Так, как раньше, уже не будет

Прошло уже несколько месяцев с выписки из больницы и сразу после этого, Кас уговаривал Дина переехать к нему домой, но он настойчиво отказывался. Правда из-за этого мужчина сам переехал к нему с братом на квартиру. Оставлять Винчестера старшего одного альфа не собирался и прекрасно понимал, что скорее всего будет сложно. Какое-то время Дин даже в комнату никого не пускал, а теперь спал в объятиях своего альфы, каждую ночь прижимаясь ближе, словно боясь вновь оказаться в том кошмаре или если его отпустят, то Кастиэль исчезнет. — Дин… может мы все же переедем ко мне? — осторожно спросил его Кас, поглаживая своего омегу по волосам, обнимая за талию. Они лежали на кровати, уже готовясь ко сну, но Кастиэлю все же было важно, чтобы его возлюбленный согласился на переезд сам, он не хотел принуждать Винчестера старшего. Дин повернул к нему голову, чуть улыбнувшись и примкнул к его губам, даря нежный и довольно легкий поцелуй. — Я… я не уверен. Я все еще не готов, Кас, — прямо в губы выдохнул Винчестер старший, после чего уткнулся носом в плечо своего альфы. За это время он действительно словно еще больше сблизился с мужчиной. Дин не хотел торопиться, но уже не скрывал собственных чувств к Кастиэлю, тянулся к нему сам, но близости у них не было до сих пор. Винчестер просто наслаждался компанией мужчины, прижимался к нему, дарил поцелуи, они даже не ходили на работу все это время. Альфа его не торопил, ведь прекрасно понимал, через что ему пришлось пройти и был счастлив даже от того, что они просто могли проводить время вместе. Кас каждое утро готовил ему завтрак, они даже стали выбираться в кафе. На работе все прекрасно понимали, что Винчестер старший еще не готов вернуться к своим обязанностям, ведь видели в каком состоянии увезли омегу в больницу. — Дин… чего ты боишься? Я никогда не причиню тебе вреда, — ласково проговорил Кастиэль, зарываясь пальцами в его волосы. Дин лишь что-то невнятно промычал и полностью расслабился от этих прикосновений, чувствуя руку на своей талии, утопая в этих теплых объятиях еще больше. Винчестер старший не мог спать без него, поэтому теперь они спали только вдвоем в его комнате. — Я знаю… но я все еще не могу забыть того, что было в том доме, — через время все же подал голос Дин. — Я понимаю и приму любое твое решение, так как люблю тебя. Я хочу пожениться с тобой, чтобы у нас было свое место, да и думаю твой брат не будет возражать, — прямо в макушку сказал Кас, оставляя нежный поцелуй. Дин немного смутился от его слов, но после уткнулся носом в шею вдыхая запах, что стал ему родным за все это время. Вскоре он уже тихо посапывал, обвив руками тело альфы, словно обнимал плюшевого медведя. Кастиэль тоже прикрыл глаза, начиная засыпать, он не отпускал от себя омегу и вскоре они оба крепко спали, не замечая ничего вокруг, словно остального мира и не существовало. Двумя месяцами ранее. Когда они приехали еще в первый день на квартиру братьев, то Дин тут же закрылся в своей комнате, никого туда не пуская. Он считал, что все должны его оставить и он сам должен справляться со своей жизнью. — Дин… что за детский сад? Открой дверь, — настойчиво начал просить его Кастиэль. Все же в больнице они довольно сильно сблизились за эти дни, а тут он опять за старое, опять пытался закрыться. Кастиэль надеялся, что тот не будет его хотя бы отталкивать, но видимо он ошибался. Мужчина старался понять Дина, хоть это было и довольно сложно. — Нет… не открою. Я хочу побыть один, — соврал Дин, на самом деле он хотел тепла и чтобы этот человек был сейчас рядом с ним, но признавать это отказывался. «Что со мной не так? Почему Кас так ласков со мной?» — пронеслись мысли в голове у Винчестера старшего. Его пугало такое быстрое развитие событий, он был не готов, хоть и тоже испытывал теплые чувства к своему шефу. Дин считал, что это неправильно, что он не заслуживает такого партнера. — Дин… ну пожалуйста, пусти меня. Давай поговорим, — Кас стоял возле двери, оперевшись спиной о нее. Он хотел быть рядом, хотел, чтобы если что-то тревожит его возлюбленного, то они бы поговорили об этом. Правда сам Дин опять пытался убежать, закрыться в себе. Рана на животе еще полностью не зажила, но уже перестала кровоточить, что не могло не радовать. Дин подошел к зеркалу, снимая с себя футболку, на когда-то идеальном теле сейчас красовались шрамы. Кожа была бледнее обычного, на животе