Мы будем

По части добывания информации Гермионе Грейнджер не было равных во всей школе. Там, где пасовали даже распоследние заучки из Райвенкло, Гермиона только сильнее закусывала удила и пёрла вперёд с целеустремлённостью носорога. Тем более, если это было нужно её другу. Единственному, между прочим, во всём Хогвартсе. Перелопатив за несколько дней узконаправленную литературу о единорогах, Гермиона расширила поиски, включив в него труды по зельям, трансфигурации и чарам, но не нашла ничего. То есть, общих-то сведений было полно – ареал обитания, повадки, роль в истории и прочая дребедень. Всё это Гермиона знала ещё с первого курса, когда дорвалась до волшебных книг и проводила в библиотеке всё свободное от учёбы время. Это уж подружившись с мальчишками, она поумерила пыл, но знания остались. Сейчас Гермиона жаждала увидеть хоть что-нибудь по ритуалистике, но все материалы по данному профилю были удалены из общего зала. Что-то забрал директор, как сказала мадам Пинс, что-то содержалось в Запретной секции. Гарри помогал ей каждый день, пока незадолго до отбоя не заявлялся Малфой и не начинал с независимым видом слоняться по читальному залу и многозначительно покашливать. Тогда Гермиона понимающе усмехалась и театрально указывала пальцем на дверь, выгоняя жаждущих уединиться. В остальное же время она в хвост и гриву гоняла друга между стеллажей. Во-первых, девушка использовала его мускульную силу. Некоторые книги весили чертовски много, а применять к ним чары левитации библиотекарь строго-настрого запрещала. Во-вторых, Гарри отдал приказ Кричеру прошерстить блэковскую библиотеку в поисках нужных книг. Там, к сожалению, ничего не оказалось. Слишком уж велик был соблазн для такого тёмного рода, а Блэки в своё время и некромантией не брезговали. Гермиона возлагала надежды на библиотеку Малфой-мэнора, но оказалось, что там поиски невозможны. Нарцисса всё ещё находилась во Франции, Люциус - в Азкабане, а само поместье полностью контролировалось Волдемортом. Пусть оборотни и покинули Лорда, но оставалась ещё толпа егерей, шныряющих по всем закоулкам. Да и Беллатрикс с её манией преследования не стоило недооценивать. Сейчас девушка держала в руках последний из рекомендованных мадам Пинс фолиантов. Если и здесь ничего не найдётся, то придётся идти в Запретную секцию. Пробегая текст по диагонали, Гермиона переворачивала страницы. Она готова была разочарованно застонать, уже в который раз перечитывая, что добровольно отданный рог в разы сильнее спиленного с усыплённого животного, когда зацепилась взглядом за слова: «…пронзая рогом тьму наимерзейшую, аки лучом солнечным, отправляет её за Грань. И нет для неё более возможности для воссоединения с себе подобными и воскрешения для еретичества дальнейшего». Сноска под текстом гласила, что цитата взята из книги «Тьма. Начало» за авторством Гийома Дю Моро, написанной аж в тысяча триста первом году. Гермиона ощутила себя гончей, взявшей след. Аккуратно переписав название и автора, она водрузила фолиант на полку. Библиотекарь нашлась на своём рабочем месте, заполняющая формуляры. - Мадам Пинс, мне нужна эта книга. Вопросительно приподняв брови, мадам Пинс прочитала название. - Эта книга в Запретной секции, мисс Грейнджер, - женщина сняла пенсне, потёрла переносицу и водрузила стёкла обратно. – Условия доступа вам известны. Значок старосты не даёт никаких привилегий, - и она вернулась к своему занятию, давая понять, что разговор окончен. *** Не мудрствуя лукаво, за разрешением на посещение Запретной секции Гермиона решила обратиться к профессору Снейпу. Хотя бы потому, что он знал обо всём происходящем, и ей не пришлось бы врать о причине необходимости прочитать именно этот труд. Врать Гермиона умела, но не любила. К тому же, ей до смерти хотелось побольше узнать о том яде, что убил Нагайну. *** Северус пришёл в дом на Гриммо в самый разгар собрания. Орден был практически в полном составе. Судя по