Шелковый веер со стальными спицами

На них оглядывались. Нет, не так. На них неотрывно глазели. Сойку, высоко задрав аккуратный носик, гордо шествовала в темно-зеленом кимоно, держа за руку счастливого нареченного. Зонтик отчасти скрывал ее от любопытных глаз, в отличие от Горо. На молодого воина смотрели со смесью удивления, непонимания и зависти. Не могли, видимо, понять, как так получилось, что госпожа Сугияра, отказавшая до этого стольким достойным, вдруг взяла и ответила взаимностью никому не известном юнцу, ничего еще не сделавшему для Империи. Якко рода Такэда семенили за господином на почтительном расстоянии. Остальные слуги с вожделением смотрели на них, как на источник возможной информации, но господин ясно дал понять, что обсуждать его личные дела с чужими запрещает категорически. Поэтому Ия, Эя и Ая лишь глядели на остальных якко с чувством превосходства и во все глаза разглядывали новую хозяйку. Сойку-сан была хороша. Вот только смотрела на обожаемого господина чуть свысока, но это случается с Истинными, которые еще не поняли, что их жизнь с момента вступления в брак резко изменится. Не все были такими благородными, как господин Такэда. Уж Ая, служившая когда-то у столичного судьи, точно знала, как может обращаться мужчина с той, что доверилась ему. Как с дорогой хрупкой… вещью. Немногим лучше, чем с якко. Господин Такэдо не такой. Он даже со слугами был неизменно вежлив, видел в них людей. - Девочки, давайте в тень, - скомандовал господин, и его якко, подхватив под руку тех, что сопровождали госпожу, направились в сторону большого дерева, под которым слуги, снующие в саду, уже расстелили большое покрывало. - По-моему, это ошибка, - ничего не выражающим голосом сказала Сойку, передавая зонтик одному из слуг и принимая у него деревянный молоток на длинной ручке. - Вас беспокоит, что на нас все смотрят? - На Истинных всегда смотрят. Даже когда они не занимаются чисто мужским занятием. - Якко тоже играют в мяч. И жены Императора. Чем моя Сойку хуже? Темные глаза опасно сверкнули, и госпожа ехидно усмехнулась. - Что будет с проигравшим, Такэда-сан? Горо улыбнулся и предложил: - Если моя госпожа проиграет четыре партии из пяти, она меня поцелует. По-настоящему. - А если господин Такэда проиграет больше двух раз? - Это вы мне ответьте, моя прекрасная. Сойку задумалась лишь на мгновение, но потом выпалила: - Вы позволите мне упражняться с мечом. После свадьбы, разумеется. Горо прищурился, взвесил на руке тяжелый шар и задумчиво произнес: - Поцелуи моей госпожи бесценны. Я согласен. Тем более, - он снова улыбнулся, - я все равно не поверю, что моя благоверная не нашла бы способ защитить себя, не полагаясь на кого-то столь ничтожного, как ее преданный супруг. Сойку никак не отреагировала на подобную инсинуацию, а лишь внимательно обозрела раскинувшуюся перед ней четко расчерченную площадку. - Так мы договорились, верно? – уточнила она. - Да, моя прелестная. Только учти: твой поцелуй столь желанен для меня, что поддаваться я не буду. - Это было бы глупо, - важно кивнула госпожа Сугияра. – Но первый удар вы же мне уступите, верно? Горо рассмеялся и сделал приглашающий жест. Игра началась. *** - Так нечестно! – шипела Сойку через два часа, сопровождаемая к небольшому чайному домику – утолить жажду и голод можно было и там, не возвращаясь в храм. – Вы сейчас намного сильнее меня, Такэда-сан. - Просто вам тоже хочется целоваться, госпожа, - смеялся Горо. – Признайтесь. - Вы просто невозможны! Я не стану… - Вы не сдержите слово? Сойку замолчала, яростно сверкая глазами. - Это запрещено до свадьбы. Узнай кто – и пострадает исключительно ваша репутация. - Готов рискнуть. - Увидят. - Нет. Ая! Якко понятливо кивнула, переглянулась с остальными служанками, в том числе и с теми, которые сопровождали госпожу, и они как заправские шпионы образовали довольно широкий круг. У каждой дорожки, которая вела к аллее, в которой все происходило, стояло по одной из них. Эя и Ия повернулись спиной к застывшей от удивления Сойку и раскрыли свои зонтики, чтобы ее нельзя было увидеть даже с очень близкого расстояния. - Поттер, я вас ненавижу, - прошипела прекрасная госпожа, когда Горо подошел вплотную и осторожно обхватил ее за талию. - А я вас – нет, - прошептал тот в ответ. – Совсем даже