Мы созданы друг для друга

Илья прижимал к себе мальчика, чувствуя как сильно бьётся у того сердце. Он вдыхал его запах, пытаясь насытиться, но почему-то хотелось большего. - Так бы тебя и съел, - тихо сказал Колесников, отгоняя от себя, скалящий свои зубы, голос совести. - У тебя почти получилось. - И откуда берутся такие развратные мальчики? Даня отодвинулся от мужчины и закинул правую ногу ему на бедро. - Тебе не нравится? – спросил он и, взяв в руку вялый член Ильи, начал двигать податливую плоть. Илья тяжело задышал, чувствуя, как горячие пальцы Даниила скользят по стволу, заставляя того реагировать. - Помнится, ты хотел его попробовать? – облизывая губы и удобно ложась на спину, сказал Илья. Медленно опустив голову, Даня накрыл губами подрагивающий член Ильи и начал сосать, чувствуя, как набухает плоть во рту. Он лизал чувствительную головку, пробуя на вкус, непрерывно двигая рукой по стволу. Колесников зарыл свои пальцы в шёлковые пряди волос Дани и тихо застонал. Он чувствовал, что ещё чуть-чуть и наступит какой-то мучительный и долгожданный конец. - Малыш, иди ко мне, - сказал Илья, притягивая к себе Даню для поцелуя. Когда Смирнов лёг на него сверху, Илья ощутил упирающийся ему в живот член. - Возбудился только от того, что отсосал мне? Какой развратник. Илья поцеловал мальчишку в губы, чувствуя на нем свой вкус. Его язык прошёлся по губам и вошёл внутрь, ища встречи с Даниным языком. Взяв одной рукой Даню за член, Илья начал томительно дрочить, заставляя мальчика выгибаться от наслаждения. Другая же рука касалась сжимающейся дырочки между ягодицами. Илья легко ввёл внутрь свои пальцы, не доставляя никакой боли, только вынуждая стонать от желания. - Садись на меня, - приказал мужчина. Направляя в себя возбуждённый до предела член Ильи, Даня сел верхом, расставив ноги по обе стороны и начал медленно насаживаться. - Двигайся сам. Я хочу видеть. Давай, - сказал Илья, проводя ладонями по нежной коже Дани. Приняв в себя полностью твёрдую плоть, Даня начал двигать бёдрами, приподнимая их вверх, а потом опуская вниз. При этом его глаза не отрывались от глаз Ильи. Смирнов закусил губу, пытаясь остановить стон. - Хочу слышать тебя. Стони! Тебе же хорошо? – прорычал Илья и резко двинул бёдрами вверх, засаживая Дане аж по самые яйца, от чего малыш громко вскрикнул. Его щёки пылали румянцем, а влажные губки так и просили о поцелуе. Положив мальчика под себя, Илья резкими толчками начал вбиваться в него, чувствуя, что теряет голову. Даня, уже не скрываясь, стонал, цепляясь руками за простыни, выгибаясь навстречу удовольствию. Не в состоянии больше терпеть, Илья кончил, смотря, как дёргается в волне оргазма его Даня. Да, именно! Его Даня!