Посейдон

Когда из душевой послышался крик полный боли. Итачи, решив более не колебаться, рванулся к Шикамару. Как он и предполагал, Акатцуки не заставили себя долго ждать и нанесли удар молниеносно. Все это время Учиха внимательно следил за Нарой, пытаясь раскусить его - хотя он и делал вид, что ему все равно, но судьба Саске и семьи его тревожила, как и прежде, ведь именно из-за них он отсиживается в тюрьме. И если теперь кто-то знает о его пребывании здесь, то все его планы рухнули как карточный домик. Итачи действовал быстро и безжалостно. Заскочив в душевую, он ударом ноги вырубил Хидана, парировал нападение Дзюго и безжалостным, точным рывком сначала ранил его в грудь, выбив заключенному ключицу, а потом, сделав подсечку, повалил его на пол. Ошеломленный заключенный начал размахивать руками, но, почувствовав, что теряет равновесие, неуклюже, упал на прохладный кафель, сильно стукнувшись затылком. — Сука, ты разбил мне нос! — заверещал Хидан, стараясь прийти в себя. Из-за сильного удара у него все еще кружилась голова. Он попытался встать, но, покачнувшись, снова упал на колени, словно пьяный, размахивая заточкой. — Я тебя достану, — орал он. Учиха не стал ждать пока заключенный оклемается, поэтому мгновенно вырубил его. Хидан что-то невнятно произнес и безсознания повалился рядом со своим другом. Только теперь Итачи заметил Шикамару, склонившегося над полом и багровую лужу крови вокруг него. Дрожащей рукой он прижимал изуродованную ладонь, на которой стало на пол пальца меньше. Наемник был обнажен и перепачкан кровью. Но, несмотря на все, в его глазах горел прежний огонь и ненависть. Даже в таком положении он не казался жалким. Обычный человек потерял бы от такой боли сознание, но Нара продолжал держаться. Напрягая всю свою волю, чтобы подавить стоны. Заметив, что ситуация быстро переменилась Какузу медленно поднял руки, и неохотно отошел от жертвы, постепенно перемещаясь к выходу. Последовать за остальными он не хотел, поэтому, оказавшись возле прохода, он быстро скрылся, направившись за подкреплением. — Давай! У нас мало времени, — холодно произнес Учиха, помогая наемнику встать. Нара не сказал не слова. Он медленно поднялся и, облокотившись на Итачи, направился к раздевалке.Вокруг аллели кровавые разводы, но это, казалось, не сильно волновало мужчину - он видел и похуже. Итачи помог Шикамару одеться, после чего они вышли из душевых и поспешно направившись в камеру наемника. Они знали, что банда Пейна не станет медлить, поэтому старались идти, как можно быстрее. Нара шел облакотившись на Итачи, так как после перенесенного шока и боли у него все еще кружилась голова и мутилось перед глазами. — И все-таки тебе интересно, — несмотря на все, произнес Шика. Учиха стрельнул взглядом на наемника и ничего не ответил. — Я расскажу о твоем брате. — У тебя и так выбор не велик. Честно говоря, я считал тебя умнее, — наконец ответил Учиха. — Я тоже думал, что ты не идиот. — К чему ты клонишь? — холодно переспросил Итачи. — Спрятаться здесь, чтобы поставить под удар собственную семью. Мужчины вышли из коридора и оказались в корпусе. Итачи остановился. — Ты не знаешь о чем говоришь! Я здесь, чтобы спасти их. — Тогда ты выбрал не лучшую стратегию, так как твой брат уже на Марсе. — Что? — ошеломленно переспросил Итачи, — Мне не зачем врать. — Что произошло? — Сейчас не лучшее время для разговора, — холодно отрезал Нара. И он был прав, так как из трехкомнатной камеры Пейна на них уже поглядывал Кисаме, высокомерно ухмыляясь. Его выражение лица говорило красноречивее любых слов: " Вы трупы ". Итачи поддержал Шикамару и направился с ним дальше, стараясь не обращать внимания на любопытные или полные ужаса взгляды других зеков. Как он и ожидал охранники даже и не шелохнулись. Пятна крови на тюремной робе, изувеченная ладонь, так и кричали о попытке убийства, но не