Два с половиной детектива

Тема: Chris Cornell –You Know My Name 15 августа. Ресторан Gordon Ramsay, Ройал-Хоспитал-роуд, Лондон, Большой Лондон Красивый статный мужчина с убранными в аккуратный хвостик белокурыми волосами по-хозяйски вошел в роскошное помещение ресторана и направился к самому дальнему столику у огромного окна с прекрасным видом на ночной Лондон, где расположилась очень привлекательная рыжеволосая девушка. Не спрашивая разрешения, Себастьян выдвинул кожаный стул и уселся напротив. -Привет, красавица. Как здоровье? – Не смущенный ее молчанием мужчина продолжил, - Где наш дорогой друг? Не мог же он оставить такое сокровище без присмотра. Хотя его отличительной чертой всегда была небрежность к собственным вещам. Моран гадко ухмыльнулся и накрыл ладонь девушки своей. Раз Мориарти пока не наблюдается на горизонте, можно и развлечь себя как-нибудь. А возможно, она даже была его наградой за качественно сделанную работу в Харлоу. Киллер сделал все точно по заказу: аккуратно, но узнаваемо для истинных профессионалов. Китти так и не проронила ни слова, на ладонь не убрала. Этот мужчина был ей неприятен, и она опасалась, как бы она действительно не оказалась вознаграждением. Через пару долгих минут принесли две чашки кофе. Себастьян с жадность набросился на свою. Райли наблюдала за ним с нескрываемым отвращением. Допив напиток, Моран опять принялся пожирать глазами девушку. Вдруг Китти заметила, что у мужчины пошла из носа кровь. Только когда крупная алая капля упала на салфетку, Себастьян, отшатнувшись, воскликнул: -Что это за хрень? Что… - киллер так и не закончил фразы, странно замерев. Затем он начал глухо кашлять, отхаркивая при этом кровь на салфетку, которой он прикрывал рот. Райли ошарашено огляделась: остальные посетители ресторана словно не замечали умирающего человека. Или дело было в тусклом свете? Моран стал бледнее скатерти, его трясло. Вдруг из тени вышел Джим Мориарти. С совершенно невозмутимым видом он сел рядом с киллером. Ему сразу же подали стейк неполной прожарки на огромной белой тарелке. Джим тщательно расстелил салфетку на коленях, не обращая внимания на агонию Морана. Китти была в ужасе, но не смела этого показывать. Отправив первый кусок восхитительного мяса в рот, Мориарти заметил: -Ммм… Здесь подают самый восхитительный стейк во всем городе. Знаешь, Себастьян, тебе стоит как-нибудь тоже попробовать. И когда ты уже бросишь эти твои вегетарианские заморочки? – Гений медленно пожевал, смакуя вкус. Затем наклонился к самому уху трясущегося киллера и добавил очень тихо. – Послушай, ты ведь меня знаешь. Я могу быть самым терпеливым человеком на этой сраной планете. Но чего я совершенно не выношу, так это когда трогают "мое". Запомнил, сладкий? Иначе следующий раз будет действительно стоить тебе жизни. А я, поверь мне, совершенно не горю желанием потерять такого ценного человека. Мориарти, выпрямившись, положил небольшой шприц на тарелку перед Себастьяном и принялся снова за мясо. Моран, уже заливший всю рубашку кровью, трясущейся рукой схватил его и со всей силы воткнул в шею. Китти подавила крик. Через пару минут Моран пришел в себя, но ничего не сказал. -Итак, дорогой мой Моран, приступим к обсуждению. 18 августа. Ресторан Imperial China, Лайл-стрит, Лондон, Большой Лондон -Так, что мы имеем: три мертвые работницы эскорт-услуг. Все заколоты в собственных квартирах в Чайна-тауне. Связи, не считая общего рода занятий, нет: две из них, Лин Портер и Камилла Тей, работали в элитных, но разных агентствах, третья, Паула Серу, являлась представителем низшего звена. Очевидно, убийца был клиентом всех трех или же связан с ним. Но мотив пока не ясен. Они все что-то знали или он просто был садистом? Надо еще раз осмотреть их квартиры без всяких мельтешащих идиотов вроде Андерсена… Вы можете жевать тише? Это мешает думать! – Шерлок с раздражением уставился на друзей. Джон, приподняв брови, продолжил разделывать утку по-пекински. Шер специально с громким хлюпающим звуком втянул лапшу в рот. Он обожал доводить Холмса до ручки. Можно с уверенностью сказать, что это было его хобби. Но все же мальчик был ужасно счастлив, что его взяли на настоящее расследование. -От вас двоих никакого толку. Все равно, что балласт. – Шерлок