красовался огромный пластырь, что закрывал швы от ранения. Винчестер старший запустил руки в свои волосы, обреченно выдыхая. Ему было больно смотреть на собственное тело. Плечи, ключицы, даже руки были теперь в довольно заметных шрамах, что-то напоминало ожоги от паяльника, что-то когда-то были достаточно глубокими порезами от ножа или скальпеля. Потухший взгляд, что говорил сам за себя. Его эмоции буквально пожирали сознание изнутри, вновь и вновь скидывая в бездну собственных мыслей. Опускаясь на пол, Дин провел рукой по новой метке, которая теперь украшала его шею, как татуировка. Синий дракон, который словно обвивал своим телом его шею, у него даже было чувство, что эта метка приносит какое-то тепло. «Почему все это происходит со мной? Что… что я такого сделал? За что мне все это?» — отчаянно колотили мысли в его голове, отдаваясь болью в висках. — Нет… я… лучше езжай к себе, — донесся голос из комнаты. Дин сжал свои руки в кулаки, отчаянно ударяя ими по собственным бедрам. Он ненавидел себя за подобные слова, но как ему казалось, что это будет правильно, что так им обоим будет лучше. Все то, через что он прошел, буквально доставляло ему боль. Дин ненавидел себя еще больше, чем прежде, ведь если раньше он корил себя лишь за собственную принадлежность, то теперь его буквально использовали за счет того, что он был невнимателен. Кас таким не был, он это прекрасно понимал, именно поэтому и пытался оттолкнуть альфу, желая ему лучшей жизни. Дин говорил одно, но на самом деле внутри все буквально кричало: «Пожалуйста не уходи… я не смогу без тебя!» — Нет, я никуда не уйду. Если будет надо лягу прямо возле двери на полу. И буду ждать, когда ты выйдешь, — тут же парировал Кас, спускаясь по двери, уже усаживаясь на пол. Мужчина переживал за него и понимал, что эмоциональное состояние омеги сейчас явно расшатано, с этим он и хотел помочь. Только Дин словно специально всячески отвергал его попытки и настойчивое желание сблизиться. — Кас… почему ты так хочешь сблизиться со мной? Ведь… ведь, я не достоин, — донесся обреченный голос Дина из комнаты. — Нет, это не так. Дин, я действительно тебя люблю. Ты достоин любви, достоин нормальных отношений, — тут же встрял Кас, не давая ему договорить. «Черт подери, Дин Винчестер, да ты меня с ума сведешь! Как еще мне доказать свою искренность и сделать так, чтобы ты мне доверился!» — чуть ли не закричал в своих мыслях Кастиэль. Винчестер старший провел пальцами по глубокому шраму тянущемуся от запястья и почти до сгиба локтя. Тот самый, когда он пытался покончить с собой, в момент когда реальность смешалась с галлюцинациями. В то время ему казалось, что все отвернулись от него и он никому не нужен. Именно тогда он взялся за лезвие и чуть ли не покинул этот мир. — Я… я пытался убить себя, — вдруг негромко произнес омега, продолжая пальцами водить по шраму, чувствуя неровные линии на коже из-за швов. «Твою мать! Зачем вообще я это говорю? Может чтобы он меня возненавидел? Может мне лучше действительно умереть?» — пронеслось в голове у Винчестера старшего. Сам порез уже зажил и выглядел не так ярко, правда было видно, что он был свежий и алый цвет свидетельствовал о том, что это произошло сравнительно недавно. Шероховатая поверхность кожи, едва заметные следы швов, все это лишь подтверждало малый интервал времени от попытки. Из-за этого Дина даже хотели поместить в психиатрическое отделение, но от этого врачей отговорил его младший брат. — Я…я знаю Дин. Я видел твой шрам, — в голосе не было осуждения, лишь понимание и грусть. — А если я вновь попытаюсь это сделать? Кас? Я… черт возьми… кажется я больной, — взвыл Дин, запуская руки в свои волосы. — Нет… Дин, это не так. Может расскажешь почему ты пытался покончить с собой? — решил было спросить Кастиэль. «Правда лучше бы для начала ты открыл дверь», — тут же пронеслось в мыслях альфы. Устало подняв глаза, он увидел рядом с собой Сэма, который принес ему стакан воды, понимая, что тот явно не собирается сдвигаться с места. — Держи, думаю тебе не помешает, — негромко сказал Винчестер младший, протягивая ему стакан воды. — Спасибо Сэм, — благодарно кивнул Кас, принимая чашку и делая несколько глотков. «Что же мне сделать еще? Как я могу достучаться до тебя?» — в голове все разрывалось, что казалось она вот-вот лопнет от всех мыслей, что его сейчас накрывали. Дин слышал голоса за дверью, но словно игнорировал это все