Зеленоглазая нарушительница покоя

Как же дьявольски красив и неумолим наш жестокий мир, Всех заботит лишь один вопрос: Почему мы живы до сих пор? Но даже если мы сможем сохранить остаток сил, Что теперь должны мы защищать, Если мир сумел у нас все отобрать?

Рассвет явился на землю без промедлений, утренние лучи солнечного светила были еще не столь горячи и сильны, чтобы мгновенно согреть и разбудить спящую замерзшую ночью природу. Я впервые встречала рассвет на воле. Стена здесь казалась какой-то далекой и странной легендой, будто бы и не существовало вовсе этого огромного каменного ограждения, за которым суетятся люди. Здесь, в широком и просторном поле, где растет сочная зеленая трава, не было и намека на суету. Утренняя тишина и благо действие процветали здесь бы спешки и переживаний. Словно природе было абсолютно безразлично, что по ее творению ходят жуткие монстры и губят весь окружающий мир. Мы остановились в старой, одинокой и заброшенной хижине. Вокруг не было ничего: ни деревьев, ни камней, ни озер и уж тем более гор. Я не знала, в какой мы стороне от стен, но единственное, что открывалось моему взору - бескрайнее зеленое поле. Все ребята жутко устали и почти сразу же заперлись по комнатам, чтобы хоть немного отоспаться. Видимо, их последние четыре дня в качестве солдат гарнизона были насыщенными. А я не могла уснуть. Слишком много мыслей было в голове. Слишком много невидимых ран было на моем теле, чья острая боль мешала мне дышать. Дыхание то и дело пропадало, заставляя судорожно глотать воздух. Вопросы душили меня и мое сознание. Я просто сидела на стуле у широкого окна в пыльной гостиной, мрачная и уставшая, на вид цельная и здоровая, но внутри все было разорвано на куски. Я не могла собрать себя в нечто целое и единое. Ощущала себя разбросанной по всему полю, что виднелось за окном, и наблюдала за красочным рассветом. В один миг внутри меня что-то щелкнуло, и я поняла, что если продолжу вот так неподвижно сидеть, то точно сойду с ума. Нужно было что-то предпринять, чтобы организм не начал саморазрушаться изнутри. Я решительно встала со стула и направилась к выходу почти бесшумно, чтобы не разбудить спящих ребят. На мне была все та же одежда, обтягивающая белая рубашка казалось мне тесной и неудобной, словно она была предназначена для малолетнего ребенка. Я вышла в прохладное поле и уверенно подошла к привязанным лошадям, которые и привезли нас сюда. Мое сердце пропустило глухой удар: я увидела черного жеребца с белыми пятнами. Это раньше был конь Микато. Я подошла к коню, который подозрительно наблюдал за моим приближением, и положила ладонь на его шею, начиная его гладить: - Ты тоже чувствуешь себя подавленным? - Мой собственный голос испугал меня, в нем не осталось ничего такого, что было присуще звонкому и озорному говору малышки Эрен Йегер. Это был голос потерянного и запутавшегося в себе солдата, который не знал уже, на чьей стороне и против кого он воюет. Конь тем временем стал чувствовать доброжелательность, начиная тереться о мою ладонь. Я выдавила из себя кривую улыбку и села верхом на животное: - Давай прокатимся с тобой. Пошел, - я грубо ударила ногой по боку коня, разворачивая его в сторону открытого поля. Конь тут же ускорился, так что ветер стал свистеть у меня в ушах, а потрёпанные сухие каштановые локоны развивались за моей спиной. Я закрыла глаза и мчалась на коне со всей скорости прочь от хижины. Мне не хотелось никуда убегать, просто внутри все жгло и кипело, и хотелось как-то остудить этот вулкан. Когда я открыла глаза и обернулась, хижины уже не было видно. Впереди показались лесные массивы и горные хребты, озаряемый лучами утреннего солнца, а небосвод над ними казался почти белоснежным. - Красиво, правда? - Уже оживленнее пробормотала я, не надеясь на ответ коня, но тот что-то проржал в ответ. Конь нес меня к деревьям, но мне было больно и страшно смотреть на лесную чащу. Я была не готова снова оказаться в лесах, поэтому притормозила жеребца, который недовольно взревел, но послушался. - Надо возвращаться, - снова безжизненно бросила я самой себе, разворачивая коня в сторону хижины. И тут услышала гул. Этот гул был похож на далекий раскат грома, но в нем можно было различить что-то отдаленно-человеческое. Определенно это был рев титана. Возможно, не одного. Я выпрямилась на коне и критически оглядела стволы деревьев, что наверняка прятали за собой страшных чудищ. И заметила