надулся. – Все. Хватит набивать брюшную полость. Джон, такими темпами ты скоро в свой свитер не влезешь. Пошли. Нужно осмотреть квартиры жертв. Детектив встал и направился к выходу. Ватсон обиженно взглянул на свой живот. Да в нормальной он форме! Уже и поесть нельзя по-человечески. Вздохнув, доктор достал бумажник и вытащил оттуда нужную сумму. Шер изо всех сил старался доесть лапшу. Посетители кафе удивленными взглядами проводили невысокого мужчину, который тащил за предплечье мычащего мальчика с полностью набитым ртом. Чайна-таун, Сохо, Лондон, Большой Лондон В китайском квартале, как всегда, было многолюдно. Каждый турист считал своим долгом сфотографироваться с очередной магазинной вывеской с иероглифами или на фоне экзотического вида ресторанов. Шерлок Холмс быстро шел сквозь толпу, словно ледокол, однако регулярно прося прощение за свою неловкость. Его коротконогие напарники едва поспевали за ним. Один раз Джон даже потерял мальчика, которого, как потом выяснилось, попросили сфотографировать американскую семью около гигантской счастливой кошки. Она напомнила доктору об их прошлом деле в Чайна-тауне, которое, как показалось Ватсону, произошло так давно. Он уже так свыкся с мыслью, что их в команде трое, что время без Шера казалось чем-то таким далеким, ненастоящим. -Джон, сюда! – Детектив стоял у темно-синей двери, находящейся около входа в очередную китайскую забегаловку. Доктор, все еще держа мальчика за плечо, развернулся и поспешил к другу. – Что так долго? Миссис Хадсон перемещается быстрее вас, и это с ее больным бедром. Войдем через балкон. Детективы зашли за угол. Шерлок, помня прошлый печальный опыт, великодушно пропустил блоггера вперед. Тот, неуклюже забравшись через окно, подтянул мальчика, помогая ему залезть. Последним в квартиру попал Холмс. -Ничего не трогать… Ничего не трогать, я сказал! Шер, положи статуэтку на место. Держись рядом с Джоном. Джон, проверь автоответчик и почтовый ящик. Я осмотрю место убийства Камиллы Тей. Холмс прошел в спальню. На дешевом зеленом ковре виднелось крупное темное пятно засохшей крови. Детектив встал на четвереньки и внимательно осмотрел окружающую его мебель. Уголок кровати сколот, ночной столик сдвинут чуть вправо. Девушка боролась. Холмс вспомнил, в какой позе она лежала. Ее правая рука была под кроватью. Детектив вытащил лупу и начал исследовать ее края. Ага! Камилла Тей оставила царапины от ногтей. Шерлок засунул руку под кровать и ощупал ее верх. Вот оно. Он с усилием достал из щели клок волос, длинных и черных. Убийца – женщина. В комнату вбежал Шер, а за ним Джон. -На автоответчик и в ящике ничего. Но посмотри, что нашел Шер среди кухонных приборов. – Доктор протянул другу смятую фотографию, на которой был изображен высокий немолодой брюнет в обнимку с вульгарно одетой мисс Тей, а на обратной стороне была подпись: «Я все знаю, проклятая проститутка. Ты пожалеешь об этом». Шерлок, отряхнув колени, встал и одобрительно посмотрел на мальчика. -Хорошая работа, Шер. Убийство во всех трех случаях совершила женщина, вероятно, жена этого мужчины. Надо сообщить инспектору. Дело закрыто. -Но вдруг это был… Ну, не знаю… поклонник ревнивый? – Джон все еще был неуверен. -Во-первых, только женщина могла написать «проститутка», мужчина, скорее всего, назвал бы жертву по-другому. Во-вторых, я нашел клок волос убийцы в щели кровати. Очевидно, что он принадлежал женщине. Остается только найти имя неверного мужа и через него выйти на убийцу, с чем могут справиться даже работники нашей бравой полицией. Идем. Делать здесь нам больше нечего. Спустившись, Шерлок довольно вдохнул вечерний лондонский воздух. Он с Джоном и Шером вышли на главную улицу. Народу заметно поубавилось. Маленький Морстен был чрезвычайно доволен собой и, не умолкая, вприпрыжку шел впереди. Внезапно погас свет на всей улице и во всех рядом стоящих домах. Гуляющие остановились. Вокруг был полный мрак. Вдруг изо всех приемников полилась музыка. Шерлок узнал ее. Это была «Air on the G String» Иоганна Себастьяна Баха. Через несколько долгих томительных секунд параллельно произведению из приемников раздался душераздирающий вопль, от чего народ вокруг пораженно вскрикнул, а затем пронзительный крик «Шерлок!». Это была Молли Хупер.