или же не хотел отвечать. В его голове всплыли те самые образы. Его брат, что обвинял во всем, Кас, который с ненавистью смотрел. Слова, что словно врезались в мозг от которых на глазах вновь выступили слезы, от чего он закрыл свой рот рукой, чтобы его брат и начальник не услышали его всхлипов. Убей себя… Ты никчемный… Шлюха… Ты мне противен… Все это словно новой волной накатило на омегу, от чего его сковал ужас, щеки были мокрые от слез, Дин начал кусать губы до крови, сдерживая собственные всхлипы. Тело затрясло от страха, неизвестности и того ужаса, который он испытал еще в тот злополучный день, когда взялся за скальпель. Тогда кровь медленно вытекала из раны, заполняя пространство в алый, словно позволяя утонуть в ней. «Почему это все происходит? Я… я не понимаю себя. Может я такой ужасный? Может просто брату и шефу будет лучше, если меня не станет?» — пронеслись мысли в голове у Винчестера старшего. Нервно сглатывая от собственных мыслей, он еще продолжал сидеть на полу, вытирая слезы из глаз, но руки словно не слушались его. Дин, поднял свой взгляд на зеркало, всматриваясь в красные глаза, которые были буквально затуманены от мыслей и вновь накопившихся слез. — Дин… Дин, ты… у тебя все хорошо? — обеспокоенный голос Каса донесся вновь, он словно чувствовал Винчестера старшего. Да, у них уже сформировалась связь за счет метки, пусть и не такая стабильная, все же омега его отталкивал. Сердце сжималось, но он слышал негромкие всхлипы, что Дин так старательно пытался скрыть. «Черт возьми… пожалуйста, не делай глупостей! Дин… открой чертову дверь или я вышибу ее к херам!» — кричали его мысли, но он не решился произнести это вслух. — Дин… не молчи, прошу, — включился в разговор его младший брат, ему тоже было не спокойно. Мужчины переглянулись, продолжая прислушиваться к приглушенным звукам из комнаты, они не знали, что там происходит и от этого было еще хуже. Ведь как известно сознание любит подкинуть самых ужасных образов. Винчестер старший до сих пор не отзывался, но поднялся на дрожащих ногах с пола. Все тело было словно ватным, его начинало накрывать, в глазах все расплывалось, а в голове была паника. Сердце бешено билось, словно угрожая вырваться из груди или застрять меж ребер. Дин двинулся в сторону ванной, чуть ли не свалившись с ног прямо у двери, лишь в последний момент хватаясь за дверной косяк, пытаясь успокоиться. Губы сотрясались от мелкой дрожи, каждая новая волна словно била сильнее. Все тело трясло изнутри и лишь добираясь до раковины, он впился пальцами в акриловую поверхность, сжимая ее до побелевших костяшек. — Я ненавижу себя… свою жизнь… все это, — дрожащий голос был едва слышен из ванной комнаты. Так чего ты ждешь?.. Или ты трус?.. Чужой голос буквально врезался ему в голову, сподвигая к действиям. «Прости меня Кас… так… так будет лучше», — пронеслось в его голове. На покрасневших глазах отчетливо выступали слезы. Дин привык быть сильным, не показывая собственных слабостей, страхов и проблем, а сейчас был настолько подавлен, что не мог ни о чем думать. Все мысли, образы, чужой голос, смешалось в его голове. В этот момент он нуждался в поддержке, больше чем когда либо, но при этом никого не пускал к себе. Дрожащие пальцы коснулись стеклянного шкафчика, что был над раковиной. Руки словно отказывались его слушать, но спустя пару минут он сжал в руке опасную бритву, пытаясь унять собственную дрожь. «Остановись… ты не должен этого делать!» — закричало где-то в глубине него самого, правда он словно отказывался слушать голос собственного разума. Раскрывая острое лезвие, Винчестер старший опустился на пол, все еще пытаясь унять собственную дрожь. Губы были искусаны в кровь, правда сейчас, привкус железа и соли его ничуть не смущал, а лишь наоборот позволял утонуть в собственных мыслях. Кастиэль прислушивался к каждому движению, к каждому шороху, словно так мог понять, что именно происходит там, за закрытой дверью. — Кас… прости меня, — раздался едва слышный голос из-за двери. Дин потянулся к крану в ванной, включая воду, чтобы не было слышно, что он делает или говорит. Холодное лезвие коснулось ровной, немного бледной кожи, с легкостью разрезая. Кровь стала медленно стекать по его руке, позволяя погрузиться в легкое беспамятство. «Так будет лучше нам обоим… ты еще встретишь свою любовь», — пронеслось в голове у Винчестера старшего. Опасная бритва выпала из его руки, с громким