вот если бы ещё драконы не прилагались ко всем этим пряникам…       – Кажется, я начал понимать, что ты имела в виду, Айрилет, называя его ходячей неприятностью, – буркнул ярл, подходя к нам. – Но это недоразумение нам ещё понадобится. Его призвали Седобородые.       – А может, по частям его туда пошлём? – нехорошо прищурясь, спросила у него данмерка.       К моему ужасу, Балгруф задумался. Та-ак, кажется, кого-то занесло на поворотах, и этот кто-то слегка переоценил свою значимость.       – Нет, – с сожалением ответил ярл. – Вдруг он им живым нужен?       Я отчаянно закивал – конечно, живым, я вообще всем живым нужен, сообщите об этом, пожалуйста, бандитам, драконам и прочим агрессивным созданиям!       – Так и быть, сегодня отдыхай, – смилостивился Балгруф. – Но чтобы завтра ноги твоей в Вайтране не было!       – И прочих частей тела тоже, – вставила Айрилет.       – И пусть эту ненормальную с ведром забирает, – пискнул Провентус из-за их спин. Умею я заводить друзей, что тут скажешь.       – Но если ты не пойдёшь прямиком на этот, как его там, Хротгар, я тебя… – Айрилет, душа моя, как всегда вспомнила о самом неприятном.       – Да знаю, – отмахнулся я. – Язык вокруг шеи и всё такое прочее. Прости, радость моя, но есть теперь зверь пострашнее тебя.       – Дракон? – предположил Балгруф.       – Ипать-её-Тека, – вздохнул я. – Куда же я теперь денусь-то?       И под злорадное хихиканье Провентуса я отправился смотреть свой – свой собственный – дом.

***

      Дом был прекрасен. Я имею в виду, что это определённо лучший из принадлежащих мне домов. Особенно учитывая, что это единственный принадлежащий мне дом. Нет, там, конечно, не то чтобы было очень уж уютно, и не то чтобы шикарно, но ведь это был мой дом, и пусть никто (кроме меня, конечно) не смеет этот дом ругать!       На первом этаже было… ну, скажем, просторно. Правильно, я всегда придерживался стиля «минимализм» (честно говоря, не то чтобы это был мой сознательный выбор, нда). Посреди большого зала, целиком каменного, кроме потолка, сиротливо расположился пустой очаг. На второй этаж вела не особо надёжная на вид лестница, а под ней притулился доверху забитый ветхими пустыми ящиками чуланчик. Собравшись с духом, я всё-таки решился подняться по ступеням. Не в пример древним нордским постройкам, эта лестница выдержала не только меня, но и весьма упитанную Лидию вместе со всей надетой на неё сталью. Просто эта постройка была слегка – но не то чтобы сильно – поновее кургана Холодных Водопадов, я думаю. Покатая крыша, она же – стены второго этажа, встретила нас огромными щелями. Повсюду гуляли сквозняки, шевеля густую паутину. Я решил, что у того оригинала, который назвал это жилище Домом Тёплых Ветров, было весьма специфическое чувство юмора.       Впрочем, тут имелось некое подобие кровати, заваленное прелой соломой и сверху прикрытое драной и пыльной шкурой редкого (по крайней мере, я таковых больше не встречал) зверя.       – Шикарно, как покои Балгруфа, – фыркнул я себе под нос.       – Не думаю, – неожиданно отозвалась Лидия.       – Это заметно, – тихонько прокомментировал я. Боги, ну за что вы так со мной – мало мне было сначала на всю голову героя Хадвара, даже в одиночку ходящего строем, а затем – взбалмошного босмера со специфическим чувством юмора, так теперь ещё и это?! Бронированная бабища с кулачищами что моя башка, не способная понять самую жалкую вымученную шутку (в смысле, Лидия не способная, а не моя башка). Жуть.       Впрочем, на втором этаже мы обнаружили ещё одну комнатку, маленькую и на удивление уютную. Узенькая койка была застелена чистым покрывалом, у стены стоял прочный на вид комод, даже кое-какие милые мелочи кто-то заботливо развесил по стенам.       – Это комната хускарла, – бескомпромиссно заявила Лидия, не дав мне и рта раскрыть. – Тану положена большая спальня.       – Ну, вообще-то, я скромный, – мило улыбнулся я. – Мне вполне достаточно и этой комнатёнки. Лидия молча выставила меня за дверь. Вот и поговорили. И тот малозначительный факт, что это – мой дом, был полностью проигнорирован.       