Мы такие, какие есть (Who We Are)

- И долго мы ещё будем отсиживаться в штабе? – недовольно спросил Стив, обращаясь к Фьюри. - А у тебя есть идеи? – вклинилась в разговор, пришедшая в комнату пару минут назад Наташа. - Да, Роджерс, поделись своими идеями. – мужчина упёрся руками в стол. – Может, у тебя есть какое-то секретное оружие, способное стереть всех членов ГИДРЫ с лица Земли, вернув на планету мир и покой? - Мы сидим здесь, спрятавшись от внешнего мира, а снаружи умирают гражданские! – взревел Стив, вскакивая с места. - Роджерс, все агенты Щ.И.Т.а, которые не переметнулись на другую сторону – находятся сейчас в этом штабе. Никаких сообщений о том, что ГИДРА уничтожает мирное население, не поступало. Очнись, Стив, это не сорок третий, это уже другая война, с другими правилами. - Я не собираюсь сидеть здесь, сложа руки, пока ГИДРА захватывает мир. Извините, директор Фьюри. Светловолосый мужчина с большим щитом наперевес встал из-за стола, и вышел из комнаты, оставив озадаченно переглядывающихся коллег наедине. - Не беспокойтесь, директор, все старички любят поворчать. – тихо произнесла Наташа, скрестив руки на груди. - Я боюсь, что он может натворить дел, когда узнает всю правду. – мужчина повернулся к двери, в которую пару раз громко постучали. – Войдите. В комнату вошёл пожилой мужчина, поддерживая за руку хромающего парня с самодельной шиной на ноге. Закрыв за собой дверь, мужчина помог парню сесть на стул, а сам подошёл к Нику Фьюри. - Я провалил задание, директор. Я не смог заставить себя отвезти его прямо к ним, они убили бы его, поэтому теперь я вне игры. – мужчина опустил голову. – Но у меня есть важные новости. - Главное, что вы оба живы, Энтони. – ответил Фьюри, похлопав его по плечу, будто старого друга, вернувшегося из длительной командировки. – Присаживайся. - Кто это? – спросила Наташа, подозрительно оглядывая неожиданно пришедших гостей. - Это мой давний друг, о котором я тебе рассказывал, он долгие годы работал под прикрытием. Будучи обычным водителем, он смог узнать много важной информации в своё время. Как и, совсем недавно, местонахождение квартиры в Чикаго, в которую отослали Руби, а мы, в свою очередь, выкупили квартиру по соседству, и отправили туда нашего агента за пару недель до их прибытия. – он указал взглядом на Эвана, который с позеленевшим лицом разглядывал свои руки. – Но, судя по всему, всё пошло не по плану. - Это сделал Солдат. – Эван показал взглядом на свою ногу. – Он рассекретил меня. - Сэр, - вмешался Энтони, не дав Эвану в красках описать произошедшее. – вы должны знать, Руби и есть то самое оружие ГИДРЫ. У нас будут большие проблемы, если Гертруда возьмёт её в оборот.

***

Всю последующую неделю Солдат делал всё, чтобы превратить мою жизнь в кромешный ад. Может, он мстил мне за то, что я трогала его во сне, а, может, всё дело в том, что он тогда слишком много мне рассказал, но я не понимаю, почему он наказывал за это не себя, а меня. Почти весь день мы проводили за тренировками. Я плакала, молилась, ругалась бранными словами, кусалась, пыталась ударить Солдата палкой по голове, уличала момент и, быстро убегая от моего новоиспечённого тренера, отчаянно барабанила кулаками в дверь, вплоть до того момента, пока он не оттаскивал меня на середину зала и заставлял отжиматься до тех пор, пока я не повалюсь на пол от бессилия. Я ложилась пластом на пол и отказывалась тренироваться дальше, я рвала на себе волосы, пыталась сломать ногу, разыгрывала сердечный приступ, но актриса из меня так себе… В общем, Солдат был беспощаден ко мне, не принимая в серьёз ни одну из моих попыток сорвать тренировку. По вечерам я, сидя в своей комнате, пыталась научиться, как раньше, управлять своим даром. Пожалуй, это единственное, в чём я достигла успеха, но даже это не могло мне помочь избежать тех моментов, когда наступало утро, и Солдат чуть ли не силой вытаскивал меня из кровати, потому что он до сих пор не мог видеть то, что я создаю. Очередное утро я встретила в паршивом настроении. Проснувшись раньше, чем нужно, я собрала банные принадлежности, чтобы принять душ, но за дверью меня уже ожидал неприятный сюрприз в лице Солдата. Насупившись, я прошла мимо, даже не поздоровавшись. Все тело ужасно ныло после того, как я вчера наматывала круги по залу, бегая от разъярённого Солдата. Я не умею обороняться, зато могу убежать во время нападения. - Одевайся теплее, на улице прохладно. – произнёс он, идя за мной следом. Я резко обернулась. - Ты, блин, издеваешься? Мужик, мы в чёртовой горе! Я только и жду дня, когда сюда прилетит Смауг, чтобы забрать тебя! – брызжа слюной, выпалила я. – Отстань от меня, тиран! - Мне был дан приказ… - Засунь себе его в задницу! – крикнула я, а потом, мгновенно осознав свою вину, добавила. – Прости меня, консервная банка, я такая дёрганая, я так устала, мне не нужно было срываться. Так, что ты там говорил о погоде? Мы идём на прогулку? – я резко отошла, тыча в него пальцем. – Нет, ничего не говори, это очередная тренировка, только на лесном лугу? У-у, к чёрту! Развернувшись, я продолжила шагать по направлению в ванную комнату. - Через двадцать минут в холле. – бросил мне Солдат, громко хлопнув дверью в свою комнату. Боже мой, мне правда пора что-то делать со своим настроением, Солдат не виноват, что у него приказы, а я истеричка, которая истосковалась по валянию на диване и солнечному свету.