звуком оглашая комнату. Руки продолжали дрожать, он тихо всхлипывал, прикрывая глаза. Рядом уже образовалась небольшая лужица крови, но он держался в сознании. Кастиэль тут же дернулся, слыша стук металла о пол, холодный пот покрыл его тело. Не мешкая он тут же поднялся с пола, чуть ли не вырывая резким движением руки дверь. — Дин… мать твою! — буквально закричал мужчина, залетая в комнату. Он увидел, что Винчестер старший сидит на кафельном полу, в одних джинсах, а с его правой руки медленно течет кровь. — Идиот… зачем ты это сделал! — голос альфы дрожал, он тут же взял полотенце, опускаясь на пол, рядом с бледным Дином. — Зачем… зачем ты пришел? — красные глаза уставились на Каса, жизнь словно понемногу угасала в них. Кастиэль тут же опустился на пол, зажимая полотенцем рану возлюбленного, на лице отразился ужас, что он даже побледнел. Мужчина буквально сгреб его в охапку, одной рукой. Сердце билось, словно бешеный зверь, отдаваясь отголосками прямо в виски. — Дин… ты чертов идиот! Но ты мой идиот! — голос был немного хриплым. Мужчина продолжал прижимать трясущегося омегу к себе, пытаясь успокоить. Тело было холодным, покрытое капельками пота. Кас плотно обмотал полотенце начиная от запястья и заканчивая сгибом локтя, чтобы хоть немного остановить кровь. — Сэм, вызови скорую, — крикнул Кастиэль из ванной, продолжая прижимать к себе Винчестера старшего. — Кас… зачем я тебе? Такой… я… видел тебя… видел Сэма, когда был там, — голос Дина звучал хрипло, тихо, он уткнулся носом в шею альфы, вдыхая его запах, но продолжал дрожать. Слезы капали на обнаженную кожу Кастиэля, каждой каплей заставляя вздрагивать, но он пытался не обращать на это внимание. — Дин, что ты несешь? Ты нужен мне! Я люблю тебя! Сколько раз мне тебе это сказать, чтобы ты поверил мне? — Кас убрал руку от пострадавшего запястья, чувствуя, что Дин уже держит полотенце сам, которое с каждым мгновением все больше пропитывалось кровью. Мужчина приподнял его голову за подбородок, бережно вытирая слезы большим пальцем и впился в искусанные губы нежным поцелуем. — Мне нужен только ты… Ты самый дорогой человек. И я не смогу жить, если вновь потеряю тебя, — прошептал он прямо в губы омеге, утягивая его в поцелуй. — Какого черта у вас происходит? — спросил было Сэм, но уже набирал номер скорой. — Алло, сэр, что у вас случилось? — раздался голос в трубке. — Срочно, нужна скорая по адресу Эддисон стрит дом 15, этаж 35, квартира 280. Сильное кровотечение, — Сэм видел, что Кастиэль сидит с его братом на полу и на кафеле небольшая лужица крови. «Твою мать. Дин, да чтож такое! Какого хрена ты вообще закрылся!» — простонал Сэм в мыслях. — Ожидайте, машина будет в течение пятнадцати минут, — раздался голос в ответ и они закончили разговор. Дин продолжал жаться к мужчине, чувствуя, что дрожь постепенно сходила на нет, он отвечал на поцелуи, продолжая тихо всхлипывать. — Прости… прости меня, — только и вымолвил Винчестер старший, словно не зная, что ему и говорить. Дин приоткрыл глаза и встретился с желанными глазами мужчины, что продолжал прижимать его к себе и начал целовать его щеки, лоб, нос, все, куда мог дотянуться. — Дин… я так испугался, когда услышал шум из твоей комнаты! Пойми, мне не важно, что было в том доме! Самое страшное, это потерять тебя! — шептал ему на ухо Кас. Альфа запустил руку в его волосы и начал перебирать горячими пальцами, пытаясь полностью успокоить своего возлюбленного. — Но… ведь я ужасен. Мое тело все в шрамах, я второй раз пытался покончить с собой, — чуть ли не просипел Винчестер старший и вновь уткнулся носом в шею Кастиэля, глубоко вздыхая. — Это не так. Ты прекрасен, шрамы ничуть не портят тебя, я люблю тебя со всеми шрамами, всего тебя. Тебе не стоило закрывать дверь, я бы не позволил тебе этого сделать, будь я рядом, — голос был наполнен любви и нежности. Мужчина так и сидел с ним на полу, наконец-то почувствовав, что он перестал дрожать окончательно. Правда уже вскоре раздался звонок в дверь, это была скорая. Сэм тут же открыл входную дверь, пуская врачей внутрь, сразу провожая их в ванную. Двое мужчин сразу заметили лужу крови и опасную бритву на полу, понимая, что случилось. — Сэр, позвольте нам осмотреть его рану, — начал один из врачей, уже подойдя к той самой паре, что до сих пор сидели на полу в обнимку. Кастиэль попросил Дина вытянуть руку, что была завернута в полотенце и открыв чемоданчик, врач