Посокрушавшись, я принялся приводить жилище в более пристойное состояние. Хватило меня, однако, только на то, чтобы выволочь гнильё с кровати и свалить его в кучу за домом. А следовало ещё смести паутину, отмыть всё сверху донизу, убрать из чуланчика ветхие ящики, в которых крысы и прочие паразиты гнездились не то что семьями – городами, кажется***. Та-ак, к такой работе я, оказывается, приспособлен не лучше, чем к разного рода подвигам. Следовательно, надо найти дур… добрую душу, которая сделает уборку за меня, я считаю. Попробуем для начала вариант попроще.       – Лидия, золотце, а разве в обязанности хускарла не входит поддержание порядка в доме своего тана? – издалека начал я.       – Поддержание, – кивнула она. – Именно в таком состоянии, в каком он есть.       – То есть у меня мало надежды на то, что ты сейчас возьмёшь швабру и приведёшь дом своего тана в пригодный для жизни вид? – кляня про себя так некстати проснувшуюся в ней сообразительность, заискивающе переспросил я.       – Никаких шансов, – отрезала эта непреклонная женщина, и, усевшись на пустой ящик, принялась меланхолично жевать. Я опять упустил момент и не рассмотрел, откуда она всё время достаёт еду. Как-то плохо мне представляются карманы в стальных доспехах, нда.       Повздыхав тяжело, в тщетной надежде пробудить в хускарле если не совесть, то хоть жалость, я отправился на улицу искать себе помощников. Лидия, само собой, увязалась за мной. Самые актуальные вопросы – пыль и ящики, вот с них и начнём.       Я окинул взглядом окрестности своего нового дома. Врать не буду, взгляд задержался на интересных формах Адрианны, симпатичной дочурки ушлого Провентуса, по совместительству – местного кузнеца. Впрочем, для моих коварных целей Адрианна, упёртая и прямая, что её молот, не подходила. А вот на другой стороне улицы возвышался «Пьяный охотник», не то магазин со всем подряд, не то дешёвая забегаловка. И владели им, если мне память не изменяет, два братца-босмера. Просто подарок Богов, я считаю.       Свистнув Лидии – буду приучать её к таким командам, – я отправился обстряпывать свои коварные делишки. Тот из братцев, что носил причёску на нордский манер, отирался за стойкой. Второй, насколько я помнил, вечно шлялся по лесам, стреляя зверушек, или торговал добычей на главной площади. Если я ещё не разучился думать, он очень скоро будет здесь.       Мы поболтали с босмером о пустяках, я передал ему привет от Фендала, даже сделал вид, что рассматриваю кое-что из его товаров. Потом обронил словно бы невзначай, что, слава Богам, успел-таки купить Дом Тёплых Ветров.       – Зачем тебе эта куча… В смысле, поздравляю с удачной покупкой, сосед, – быстро поправился мой собеседник.       Я окинул его заговорщицким взглядом, недоверчиво огляделся по сторонам и, поманив его поближе, зашептал:       – Там где-то спрятана карта сокровищ! Предыдущий владелец нарисовал её не то на стенах, не то на полу, а может, и вовсе на потолке. Но там такой слой пыли и паутины, что ничего нельзя рассмотреть. Вот вечером займусь уборкой – и горы золота, россыпи драгоценных камней, редкие двемерские артефакты – всё станет моим! Только бы никто раньше меня карту не нашёл, а то сокровища где-то совсем рядом с Вайтраном, но очень уж хитро спрятаны. Ох, как бы не увели их у меня из-под носа.       Я внимательно посмотрел на босмера – сработало, кажется. Осталось добить.       – Жаль, что мне срочно нужно в Драконий Предел, – мой вздох был почти непритворным. – И пожалуйста, присмотри на это время за моим домом, а то замок сломался.       Торговец радостно закивал и спросил, старательно скрывая интерес, надолго ли я иду к ярлу. Я прикинул масштаб уборки и вздохнул.       – Вернусь как стемнеет, не раньше.       – А ты не мог бы по дороге к крепости передать моему брату, чтобы он со всех ног бежал сюда? – невинным, как у меня самого, голосом попросил он. – Мне срочно нужно передать ему… э-э… привет от Фендала, да.       – Запросто. А ты мне не одолжишь лист бумаги и уголь? – попросил я. Торговец только кивнул – мечты уже унесли его очень далеко. И я даже примерно догадывался, куда именно…       Я быстро написал крупными печатными буквами:       «Продаются замечательные, почти новые пустые ящики. Недорого. Обращаться к Локиру (Довакину) в Дом Тёплых Ветров. ПыСы. Если меня нет дома, а дверь не заперта – ищите в Драконьем Пределе».       Подумав, я зачеркнул «не» в слове «недорого». Стало даже лучше. Гордый собой, я отправился прямиком на торговую площадь, где и прикрепил сей шедевр рекламного искусства прямо на дверь лавки Белетора. Потом отправил босмера-охотника, слегка уже подвыпившего, к брату, в одноимённый магазин. Посчитав, что день добрых дел на сегодня завершён (а кто сказал, что добрые дела нельзя делать для того, кто больше всех в этом нуждается, то есть для некоего умного и харизматичного героя Локира?), я всё-таки направился под ярловы очи.       – Э-э, тан, – зашептала мне Лидия. – А вы уверены, что это разумно? Ну, мы же дверь не заперли, а там ящики ценные, и карта сокровищ.       – Лидия, золотце, надо доверять людям, – назидательно сказал я. – И босмерам тоже. Боги любят доверчивых.       В Драконьем Пределе, конечно, изрядно воняло, зато там уже накрывали к обеду столы.       – Кушай, Лидия, – широким жестом предложил я хускарлу. – Халява.       Я объяснил всем, что благодарные горожане сейчас приводят мой дом в более достойное состояние, и поэтому мы с Лидией пока тут поживём. Не то чтобы это известие вызвало бурную радость окружающих, но нас хотя бы не выгнали.       Я забрался в кресло куда-то ушедшего Фаренгара и пытался чем-нибудь себя занять. В кармане завалялся одолженный босмером уголь. Я подхватил с рабочего стола мага какой-то клочок бумаги и отдался во власть творчеству.       Сочинять стихи – нелёгкая работа, скажу я вам. Батальные и героические темы меня сегодня не вдохновляли, из романтики я вырос давным-давно, и я решил сочинить что-нибудь… ну, в общем, про Айрилет. Я развалился поперёк кресла и в задумчивости прикусил губу. Нужна первая фраза, а дальше как-нибудь само пойдёт. С чего бы начать? «Прихожу я однажды в Драконий Предел». Хмм, а неплохо… Я записал, и дальше всё правда пошло само, честное слово. Целая песня получилась, и я её даже исполнил, драматично подвывая в нужных местах: Прихожу я однажды в Драконий Предел, Чтобы ярлу сказать, что дракон прилетел. Что драко-о-он прилетел... Вот Провентус, вот Балгруф на троне скучает, Стража спит на посту, дети в ляпы играют. Дети в ля-а-апы играют... Что за леди, Азура, неужели тут ты? Подхожу. Никогда так не рвались мечты. Так не рва-а-ались мечты... На высокой площадке стоит истуканом Рядом с троном суровая серая дама. Суровая се-е-ерая дама... Вот же, старая (да, ей уж семьдесят лет)! Заприметив, узнала меня Айрилет. Узнала меня-а-а Айрилет... Айрилет, Айрилет, Айрилет, Никого страшней на свете нет! Айрилет, Айрилет, Айрилет, Никого страшней на свете нет! Подойдя, преграждает мне путь Айрилет. Говорит, что сюда мне заказан билет. Мне зака-а-азан билет... Не пускает, твердит, как посмел я явиться, На глазах её красных опять появиться. Опя-а-ать появиться...       – Поёшь ты отвратительно, – я, увлёкшись, даже не заметил, что обзавёлся благодарной публикой. Ну, как благодарной… Ойкнув, я проблеял: Айрилет, Айрилет, Айрилет, Никого милей на свете нет!       Вы, наверное, заметили, что последнюю строчку припева я исполнил в этот раз чуть-чуть по-другому? А вот Айрилет не заметила. Когда она двинулась в мою сторону, я приготовился драпать со всех ног, но данмерка только вздохнула и уселась на край Фаренгарова стола. Ссутулившись, опустив плечи, она вдруг стала выглядеть очень уставшей и совсем не опасной.       – Может, хватит уже, а, Локир? – тихо, не глядя на меня, спросила Айрилет.       Я молчал, не находя слов. Вот к такому я точно не был готов. Я хочу сказать, что когда она ругается и норовит покрошить меня в капусту, я хотя бы знаю, как реагировать. То, что происходило сейчас, просто не укладывалось в голове.       – Знал бы ты, как меня это всё достало, – тоскливо протянула она. – Эти твои вечные шуточки, показная придурковатость. Ну не хочу я больше тебя тиранить, пойми же ты. И веди себя наконец как нормальный взрослый человек!       – Ну, знаешь ли, – выдохнул я. – Не я это всё начал!       – Ты опять за старое? – яростно блеснула она глазами.       – Нет! – взбесился уже я. – Когда-то я писал тебе совсем другие стихи, но жизнь и твои кулаки прочно выбили из меня эту дурь!       Айрилет замолчала. Потом сказала тихо, с непривычными мне виноватыми нотками в голосе:       – Наверное, я тогда была слишком… резкой, Локир. Но твои ухаживания – да надо мной весь Вайтран хохотал.       – Как умел, – огрызнулся я. – Но ты…       – Всё, хватит. Я и сейчас ответила бы тебе то же самое, просто, может, другими словами. Но ты ведь не спросишь?       – Нет, не спрошу. – Я помолчал. – Это и правда была блажь, ребячество. Забыли?       – Забыли, – с облегчением согласилась данмерка. – Значит, я могу больше не гоняться за тобой, выкрикивая угрозы, чтобы ты делал то, что должен?       – Да пойду я на этот скампом траханный Хротгар, – тяжело вздохнул я. – Всё я понимаю, просто боюсь. Всего боюсь, понимаешь?       – А ну-ка, солдат, выше нос! – вот теперь я понял, почему за ней шли люди, даже и на верную смерть: так резко перейти к воодушевлению не каждому дано. – Ты выжил в схватке с двумя драконами, одного даже завалил, ты дрался, как зверь, даже лучше – как данмер! Мир ещё узнает о тебе, Локир!       Я хмыкнул. Как ни удивительно, но вся эта чушь действовала – мне захотелось расправить плечи, грозно блеснуть очами, взмахнуть мечом… Нда. Правда, желательно всё это проделывать, не вылезая из безопасной крепости.       – Лидия за тобой присмотрит, она хорошая девочка, и не так проста, как кажется, – улыбнулась Айрилет. – Я бы и сама с тобой пошла, но как я ярла в такое время оставлю? Удачи тебе, Локир.       Я смотрел, как она уходила, и сердце всё-таки немного щемило.       – Рил… – тихо шепнул я. – Рил…       Никогда ещё я не осмеливался так сокращать её имя вслух. Но про себя, в мыслях, только так и называл когда-то, сокращая агрессивно-колючее "Айрилет" до ласкового и певучего "Рил". Нда. Если она услышала, то виду не подала. Я немного посидел в кресле, собрал кусочки давным-давно разбитого сердца, и снова превратился в неунывающего придурка и изрядного труса Локира. Правда, для этого пришлось как следует треснуть себя по морде.       – Вам помочь, мой тан? – ехидно поинтересовалась Лидия. О божечки, да у нас сегодня прямо день «узнай, как Локир ошибся в оценке окружающих»! Ну, или они просто сговорились, и хотят, чтобы я умер от удивления.       – Сам справлюсь, – буркнул я. Лидия пожала плечами и попыталась вновь напустить на себя выражение традиционной нордской, скажем так, сообразительности. Поздно, золотце, мне тебя сдали.       – Пойдём, щит и меч, – скомандовал я. – Нас ждут великие дела!       – Мы отправляемся биться с драконами? – не поверила она.       – Хуже, гораздо хуже, – подмигнул я. – Мы идём бухать.       На выходе из крепости я почти столкнулся с Провентусом. Управитель зло на меня зыркнул и отшатнулся. Я даже почувствовал себя слегка перед ним виноватым. Ну, раз уж день сегодня такой…       – Провентус, – мягко сказал я. – У вас на галерее, за третьей колонной справа, есть незаметная, но глубокая ниша, завешенная гобеленом. Посмотри, там, кажется, что-то издохло. А то совсем дышать нечем.       – Откуда ты знаешь? – настороженно спросил он.       – Загадочный довакинский дар, – не оборачиваясь, пояснил я. И, не дожидаясь дальнейших расспросов, вышел на воздух.       Лидия хихикнула.       – Надоело дурой прикидываться? – спросил я у неё.       – До ужаса, – согласилась хускарл. – Аж щёки болят от попыток не рассмеяться.       – Ну вот и ладненько, – жизнь, кажется, начинала налаживаться. – Пойдём посмотрим, как у нас дома убрались, а потом напьёмся.

