Голодные игры продолжаются

* Хеймитч терпеть не мог эту процедуру, но сейчас выбора особо не было, так что он пригладил волосы, затянул потуже галстук и прочистил горло. Схватил по дороге первый попавшийся бокал с подноса. Шоу началось. Его выход. - Э-эй, Квентин, приятель! Здорово! Темные времена прошли, а у нас все по-прежнему, а? Как ты? Как жена? Мужчина средних лет, толстоватый, лысоватый, с жидкими оранжевыми локонами, аккуратно накрученными и налаченными, слегка улыбнулся и кивнул в знак приветствия. - Здравствуй, подлиза. Я, как видишь, по-прежнему. Жена вся в депрессии, так что я при первой возможности сбежал сюда, благо есть на что отвлечься. Игры. Кхм. Разве это не прекрасно? - Да-а, - протянул Хеймитч и натянуто улыбнулся в ответ. - Режимы меняются, а развлечения остаются. Хотя нет, небольшие изменения все же произошли, да? Теперь честь рвать задницы на арене выпала самим капитолийцам, ха. - По лицу собеседника стало понятно, что ему, по большому счету, плевать, капитолийцы там будут или крупный рогатый скот. Спонсоры. Этот народ ничем не удивишь и не проймешь. - Ну что, уже решил, на кого ставить? - Есть пара вариантов, - туманно отозвался мужчина, попивая коктейль из трубочки. - Конечно, еще рано что-то говорить, но прогнозы, конечно, уже существуют. Хеймитч понимающе покивал, словно войдя в его положение. - Просто ради любопытства... Входит ли в эти варианты Тринкет? - Тринкет? - Квентин задорно прыснул, как от лучшей шутки за вечер. - Издеваешься? Улыбка Эбернети стала еще более натянутой и была на грани перерасти в оскал. - Почему нет? Она удивительно прозорлива и хитра, как лиса. Имеет отличную интуицию, к тому же... Да ладно, это же Эффи! Вот уже десять лет, если не больше, год за годом они общались с этими чванливыми рожами. Эффи лично обхаживала Квентина, и они, в конце концов, нашли взаимопонимание, если не сказать, сдружились. Уж на кого-кого, а на Квентина они всегда могли рассчитывать. И что же теперь? Когда на арену идет сама куратор? Мужчина заметно раскраснелся, ему вдруг стало неуютно в этой обтягивающей жилетке со стразами, а платок, так удачно скрывающий лишний третий подбородок, теперь давил на горло и грозил удушением. Тем не менее, Квентин лицемерно улыбнулся и пожал плечами. - Без обид. Бизнес есть бизнес. - Хеймитч уже не улыбался. - Послушай, ну в самом деле. С этой чертовой революцией я практически обанкротился! Мой дом взорвали! Теперь там просто куча камней! Все ценные вещи, все сбережения - все погребено под руинами. Чудо, что сами успели эвакуироваться. Я потерял миллиарды. Игры - это единственный шанс отыграться, хоть как-то встать на ноги. Не думаешь же ты, что я поставлю остаток сбережений на какую-то глупую побрякушку?! Потребовалось все терпение Хеймитча, чтобы не дать ему в морду. Снова попадать в черный список Койн в столь ответственное время он не мог себе позволить, и потому, медленно выдохнув и сжав кулак и руку на бокале, кивнул и спокойно произнес: - Конечно. Тяжело тебе пришлось. Как ты еще держишься. Эта побрякушка справится и сама, ты прав. И он, развернувшись на каблуках, быстро покинул помещение. Чуть выйдя за порог, он со всей дури замахнулся нетронутым коктейлем и послал его в стену. Ни одного спонсора сегодня. Сплошные отказы. Квентин, этот тупица, был последним шансом, теперь же им придется рассчитывать только на себя. Проклятье. * Ментор устало ввалился в отведенный им пентхаус и грузно опустился на свободный стул. Вся команда уже ужинала, так что выжидающе уставилась на него. Хеймитч схватил с тарелки ножку цыпленка и впился в нее зубами. Лишь прожевав все мясо до косточки, он обратился к команде: - Ну? Как успехи? - Примерно половина - наши союзники. Заслуга здесь, конечно, целиком и полностью Эффи. Она умеет к себе расположить, - продекламировал мини-отчет Пит. - Плюс, Китнисс научила ее стрелять из лука. Э-э... точнее, держать его в руках правильно и устанавливать стрелы. - Конечно, до Робин Гуда мне еще далеко, - оптимистично прощебетала Тринкет, - но, по крайней мере, выстрелить я смогу. - С Флавием дела обстоят похуже, - добавил Пит. - Он вообще не вышел сегодня на тренировку, весь день просидел в своем номере. Я пытался его убедить, но он ни в какую. Что у нас со спонсорами, Хеймитч? Мужчина тут же придал лицу беспечности и махнул рукой, деланно небрежно произнеся: - Все