Сборник зарисовок по ИВР

Спустившись вниз, в тренировочный зал, Рэй остановился у двери и наблюдал издалека, как Винс упорно тренировался. Он изучал техники тайского бокса и в этом ему помогал Майкл, их коллега, только недавно принятый в гильдию. Молодой, но довольно смышленый и сильный вампир, полный амбиций. Рэй сразу заметил, что Винсу с Майклом очень интересно. Они помогали друг другу и учили. Майкл плохо стрелял, но отлично дрался. Недаром бывший кандидат в мастера спорта по боксу. А Винс хороший стрелок, но в драке берет не мастерством, а силой, что и пытался исправить. И все же Рэй не мог понять, почему глядя как Майкл общается с Винсентом легко и непринужденно, как они смеются вместе, как оживленно обсуждают что-то или как сходятся в спарринге на ринге, внутри поднималась невероятная злость. Она душила его, сжимая горло в тисках, и не давала нормально дышать. В каждом движении, в каждом прикосновении Майкла к Винсу Рэй видел скрытый подтекст, тот словно пытался отнять у него самое дорогое, занять все внимание, свободное время, затмить собой все, и вытеснить самого Рэя за борт круга общения. И липкое ощущение ревности затапливало сознание, зло и с издевкой нашептывая на ухо, что Рэй бесполезен и скучен, и Винсу лучше и интереснее с кем-то более равным себе. Но Рэй не хотел не только уступать Винса кому-то еще, но и делиться хотя бы частично. И потому, глядя исподлобья на Майкла, Рэй видел перед собой лишь угрозу, которую нужно устранить. Вот только он не знал как. Пока не знал. Ведь не мог просто убить наглеца, но порой такие мысли посещали и, пожалуй, Рэй был бы по-настоящему удовлетворен, если бы собственноручно отрезал Майклу его белобрысую голову черным клинком. Но не мог. Для убийства нет логичного основания, а ревность не в счет. Подобный порыв лишь испортил бы ему жизнь, и не только ему, но Винсу тоже. Да и простит ли его Винс за столь жестокий и бездумный поступок? Чем тогда он будет лучше Лукаса Ван Холкама? И все же, с каждым днем просто стоять и наблюдать со стороны становилось все труднее. Хотелось подойти к ним, оттолкнуть Майкла и заорать, чтобы не смел даже прикасаться к Винсенту и пальцем. И чтобы держал от него подальше свои грязные руки и мысли. Не подходил близко и даже не разговаривал. Но каждый раз Рэй одергивал себя, ведь это глупо и опасно. Так не только все подумают, что он псих неадекватный, но и разоблачит себя самого. Поначалу Рэй придумал нагружать больше Майкла сторонними делами, чтобы они с Винсентом меньше проводили вместе времени, а потом и самому Винсу нашел занятие. Но все равно не мог сделать так, чтобы они совсем не пересекались, ведь работали вместе. В конечном итоге даже редкие встречи, звонки или просто дружеские приветствия с Майклом все равно вызывали в нем жгучую удушливую ревность и хотелось прибить засранца за странные взгляды, даже за простое рукопожатие. Рэй раздражался и злился по каждому поводу и даже без, загонял всю команду до мыла. И ребята уже начинали откровенно его ненавидеть. Шептались за спиной, что тот совсем обезумел и хочет их всех выжить. Некоторые даже собирались добровольно уйти, а не терпеть такое издевательство. Винс пытался поговорить, но Рэй только делал страшное лицо и орал, что он лучше знает, что делает. Однажды Майкл набрался смелости, подкараулил их в конце рабочего дня и подошел на стоянке. — Винс, не хочешь пойти выпить чего-нибудь? — спросил он. Рэй стоял рядом, чуть позади Винса. Стиснул зубы и сжал кулаки, чтобы не сорваться. Такой наглости он не ожидал и старался держать себя в руках. Его лицо каменно-хмурое не отображало бури ненависти, что кипела и клокотала внутри, однако взглядом он хотел убить Майкла. Раздавить его череп как орех и растереть по бетону, чтобы одно мокрое место осталось. — Нет, не получится, извини. Давай в другой раз, — устало сказал Винс и повернулся к Рэю. Поднял на него взгляд и тот понял, что Винс все чувствует и знает. Он не просто так отказался и вовсе не устал, даже хотел бы пойти, но не мог именно потому, что Рэй готов был взорваться в любой момент. И он бы взорвался именно сегодня, если бы Винс согласился уйти с Майклом. Разнес бы что-нибудь в щепки или того хуже, догнал их и с наслаждением засадил Майклу меч в сердце. — Я не понимаю, что на тебя находит, когда Майкл рядом со мной, — возмутился Винс, когда они вернулись домой. — Не понимаешь? — прошипел Рэй. — Точно не понимаешь?! — Ладно, я знаю. Но нет никаких причин, мы всего лишь друзья. — Друзья? Про Акиру ты тоже так говорил, — Рэй вскипел и засопел.— А что в итоге вышло? Винс погрустнел и опустил голову. Грустные воспоминания накатили волной. — А остальные тут при чем? — заговорил Винс через время. — Почему ты срываешься на команде? Хочешь, что бы тебя возненавидели и отдел распался? И Рэй не выдержал, притянул Винса к себе и обнял, зарылся лицом в волосы. Он не смел проявлять чувства на работе, да и дома тоже. Держал себя в цепях так, что они до крови впились. И все из-за опасений быть раскрытыми. Но на самом деле он больше всего страшился, что однажды Винс покинет его, уйдет, найдя себе кого-то гораздо лучше. Но не мог сказать вслух, как похолодело внутри от поглощающего одиночества. Все бы сделал, только бы Винс навсегда оставался с ним. Винс привстал на цыпочки и потянулся к Рэю, впился в его губы поцелуем и начал расстегивать рубашку. Он все знал, все чувствовал. На следующий день Рэй явился в отделение со странной пугающей улыбкой на губах, он ни на кого не орал, не гнобил, не нагружал поручениями. Был вежлив и внимателен. Половину команды отпустил отдыхать домой. Все смотрели на него большими глазами и не могли понять, что могло произойти за одну ночь. Адамса явно подменили. И от шока ребята не сразу заметили, что Винс на работу не пришел. Но спрашивать где он не стали.