достал оттуда иглу, специальные нитки и средство. — Дин, потерпи пожалуйста, — словно умолял его Кас, надеясь, что это хоть немного поможет. Винчестер старший приоткрыл глаза и взглянул на врачей, которые уже были возле них. Развернув его руку из полотенца, мужчина обработал порез и протянул омеге обезболивающий препарат, чтобы начать нанесение швов. Лишь дождавшись, когда Дин уже выпил таблетку, тот приступил к действию. Винчестер старший впился здоровой, но окровавленной рукой в плечо своего альфы, стараясь не издавать ни звука. Ему было еще больно, но он старался делать вид, что все в порядке, хоть и получалось у него это просто отвратительно. Когда с раной было покончено, врач наложил бинт, сразу замечая второй, уже относительно старый точно такой же порез. Кастиэль продолжал все это время прижимать любимого к себе, чувствуя вновь нарастающую дрожь, прекрасно понимая ее причины. Он ласково гладил того по спине и волосам, надеясь, что хоть немного сможет ему помочь. Даже чувствуя, как его пальцы с силой сжимают плечо, Кас молчал, понимая, что пусть лучше он сломает ему руку, но сам будет впорядке. — Сэр, вам нужно будет проехать с нами. У вас уже не первый случай, — начал было врач. — А мы можем обойтись без этого? Может просто вы оставите нас наедине и я не оставлю его ни на минуту, чтобы этого не повторилось? — тут же вклинился Кас, надеясь, что это не обязательно. — Простите, сэр, но это обязательно. Дин Винчестер, еще с первого попадания в больницу находился в нестабильном психическом состоянии. Если мы оставим его сейчас и ничего не предпримем, последующие попытки могут повториться вновь, — пояснил врач, давая знак другому, который уже расписывал какой-то документ. — Но… я его не оставлю. Он мой омега, мой будущий муж, — обеспокоенно вновь вмешался Кас, перебивая врача. — Вы можете поехать с ним, но оставить его так, мы не можем, — спокойно ответил врач, встречаясь взглядом с недовольным альфой. — Но почему обязательно его забирать? Вы считаете, что в больнице ему будет лучше? — тут уже включился в разговор Сэм, укоризненно смотря на врачей. — Не поймите меня неправильно, мы делаем это лишь с целью помочь, — обреченно выдохнул врач. Как часто им приходилось выслушивать, что все впорядке, что помощь не нужна, что не надо никого забирать. А после, спустя неделю, месяц или полгода они приезжали по тому же самому адресу и чаще всего находили уже труп. Именно после подобных случаев, людей с суицидальными наклонностями или же в тяжелом психологическом или психическом состоянии они забирали в специальное отделение, чтобы там уже таким пациентам смогли помочь должным образом. — А если я сам не соглашусь? — вдруг раздался негромкий голос Дина, который приподнял голову от плеча альфы, словно надеялся, что его слова помогут. — Решение о госпитализации зависит не от вас, а от врачей, что приехали на вызов. Даже если вы или ваши родственники, родные, откажутся подписывать бумаги, вам нужно будет проехать, — ответил тут же врач. Дин недовольно простонал, понимая, что ему не отделаться от больницы. Казалось бы только недавно они вернулись домой, но тут он виноват уже сам. — Дин, я буду с тобой все это время, — ласково сказал Кас ему на ухо, целуя в мочку, чтобы хоть немного его расслабить. Дин вновь уткнулся носом в его шею, что-то недовольно пробормотав и обвил обеими руками плечи альфы. Он не хотел никуда уезжать, но при этом сейчас для него это было лучшим решением, как бы он не сопротивлялся. Кастиэль помог сначала подняться своему любимому, а после поднялся сам, придерживая его за талию. Дин выглядел потерянным, словно сейчас весь мир пронесся у него перед глазами и старался не думать о том, что может произойти в больнице. За это время Кастиэль распорядился, чтобы их отвезли в частную клинику, так как не особо доверял государственным и подключив свои связи, они поехали именно туда, куда указал альфа. По дороге до больницы Дин все же смог уснуть, так и находясь в объятиях, словно это был его спасательный круг. Лишь его младший брат остался дома, но они договорились, что будут на связи. Оказавшись возле клиники, Кастиэль прошел с проснувшимся, но еще сонным Винчестером старшим в светлое и небольшое здание больницы. Разобравшись на ресепшене они тут же пошли в нужную палату. Она была лишь для двоих пациентов и хоть Кас был лишь сопровождающим, его спокойно пропустили и в палату никого не собирались