один из надзирателей не среагировал - они уже были куплены. — Тебе готовили брезентовый мешок, — сказал Учиха. — Не впервой. Отведи меня в мою камеру и дай перебинтовать пальцы. — А дальше? Я не уверен, что смогу защищать тебя, поэтому пока у тебя есть шанс расскажи мне, что с моим братом. Шикамару устало улыбнулся. — Знание — мое единственное оружие. — Оно не спасет тебя от Пейна. Здесь играют по другим правилам. — А по-моему все также. Ты ведь помог мне.... Учиха внимательно посмотрел на Шикамару, пытаясь понять шутит ли он или говорит серьезно. Они поднялись на третий уровень и направились к камере наемника. Простые заключенные сразу же расступались и отходили. Все боялись оказаться рядом с изгоями, так как понимали - их может постигнуть та же участь. Невозмутимы были лишь те зеки, которые принадлежали к бандам. Орочимару не отводил своего пристального взгляда от Шикамару, и едва улыбался. Самуи стояла этажом ниже. Ее лицо было, как и прежде - бесстрастным. Она внимательно проводила мужчин взгляд, пока они не пропали в камере, после чего вернулась обратно. Трудно было прочитать что-то по лицу этой красивой блондинки. — Мать вашу! — выругался Какаши, увидев окровавленного Шикамару в проходе. До этого мужчина читал, но, заметив друга, подскочил на кровати как ошпаренный. — На самом деле все не так плохо, — вымученно улыбнулся наемник. — Ты, блять, шутишь, — не выдержал Хатаке. — Я же тебе предупреждал... — Не ори и помоги мне остановить кровь, — холодно произнес Шикамару. Какаши затравленно посмотрел на Итачи, потом перевел озабоченный взгляд на Нару. — Мы все мертвецы, — побледнев, прошептал сокамерник. - Теперь Акатцуки придут и за мной. — Если ты будешь вести себя так же нам действительно конец, — устало произнес Шикамару, повалившись на койку. Решив более не спорить, Какаши разорвал простынь и начал перебинтовывать наемнику руку. Ему с трудом удалось остановить кровь, котороя продолжала рисовать на повязки в багровые узоры. — Ты сумасшедший. Они ведь придут сюда. — Не волнуйся, тебя я подставлять не стану. — Я ведь говорил, держись подальше от Пейна. — Тогда бы мой план не сработал. — Какой план? — удивленно переспросил Какаши. Шикамару ухмыльнулся. — Скоро узнаешь. Итачи, все это время стоявший на страже, перевел встревоженный взгляд на наемника. — Они уже поднимаются. Боюсь тебе не получиться выкрутиться. Я постараюсь переговорить с Пейном, но.... — он сделал паузу, — я ничего не обещаю. - И не надо. Я все решу сам. - Сам? Я уже видел твою дипломатия в деле, - с сомнение ответил Учиха. Шикамару улыбнулся и ничего не ответил. Не зачем ему раскрывать все карты сразу. Вскоре вся банда Акатцуки была в сборе. Они остановились возле камеры и подошли к Итачи, преграждавшему вход. Заключенные на третьем уровне попряталась по камерам, некоторые спустились вниз, чтобы наблюдать за сложившейся ситуацией с более безопасного расстояния. Охранники внизу были, как всегда, невозмутимы. Среди них был и жирдяй, с лица которого не переставала сходить улыбка. Ему доставляло не мало удовольствия сложившаяся ситуация, так как высокомерный наемник и "изгой" наконец получили по за слугам. Он непринужденно закурил и довольный собой направился обратно в наблюдательную. — Отойди, — пренебрежительно произнес Какузу. Теперь возле него стояли Кукла, Хидан с переломанным носом и разбитой губой, Кисаме — злой, как черт, Дзюго и еще человека четыре из банды. Все напоминали цепных псов готовых вот-вот сорваться. — Я хочу поговорить с Пейоном, — невозмутимо произнес Итачи, хотя и видел, что с такой толпой ему не справиться. — У Пейна на этот счет свои мысли. Отойди, — прошипел Кисаме. — Ты ведь знаешь, что я успею убить тебя и еще пару твоих дружков, прежде чем меня прикончат, - ледяным тоном ответил Итачи. Какузу не шевельнулся. Только глаза засверкали еще страшнее. На его