наоборот. С ума за эти восемь месяцев сойду. - Ум еще нужно иметь, Поттер. Целуйте уже, чего уставились? - Я тебя все равно научу некоторым приемам, моя ненаглядная. Обещаю. Не сердись, - сказал Горо прямо в упрямо сжатые губы Сойку. - Не надо мне ваших одолжений, - зло бросила та, но вскоре задохнулась от властного, жадного поцелуя. Ласковый, настойчивый язык гладил ее губы, заигрывал, дразнил. Это оказалось очень волнующе – целоваться с Поттером. С Горо. Настолько, что долго не знавшее ласки тело будто окатило горячей водой. Такэда стал ощущаться иначе, от него пахло эвкалиптом и сталью, нагретой на солнце кожей и еще чем-то, совершенно необъяснимым. Наконец, чертов наглец выпустил свою добычу, чмокнув ее напоследок в кончик аккуратного носика, рассмеявшись, когда Сойку наморщила его. - Скотина, - тихо сказала она, когда вернула себе невозмутимость и способность трезво мыслить и связно выражаться. – И за это ты мне тоже когда-нибудь ответишь. - Запиши на мой счет, госпожа, - усмехнулся тот, отходя на шаг и давая знак Ие. - Не сомневайся, память у меня хорошая. - И руки длинные. - Что? - Ничего. Вспомнилось кое-что из маггловского. Сойку фыркнула и, поправив полы кимоно, снова приняла свой обычный надменный вид, будто и не она дрожала только что в его объятиях, прижимаясь всем телом. Якко снова слетелись к ним пестрой стайкой, тихо пересмеиваясь и переговариваясь, и вся компания отправилась дальше. *** Горо с каждым днем влюблялся все больше. Если раньше для него Сойку была просто абстрактной мечтой, почти недостижимой, несбыточной, то теперь он открывал в ней все новые и новые черты. Его не раздражала ни ее язвительность (до открытых оскорблений Снейп в ее обличии не опускался, а разглядеть в невинной, казалось бы, фразе завуалированное, зачастую очень меткое оскорбление, стало для него каким-то пикантным удовольствием), ни привычка командовать, ни вечное недовольство всем и всеми, ни деспотичность, ни-че-го. Он таскался в храм почти каждый день, покорно сносил и насмешки, и шипение, и проклятья, сыпавшиеся на него, по счастью, наедине. Госпожа Сузуми лишь загадочно улыбалась и покровительствовала несчастному влюбленному, никогда не отказывая ему во встречах с Сойку. Горо, измотанный каждодневными тренировками, иногда просто садился у небольшого столика в общей гостиной и около получаса смотрел, как его госпожа перебирает шелка или струны, как танцует для него, повинуясь строгому взгляду жрицы, как просто обмахивается веером, задумчиво глядя в сад через открытую дверь. - Я люблю тебя, - сказал ей Горо, прощаясь. – Завтра мы выступаем. Приходи на площадь, чтобы подать мне шлем. - Я подумаю, - холодно отозвалась Сойку. – Традиции не обязывают меня провожать тебя. - Но мне было бы приятно. - А мне было бы приятно проснуться мужчиной, желательно – в своей собственной постели! – рявкнула в ответ «прекраснейшая из женщин». Горо поцеловал ей руку и молча вышел. - Какая же ты сука, Сойку, - раздалось вдруг из темного дверного проема, ведущего на жилую половину храма. - Тебя никто не спрашивает, Айяно, - зло бросила та, разворачиваясь. – Шпионишь? - Пришла погасить светильники, - ничуть не испугавшись, ответила девушка, выходя на свет. – Великий покарает тебя за гордыню и злобность, Сойку. Истинные были созданы для того, чтобы воины были счастливы. Чтобы жизнь на земле продолжалась. Чтобы… нести свет и радость. А ты черна, как твои одежды, Сойку. И если раньше ты хоть как-то это скрывала, то теперь… Такэда-сан слишком мягок с тобой. Ты доведешь его до беды. - За своим Онори-сан следи и не лезь в мои дела! - Господин Онори – достойнейший из мужчин. Я никогда не опозорю его честное имя, проявляя неуважение. Он приедет снова, и я брошу веер к его ногам. А ты… просто… на пороге возраста Плодородия, - кинула возмущенная Айяно. – И должна быть благодарна, что Император… - Замолчи сейчас же! Убирайся, - прошипела Сойку, уже жалея, что вообще начала этот разговор. – И не смей лезть не в свое дело! - Если ты о том, чтобы я молчала об услышанном – не переживай. Господин Горо не заслужил скандала. Он отправляется на Север. Если ему суждено погибнуть, то пусть он уйдет со спокойной душой. С этими словами Айяно развернулась и вышла, оставив неистовую госпожу Сугияру наедине со своими мыслями.