Подари мне свою душу

Пулей влетев в комнату, Гермиона медленно опустилась на колени, по-прежнему прикрывая рот рукой. В помещении стоял полумрак, комната освещалась лишь неполной луной, чьё блёклое сияние проникало сквозь окно и рассекало комнату серебристой дорожкой. Снейп, наверное, уже давно ушёл спать. Да и говорить ему об увиденной картине Гермионе точно не хотелось; ей даже думать об этом не хотелось. Она невольно передернула плечами и, поднявшись, пошла в свою комнату. Что-то ей подсказывало: она сегодня не уснёт. Аккуратно сложив вещи на стул, она залезла на кровать и с головой спряталась под одеяло. В голову вдруг вновь полезли воспоминания, когда Белла пытала её круциатусом в Малфой-Мэноре. Присутствие пожирательницы первое время вызывало у девушки паническую атаку.* Гермиона задрожала и невольно потянулась к руке, на которой все ещё виднелся тоненький шрам, представляющий собой очертание букв. Она могла бы разрыдаться, сквозь всхлипы тихо звать свою маму и качаться на месте, обхватив плечи руками. Но она гриффиндорка, она та самая Гермиона, которая никогда не теряла контроль и смело принимала решения. После смерти друзей она стала лишь сильнее и даже немного суровее, чем раньше. Высунув голову из-под одеяла, Гермиона заставила себя успокоиться. Постаралась внушить себе: если она увидит Лестрейндж в коридоре, то, лишь хмыкнув, пройдёт мимо. Словно ничего не произошло и нет ничего такого в человеческой похоти. Ну… для пожирателей, разумеется. После сцены в Большом Зале Гермиона ничуть не удивится, если пожирателям взбредет в голову устроить там оргию на глазах у всех учеников. Хотя, в таком случае, придётся сразу устраивать похороны МакГонагалл, Слизнорта и Флитвика. Раздраженно взбив подушку, Гермиона повернулась на другой бок, заставляя себя заснуть.

***

Ночью она спала очень беспокойно. В голову лезли пошлые картинки, в которых Реддл превращался в Нагайну и продолжал совершать половой акт с Беллатрисой. Периодически окружающая обстановка сменялась на поместье Малфоев или кабинет Дамблдора. Сев в постели, Гермиона мысленно отругала себя за то, что не выпила зелье. Посмотрела на часы: стрелки указывали – шесть утра. Накинув на плечи махровый халат, она пошла в ванную и умылась. Девушка с радостью полностью бы ополоснулась холодной водой, но с приходом октября в подземельях стало прохладно. Лучше не рисковать, простуда в её миссии не сыграет на руку. Приведя себя в порядок, Гермиона заглянула на кухню к домовикам и, быстро перекусив, вернулась в библиотеку. Весь рабочий день она провела в запретной секции, соврав мадам Пинс, что хочет прибраться в тех местах, где скопилось большое количество пыли. На самом деле пыли там, как таковой, было немного, но для Гермионы, которая никогда не была сильна в импровизированном вранье, такая отговорка была единственным вариантом. Вероятно, что и сама мадам Пинс не особо хотела связываться с новоиспечённой женой пожирателя. Вновь просидев в библиотеке допоздна, она, разозлившись, бросила фолиант на стол. Раньше волшебница никогда не позволяла себе такого обращения с книгами, но ситуация становилась практически безнадёжной. По крестражам информации - ноль. Устало потерев виски, она пошла обратно в свои покои. Медленно вышагивая по коридору, Гермиона никак не думала, что её с ног собьет чья-то фигура и, схватив за горло, прижмёт к стенке. - Вот ты где, маленькая грязнокровка, - прошипел знакомый женский голос. Девушка испуганно уставилась на Беллатрису. Глаза пожирательницы горели азартным огнём, а на лице застыла угрожающе-злобная усмешка. - Ч-что вам надо? – сбивчиво прошептала волшебница. - Небось, тебе понравилась вчерашняя сцена? - приблизившись к её уху, прошептала Лестрейндж. - Я не собиралась никому рассказывать, если вы об этом, - постаравшись, чтобы её голос звучал тверже, начала она. – Это ваше личное дело. Моё присутствие было случайным. - Твоё рождение было случайным, грязнокровка! – яростно шикнула Белла. Она хотела сказать что-то ещё, но сбоку вдруг загорелся свет от чьей-то палочки. - Что… здесь… происходит? – медленно протягивая каждое слово, обратился к ней Снейп. Увидев профессора, Гермиона хотела броситься ему на шею, прошептать сотню благодарностей и, возможно, даже поцеловать. Она никогда не думала, что будет так рада видеть Снейпа посреди ночи. Его внезапное появление избавило девушку от атаки пожирательницы. - Северус, - лукаво улыбнувшись, повернулась к нему директриса. – Ты должен лучше следить за своей возлюбленной. Зельевар изогнул бровь и бросил взгляд на свою супругу. Заметив жутчайший испуг в её глазах и красные отметины от пальцев на шее, он вдруг почувствовал, как внутри резко начала закипать злость. Мужчина не мог толком понять, из-за чего. То ли от того, что Белла со своими подозрениями начинала переходить все границы, то ли от того, то он готов был стереть в порошок любого, кто посмеет причинить боль его и без того несчастной супруге. Отложив эти думы на потом, Снейп спокойным тоном заявил: - Не думаю, что Гермиона могла каким-либо образом навредить тебе в стенах школы. Если тебя по-прежнему беспокоит её прошлое в компании Поттера. - Возможно, Тёмный Лорд верит в твою верность Северус, но что-то подсказывает мне, что вы двое водите нас за нос и что-то замышляете, - сузив глаза, заявила женщина. - Беллатриса, это помешательство, - скучающим тоном ответил Снейп. - А вот и нет! – завизжала Лестрейндж. Гермиона сделала несколько неуверенных шагов к Северусу, и, не отводя взгляда от тяжело дышащей пожирательницы, спряталась за его спиной. Взяв зельевара за теплую ладонь, она наконец-то позволила себе спокойно выдохнуть. Безусловно, ничего не мешало Белле убить их прямо сейчас, но она любит поиграть, значит, так просто все не закончится. Сердце, которое несколькими мгновениями ранее бешено стучало в груди, возвращалось к своему нормальному ритму. Только сейчас она заметила, как сильно напряжена спина мужчины и каким резким было его дыхание. Лицо оставалось невозмутимым, но его поза говорила о том, с каким трудом он держал себя в руках. - Я найду способ вывести вас на чистую воду. Вот увидите, - вкрадчиво сказала Белла. – И твоя реакция в Большом Зале натолкнула меня на некоторые мысли, грязнокровочка, - она кровожадно глянула в глаза Гермионы. Снейп сдвинул брови, а Беллатриса, вскинув подбородок, развернувшись, ушла в темноту коридора.