силуэт огромного и толстого человека, высотой в пять метров. Он шел себе по лесу, а вокруг него бегали олени и лоси, они топали в ту же сторону, что и он. Непринужденно и спокойно. Этот титан их даже не замечал. - Он не атакует этих животных... - Вслух начала рассуждать я, как вдруг услышала топот лошадиных копыт. Я повернула голову на звук и увидела скачущего ко мне голубоглазого блондина. На лице у него была заметна паника. - Эрен! Я искал тебя! - Взволнованно заговорил блондин, останавливаясь подле меня, его лошадь тяжело дышала. Я выдавила улыбку для друга: - Все в порядке, Армин. Я не стала бы рисковать своей жизнью. Друг недоверчиво меня оглядел и нахмурился: - В таком состоянии ты могла бы учудить что угодно. Ты ведь еще не отошла от сыворотки. Ты точно в порядке? Что-нибудь беспокоит? Я помрачнела, когда Армин упомянул чертову сыворотку, из-за которой у меня до сих пор словно стояла темная пелена перед глазами и в голове был сумбур, мешающий восстановить хронологию событий. Я горько усмехнулась: - Меня сейчас беспокоит абсолютно все. Разве вас все устраивает? - Конечно, нет. Но мы вынуждены теперь выживать, как можем. Нам еще повезло, что Конни знал про эту пустую хижину, иначе бы солдаты армии быстры бы нас отыскали. - И что было бы дальше? - Все еще мрачно и безрадостно спрашивала я. Армин безэмоционально пожал плечами: - Трибунал. А дальше смерть или тюрьма пыток. Вероятнее всего второе. Тут у меня внутри все вскипело и я чуть не сорвалась на крик: - А Микато мы оставили на произвол судьбы?! Что с ним будет там, где нас бы всех ждали пытки?! - На моих глазах чуть не проступили горькие слезы, голос уже почти пищал. - Эрен, пожалуйста, успокойся. Страх никому ничем не поможет. Давай вернемся в хижину, там находиться безопаснее всего. И я тебе все расскажу, - Армин оставался стойким и сдержанным, я даже поразилась тому, как ему удавалось сохранить эту хладнокровность, когда вокруг нас все разрушалось и исчезало. Я больше не чувствовала себя сильной, мне хотелось впасть в в истерику, но голубые решительные глаза друга словно приводили меня в состояние уравновешенности. Я кивнула другу, смахивая рукой непрошеные капельки слез. Не хватало мне еще окончательно потерять самообладание. По крайней мере не сейчас. Я ведь еще не все узнала. Эти удушающие вопросы должны были наконец исчезнуть после рассказа Армина. Когда мы зашли в хижину, за столом на кухне сидели уже почти все, кроме Имир, Энни, Райнера и Бертольда. На вопрос Армина о том, где они, Криста ответила, что они пошли за водой и дровами, так как вечер предстоит холодный. - Кстати, ночью надо будет оставить одного дежурного, а то беспробудный сон может стоить нам жизни, - тускло и смиренно сообщил Джан, игнорируя мое появление, хотя все остальные со мной поздоровались. В своем репертуаре, как всегда. Никто не стал нас спрашивать, куда мы ходили, решив не нагнетать и без того тяжелую обстановку. Саша освободила мне один стул, вставая рядом, как и Армин. Присев на него, я услышала ее заботливый голос: - Как тебе спалось? Надеюсь, голова после сыворотки прояснилась? Я не подняла взгляд уставших зеленых глаз на светлые глаза подруги, уткнувшись носом в деревянный стол: - Еще не совсем прояснилась, тело тоже еще не оправилось, - хмуро ответила я, не в силах строить из себя оптимиста. Мой жизненный оптимизм кончился после всех последних событий. Ребята старались не унывать в моем присутствии, хотя по глазам некоторых было видно, что и они растеряны и напуганы. Каждый из них по другому представлял себе свое будущее. Никто не хотел бы оказаться вне закона, врагом и людей, и гигантов, прячась от всего внешнего мира в ненадежной, хрупкой хижине с девушкой, по чьей вине все это началось. Я виновато оглядела ребят, хоть и понимала, что вина ничего не исправит. Армин присел за табурет у стены и серьезно начал: - Эрен должна все выслушать от нас. Она в замешательстве, поэтому мы должны постараться ей объяснить всю сложность ситуации, - ребята понимающе кивнули, жалостливо глянув в мою сторону. Похоже, никто не собирался начинать рассказ первым, так что снова заговорил Армин, а я пялилась на поверхность стола: - Микато никто не причинит вреда, Эрен. Это самое главные, что ты должна понять. Военные считают, что он целиком на их стороне, так как он прошел промывку мозгов у внутренней полиции и охраны короля. Я недоуменно подняла на друга большие зеленые глаза, в