жиденьким аплодисментам, Дамблдор, стоявший во главе стола, только что закончил толкать речь и теперь купался в лучах обожания, посылаемых на него кучкой болванов и идиотов (фениксовцев Северус, за редким исключением, презирал). Молли суетилась, наливая Светлейшему чай в тонкостенную чашку. Снейп узнал фамильный фарфор Блэков. Кричер наверняка уже придумал для ведьмы наказание пострашнее. - Явился, Пожиратель хренов, - Грюм смачно сплюнул на затоптанный пол. - Аластор! – привычно завопила Молли, возмущённо всплёскивая руками. Причины возмущения были неясны – то ли из-за плевка, то ли из-за ругательства. - Аластор, здесь же дамы, - мягко попенял аврору директор. - Где? – искренне изумился тот и огляделся в поисках тех самых дам. – А, Молли. Ну, извини. Артур, занятый очередной маггловской штуковиной, оскорбление жены благополучно пропустил мимо ушей, сама Молли молча открывала и закрывала рот. Северус запретил себе смеяться. А что вы хотели, миссис Уизли? Здесь собрались соратники, а у них, как известно, нет деления по половому признаку. Вспомнилась революционная Россия начала века с её «товарищами». Краем глаза Снейп заметил шевеление в тёмном углу за камином. Кричер бдил в оба. К Трелони не ходи, завтра будет ябедничать Поттеру, а потом, с полного попустительства последнего, мелко, но неприятно пакостить орденцам. Сам Северус старался лишний раз ничего в доме не трогать и никуда, кроме прихожей и кухни, не заходить. На оскорбление же он не обратил никакого внимания, но позволил себе язвительно заметить: - Я работаю. И мне, в отличие от некоторых пенсионеров, по чужим домам шастать некогда. Грюм предсказуемо налился бешенством, но Альбус утихомирил его лёгким взмахом руки: - Мальчики, не стоит ссориться. «Мальчики» синхронно скривились. Да сколько уже можно напоминать окружающим о своей ориентации? Все всё уже давно поняли. - Как дела у Тома, Северус? – директор прихлёбывал чай, не обращая внимания на собравшихся. Северус пожал плечами. - Отвечай! – рявкнул Грюм, бухая кулаками по столу. Шеклболт сморщился. Встрепенулся задремавший Флетчер: - Да не сплю я, не сплю. Под глазом у Наземникуса всеми оттенками фиолетового наливался роскошный «фонарь». Очевидно, заместительная терапия домовика дала свои первые плоды. - Что вы хотите знать? Распорядок дня? Обеденное меню? – Северус скривился и, опережая возможное возмущение Грюма, продолжил: - Лорд не вызывал меня уже несколько недель, вы прекрасно осведомлены об этом, директор. Единственный человек из ставки, с которым я поддерживал отношения, сейчас в Азкабане. - Самое место для гада, - буркнул Грюм. Снейп сделал себе заметку чуть позже сказать какую-нибудь гадость отставному аврору и заговорил снова: - После смерти Нагайны Лорд вообще перестал делиться своими планами. Теперь он не доверяет даже Беллатрикс, а о грядущих операциях все узнают за пять минут до их начала. - Но ты сразу… - Да, Альбус, - послушно кивнул зельевар. – Если мне что-то станет известно, вы первый обо всём узнаете. Мерлин! В подземелья хотелось немилосердно. Скинуть надоевшую мантию, разжечь камин и расслабиться в любимом кресле с бокалом того восхитительного коньяка, что Драко привёз из Франции. Но нет, нельзя. Сейчас начнётся второй акт в этом театре абсурда - обсуждение Поттера и его героической миссии. Грюм с пеной у рта будет требовать немедленных тренировок, Альбус отговариваться великой силой любви, а Молли кудахтать над худобой Избранного. Что-то Драко на худобу своего любовника и не думает жаловаться. Северус сдержал смешок, вспоминая свою реакцию на слова Драко о перерождении. В первые минуты Снейп серьёзно подозревал, что к нему заявился кто-то из Пожирателей под оборотным. После возрождения Волдеморт любил периодически проверять лояльность своих последователей. И способы для этого изыскивал самые немыслимые. Северуса это всегда изумляло. Как Риддл с такой-то паранойей в случае захвата власти собирался