***

Ровно через тридцать восемь минут я, переодевшись в тёплую толстовку, джинсы и кроссовки, вышла в холл, где меня уже ждал мистер «Если бы не приказ, я бы размозжил твою голову о камень». Не говоря друг другу ни слова, мы направились к выходу. Миновав длинный тоннель, мы вышли, наконец, из штаба. Я, вдохнув полной грудью, покосилась на Солдата, который просто стоял рядом, озираясь вокруг. Погода была не из лучших. Небо было затянуто тучами, но всюду было сухо. Значит, дождь ещё не успел пройти. В прошлый раз я была здесь, когда было темно, хоть глаз выколи, зато теперь я могла всё тщательно осмотреть. Хотя, осматривать особо было нечего. Всюду были деревья, небольшие поляны, да тропинка, по которой нас доставили сюда. Сердце сжалось, когда я вспомнила про Эвана, лежащего в багажнике. Его судьба была предрешена, надо было разрешить Солдату убить его в Чикаго, но, возможно, люди в организации будут более гуманными, чем мой защитник. Мой… Это так странно звучит теперь, раньше я даже не придавала этому значения, но сейчас в это слово я вкладывала некий смысл по отношению к Солдату. - Ну что, будешь заставлять лазить меня по деревьям? – улыбнувшись, спросила я. – Или, например, научишь прятаться в траве? - Нет. Гуляй. – коротко ответил Солдат, не посмотрев на меня. - Что? – я подошла к нему и встала прямо напротив, заглядывая в его глаза. – Ты шутишь? - Нет, я не шучу. У тебя не так много времени, местность тщательно проверили, слежки нет, ты можешь погулять. - Гулять! – завопила я, побежав в сторону поляны, размахивая по пути руками. – Побежали гулять! Поскольку ноги болели, я решила не тратить энергию на активные действия, посему упала лицом в траву и, перекатившись на спину, посмотрела на небо. Солдат подошёл ко мне, загородив обзор. Приподнявшись, я схватила его за руку, и притянула к себе. Он покорно сел рядом со мной, а я, удобно уложившись, положила руки под голову. - Ты так ничего не увидишь! – рассмеявшись, произнесла я. – Надо лечь, понимаешь? В этом весь смысл. Сейчас ты видишь стволы деревьев перед собой, если покрутишь головой, то, может, ещё чего-нибудь захватишь в свой обзор, но когда ты лежишь – перед тобой только небо, да кроны деревьев. Только так можно наслаждаться им, наслаждаться видом неба. Ложись, не бойся. - Зачем им наслаждаться? – спросил Солдат, принимая лежачее положение. Я повернула к нему голову, удивлённо заметив про себя, что его лицо находится от меня в расстоянии нескольких сантиметров. - А почему бы и нет? Мы с детства привыкли, что дерево - это дерево, а трава – это трава. Мы проходим мимо, даже не обращая внимания на великолепие природы. Вспомни, как это было раньше, когда ты бегал босиком по улицам, чувствовал землю под ногами, каждый раз видел всё в новом свете. Ты был путешественником, ты всё познавал впервые, будто до тебя этого никто не делал, и это было невероятно. Вспомни, как ты бегал под дождём, заливаясь смехом от счастья. А что сейчас? Мы с угрюмым видом открываем зонтик и шагаем дальше, лишь бы не промочить одежду. Мы стали потребителями, стали зависеть от материальных вещей, мы перестали радоваться мелочам, которые раньше приводили нас в восторг. Вспомни, стрекот цикад вечером, эти невероятные закаты. Мы вставали пораньше, чтобы увидеть рассвет. Вспомни, ночи в августе, когда загадываешь желание на падающую звезду, и умоляешь родителей побыть на улице ещё немного, чтобы просто посмотреть на небо. Сейчас мы стараемся пораньше уснуть, ведь мы деловые, ведь у нас много других занятий. Вспомни, как мы радовались пению птиц по утрам, и ловили лягушек. – я перешла на шёпот, глядя на лицо повернувшегося ко мне Солдата. – Мы обросли коркой, для нас стало важным не валяться на траве, смотря на