Королева Севера

Санса легко касалась подушечками пальцев холодного стекла. В темноте за окном она с трудом различала слуг, натягивающих по её велению ткань шатров над деревянными столами. Они работали весь день, печи на кухне не переставали топиться, крестьянки из близлежащих городов заспешили в Винтерфелл, чтобы иметь возможность прислуживать на пиру у новой Хранительницы Севера. Каждая из них так дружелюбно улыбалась ей, а в их глазах была неподдельная радость. „Может, они верят в меня? — так могла думать только маленькая Санса. — Или дело в том, что я — первый из захватчиков Винтерфелла, кто вместо массовых казней устраивает пир?“ —, а так размышляла новая, повзрослевшая Санса, и кто из них был прав на самом деле — девушка не знала. Сейчас это было не так важно. Если они действительно верят в неё — она не обманет их ожиданий. Если же они просто радуются тому, что она милосерднее всех предыдущих — она даст им повод верить в неё. «Прямо на этом пиру, — добавила она про себя, — они поверят либо в мою жестокость, либо в мою справедливость. Я не собираюсь держать их в страхе, не собираюсь показывать им, как они „защищены“ от изменников — как это сделал Джоффри, казнив моего отца», — своими маленькими ноготками она проскребла по стеклу. Уже прошло столько лет, но этого ей никогда не забыть. Она вздохнула и сконцентрировала свой взгляд на отражении огонька свечи на стекле. Он тихо трепетал под сквозняком. Спальня родителей, в которой она теперь ночевала, почти не пострадала от пожара, но лёгкий ветерок из-за повреждённых дверей теперь иногда гулял по коридорам и комнатам Винтерфелла. Её сердце ныло уже намного меньше, когда она находилась здесь. Когда она в первый раз зашла сюда, её ноги подкосились, и она без сил повалилась на родительскую кровать. Она уже долгое время жила без семьи, и иногда у неё получалось забывать о том, что когда-то она у неё была, но иногда, в такие вот моменты, воспоминания непреодолимой волной накатывали на неё. Она совершенно перестала видеть, что творится за окном. Вероятно, её слуги уже закончили на сегодня с подготовкой к пиру. В окне она видела лишь собственное отражение и свечу на дальнем столе. Тут еле ощутимый сквозняк стал намного сильнее. Ветерок почти погасил пламя, но чья-то заботливая рука укрыла маленький слабый огонёк, и света в комнате стало меньше. „Эта свеча чем-то похожа на меня. Легкомысленный огонёк, ветер, что уже почти потушил его. И заботливая рука, оградившая и спасшая его. Та же самая рука, что спасла меня“, — она печально выдохнула, но так и не повернулась к ночному гостю. Девушка продолжила следить за тенью на стекле, медленно приближавшейся к ней. Санса почувствовала на шее тёплое и нежное дыхание, как и всегда, отдающее нотками мяты. По её коже пробежала дрожь. Сейчас ей ужасно захотелось облокотиться на твёрдую мужскую фигуру позади себя, ощутить на своём теле тёплые и мягкие руки, увидеть лёгкую нежную улыбку, такую, какая появлялась у него только тогда, когда они были одни, услышать тихий и чарующий голос. Может, повернуться и поцеловать его в гладковыбритую щёку, обвить руками его шею, прижаться всем телом, чтобы ощутить, что она снова под его защитой, что он, как и прежде, оградит её от всех бед и невзгод? Нет, нельзя. Если она хотя бы на секунду позволит себе эту слабость, она не сможет сделать то, что должна сделать. „Зачем? Почему? Зачем ты сделал всё это? Почему именно я должна сделать то, что должна? Неужели всё это время мне стоило бояться тебя, как всех остальных? Нет, не стоило, ты действительно защищал меня, и я благодарна тебе за это“, — её мысли носились в голове, не находя ни секунды покоя. В это самое время мужчина подошёл ещё ближе, наклонился и поставил свечу на дальний угол подоконника. Он обнял Сансу за талию, приблизившись вплотную. — Милая, — не сказал он, скорее — выдохнул. — Петир, — отозвалась она, уверенная, что если произнесёт его имя ещё раз, не сможет остановить слёзы. — Уже поздно, — сказал он и нежно прислонился губами к её шее. По телу Сансы в то же мгновение пробежала дрожь. — Почему ты не ложишься спать? — Я... — голос почти подвёл её. Она