поселить вместе с ними. Кастиэль помог своему любимому лечь в кровать и сам сел рядом, беря его руку в свою. — Кас… я не хочу здесь быть. Я хочу домой, — глаза Дина распахнулись и лежа в кровати он не отрывал от него взгляда. — Дин… я постараюсь сделать все, чтобы мы поскорее уехали домой, — пообещал ему мужчина, поднося его руку к своим губам, нежно целуя пальцы. — Не надо было меня спасать, — вдруг выдал Винчестер старший, отчего глаза альфы округлились, словно огромные монеты. — Нет, ты не прав. Просто сейчас тебе тяжело. Тебе нельзя оставаться одному. Я знаю, что ты не привык просить помощи или рассказывать о том, что тебя беспокоит. Но это надо сделать, — продолжил Кас, не смотря на все слова того, кто сейчас лежал напротив него на кровати. Дин запрокинул голову, тяжело вздыхая, он не знал, что ответить и в тоже время понимал, что Кас прав. «Черт возьми… ну и зачем я ему такой? Он что, мазохист?» — пронеслось у Дина в голове, отчего на губах дрогнула легкая ухмылка. — Я тебя совершенно не понимаю. Я кучу раз тебя отшивал. Не соглашался на свидания. А сейчас ты ведешь себя так, словно ничего этого не было, а мы чуть ли не женатая пара, — практически рассмеялся Винчестер старший, устало закрывая глаза. — Просто дело в том, что я люблю тебя и мне не важно через что мы прошли или будем проходить, я никогда тебя не оставлю. Дин, просто доверься мне и перестань себя корить, — мягкий голос раздался прямо возле его губ, смыкая их поцелуем с тем человеком, которого любил. Дин распахнул глаза, удивленно смотря на мужчину, но ничего не ответил, лишь продолжил столь приятный и теплый поцелуй. Кас погладил того по щеке, продолжая сжимать в своей руке, руку любимого. На какое-то время палата была наполнена тишиной, но лишь до того момента, как к ним пришел врач-психиатр из отделения, где Винчестера старшего определили. — Добрый день. Кас? — удивленный голос раздался в палате. Это был Зейн, бывший парень Кастиэля, они уже давно не виделись, но при этом расстались на нормальной ноте, просто поняли, что не подходят друг друга. Раньше они довольно часто общались, но после попадания Каса в больницу еще до закрытия дела, он перестал выходить на связь. Зейн ожидал увидеть кого угодно, но не его, так еще и на кровати лежал тот самый парень, про которого омеге рассказывал Кас, уже после расставания. — Зейн? Ты стал психиатром в частной клинике? — удивленно, Кас повернул голову в сторону вошедшего врача. Это был молодой парень, ростом примерно на голову выше альфы. Его руки и шея были покрыты татуировками, да и на теле было множество татуировок, но они были закрыты халатом. Аккуратная щетина, что подчеркивала его острые скулы, черные, коротко подстриженные волосы, что придавали ему более строгий вид и серьги в ушах, которые немного сглаживали его образ. Белый халат, что свободно висел на нем, скрывал подтянутое, но немного худоватое тело. На безымянном пальце красовалось золотое кольцо, после расставания, он наконец-то нашел себе мужа и они поженились. А на шее красовалась красная метка в виде гитары. — Да, что у вас случилось? Почему он пытался покончить с собой? Это из-за тебя? — нахмурив лоб, Малик подошел к кровати, на которой все это время лежал омега, который пристально рассматривал незнакомца. — Не твое дело, — вдруг резко ответил Дин. Он не хотел что-то рассказывать врачу, так как в целом ему не нравилось находиться здесь, возможно если бы не Кас, то он бы попытался сбежать или предпринял бы еще одну попытку. — Так… для начала я бы советовал успокоиться и все же рассказать то, что случилось, — Зейн покачал головой, открывая папку с личным делом пациента, которую ему выслали из больницы, после того, как Винчестера старшего выписали из клиники домой.

Личное дело пациента