уродливом, изрытом оспой лице, появилась дьявольская улыбка. — Тогда не тяни, — Какузу подошел ближе от чего Учиха почувствовал запах дешевых сигарет, которыми от него постоянно несло. — Я.... — Дай выйти, — вдруг заговорил Шикамару. — Что? — опешил Итачи, опасаясь развернуться, чтобы на него внезапно не напал Какузу. — Похоже, вместе с кровью у тебя вытекли и мозги, — испуганно прошептал Какаши. — Я знаю, что я делаю, — спокойно ответил Шикамару и встал. — Ты слышал своего друга, — тявкнул Хидан, держась на безопасном расстоянии и ехидно улыбаясь. — Что ты творишь? — недоумевая прошипел Итачи, стреляя взглядом то на Шикамару, то на Какузу. — Не мешай мне. — Ты издеваешься! Они убьют тебя. — Сомневаюсь, — просто ответил наемник. Какузу улыбнулся еще шире. — Я не дам тебе так просто уйти. Ты должен сказать, что с моим братом, — быстро перехватил его Учиха. — Я расскажу тебе после. — После тебя уже не будет, — прорычал Итачи громче, чем рассчитывал. - С таким успехом ты бы мог остаться в душевых и дождаться, чтобы тебя прикончили. — Возможно, — равнодушно пожал плечами Шикамару и, воспользовавшись минутным замешательством Учихи, метнулся к банде. Итачи попытался схваимит его, но остальные уже перегородилиему проход. Ему ничего не оставалось, как в приступе ярости долбануть по решетке и отступить. — Кисаме и Дзюго грубо схватили Шикамару и дали ему под дых. Скрюченное тело наемника мгновенно скрылось среди остальных членов банды. — А с тобой мы поговорим совсем скоро, — вызывающе прошептал Какузу и, ухмыльнувшись, последовал за остальными. — Ему конец, — бледный от случившегося, заговорил Какаши. Итачи ничего не ответил. Последняя ниточка с внешним миром вновь была разорвана. Под пристальными и вопросительными взглядами Шикамару вновь вели в душевые. Акатцуки намеривались закончить начатое. Вели его медленно, стараясь внушить страх и показать всем, что с ними не шутят. Охранники сидели в наблюдательной и делали вид, что не замечают происходящего. Весь блок опустел, лишь Самуи стояла на втором уровне, равнодушно наблюдая за происходящим, и то, только потому, что сейчас вместо ее удовлетворяла потребности Эйя ее воспитанница Каруи, вовремя оказавшаяся со своим красивым ротиком под рукой. Она провела Шикамару взглядом и вернулась в роскошную камеру банды. У Эйя, как и у Пейна были большие комнаты, обставленные не хуже гостиничных апартаментов . Роскошные диваны, стеклянные мониторы, ванна и кухонный уголок, где Эй любил уединяться. Несмотря на свой статус, он обожал готовить. На Гелионе у него был ресторан, в котором мужчина проводил почти все свободное время. Если кто-то попадал к нему в немилость, то он, обычно, приглашал свою жертву на ужин, после которого та уже не возвращалась. На Гелионе даже летала крылатая фраза «ужин у Эйя». Самуи устало зевнула и примостилась на пушистом диване напротив босса. Она посмотрела на мужчину своими влажными раскосыми глазами, и задумчиво закусила губу. — Странно, мне казалось, что этот новичок не так прост, — лениво заговорила она. — Я тоже так думал. — И? — Я ошибался. — Он не показался тебе знакомым? — задумчиво переспросила Шотай. — Нет, — коротко ответил Эй, поглаживанием заставив Каруи, примостившуюся между его ног, двигаться быстрее. Девушка посмотрела на него глазами полными немого обожания и заработала еще усерднее. — Простой заключенный. Он ничего из себя не представляет, — равнодушно произнес мужчина. Он вздрогнул и улыбнулся, так как Каруи заработала еще старательнее подключив не только язычок, но и ручки. " А мне кажется, он не так прост", — размышляла Самуи. В душе женщины зрела какая-то немая тревога. Лицо этого новичка казалось знакомым и пророчила беды, которая она инстиктивно боялась, как и любая женщина. — Надо было тебе сдохнуть сразу, — скучающим тоном заговорил Какузу. — Хотя мне стоит тебя поблагодарить, ведь