которых читалось непонимание, требуя от блондина подробных объяснений. Уловив мой взгляд, Армин тяжко выдохнул и снова заговорил: - Когда мы все вернулись в разведывательный корпус после вылазки, вы с Микато выглядели озадаченно и растеряно, а с нами общаться не хотели. Капрал Ривай и другие командиры отправились с отчетами о миссиях сначала к командиру Эрвину, а потом и дальше к генералу. Внезапно собрали совет генералов, на котором присутствовал и верховный главнокомандующий. Тогда все и началось. Мы были у себя в корпусе, когда за тобой пришли солдаты внутренней полиции. Они объявили тебя предателем человечества, скрывшим от всех особые полезные навыки в личных корыстных целях. Они схватили тебя, но ты сопротивлялась, тогда мы все попытались остановить этот произвол, требуя объяснений и честного военного суда. Но затем к нам вышли командир Эрвин и капрал Ривай. Они оба выглядели грозно и предупредили всех, чтобы не мешали аресту, иначе тоже будут арестованы за пособничество. Ривай-сан все это время молчал и хладнокровно наблюдал, как тебя скручивают. Микато сопротивлялся твоему аресту больше всех, он был в ярости и бешенстве, чуть не избил и Ривая, и Эрвина, и солдат. Его тоже начали скручивать, тогда мы все присоединились к сопротивлению, из-за чего вызвали подкрепление и объявили нас врагами народа. Тебя увели в другую отдельную темницу, а нас в другую. Через некоторое время к нам в темницу пришли представили охраны короля и военной полиции, у которых было поручение выбить из Микато всю дурь и вернуть его в ряды разведки, так как он был ценным воином. Мы не знаем, что с ним там делали, и что было с тобой в это время, но Микато вернули в строй через сутки. Сначала он вел себя холодно и отстраненно, но потом он закинул нам весточку о том, что все еще на нашей стороне и им не удалось перепрограммировать его. Но всем остальным было об этом неизвестно. Это Микато, делая вид, что не поддерживает нас больше, вызволил нас ночью и помог сбежать. Мы подготовили все к твоему спасению, пока Микато выбирал подходящее для твоего побега время, так как тебя охраняли тщательнее нас. Позже выяснилось, что Ханджи-сан заставили ввести в тебя это странное вещество, но она разработала антидот, тайно передав его Микато, а тот отдал его нам при побеге. Поэтому он помог тебе сбежать с нами, а сам остался, продолжая играть роль послушного солдата. И вот мы все здесь, - когда Армин закончил, я сидела ошарашенная и изумленная его рассказом. Я не помнила ничего из того, о чем он сейчас говорил. Единственное, что всплывало перед глазами, это сам момент вызволения и холодные, отчужденные, черные глаза, внимательно наблюдавшие за мной. Это были глаза капрала, который спокойно наблюдал, как меня уводят несмотря на мои крики протеста. Я сглотнула горький комок в горле и сжала от гнева кулаки. Встав со стула, я поняла, что взоры всех присутствующих обращены на меня. Голос мой грозно задрожал: - Вы связывались с Микато после нашего побега? - Все отрицательно покачали головой. Я ощутила волну беспокойства и негодования: - Нам нужно было взять Микато с собой! Его ведь могли обвинить в нашем побеге и приговорить к смерти! Вы понимаете?! Его могли убить за помощь нам! Его могли раскрыть и убить, пока мы тут сидим! - Я схватила какую-то деревянную кружку, что была наполнена водой и стояла перед носом Кристы, замахнулась и что есть сила метнула ее в стену. Кружка разломалась на две половинки, а вода с плеском вылилась на пол. Я тяжело дышала и с бешенством смотрела на сломанную кружку. Мои кулаки дрожали, мечтая выместить злость на ком-нибудь. Я ненавидела всем своим нутром это чувство беспомощности и вины, которое накрыло меня с головой. Я виновата в том, что случилось. Что бы ни случилось с Микато, я допустила это. И смерть мамы, и потерю друга, и даже то, что мой наставник отвернулся и не защитил меня. Я все это допустила собственноручно. Я больше не могла сдерживаться, давая волю слезам. Заревела я бесшумно, но слезы потоками текли по щекам, а плечи начали дрожать. За что мне все это? Я ведь хотела быть воином человечества, а кем я стала? Нарушительницей людского спокойствия, которая приносит несчастья. Снова передо мной возник образ тех черных глаз, в которых я так боялась прочитать безразличие, и наконец прочитала. Полное безразличие к моей дальнейшей судьбе. За что вы так со мной, Ривай-сан?! Что плохого я вам сделала? Не Вы ли мне