Сложности перевода (или счастье с запахом сирени)

Пять! Пять пачек сигарет я скурил за те три дня, что велись переговоры. Стойкое ощущение, что я медленно, но верно схожу с ума, не давало мне спать по ночам. В тот вечер в ресторане я то и дело ловил себя на мысли, что Артем милый, Артем красивый, Артем обаятельный, Артем то, Артем сё. В общем, мысли, крайне не свойственные нормальному мужику. Дальше - хлеще, когда этот пьяный щеголь "made in Italy" в конце вечера приобнял Тему за талию и что-то нашептывал ему на ухо, я вообще еле сдержался, чтобы ему в рожу не дать. Что он вообще себе позволяет! А, главное, почему Артем так спокойно к этому относится! Вот тут-то мне стало по-настоящему хреново. Я его ревновал! Парня, которого знаю первый день! Да что там первый день, ПАРНЯ - вот ключевое слово! Я испугался такой своей реакции на него. Чем дальше в лес, тем гуще партизаны! Тема, оказывается, гей! До этого известия я еще тешил себя мыслями, что это ненормально, что я просто на солнышке с непривычки после зимы перегрелся, что проснусь завтра с утра и это странное влечение пройдет, как мигрень. Самое удивительное, что после его слов, первое, что я почувствовал - это надежда. Надежда на взаимность. А потом чуть сдуру целоваться к нему не полез. Следующие два дня, в течение которых проходило подписание договора, я шарахался от Артема, как от средневековой чумы, стараясь даже не смотреть на него, и, главное, не оставаться наедине. Я боялся, что в этом случае не смогу себя контролировать и начну делать какие-нибудь поползновения в его сторону. А контроль и вправду давался мне нелегко. Теперь я стал замечать его взгляды и улыбки, направленные в мой адрес, нечаянные прикосновения рук в лифте. А эти покачивания попой! Да я у него там дырку прожег глазами, у меня челюсть уже болит от того, как сильно я её сжимал, чтобы не завыть в голос. И если бы раньше я не обратил на это никакого внимания, то теперь расценивал это как флирт с его стороны. Со мной флиртует парень! А сказал бы кто неделю назад, что это мне еще и нравиться будет, нос бы сломал такому шутнику. Прошла уже неделя после завершения переговоров. Артема с того дня я не видел, но на протяжении всей этой, показавшейся нескончаемой, недели я постоянно думал о нем. Раз пять брал в руки телефон, но так ни разу и не решился позвонить. Что бы я ему сказал? "Привет Артем. Это Рома. Знаешь, я натурал, постоянно думающий о тебе, гее, и совсем не в дружественном ключе. И я не знаю, что мне с этим делать." Глупо ведь. Сам не знаю, чего хочу. Хотя нет, знаю. До жути хочется его увидеть. Как не прискорбно это осознавать, но я скучаю. Стук в дверь отвлек меня от пятничного вечернего самобичевания. Без предупреждения мимо охраны в холле может пройти только Вика, поэтому в личности гостя сомнений нет. — Ты на удивление хреново выглядишь! — милый комплемент из уст сестры, ничего не скажешь. — Я тоже по тебе соскучился, — я пропустил девушку в квартиру и закрыл за ней дверь. — По какому поводу пьем? — Вика указала в сторону бокала с виски, стоящего на журнальном столике. — У меня сестра замуж выходит, чем не повод! — усмехнулся я. — Ну тогда виновница торжества не откажется от бокала белого сухого вина. — Я достал из бара бутылку вина, привезенного недавно из командировки во Францию. В гостиной мы устроились в широких мягких креслах, стоящих по бокам от маленького деревянного журнального столика. Я люблю натуральные материалы и нежные спокойные тона, поэтому обстановка в моей квартире умиротворяющая и на удивление "домашняя" что ли, хотя я здесь практически не бываю. Но сейчас я был ни разу не умиротворен! Мозг кипит от такого количества свалившейся на него информации и поводов для обдумывания. — Ром, что происходит. И не рассказывай, что ты так переживаешь из-за колебания курса евро, я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой. — Она неторопливо отпила из бокала и в ожидании посмотрела на меня. Я опустил голову на руки, оперев их об колени, и запустил пальцы в волосы. — Вик, ты не поймешь. — В ответ сестра только усмехнулась, качая головой. Мы сидели в тишине, думая каждый о своем. Минут через пятнадцать Вика решила озвучить свои мысли: — Ром? — она развернулась в мою сторону и подобрала ноги под себя. — Мм? — промычал я, отпивая из бокала. — Ром, тебе что, Артем понравился? — я поперхнулся, а все набранное мной для глотка виски тут оказалось на бывшем до этого белоснежным ковре. — Мда, наверное, ты слишком хорошо меня знаешь, ты на удивление проницательна сестренка. — Грустно произнес я, потирая переносицу двумя пальцами правой руки. — И что думаешь делать? — Откуда я знаю. Мне, между прочим, за двадцать восемь лет жизни впервые парень понравился. Вот если б он был длинноногой брюнеткой с третьим размером, я бы знал что мне делать, но, увы, он длинноногий блондин со слегка иной физиологической особенностью. — Тема - он хороший. — Вот чего-чего, а промо акции я от нее не ожидал. — Сватаешь родному брату парня? — Знаешь, Ром, я за последние десять лет ни разу не видела тебя по-настоящему счастливым. А в тот день в больнице ты так улыбался парню, которого знал от силы часов восемь. У тебя глаза светились и горели жизнью. Мне все равно, что он парень, если находясь рядом с ним, я буду видеть тебя таким, как тогда. А сейчас! Ты только в зеркало посмотри на себя. Ты тоскуешь! Тоскуешь по нему. — Она немного подумала и добавила с улыбкой на губах: — К тому же он мой друг и ему я тоже желаю счастья, а ты у нас жених завидный! Я рассмеялся, впервые за последнюю неделю. — Ну и что прикажешь мне делать, сваха? — Если ты забыл, то напомню, что на завтра у нас бронь в Малибу. Скажу тебе по секрету, что в списке гостей есть один светловолосый гордый птиц.