теперь я смогу добраться и до твоего защитника. Интересно, что вас связывает? Мужчина присел на корточки и внимательно посмотрел на Шикамару. Наемник ухмыльнулся. — Скоро ты перестанешь улыбаться, — невозмутимо произнес Какузу и достал заточку. — За то что ты пошел добровольно и подарил мне возможность всадить вот этот осколок тому хмырю в бок, я убью тебя сам, не допустив к тебе Хидана. Шакамару и Какузу были в душевой. Снаружи стояли только Дзюго и Кисаме, не желая повторить той же ошибки, они внимательно сторожили вход. Какузу приставил холодный осколок к шее наемника и приготовился его умертвить — одним точным порезом. Нара не вздрогнул. Он вызывающе посмотрел на заключенного, который невольно зауважал его за проявленную стойкость. Несмотря на его рану и скорую смерть, он смотрел без страха — уверенно. — Последнее слово? — равнодушно поинтересовался зек. — Жаль, я думал, что хоть ты умнее своего босса, — как бы между прочим ответил Шикамару. — Столько денег, — пространно произнес он. Какузу замер. Стоило ему услышать про деньги, как рука его непроизвольно вздрогнула и остановилась. Этот человек поклонялся только золотому теленку. Всю свою жизнь он был наемником и убивал людей за деньги. Он мог бы убить младенца неморгнув, но если дело касалось денег. Он терял всякое самообладание. — Столько денег? — тихо произнес он, непроизвольно понижая тон. Как будто страшась, что его кто-то услышит — Я пытался с вами поговорить, но твой босс отказался меня слушать. Очевидно, все его окружение страдает тем же недугом, что и он. — О чем ты говоришь? — Я говорю о деле. — Пока я слышу только лепет смертника, который пророчит призрачное богатство. — А ты слушай внимательнее, — тихо произнес Шикамару. — Или ты хочешь, чтобы на мое пение слетелись и другие хищники. Какузу задумался. Он внимательно посомтрел вглаза Шикамару, словно пытаясь понять блефует ли он. — Ты просто пытаешься оттянуть свою смерть, — неуверенно произнес он, давая себя убедить. — Зачем мне это? Посмотри мне в глаза. Похож ли я на человека, который боится смерти? Какузу ничего не ответил. Шикамару казался кем угодно, но только не трусом. Зек считал, что истинное лицо человек проявляет только перед смертью. Он убил многих и видел не только трусов ,но и предателей, готовых продать родную жену или ребенка лишь бы выжить. Шикамару же был другим в нем чувствовалась какая-то твердость и пугающая пустота, которой обладали практически все убийцы. — Что ты пытаешься сказать, — тихо ответил он, продолжая удерживать заточку возле шеи наемника. — Мне кажется, я выразился достаточно ясно. — Говори яснее? — прошипел заключенный. — Вспомни, зачем я подошел к Пейну?! — невозмутимо заговорил Шикамару. — Ну? — Я хотел поговорить о деле, но меня никто не захотел слушать. В том числе и твой босс. Скажи, много ли ты заработал за последнее время? — Это тебя не касается, — прошипел Какузу. Тема о деньгах для него всегда была болезненна — особенно в последнее время. — Я и не лезу, но по глупой прихоти своего босса ты упускаешь очень многое. — И что же? — В твоей власти получить огромную сумму денег или... — Или, что? — Или ничего. — Мне это надело, — раздраженно произнес Какузу, хотя он с трудом сдерживал заинтересованность. Стоило этому мужчине услышать о деньгах, как он мгновенно менялся. Из спокойного, непроницаемого, высокомерного убийцы он превращался в изворотливого и расчетливого торгаша. — Как знаешь, — спокойно произнес Шикамару и прикрыл глаза. Рука Какузу дрогнула вновь. — Откуда мне знать, что ты не врешь? — Не откуда, но зачем мне это. Приходить к Акатцуки, оскорблять вашего босса. Разве я похож на самоубийцу?! Я хотел поговорить о деле и у меня просто не удался день. — По-твоему этот день у тебя удался? — Это зависит от твоего решения... — В твоих словах есть логика, но мне нужны доказательства, — еще тише заговорил Какузу. Уже сейчас его сердце начинало трепетать при мысли о большем куше. Жадность постепенно овладевала им. - Если тебе не понравится мое предложение убьешь меня. - Хорошо, - ели сдерживая заинтересованность ответил Какузу. — Ты знаешь за что я здесь? — уверенней заговорил Нара. — Слышал. — Я ограбил банк. Позади послышалась возня. — Давай быстрее, что ты медлишь. Убей этого уебка и пошли играть в покер, — заорал Дзюго. — Подожди! — огрызнулся Какузу, затем вновь обратил к Шикамару свой заинтересованный взгляд.