править целой страной? Впрочем, подобное было свойственно любому диктатору. В случае с Малфоем-младшим Снейп не успокоился, пока не напоил парня антидотом к оборотке, порцией сыворотки правды и не провёл пару сеансов легиллименции. Да и собственная интуиция, обычно в моменты опасности завывающая не хуже Вальпурги, помалкивала. А чутью своему Северус привык доверять. Рассказ Драко поражал своей фантастичностью. Супружество с Поттером, смерть в результате заговора (вот не зря Северус терпеть не может младшего сынка Уизли), переселение в подростковое тело. Снейп не знал, чему удивляться больше. Тому, что Драко жил с Поттером, или тому, что это было по любви. Да ещё Люциус с Нарциссой, относившиеся к браку единственного сына с полукровкой совершенно спокойно. Ну, ладно Нарцисса. Она только на людях казалась совершенно замороженной. Но Люциус с его пунктиком относительно чистокровности изумил невероятно. Хотя, строго говоря, Поттера нельзя было назвать полукровкой. Оба его родителя были волшебниками. Статус крови давно уже перестал быть показателем, если дело касалось силы мага. Лили, несмотря на магглорожденность, чаровала так, что засматривались чистокровные в -цатом поколении. И не стоит забывать самого Северуса и хоть того же Волдеморта. Или Грейнджер, например. Макгонагалл при каждом удобном случае соловьём разливается, нахваливая девчонку и свысока посматривая на коллег: «У вас, дескать, такого самородка нет и не предвидится». Только ослеплённая гордыней, она не замечала добродушных улыбок Спраут, снисходительных взглядов Флитвика и презрительных гримас Снейпа. Можно подумать, другим факультетам гордиться нечем. О, опять-таки возвращаясь к Поттеру. Строго говоря, мальчишка был слаб лишь в теории, но вот на практике... Если он победил Волдеморта в том будущем, которое уже никогда не наступит, то Люциус, недовольно кривясь на людях, наверняка вопил от счастья, оставаясь в одиночестве или наедине с женой. Уровень магии в мэноре уж как пить дать зашкаливал в первые дни после бракосочетания малфоевского отпрыска и Героя Всея Британии. Любящий папенька, небось, к молодожёнам в спальню ещё и сундук с фамильными артефактами подсунул. Для подзарядки, так сказать. А если учесть темперамент обоих новобрачных, то заряжались малфоевские побрякушки до одурения. Вопли собравшихся бесцеремонно вырвали Северуса из размышлений. - Окстись, Альбус! Какая любовь?! – нависая над столом, Грюм бешено вращал своим волшебным глазом и вопил так, что Северусу немедленно захотелось наложить на себя заклятие глухоты. – Поттер Волдеморта до смерти заобнимать должен? Сила из мальчишки так и прёт, а ты на него чуть ли не ограничители навешиваешь. Не дело это – родовыми способностями пренебрегать. Поттеры всегда боевиками были. Если бы папашка его по кабакам меньше шлялся с Блэком, а почаще на полигон заглядывал, то не сидели бы мы тут с вами и сопли не жевали. - Гарри – чистый и светлый мальчик, - Дамблдор, не обращая внимания на крики, ухватил очередную плюшку, заботливо подсунутую Молли. - Чистый он, потому что моется каждый день, а светлый… Не смеши мои подмётки, Альбус. Потомок крестника Смерти не может быть светлым, - яростно возразил Грозный Глаз. - Ну-ну, Аластор, - директор промокнул губы полотняной салфеткой с гербом Блэков. Волнение в углу, где спрятался домовик, усилилось. – Я имел в виду… - Я понял, что ты имел в виду, - перебил Светлейшего Грюм. – Да только я в Министерстве тоже был. И мальчишку в деле видел. И магию его чувствовал. Волдеморт не от тебя сбежал, а от Поттера. Я знаю, - авторитетно закончил бывший аврор. - Аластор! – ахнула Молли, возмущённая таким кощунством по отношению к Дамблдору. Напряжение, разлившееся в воздухе, можно было ножом резать. Северус опустил руку, позволяя палочке выскользнуть из потайного крепления в рукаве. Он почувствовал, как напряглись Шеклболт и Люпин, готовые в любой момент атаковать или защищаться в