***

      Возле дома нам навстречу попались Белетор с помощником. Оба, сгибаясь от тяжести, волокли штук по пять пустых ящиков.       – О, Довакин, – искренне (мне бы так научиться) обрадовался бретон. – А я вот шёл к тебе насчёт ящиков поговорить, а тут, гляжу, прямо на улице точно такие валяются, дай, думаю, приберу, чего добру пропадать…       Я только кивнул, Лидия хмыкнула.       Из щели на втором этаже нашего дома торчал босмер. Половина босмера. Слава Богам, верхняя половина.       – Приглядываешь, сосед? – поинтересовался я.       – Приглядываю, – обречённо согласился он. И грустно добавил: – А карты нет.       – Да ладно? – удивился я. – Значит, мне наврали. Обидно.       – Может, его вытащить? – сердобольно предложила Лидия.       – Эта порода сама везде без мыла пролезет, – отмахнулся я. – Да и потом, пусть висит, щель затыкает, глядишь, сквозить меньше будет.       Босмер обиженно засопел и всё-таки выбрался целиком, скатился вниз и юркнул в свой магазин. Мы с Лидией зашли в дом. Я даже присвистнул – чистота невероятная, весь хлам выволокли, остались только кровати на втором этаже и тяжёлый сундук. Моя хускарл скинула на него мешок с драконьими костями и мой походный рюкзак. Я, кстати, о своих пожитках совсем забыл за всеми этими дневными разговорами. Только вот где их теперь хранить? Не на Глотку Мира же волочь с собой? Я оглядел сундук и вынес вердикт:       – Сопрут. За нами ещё ворота не закроются, как сопрут.       – Сопрут, – согласилась Лидия. – Вместе с сундуком.       Короче, меня осенила очередная безумная идея. В сгущающихся сумерках мы с хускарлом, пыхтя, принялись копать яму за домом. Аккуратно сложив туда драконьи кости, мешочек с золотыми и серебряными безделушками и прочую надёжно завёрнутую в промасленную ткань мелочёвку, мы уже приготовились всё зарыть, как рядом раздался звонкий девичий голос:       – А что это вы тут делаете?       Изольда, симпатичная глазастая девушка, уставилась на нас с наивным любопытством.       – Дракона хороним, – быстро ответил я. – Древний ритуал Довакинов.       Изольда ойкнула, и это навело меня на ещё одну мысль.       – Теперь его дух будет мой дом охранять, – заговорщицки шепнул я. – Если кто-нибудь захочет залезть – растерзает на месте.       Изольда пискнула и удрала. Мы с Лидией расхохотались.       – Пойдём уже пить, – предложил я. Щит и меч радостно кивнула. Вот на такие подвиги я всегда готов.

***

      Мы сидели в «Гарцующей кобыле», уже прилично пьяные. Не настолько, чтобы расхваливать сиськи даэдрических принцесс, но уже вполне тёпленькие. И я решился задать вопрос, мучивший меня весь день.       – Ли-ик-дия, золотце, а кто из вас, всё-таки, утром меня за задницу ущипнул?       Хускарл попыталась сосредоточить на мне взгляд.       – Никто, – наконец решила она. – Я щипала за локоть, Айрилет – чуть выше, в плечо. Ярл вообще не щипал. Тебе показалось, тан.       – Ничего не показалось! – возмутился я. – Да у меня там синячище с дракона размером!       – Покажи! – пьяно обрадовалась она.       Ну, не она одна была изрядно навеселе, честно говоря. Я хочу сказать, что обычно подобные действия не входят в мою программу поведения. Но тогда… Короче, я показал.       – Твою же мать… – обалдело протянула она. – у тебя на заднице синяк в форме звезды. Восьмилучевой звезды.