Life Signs (Признаки жизни)

Сказать "Нам надо выбраться из лифта", и на самом деле выбраться из лифта – это, к сожалению, две совершенно разные вещи. Шепард знала, что на одной решимости далеко не уедешь. Им нужен был план, не включающий ее ноги. И ребра. И, как оказалось, подобный план граничил с невозможным. Гаррус легко мог подтянуться в запасной люк на потолке и подняться по служебной лестнице, по которой он сюда изначально и спустился, одновременно неся припасы. А она со своими сломанными костями была мертвым грузом, не обладающим такой мобильностью. Гаррус стоял под люком, опустив руки на пояс и склонив голову набок. Через некоторое время он переступил с ноги на ногу и наклонил голову в другую сторону. - Мы могли бы сделать что-то вроде… подъемного блока? Но вытащить тебя из шахты все равно будет проблемой. И что-то мне подсказывает, что тянуть блок до самого БИЦа может оказаться очень плохой идеей. Она фыркнула. - Не понимаю, о чем ты. Вряд ли что-то может быть хуже, чем сидеть тут, не зная, ожидать ли спасения или нападения. Скривившись, он схватился за край люка и лихо закинул себя наверх. Оглядевшись немного, он снова спрыгнул вниз, почти бесшумно. Затем, покачал головой. - Даже если бы я мог поднять тебя… - Мы ведь на дне корабля? Гарус снова покачал головой. - Сработали блокировки системы безопасности. Мы примерно на том же уровне, откуда начали, на жилой палубе. Шепард скривилась. - То есть, все могло обернуться еще хуже? - Не обернулось, - возразил он, таким сжатым и напряженным тоном, какой она только от него когда–либо слышала. Даже если бы он прокричал во все горло я не хочу рассматривать такую возможность, это не прозвучало бы так ясно, как его одеревеневшие плечи, опущенные надбровные пластины и прижатые к лицу мандибулы. - Что странно… - Шепард даже не осознавала, что погрузилась в тишину сразу после того как озвучила эти слова, пока Гаррус не развернулся и не присел рядом с ней. - Любые догадки будут к месту, - сказал он, и она могла чувствовать, как он пытается – пытается, но в основном безуспешно – оградиться от тех картинок могло обернуться хуже, которые возникали в его голове. - Мы не встретили никакого сопротивления, когда прибыли и начали вскрывать все двери. Тали, похоже, ни на что не натолкнулась, когда взламывала консоль в столовой. Ничего не происходило, пока мы не зашли непосредственно в командный центр. Может, этот… процесс, который Жнецы запустили - или что они там сделали - еще не завершен. - Думаешь, радиус может быть ограничен? Она кивнула, дернувшись, когда шея запротестовала против резкого жеста. - Что если это как укус змеи? Как… медленно распространяющийся яд? Возможно, техника Жнецов захватывает корабль, но ей надо пробраться через все протоколы защиты. Может, обрыв лифта был… инстинктивным. Или чем-то вроде инстинкта на синтетический лад. - Самозащита, а не намерение убить? - Вроде того. Иначе, почему оно нас не преследовало? Почему не закончило начатое? – Вздохнув, она повела плечами, пытаясь игнорировать боль, сжигавшую ребра. – Я бы отдала левую руку, лишь бы здесь оказался Легион, чтобы проникнуть в системы и задержать это. Гаррус промолчал, а Шепард закрыла глаза, позволив себе на мгновение погрузиться в другую боль, боли потери чего-то, что невозможно заменить. Кила`Селай, подумала она. Кила`Селай, Легион. - Да, - сказал наконец Гаррус. Она услышала, как он тяжело сглотнул. – Он бы наверняка с радостью принял вызов. Его головные створки восторженно и польщенно задергались бы. Но, честно говоря, Шепард, не уверен, что тебе сейчас стоит жертвовать еще частями тела. Ее смех был тихим и немного надломленным. - И то верно. Да и мы сами не дилетанты по части техники. Если я права, и мы сможем усложнить ему борьбу с кораблем… - То сможем выиграть немного времени, чтобы дождаться спасения. - Но прежде нам все равно надо выбраться из лифта. – Она вдохнула так глубоко, как позволили ей легкие и медленно выдохнула. – Думаю, сейчас самое время пойти на осознанный риск. - Ненавижу, когда ты это говоришь. – Он провел рукой вдоль гребня. Это был жест одновременно смирения и осторожной надежды. – Хочешь обойти дверь? Она вскинула брови. - Я становлюсь предсказуемой с возрастом? - Думаю, я заразился твоим безумием. - Моей готовностью идти на осознанный риск, ты имеешь в виду? Он коротко рассмеялся, покачав головой. - Как там было? Что в лоб, что на лоб? - Что в лоб, что по лбу. Близко, но не в яблочко. В этот раз его наклон головы выражал замешательство. - В яблочко? Она ухмыльнулась. - Когда мы отсюда выберемся, я куплю тебе самый большой словарь человеческих идиом, какой смогу найти. Он не улыбнулся, но надежда определенно взяла верх над смирением, и она сочла это победой. Почти в яблочко. Доставить ее к двери было делом тяжелым и болезненным. Она держала свой носок-кляп в руке, готовясь к любой момент зажать его между зубов, хотя вряд ли успела бы опередить боль. Пришлось заставить себя расслабить пальцы, когда она обнаружила, что сжимает носок достаточно сильно, чтобы вызвать боль в ребрах. Другая рука, обнимающая рукоять пистолета, была спокойнее, чувствуя его привычную тяжесть. Она надеялась, что ей не придется его использовать. Но каким-то образом намного больнее было видеть, как