Глаза его блестели. — Но тебя поймали. Тебе даже не удалось выйти из банка. Ты хочешь сделать из меня дурака?! — лицо мужчины покраснело, отчего стало еще уродливей. Он сильнее прижал заточку. Маленькая струйка крови заструилась по шее наемника. — Вот именно! Мне не удалось выйти, — сделал ударение на последнем слове наемник. — Но мне удалось взять. Какузу не сказал не слова, последние слово " взять", словно гром, среди ясного неба пронеслось по душевой. Мужчина только широко улыбнулся, подобно дьяволу, и медленно отнял заточку. - Я весь в внимании, - довольно произнес зек. Все недоумевали, когда вдруг увидели живого наемника. Итачи и Какаши ошеломленно переглянулись. Многие заключенные не без интереса смотрели за тем, как мужчину конвоировали прямиком к Пейну. Стоило им пропасть, как в блоке поднялся гул полный негодования. Даже охранники вышли из смотровой, чтобы провести Шикамару растерряными взглядами. Ведь все ожидали, что его вынесут в брезентовом мешке. Особенно раздосадован был жирдяй, некогда спокойно попивающий кофе. Его выражение лица было неописуемо, стоило ему увидеть ухмылку на лице Шикамару. С Нарой долго не церемонились. Его посадили на стул, сковали силовыми наручника и вышли из камеры, оставив с Пейном наедине. Только Какузу задержался. Он что-то быстро шепнул боссу и вышел. Наемник осмотрел элегантно обставленный кабинет, которому бы позавидовала сама премьер министр Цунаде, и вновь обратил свой взгляд на мраморное лицо Пейна. Главарь Акатцуки заговорил не сразу сначала он окинул скучающим взглядом комнату, затем задержался пустыми глазами на Шикамару и только потом неохотно заговорил: — Надеюсь ты знаешь, почему меня называют Пейном? Я делаю людям больно, если оказывается, что они не оправдали моих надежд, - мужчина сделала паузу. — Ты видел мою банду, с одними из них ты даже имел дело. Но клянусь, если ты попусту тратишь мое время. Ты будешь молитьо том, чтобы тебе снова резали пальцы. Шикамару невозмутимо выслушав угрозы бандита. — А теперь, когда между нами нет недомолвок я готов выслушать тебя, - уже более благосклонно заговорил главарь. — Чаю? Сока? — Чаю, если можно, — спокойно ответил Нара. Мужчина встал, налил себе и гостю по холодному напитку, потом снова упал в большое кожаное черное кресло и сложил руки пирамидкой. — А теперь о деле, — любезно заговорил Пейн, чтобы не стеснять гостя. — Мне нужна услуга и ваше влияние, — ответил Шикамару. — Услуга? Влияние? — не без улыбки переспросил предводитель Акатцуки. На лице мужчины заиграла улыбка, но глаза оставались такими же холодными и мертвыми. — Твоя наглость меня поражает.Не слишком ли ты много просишь? Учитывая, что пока ты ичего не предложил в замен. Убогая квартира на Новой Земле, неудавшееся ограбление. Не выдающийся достижения, знаешь ли. Так что ты можешь мне дать, чтобы просить о таком? Я знаю о тебе все Шикамару. - Мне так не кажется. Ты знаешь не больше других. " Точнее ты знаешь то, что я хочу, чтобы ты знал", - мысленно добавил наемник. Пейн вопросительно вскинул брови. — Я могу дать тебе свободу, деньги и убийцу твоего брата, — невозмутимо произнес Шикамару. Трудно было определить, какое впечатление произвел на Пейна ответ Шикамару, но, услышав об убийце, он вздрогнул и посмотрел так, отчего наёмнику впервые за долгое время стало не по себе.