фигуры из облаков, а общественный статус и деньги. Но, если когда-нибудь повезёт, мы сможем посмотреть на всё то, что нас окружает, как будто в первый раз. Словно проснёмся от долгого сна, освободимся, снимем ботинки и побежим по лесным тропинкам заново искать приключения, представляя себя Колумбом, мать его. Я верю в это. И, хотя бы уже по этой причине, можно наслаждаться. Я не хочу очнуться, и понять, что большую часть жизни я провела вдали от всего этого. Я замолчала, продолжая всё также разглядывать лицо Солдата. Он был спокоен, как тогда, когда я наблюдала за ним спящим. Его грудь мирно вздымалась и опускалась. Я боялась испортить момент нашей редкой близости, особенно после того, как мы неделю ругались, но не могла ничего поделать со своим внутренним порывом, поэтому, я осторожно коснулась кистью его щеки. В этот раз он даже не напрягся, и не стал её убирать, а всё также продолжал смотреть на меня. Я впервые видела в его взгляде испуг, но не такой, как в фильмах ужасов, когда за силиконовой блондинкой гонится мужик с топором, скорее испуг, который бывает на лицах совсем молодых парней, от того, что они даже не представляют, что делать в той или иной ситуации. Похоже, что он смущён. Только мини Руби хотела позлорадствовать над ним, как Солдат, приподняв бионическую руку над моей головой, аккуратным движением убрал волосы с моего лица и заправил их за ушко, после чего опустил руку обратно на землю. Мои щёки горели. Нет, серьёзно, на мгновение мне показалось, что у меня случилось самовозгорание, ну, либо кто-то решил пожарить барбекю на моём лице. Чтобы как-то справиться с нахлынувшими чувствами, я, перевернув руку, с опаской погладила моего защитника по щеке. Сегодня он был гладко выбрит, поэтому мне даже не удалось пошутить про то, что его лицо можно использовать на сеансах иглоукалывания, да и не хотелось опускать плоские шутки в такой момент. Мы просто лежали рядом, смотрели друг другу в глаза. Я гладила его по щеке, изредка касаясь большим пальцем его губ. Хоть в чём-то Брук была права, они у него правда ничего такие. Не знаю, сколько времени мы так пролежали. Я понимала, что всё прекрасное заканчивается, и что Солдат потом долго будет мне припоминать то, что потерял над собой контроль, но в данный момент мне не хотелось об этом думать. У меня было чувство, будто я лежу с ним, и не с ним одновременно, будто я вижу какую-то новую его грань, ту, о которой он сам не подозревал ранее. Я запустила руку в его волосы, и мы медленно потянулись друг к другу. Я судорожно вдохнула воздух, стоило нашим носам соприкоснуться. Сознание кричало мне о том, чтобы я остановилась, что назад дороги нет, но я не хотела его слушать, мне хотелось раствориться в Солдате, как бы это странно не звучало. По щеке начали бить холодные капли дождя. Солдат тут же отпрянул от меня, скинув с себя мою руку, и быстро поднялся на ноги. - Пора обратно, поднимайся. – произнёс он. В его голосе не читалось никаких эмоций, но я слышала, как часто он дышит и это, пожалуй, единственное, что выдавало его. - У-у, опять на тренировку? – я поднялась на ноги, стараясь сохранить беззаботное выражение лица, но внутри всё похолодело. – Можно устроить сегодня выходной? - Нет. Пошли. Мы дошли до входа и, зайдя в тоннель, я позволила себе немного нахмуриться. - Чтобы не портить наши отношения, я предлагаю обо всём забыть, и больше никогда не вспоминать. – тихо произнесла я, ковыляя позади. – Мы просто окунулись в приятные воспоминания, подышали свежим воздухом, вот и случилось такое. Это ничего не значит, давай просто сделаем вид, что ничего не случилось. - Это твоя слабость. Не моя. – холодно ответил Солдат, открывая проход в холл. В тот момент я была готова вопить громче, чем сирена.