Холодная зима

Достаточно долго Миф рассказывал о том, как он потерял родителей, как его передали на опекунство в детский дом "Святой Анны". Говорить с Клаудом оказалось довольно легко, но только вот он ничего о себе не рассказывал. Только отнекивался и махал рукой на любые расспросы. Меж тем чай, остыв, перестал греть тонкие пальцы блондина. Оставаться вот так вот наедине с Клаудом становилось все тяжелее, ведь Миф чувствовал к нему некий интерес, непреодолимую слабость. И теперь, отставляя чашку, он встал, рассыпая по комнате звук железных пружин кровати, и, проходя вдоль комнаты, натянул свои ботинки. За окном, казалось, началась настоящая метель. Все же зима обещала быть воистину холодной. – Я проведу тебя. – Клауд встал с места, направляясь за мальчишкой и включая фонарик. Все же коридоры старого корпуса не были предназначены для ночных "свиданий". Теперь же, выходя из комнаты и окунаясь в темноту, Клауд схватил мальчишку за руку и направил свет фонарика на его лицо. – Страшно? – Спросил он, расплываясь в улыбке и тут же опуская лучи света на пол. Миф же толком ничего не сказал. Лишь, что-то буркнув, пошел вдоль коридора. Рука Клауда была теплой. Миф не знал, почему, но не хотел отпускать эту руку. Переплетая пальцы и прижимаясь ближе к брюнету, он ощущал жгучее тепло внутри. Проходя вдоль узкой лестницы на самый верх и чуть ли ни спотыкаясь о каждую ступеньку, он уже был готов возненавидеть себя за свое волнение, ведь оно просто выдавало его с потрохами. Не было и мысли, что стесняется он именно Клауда. И вот наконец-то знакомый холл, а после и длинный коридор, его дверь. Долгое и судорожное искание ключей в кармане, грохот их об пол и не довольное фырканье. Миф не мог совладать с собой. Руки тряслись, и голова не варила. На помощь несчастному пришли теплые ладони Клауда. Он, наклонившись, поднял ключи и, открыв двери, повел рукой по волосам блондина. – Ты чего? Неужели до сих пор так плохо? – Брюнет улыбнулся, светя на лицо мальчишки, а после легко открывая ему двери. Миф, казалось, вздохнул с облегчением, как тут же в его личное пространство ворвался Клауд, буквально вжимая его в стену и не сводя с него глаз. Это Миф чувствовал даже без света. По спине блондина пробежал холодок, а после он, казалось, потерял ход времени. Его губы мягко сжали горячие губы нового знакомого, и мальчишка потерял голову. Тяжело дыша и вжимаясь пальчиками в могучие плечи, не переставая дрожать в его руках, он терял равновесие, а Клауд не прекращал кусать его губы и ласкать их своими, жарко причмокивая их и прижимая мальчишку ближе к стене. Фонарик с грохотом упал на пол, а пальцы Клауда вплелись в блондинистые локоны. Жар прошел по всему телу мальчишки, и душа клекотала где-то внутри. Воздух в легких заканчивался, а прекращать эту сладкую муку не хотелось. Запах Клауда, наполненный смесью сигарет и дорогих духов, его просто дурманил. Снова и снова неудержимо его тянуло к телу парня. Но Миф сдался, оторвавшись от сладких губ и тяжело дыша, чуть ли не сползая по стене вниз. Теперь на его щеку легла теплая ладошка брюнета, нежно поглаживая пальчиками. – Я пойду? – прошептал Миф поднимая глаза на парня и краснея, как помидор. Клауд улыбнулся, отпуская мальчишку из своих объятий, передавая в его руку ключи и шепча ему на ушко: – Я вернусь в снегопад! После тепло тела Клауда отступило, и послышались удаляющиеся шаги. Миф так и остался стоять на месте, сам не понимая того, как он будет ждать снега.