зависимости от того, как повернётся ситуация. Тонкс от волнения выкрасила волосы во все цвета радуги и теперь сияла, как рождественская ёлка. Флетчер бочком постарался убраться с линии огня. Растерянный, как всегда, Артур беспомощно моргал, с надеждой глядя на супругу. Остальные поражённо молчали. Никто и никогда не позволял себе так в открытую сомневаться в мощи Альбуса Дамблдора, сильнейшего светлого мага последнего столетия. Снейп подумал, что Грюма, пожалуй, можно презирать чуть меньше. А ещё отставному аврору стоило бы помнить, что Альбус не выносит, когда ставят под сомнение его силу. Зельевар заметил, как остро сверкнули голубые глаза за стёклами очков, как гнев на десятую долю секунды исказил добродушное доселе лицо, но директор справился с собой практически мгновенно. - Ну-ну, Аластор, - дружелюбно повторил Альбус. – Вот и ответ на твой вопрос, почему я не хочу нагружать Гарри тренировками. Тем более сейчас, когда его мысли и сердце полны первой любовью. Ах, любовь! Глаза директора мечтательно затуманились. Присутствующие моментально расслабились, точно из всех выкачали воздух. А вот Молли недовольно поджала губы и принялась убирать со стола, преувеличенно громко брякая посудой. Очевидно, младшенькие уже поставили матушку в известность о матримониальных планах Героя относительно его кудрявой подружки. Северус понял, что собрание подошло к своему логическому завершению. Очередной впустую потраченный вечер. Зельевар провёл бы его с большей пользой, останься он в школе. Соратнички расползались по своим делам. Альбус преувеличенно бодро разговаривал с Грюмом, всем своим видом демонстрируя всепрощение. Дескать, старым единомышленникам можно простить некоторые огрехи. В прихожей Тонкс свалила троллью ногу, образовалась куча-мала. Пользуясь суматохой, Северус сунул Шеклболту записку с просьбой о встрече. Кингсли абсолютно невозмутимо сунул пергамент в карман, парой уверенных движений навёл порядок и шагнул на улицу. *** Северус ждал Шеклболта в условленном месте – в полутёмном спортивном баре в нескольких кварталах к северу от Гриммо. Толпа подвыпивших магглов надрывала глотки, следя за перипетиями игры на экране телевизора, висевшего в углу над барной стойкой. «Манчестер» вёл со счётом три-один, и у местных был веский повод надраться. Кингсли заявился минута в минуту, мгновенно отыскал взглядом Снейпа и, легко протолкавшись сквозь строй нетрезвых фанатов, приземлился за столик, сев так, чтобы видеть двери, окна и большую часть зала. Зельевар окружил себя и собеседника лёгкими отвлекающими чарами. Неимоверно замотанная официантка, сделавшая было шаг к их столику, остановилась, недоумённо нахмурившись, тряхнула головой и бросилась к другим посетителям. Некоторое время мужчины сверлили друг друга взглядами. - Чего ты хотел, Снейп? – разродился, наконец, вопросом Шеклболт. - Сначала Зарок. - Даже так? – аврор приподнял брови. Некоторое время он раздумывал, бросая по одному в рот орешки из прихваченной с соседнего столика чашки. - Ничего смертельного я с тебя не потребую, - подтолкнул его Снейп. Поколебавшись ещё немного, Кингсли кивнул, стряхнул с пальцев соль и протянул руку для заключения договора. - Я уполномочен поговорить с тобой об общей для нас проблеме, - сообщил Северус после всех манипуляций. - Кем уполномочен? - То есть, наличие общей проблемы ты не отрицаешь? – вопросом на вопрос ответил зельевар. Аврор прищурился. Кобра и змеелов. Снейпу вдруг некстати вспомнилось, что Кингсли родом из семьи потомственных вудуистов. Его прабабка – весьма бодрая старушенция для своих ста тридцати – до сих пор оставалась одной из сильнейших шаманок Гаити. Дед и родители от бабульки не отставали, со всем пылом вдалбливая в сыночка знания о лепке куколок, песнопениях и плясках. Каким макаром с таким-то анамнезом Шеклболта занесло на Британские острова да ещё в правоохранительные органы, оставалось загадкой. Северус знал только одно – шутить