Имя: Дин Винчестер Возраст: 27 лет Принадлежность: омега Профессия: детектив Распахнув папку, Зейн озадаченно свел брови, вчитываясь в историю болезни, где было расписано буквально все. День 1. Пациент Дин Винчестер, прибыл в больницу Брайтона в критическом состоянии. Пулевое ранение в живот, множественные ожоги конечностей и самого тела. На руке свежий шрам, свидетельствующий о попытке суицида, требуется наблюдение и консультация психиатра. На шее метка, оставленная другим альфой. Значительная потеря крови, пациент практически в предсмертном состоянии. Требуется переливание крови, срочная реанимация. Пациента удалось спасти и стабилизировать состояние. Сейчас он все еще находится без сознания, в состоянии близкое к коме. Мужчина находится в палате реанимации, продолжается наблюдение за состоянием. Дин Винчестер оказался беременным, но плод был задет пулей, что послужило смертью. На теле обнаружены следы насилия. Исходя из истории омега был доставлен из дома убийцы Крейга Паркера, где находился более недели и подвергался насилию и физической расправе. В крови омеги были обнаружены наркотические вещества, возможно нужна реабилитация, если развилась зависимость, опять-таки требуется психиатр. День 5. Пациент Дин Винчестер все еще находится в состоянии ближе к коме. Цвет кожи становится менее бледным и более живым. Дыхание обеспечивает специальная трубка, в палате находится его младший брат и полицейский, что прибыли вместе с ним. Зейн закрыл личное дело Дина, глубоко вздыхая, словно пытаясь подобрать слова. Он хотел что-то сказать, но лишь взглядом изучал своего нового пациента, замечая на нем метку, но не черную, а синюю, переводя взгляд на своего бывшего партнера. — Кас, он… ты выбрал его? — начал было Зейн. — А тебе какое дело? Ты вообще кто такой? — голос Дина разрезал воздух, словно натягивая напряжение в их беседе. — Дин… прошу успокойся. Он просто врач и да, мы знакомы, — начал было объяснять Кастиэль, но тут же Винчестер убрал свою руку подальше от альфы, скрещивая их на груди, предварительно усевшись на кровать. — Это твой любовник? Говоришь, что любишь меня, а сам с ним кувыркаешься? — фыркнул Дин, которого явно огорчило, что человек, который каждый день клялся ему в любви, теперь мило беседует с привлекательным омегой. — Дин… тут ты сильно ошибаешься. У меня есть муж, которого я люблю и ни за что бы не стал ему изменять, — начал было Зейн. — А с чего мне тебе верить? — перебил его Дин. — Я понимаю твое неверие, но тут действительно нет повода для ревности. Мы раньше встречались, но разошлись, так как поняли, что не подходим друг другу, — покачал головой Зейн, сжимая руками папку с личным делом своего нового пациента. «Черт, угораздило же меня. Если Коннор узнает, он сам меня ревновать начнет. Хотя нет… он помнит про Каса», — пронеслось в голове у омеги. Покусывая губы, он чувствовал на себе озлобленный взгляд Винчестера, но было в нем что-то еще, словно боль, закрытая злостью. Отчаяние, которое пряталось глубоко внутри и что-то еще, чего он не мог понять — Так это еще и твой бывший. Замечательно, все я ухожу домой, — фыркнул Винчестер, поднимаясь с кровати, но он почувствовал слабость в теле и опустился обратно на кровать, недовольно вздыхая. — Дин, прошу тебя, успокойся. Между нами уже давно ничего нет, — чуть ли не взвыл Кас, беря его за руку. Дин тут же вырвал свою руку, переворачиваясь на бок, спиной к альфе, но после столкнулся взглядом с врачом, недовольно закатывая глаза. — Да за что мне все это? Почему моя жизнь такая ужасная, — пробормотал Дин, утыкаясь носом в подушку. — Дин, это не так. Я понимаю, что ты пережил ужасные вещи. Ты до сих пор не можешь этого забыть, но стоит двигаться дальше, — Зейн продолжал сохранять спокойствие, он часто сталкивался с травмированными омегами и к каждому у него был свой подход. Самое сложно было, когда пациент отрицал собственные проблемы и не шел на контакт, что сейчас и происходило. Поэтому Малик был осторожен в своих выражениях и словах, но все же пытался забраться глубже. — С чего мне тебе верить? Вообще не надо было меня спасать. Нашел бы себе нормального омегу, — эти слова относились к Кастиэлю, но он так и не повернулся к нему. — Дин, я тебя люблю, мне не нужен никто другой. Никакой другой омега. И если с тобой что-то случится, то я себя никогда не прощу, — протянул Кас, в его голосе звучала искренность, боль и отчаяние. «Да что же мне сделать? Почему ты мне не доверяешь?» — пронеслось в голове у Кастиэля. Рука осторожно потянулась к его плечу, едва касаясь, словно боясь его отпугнуть от себя. Дин тут же натянул на себя больничное одеяло, закрываясь практически с головой, но чуть приподнял голову, вновь встречаясь взглядом с врачом. — Дин, он действительно такой человек. Если любит, то без остатка отдает всего себя. Он рассказывал мне про тебя, когда мы уже расстались. Сказал, что давно уже пытается тебя куда-то пригласить, узнать, кто ты. А когда узнал, что ты омега, стал еще больше переживать за тебя, — чуть улыбнулся Зейн, доставая из кармана ручку. — Ты… ты