прокашлялась. — Мне что-то не спится. — Ммм, — только ответил он. Санса видела, как он прикрыл глаза, чувствовала, как его губы прочерчивают дорожку из поцелуев от её шеи к плечу. Его пальцы медленно отодвигали ткань рукава её ночного платья. Дрожь продолжала терзать её тело, и он это чувствовал, но останавливаться не собирался — поняла она. Нежность, с которой он целовал её, медленно, но уверено разрывала ей сердце. Мысли начали путаться в её голове. „Насколько было бы проще ни о чём не знать“, — вдруг подумала она. Петир оторвался от её плеча и медленно развернул к себе. Санса подняла на него глаза. На его губах играла привычная улыбка, доброжелательная и насмешливая одновременно. Не та, которую любила она. Он взял пальцами прядь её волос. В свете от пламени они золотом переливались в его руках. Петир притянул её ближе, наклонился и прильнул своими губами к её. Она отвыкла сопротивляться, и привыкла отвечать. Он научил её, или она сама научилась? После первого поцелуя на свадьбе от Тириона Ланнистера, она никого не целовала, кроме Петира. Это было приятно, и чем ближе он становился, тем приятнее были его поцелуи. Санса прикрыла глаза и ответила, забывая о том, что должно произойти завтра, забывая о том, что из-за этого решение дастся ей ещё болезненнее. После всех лишений, после того одиночества, что Винтерфелл вновь пробудил в её душе, растворится в руках близкого человека было настоящим счастьем. Когда же одна его рука медленно опустилась с талии на её бедро, и он, перебирая пальцами, стал задирать подол её платья, Санса будто очнулась ото сна. Она отстранилась от его губ и упёрлась руками в его грудь. — Лорд Бейлиш, — начала она, смотря куда-то вниз. — Не надо. Он не отпустил её, но ей показалось, что улыбка сошла с его лица. Петир пару секунд стоял молча, а потом взял её за подбородок и заставил поднять глаза. Санса узнала этот взгляд. Так он смотрел на всё и всех, кто вздумал действовать не так, как того хочет он. — Что-то не так, милая? — его обыкновенно мягкий голос сейчас прорезали стальные нотки. — Петир… Милорд, — поправилась она слегка дрожащим голосом, — у меня есть жених. Вы не должны больше так делать. Мизинец слегка наклонил голову, всматриваясь в её глаза. — Когда мы были в Долине, у тебя был муж, но тогда ты не сопротивлялась. Что же изменилось? — стальные нотки в его голосе сменились еле слышимой насмешкой. Санса вся вспыхнула при упоминании того события в одном из тёмных залов Гнезда. „Он был так нежен, — припомнила она свои мысли на следующее утро. — Он не сделал ничего страшного. Моя честь всё ещё при мне, но его руки, его пальцы… Такие заботливые и нежные“. Девушка тряхнула головой, отгоняя от себя приятные мысли, как кинжалом сейчас резавшие её душу. — Сейчас мы в Винтерфелле, — она заставляла себя произносить каждое слово. — И вы не можете больше так поступать со мной. Его взгляд стал ещё холоднее. — Поступать так с тобой? Ты говоришь так, будто была не согласна, — голос его становился всё грубее. На последнем слове Петир притянул девушку вплотную к себе и требовательно впился в её губы. Второй рукой он задрал подол её ночного платья и коснулся нежной кожи бедра. Новая волна дрожи прошла по телу девушки. Санса почти забилась в его руках, пытаясь высвободиться из крепких объятий. Она чувствовала его, боялась того, что он мог сделать с ней в этом всё ещё пустом замке. „Нет! Хватит!“ — подумала Санса. Высвободив руку, она слегка размахнулась и ударила его по лицу. От неожиданности Петир отпустил её и отступил на пару шагов, ошарашено прижимая ладонь к горящей после удара щеке. Девушка сейчас сама была удивлена тому, что сделала. Её ноги снова подкашивались и она испуганно смотрела на свою руку. Но тут она вспомнила, что не может показывать свою слабость, особенно перед ним. Он воспользуется ей при первой же возможности. — Покиньте немедленно мои покои, лорд Бейлиш, — произнесла она, не смотря на него. Санса не видела, как он ушёл, но слышала, что его шаги были как всегда тихи и спокойны. „Никто не должен узнать“, — пронеслось в её голове. Когда дверь за ним закрылась, Санса без сил упала на кровать.