с темнокожим аврором не стоило. Очевидно, что-то такое промелькнуло на лице зельевара, потому что Шеклболт вдруг напрягся, прищуриваясь: - Моя палочка сейчас смотрит на самое твоё дорогое барахло, Снейп. Северус позволил себе криво усмехнуться: - Лестно, но полагаю, я несколько не в твоём вкусе. Он повёл подбородком в сторону левой руки аврора, вроде бы расслабленно лежащей на спинке соседнего стула. Но было понятно, что Кингсли в любой момент готов схватить этот стул и швырнуть в противника. - Молочные зубы Огненного Белобрюха, полагаю, - непринуждённо продолжил Северус. – Неимоверная редкость. На чёрном рынке идут по тридцать галеонов за штуку. В дикой природе Белобрюх не встречается уже пятнадцать лет, а в заповедниках все отходы жизнедеятельности драконов строго подотчётны. Кроме навоза. Он умолк. Слово «воровство» повисло в воздухе. - Выискался глазастый на мою голову, - проворчал Шеклболт, одёргивая рукав куртки и пряча широкий, грубо сработанный браслет, украшенный на первый взгляд обычными костяными пластинами, на проверку оказывающимися драконьими зубами. - Советую накрыть серебром. Чары, если они есть, усилятся на три процента. Шеклболт бросил на зельевара ещё один подозрительный взгляд и слегка расслабился: - Чего ты хочешь? - Контакт с Отделом Тайн. Кингсли заржал. Громко и с удовольствием. Отсмеявшись, он утёр слёзы выступившие в уголках глаз: - А с королевой тебя не свести? - Благодарю, нет. Для этого есть Люциус, если мне приспичит. - Почему я? В смысле – почему не Светлейший? У него возможностей больше. - Тот, от кого исходит просьба, Дамблдору не доверяет. От слова «совсем». Это было правдой. Драко, как и все Малфои до него, директора на дух не переносил. Немаловажную роль играло и мнение Поттера на этот счёт. И пусть идею с Отделом Тайн и Аркой смерти в одном из недавних разговоров озвучил Малфой-младший, но Северус отлично знал, откуда ноги растут. А там и до величайшего студенческого ума всея Хогвартса рукой подать. В буквальном смысле. Гермиона Грейнджер не отходила от Поттера ни на шаг. - Как срочно? - Пока терпит, но… - Я понял. Имя просителя ты, конечно, не скажешь. - Конечно. Они снова обменялись змеиными улыбками. - Я пришлю сову. - Лучше это, - Северус передал Шеклболту зачарованный галеон. – Не будем привлекать внимание. Альбус порой слишком любопытен. - Оригинально, - Кингсли повертел монету, рассматривая, и спрятал её в карман. Он поднялся со стула, когда Снейп вдруг задал ещё один вопрос: - Интересно, кем ты приходишься Артуру – невесткой или зятем? Шеклболт фыркнул и вышел за границу тонко звякнувших чар. На мужчину, появившегося как-будто из ниоткуда, в баре никто не обратил внимания. «Манчестер» вёл пять-два. *** - Мисс Грейнджер, вы в курсе, что уже пять минут, как был отбой? - Я дежурная, сэр, - сообщила Гермиона прежде, чем профессор успел снять с Гриффиндора баллы. – У меня к вам дело, не терпящее отлагательств. Сморщившись, Северус распахнул дверь пошире, впуская студентку. Он только-только вернулся из Лондона. Успел разжечь огонь и наслаждался божественным ароматом коньяка и Шекспиром, сидя у камина, когда в дверь постучали. Северус решил игнорировать визитёра, но неизвестный не унимался, продолжая изображать дятла. Помянув Мерлина и всю его родню в недвусмысленных позах, Снейп распахнул двери. На пороге обнаружилась решительно настроенная мисс Грейнджер. Теперь девчонка стояла в центре небольшой гостиной и с любопытством рассматривала обстановку. Чего только не болтали о личных покоях профессора зелий – и что по углам скелеты стоят, и что с потолка свисают летучие мыши, и что спит профессор в гробу, потому как вампир. А оказалось всё обыденнее некуда. Обычная комната с обычной мебелью. Мантия на спинке кожаного дивана, сегодняшний номер «Пророка» на кофейном столике рядом с раскрытой книгой. - Итак, мисс Грейнджер. Теперь, когда вы налюбовались, то, может, соизволите сообщить мне цель