его бывший, — недовольно пробормотал Винчестер. — И что с того? Дин, в том то и дело, что бывший. Не любовник, не его партнер, ты ведешь себя сейчас как полный кретин, — не выдержал Зейн в выражении, а после выругался себе под нос. «Чертов Винчестер, ведет себя как ребенок. Пытался покончить с собой уже второй раз, но все равно ревнует», — усмехнувшись своим мыслям, мужчина присел на стул, что располагался недалеко от кровати. — И ты думаешь, что я тебе поверю? Вот и иди строй с ним отношения, — пробубнил Дин, вновь встречаясь с ним взглядами и все же перевернулся на спину, утыкаясь взглядом в потолок. — Дин, не говори так. Мне никто не нужен кроме тебя. Я ждал уже давно, когда ты ответишь мне взаимностью, — обреченно выдохнул мужчина, касаясь щеки возлюбленного. — Я… я не верю, — отстраняясь Дин, поджал губы, он старался не встречаться взглядом с альфой. — Если бы не случилось то, из-за чего ты пострадал, я бы не стал ставить тебе метку. Только, когда бы ты сам был готов и попросил. Но тебе нужна была помощь и ты сам попросил, — продолжил Кас, словно чувствовал вину за содеянное. «Почему же он опять себя так ведет. Я его совсем не понимаю», — отчаянно пронеслось в голове у Кастиэля. — Ты… ты перекрыл прежнюю метку, это очень серьезный поступок, но я так понимаю в данной ситуации не было иного выхода, — включился в разговор Зейн, что-то помечая у себя в блокноте, который был у него под рукой. — Я понимаю это… но я никогда никого не принуждал силой быть с собой. И я действительно хочу, чтобы ты искренне доверял мне, — вздохнул Кас, сжимая руку Дина под одеялом, не позволяя ему убрать ее. — В общем, как я вижу, на лицо повышенная тревожность за происходящее, возможно даже будут кошмары, видения, что послужили для формирования травмы. Суицидальные мысли и попытки, как давно был первый случай? — начал было Зейн. Его голос был спокоен, он не давил, не пытался заставить пациента насильно все рассказывать, но хотел, чтобы он начал говорить о своих проблемах, ведь иначе бы не смог помочь. К тому же Малику нужно было понимать, какое лечение подойдет для него лучше всего. — Ты так все это видишь? А может такого не будет? — тут же встрепенулся Дин, садясь на кровати, сжимая руку альфы сильнее, так как начал нервничать, но не переставал на него злиться. — К сожалению такое будет. Я конечно пропишу успокоительные, чтобы немного стабилизировать состояние. Но необходима диагностика и Дин, все же тебе стоит начать разговаривать, — потирая виски, Зейн глубоко вздохнул. — Лучше было бы, если ты просто отпустил меня домой, — лишь выдохнул Винчестер, разжимая свои пальцы и глянул на Каса, который до сих пор неотрывно смотрел на человека, которого полюбил. — Как я могу помочь ему? Чтобы облегчить это все? — задал вопрос Кас, понимая, что его возлюбленный явно не готов к подобным разговорам. — Твое присутствие, запах, все это будет его успокаивать. Плюс тебе необходимо следить за тем, чтобы он нормально питался, — спокойно объяснил ему Зейн. В глазах врача не было и толики влюбленности, когда он разговаривал со своим бывшим, он лишь воспринимал его как хорошего товарища, но не более того. Чтобы Дин не придумал по поводу них, уже давно все было кончено и они оба решили, что просто останутся друзьями. — Хорошо, я сделаю все, что от меня требуется, — согласно кивнул Кастиэль, переводя взгляд на Зейна, а после возвращаясь обратно к своему возлюбленному. Дин лишь недовольно закатил глаза, встречаясь взглядом сначала с Касом, а после и со своим лечащим врачом. — Сейчас тебе надо постараться поспать, а завтра мы начнем диагностику и лечение, — завершил Малик, поднимаясь с кресла. — Я не хочу спать, — соврал Дин, хотя его глаза говорили об обратном, скорее ему просто было страшно засыпать, из-за того, что прошлое до сих пор не отпускало. — Дин, прошу, послушай его, он хороший врач и я буду рядом, — начал уговаривать его Кас. — Я вас оставлю. Кас, береги его, — сказал напоследок Зейн, похлопав по плечу альфу, покидая палату. Правда это движение лишь разозлило Винчестера, от чего тот вновь отвернулся в сторону окна в палате и натянул одеяло, практически полностью скрываясь в нем. Кас все же пошел на другую кровать, но уходить из палаты он не собирался. Пытаясь расслабиться. Мужчина прикрыл глаза, слыша, что Дин начал все же засыпать от усталости и довольно серьезного пореза, который теперь останется с ним на всю жизнь.