говорили, что поможете?! Что я смогу всегда стоять подле Вас и спасать жизни вместе с Вами?! Не Вы ли дали мне надежду жить дальше, тогда в больнице? Какой теперь во всем этом смысл?! Я присела на корточки сильнее заревела, теперь уже в голос, чувствую, как хлюпаю носом и дрожу всем телом. Чьи-то короткие руки обняли мою спину, прижимаясь лицом к моему затылку. Рука стала гладить мои каштановые совсем не ухоженные волосы. Это был Армин, я поняла это по чутким пик основаниям. Как он может любить меня после всего?! Он теперь не сможет вернуться к своем дедушке из-за меня, он может никогда не увидеть своего друга из-за меня. Внутри моего тела пробежал обжигающий холодок. Я теряла все, что у меня есть. - Армин...Армин... Я все потеряла, Армин. Я все потеряла! У меня больше ничего нет! - Отчаянно кричала я, срывая свой голос. Я уткнулась лицом в предплечье друга, которое он так заботливо подставил для меня. Я не заслуживаю ничью заботу. - Это еще не конец. Ты еще не все потеряла, Эрен. Оглянись же, мы все здесь для тебя, Эрен. Ты не одна. Ты ни в чем не виновата. Мы здесь с тобой только потому, что мы верим в тебя и в то, что ты не заслуживаешь такого наказания. Они испугались твоих возможностей и захотели избавиться от. Тебя. Но мы все понимаем, что твои способности - это ключ к спасению мира! Ключ к спасению всего человечества! Ты слышишь, Эрен? Ты ведь так хотела этого. И теперь ты сможешь это осуществить. Ты можешь спасти нас всех от гигантов и понять их сущность, понимаешь? Если бы мы в это не верили, мы бы не остались с тобой. Эта кучка солдат с клинками никогда не доберется до сути проблемы и не решит ее. Ты выше этого, ты обязательно справишься, а мы будем тебе помогать. Знаешь, что сказала Ханджи-сан, когда узнала о твоих силах? - Армин поднял мое лицо за подбородок, заставляя взглянуть ему в голубые глаза, но мне было стыдно, и я отвела взгляд. К нам сбоку подошла и присела Криста, искренне улыбаясь моему заплаканному лицу: - Она сказала, что наконец-то человечество нашло того, кто справится с титанами и их гневом. Ты должна осознать свое предназначение, Эрен. И никто не посмеет помешать тебе, мы об этом позаботимся. Микато сделал ради тебя все, что только смог. Ты должна оправдать его надежду и начать бороться за наше будущее. - Признаться, мы тоже очень испугались тебя, когда узнали о случившемся, - раздался в комнате скептический и недоверчивый голос Джана, который подошел и встал над нами, - но потом я решил, что это не удивительно, ведь такая стерва-выскочка, как ты, опять должна была от всех отличиться. Если даже ты, неугомонная и упрямая Йегер, скиснешь и перестанешь бороться, то и всех остальных ожидает неминуемый провал, - на лице Джана заиграла уверенная ухмылка, и он подал мне руку, чтобы я встала на ноги. Я шмыгнула носом и вытерла чуть засохшие слезы на щеках, хвастаясь за протянутую руку парня и вставая на ноги. Ко мне подошли Райнер и Энни, блондин одобрительно хлопнул меня по спине: - Ситуация дерьмо, конечно, зато мы не стадо баранов, срущее в штаны от страха перед новыми неизвестными методами борьбы с титанами, - он мне ослепительно улыбнулся, а хмурая Энни немного криво ухмыльнулась: - Райнер на удивление прав, мы не намерены играть в политику. Пора бы уже что-то предпринять и продвинуться вперед в изучении нашего давнего врага. Иначе мы навсегда останемся кучкой идиотов, зажатых внутри стен, - все ребята окружили меня, бодро мне улыбаясь и кивая головой. Я ощутила прилив сил и почву под ногами. Они все были готовы бороться за мир, даже если за него придется бороться против наших же собратьев. И они рассчитывали на меня, ведь теперь я могла творить немыслимое с титанами. Нам еще многое предстояло понять и узнать, но я твердо решила, что продолжу бороться за то, за что стоит бороться. А бороться стоит хотя бы за всех этих ребят, что сейчас живы и стоят рядом со мной. Обжигающей холод внутри тела понемногу сходил на нет. В голове еще оставались тревожные мысли за Микато. Но чем быстрее я приду в боевую готовность, тем быстрее смогу помочь ему и оправдать его ожидания. А капрал... Я уничтожу свой зародыш чувств к этому человеку, пока мы находимся по разные стороны баррикад. Я знала, что этот мужчина готов на все ради идеи. Что ж, в этом мы с ним отчасти похожи. Человечество для меня на первом месте. И я уже говорила ему это. Быть может, я напомню ему об этом еще раз при нашей следующей встрече.