вашего визита? – напомнил о себе Северус, видя, что студентка слегка зависла. - Да, сэр. Извините, сэр, - засуетилась Гермиона, покрываясь румянцем. Она впервые находилась в личных апартаментах преподавателя. Сведения о том, где живут учителя, сообщались исключительно старостам без права передачи другим студентам. До сего дня Гермиона ни разу не воспользовалась этими знаниями. Даже с Макгонагалл она общалась исключительно в аудиториях и учительской. - Итак? – повторил Северус. - Я… Мне… - залепетала Гермиона, пунцовея окончательно. Уши горели так, что впору комнату освещать. Вблизи, да ещё без мантии, грозный профессор зельеварения оказался невероятно интересным мужчиной. Смущал ослабленный узел галстука и расстёгнутая пуговичка воротничка рубашки. «Мерлиновы панталоны, Грейнджер! Соберись, тряпка. Где твоя хвалёная храбрость?» - Сэр, мне необходимо разрешение на посещение Запретной секции, - выпалила Гермиона на одном дыхании, решительно выпячивая подбородок и старательно игнорируя намёк на улыбку на тонких губах зельевара. - Почему вы не обратились с этой просьбой к своему декану? - Я не хочу врать профессору Макгонагалл, и это нужно для-сами-знаете-чего. - Нет, не знаю, - усмехнулся Северус. Градус его настроения стремительно шёл вверх, и дело было не в коньяке. Сначала идиотское собрание с охамевшим Грюмом, потом бар, теперь смущённая девчонка. Северус прекрасно знал о своей репутации среди старшекурсниц. Кто-то его демонизировал, кто-то романтизировал, некоторые откровенно считали исчадьем ада. Находились отчаянные особы, посылавшие ему на валентинов день открытки с признаниями. Анонимно, разумеется. Для зельевара было развлечением по почерку вычислять очередную дурочку. Мисс Грейнджер всегда казалась Северусу воплощением благоразумия. Правда, сюда никак не вписывалась дружба с Поттером и Уизли. Но теперь… Поди ж ты, как оно всё обернулось. Лестно, конечно. Похоже, сарказм действовал на гриффиндорку мобилизующее. Карие глаза сверкнули. - Гарри предполагает, что единороги способны уничтожать крестражи, но в общем зале информации по этой теме нет. Я лишь смогла найти крохотную цитату вот из этой книги. Северус отставил бокал и с интересом взглянул на запись. Гийом Дю Моро. Имя казалось знакомым. - Почему мистер Поттер сам не подошёл ко мне? - У них с Драко тренировка в Выручай-комнате. - Горизонтальная или вертикальная? – иронично изогнул бровь Северус. Девица снова вспыхнула. Смущать гриффиндорскую старосту, славящуюся своей чопорностью, было невероятно увлекательно. - Я подпишу разрешение, - смилостивился зельевар, извлекая из ящика письменного стола стандартный бланк и ставя на нём размашистую подпись. – Но у меня есть одно условие. Гермиона замерла в ожидании подвоха. - Я знаю, что мистер Поттер планирует посещение Тайной комнаты. Я хочу участвовать в этой экспедиции. - Я передам Гарри вашу просьбу, - Гермиона ухватила разрешение. - Вы не поняли, мисс Грейнджер, - вкрадчиво проговорил Снейп. – Это не просьба. Я ставлю вас перед фактом. Зельевар слегка наклонился, глядя девушке прямо в глаза. Некоторое время они перетягивали документ. - Да, сэр, - Гермиона выдернула-таки пергамент из цепких пальцев профессора, круто развернулась и пулей вылетела вон. *** В одно мгновение Гермиона преодолела подземелья. Промчалась мимо ошарашенной такой прытью Паркинсон, которая сегодня дежурила от Слизерина, и остановилась только у входа в гриффиндорскую башню. И что всё это было? Гермиона прижала ладони к горящим щекам. Она не могла похвастаться богатым опытом в общении с противоположным полом, но готова была спорить на подписку на Большую Магическую Энциклопедию, что профессор Снейп флиртовал с ней. *** Северус снял жилет, стянул надоевший галстук и расстегнул на рубашке ещё пару пуговиц. Любимое кресло возле камина приняло его с распростёртыми объятиями. Он смотрел на игру пламени сквозь хрустальный бокал. И что всё это только что было?