сконцентрирован Гаррус на том, чтобы причинить ей как можно меньше боли, и как он передергивался каждый раз, когда это делала она. Устроив ее у дальней стены кабинки, он помог ей снова надеть броню – или те ее части, которые им удалось надеть. На ее распухших голенях были наложены шины, но они все равно сохранили наголенники, прикрепив их к броне Гарруса. От ботинок она отмахнулась. - Слишком тяжелые, - сказала она. – Они только снова сместят мне кости, а я бы лучше избежала повторения процедуры вправления, если ты не против. Он послал ей взгляд, который, каким-то образом, совмещал в себе ужас и нежность одновременно. Ее улыбка в ответ была ободряющей, и он покачал головой, повернувшись к консоли лифта. - Готова? – спросил он. - Как никогда. # Гаррус размеренно вздохнул, успокаиваясь, когда развернулся к консоли и вызвал интерфейс омни-тула. Один. Два. Три. Он не мог позволить себе думать о Шепард, о том, как ее дыхание сбилось на пике вдоха, и о свисте, сопровождавшем выдох. Не мог думать о том, что синяки под ее глазами выглядят, как отвратительная пародия на его клановые метки. Не мог думать о БИЦе, или теориях Шепард, или о том, что они будут делать, если спасение не придет. Он продолжал дышать, пока все это не растворилось, и он не достиг того снайперского спокойствия, когда время замедляется, и все, кроме непосредственной задачи, теряет значение. В который раз он был благодарен за время, проведенное на Палавене до начала войны. Как минимум, это дало ему возможность освежить в памяти турианские схемы, турианские методы. Турианское шифрование. Его пальцы летали над консолью, и даже со своего островка спокойствия он чувствовал скрип лифта вокруг. Вряд ли ему показалось содрогание пола под ногами или тихий визг металла, скребущего о металл. Он надеялся, что это дверь. И боялся, что это не так. Шепард молчала, но он слышал, как сбилось ее дыхание, и визор сообщил ему об учащении ее сердечного ритма. Значит, это не его воображение. Черт. Сосредоточься, Вакариан. Дрожь начала ползти вверх от пола, вызывая вибрацию стен. Что-то над ними начало визжать, достаточно пронзительно, чтобы вызвать звон в ушах и украсть частичку его спокойствия. Он потряс головой и принялся за следующую строчку кода дешифровки. Дверь отъехала в сторону, когда пронзительный визг перерос в пронзительный крик и пол лифта опустился на сантиметр. Два сантиметра. Три. Время замедлилось. Три вздоха, подумал он. Три выстрела. Без права на ошибку. Один: интерфейс его омни-тула дрогнул и исчез. Два: потребовалось два больших шага, чтобы покрыть расстояние от консоли до Шепард. Три: не останавливаясь, он просунул одну руку под ее бедрами, приподнял спину второй и устремился к выходу, становящемуся уже с каждым мгновением. Его голова не совсем вписалась, и он ударился лбом, не успев нагнуться. Его поразила внезапная вспышка боли, но он без колебаний закрыл собой Шепард так, чтобы принять на себя удар, когда они вывалились в коридор. - Ты в порядке? – прошептала она, слишком высоким, задыхающимся голосом. - Нормально, - выдавил он. – Ты? - Нормально, - отозвалась она. – Но, думаю, мои ноги сломаны. А я выронила носок. - Не пистолет? - Черт возьми, нет, не пистолет. Он ничего не смог с собой поделать. Он рассмеялся. Затем рассмеялась она. И пять минут они лежали, прижавшись друг к другу, у зияющей двери шахты лифта, смеясь, потому что снова как-то умудрились обмануть смерть, что следовала за ними по пятам. - Осознанный риск, - сказала она. - Безумие, - настоял он. - Я собираюсь высказать неприятную мысль, что оно, похоже, знает, где мы. Пожалуй, нам как можно скорее надо найти новое укрытие. Бункер, возможно. С толстыми стенами и как можно меньшей возможностью вмешательства посредством техники. Гаррус кивнул, уткнувшись в ее волосы, все еще прижимая ее к себе так крепко, как только позволяли ее поврежденные ребра. - Я люблю тебя, - прошептал он ей в макушку, облегчение развязало ему язык. Она замерла – полностью, абсолютно, как при Жнец-на-два-часа-от-тебя. Он был в замешательстве, пока не осознал, что, хотя она уже произносила эти слова высоко над Президиумом, когда ветер играл в ее волосах, а глаза сияли, в ответ на его готова ли ты стать женщиной одного турианца, он так и не вернул их. Точно. - Черт, Вакариан. - Ее голос звучал натянуто, по странному сипло, и он вновь задумался, что бы сказали ему голосовые субтональности, если бы они у нее были. – Ты, должно быть, ударился головой сильнее, чем я думала. Он выдавил смешок. - Мне известно из достоверных источников, что у меня весьма прочный череп. Она отстранилась от него так, чтобы встретится с ним взглядом. Ее глаза сияли, и, возможно, немного увлажнились. Сильнее, чем обычно, точнее; человеческие глаза вообще склонны к водянистости. Он осмеял себя за мысль, что может она плакала; Шепард никогда не плакала. - Я тебя тоже, Гаррус. – Она нежно прикоснулась лбом к его подбородку. – А теперь, достаточно героизма. И хрени про восторженных принцесс. Я буквально слышу, как Джек смеется надо мной с другого конца галактики. - Определенно. Шепард фыркнула. - Не волнуйся. Уверена, она сможет найти множество красочных способов включить тебя. - Определенно, - повторил он, и был награжден еще одним хриплым, свистящим смешком Шепард.