в норме. - Много откликов? - осторожно поинтересовалась Эффи. Хеймитч, избегая ее взгляда, уклончиво ответил: - Мм... несколько. Почему ты ничего не съела? Нашла время следить за фигурой и баловаться диетами. - Хеймитч, - перебила его капитолийка, поняв, что он пытается уйти от темы, - сколько отказов ты получил? Он, наконец, нехотя буркнул: - Больше десяти. - А откликов? Хеймитч молчал. Эффи на мгновение переменилась в лице, но быстро взяла себя в руки, тряхнув головой и заразительно улыбаясь. - Ну что ж. Ничего страшного. У нас уже бывало, что ни один спонсор не желал инвестировать средства в наших трибутов, и тем не менее они справлялись, смогли продержаться... Пару дней. Боже, - вдруг выдохнула она, опуская маску мнимого спокойствия и веселости, - кого я обманываю? Я умру одной из первых! - Эй! - прикрикнул на нее Хеймитч, через стол тыкая в нее указательным пальцем. - Даже думать так не смей, поняла? Как только ты позволяешь себе потерять веру - всё, ты проиграл. Ты сильная, Эффи. У тебя крепкий дух. В то время, когда я уже давно потерял надежду и сломался, ты продолжала верить в успех Двенадцатого, верить в нашу победу, еще и меня заставляла. Так что не смей сдаваться сейчас. - Как ни странно, я согласна, - вдруг подала голос молчавшая до того Китнисс. - Слушай Хеймитча, Эффи. Он дело говорит. Пит присоединился к мнениям менторов, согласно покивав. Эффи, с блестящими от непролитых слез глазами, растроганно улыбнулась, тихонько прошептав сдавленным голосом: - Спасибо. Спасибо вам, дорогие, что вы со мной. Быстро она протянула руки и схватила ладони Пита и Китнисс, крепко их сжав. Хеймитч подмигнул ей с противоположной стороны стола, улыбнувшись, а потом вдруг нахмурился и добавил деланно грозным тоном: - А теперь будь хорошей девочкой и поешь, иначе, клянусь, я впихну в тебя эту чертову курицу силой. Эффи, еще больше растроганная его заботой, просияла, смахнув слезы, и схватила вилку. * Приближался день интервью и показательных выступлений. Обычно Эффи с Хеймитчем готовили Китнисс и Пита к интервью, так что было бы комично поменяться ролями. Самого опроса Эффи не боялась - подумаешь, очередное выступление перед камерами на публику. Она была профессионалом в этой области. Как и Цезарь, который, еще рта не успевая раскрыть, уже владел вниманием всей аудитории. С отчетным номером по навыкам бойца было сложнее и волнительней. - Что я им покажу? Что?.. - нервно вышагивая взад-вперед, причитала капитолийка, поправляя любимый золотой парик. - Да какая разница, Эффи? - наконец, не выдержала Китнисс. - Думаешь, это имеет какую-то значимость? Это всего лишь показательные выступления. Ты можешь хоть подойти, плюнуть в их сторону и выйти. Главное в Играх – выжить на арене, а не то, как высоко оценят твои способности эти увальни, восседая на мягких креслах и пожирая жирную индейку. - Я знаю, ты всегда чуточку пренебрежительно относилась к такого рода деталям, Китнисс, - назидательно заговорила Эффи. - Но, тем не менее, они важны. С их помощью ты можешь обзавестись спонсором-двумя. Мне бы это не помешало, учитывая нынешнее положение дел. В диалог вступил Хеймитч, хмурый и серьезный: - Китнисс права, Эфф. Уже давно ни для кого не секрет, что баллы – твой приговор. И чем меньше ты их получишь, тем лучше для тебя. Просто… расслабься, сделай смешное лицо, такое, когда ты пытаешься сосчитать в уме, сколько стоит этот шикарный парик у Влады, и, если хочешь, упади в обморок. Я не знаю. Все что угодно подойдет. Эффи была возмущена. Все, что могли посоветовать ей ее менторы – это плюнуть и затем упасть в обморок. - Отлично. Просто превосходно. Так и поступлю. – Она махнула рукой, обреченно смиряясь с участью. В конце концов, они правы. Будь что будет. – Я позову Флавия. Бедняжка вообще еще не выходил. Остальная команда, беспечно пожав плечами, приступила к завтраку, слыша цоканье каблучков капитолийки (сегодня она почему-то решила сменить удобные кроссовки на адские шпильки – видимо, решила, что в показных выступлениях имидж играет не последнюю роль), барабанную дробь по двери и отдаленные увещевания, просьба впустить ее или хотя бы отворить дверь. Затем воцарилась тишина. А через секунду раздался истошный женский крик. Флавий лежал на спине, на белоснежных простынях, насквозь пропитанных красным. Сжимая в руке обеденный нож. С перерезанной шеей и запястьями.