Аты-баты

Ник просто не знал, что с ней делать. Словно ему не двадцать два, а еще пятнадцать. Девка, как девка: руки, ноги, сиськи, но… По-дурацки как-то выходит. «Всё, Джонни, ты за это ответишь», — повторял он себе, пока ковырялся с компьютером. — Николай, проголодался, наверное? — Трофимова поставила на журнальный столик рядом с тортом две чашки кофе, подкатила его к дивану. — Иди сюда, не стесняйся. — Сейчас, товарищ Аня, сейчас, уже ерунда осталась. Переодевшись в сарафанчик с крупными ромашками, лейтенант растеряла всю свою надменность и широко улыбалась, шутила. Сначала она попросила Белкина называть ее Анной Павловной, потом, вспомнив, что они практически ровесники, сказала звать Аней. Вне воинской части, конечно. «Ебаный пиздец», — Белкин решил, что ночью ему будут сниться кошмары про свадьбу и рожающих баб. — Вот и всё, — Ник оставил машину перезагружаться и, потирая руки, сел на диван рядом с девушкой. Очень близко сел. Аня приподняла бровь, хмыкнула, оценив его смелость. — Ты просто не представляешь, как я проголодался, — глядя ей в глаза, томным голосом выдал Белкин. На еду, как отощавший бурундук, он набрасываться не собирался, а вот на Анютку… Ее грудь под тонкой тканью соперничала в аппетитности с булочками, которые она носила Костяну, а округлости попы были еще соблазнительнее, за них так и хотелось подержаться и всадить между ними. Что он, голых девок не видел? Он же парень не промах, чего теряться? Ему же эту конфетку Костя нашел. Не Железнову же мараться, обрабатывая девчонку? Первую свою девочку Ник поимел еще в шестнадцать лет. Михею он потом заливал, что всё было обалденно, все кричали и кончали, но, по чесноку, он ничего не помнил: распитый перед дискотекой коктейль напрочь вышиб память и мозги. Вряд ли в тех кустах за ДК происходило что-то сверхъестественное, но от самого факта его тогда распирало гордостью, как рыбу-шар при надвигающейся опасности. И потом Белкин закреплял опыт, совершенствовался, оттачивал мастерство, даже когда до него доперло, что парни значительно привлекательнее и с ними проще. А после случился одиннадцатый класс и новый классный папа — очкарик-историк с косой мелированной челкой и внешностью Джонни Деппа. И первый «непедагогичный» гейский урок от садиста Константина Евгеньевича. Когда этот сучок смылся в Новосибирск и до того дня, как неслучайная случайность столкнула их в «аське», Ник вел беспорядочную половую жизнь. Девочку на ночь найти значительно проще, чем парня. Только за год с Железновым он привык, что долбят его, а не он. Но это же, как кататься на велосипеде, не забывается? Чего не сделаешь, ради любимого. Белкин улыбнулся, скрывая своё коварство. — Надеюсь, я первый солдат, которого ты к себе приводишь? — продолжил он, не отдаляясь от ее лица. — Можно и так сказать, — приняла его игру Анюта. — Ты такая красавица в этом сарафанчике, — Ник положил ладонь ей на бедро и сдвинул подол вверх, открывая белые гипюровые трусики. Девушка не остановила его руку и не разорвала контакта глаз. — А ты очень нахальный, рядовой. — Мы же не в казарме, Аня, — рука Белкина продвинулась выше, легла на живот. — Признайся, тебя возбуждает командовать парнями. Не дожидаясь ответа, Ник наклонился к ее губам, поцеловал, трепетно, завлекающе, но всё напористее, вынуждая ее раскрыться навстречу. Его пальцы отодвинули тонкую резинку трусов, проникая под ткань, слегка раздвигая стройные ноги, ровно настолько, чтобы между ними легла его ладонь. Отсутствие в этом месте члена и яичек немного обескураживало, но всё быстро забывалось, потому что Анечка между ножек была горячая и влажная, а его давно лишили секса. — Эй, руки убери, — запоздало крикнула Трофимова, хватая Ника за запястье и пытаясь прекратить ласки. — Тише, спокойнее, — как раскапризничавшемуся ребенку проговорил Белкин, оставляя руку на ее лоне. — Тебе же нравится. Не прекращая, он уложил лейтенанта на спину, пристроился сверху. — Прекрати! — она начала выкарабкиваться из-под него. — Сейчас же! Николай не стал удерживать, отскочил в угол дивана, но как только она приняла сидячее положение, подвинулся ближе и поцеловал, закопавшись пальцами в ее растрепанные русые волосы. — Рядовой! — Анна вырвалась из его объятий, вскочила на ноги, едва не опрокинув столик с кофе и тортом. — Убирайся отсюда! Немедленно! У тебя еще есть шанс, что я всё забуду! Белкин засмеялся, поднялся за ней, схватил за руку, прижал к себе. — Ну же, дурочка, я тебя не обижу, — зашептал он на ухо. — У меня приказ. Приказ командира. — Что? Какой приказ? Офицерша оттолкнула его, но теперь выглядела, как растерянная фурия. — Ты думаешь, я не знаю, про твои шашни с нашим ротным? — Ник взял ее за руку. — Ну, а он сволочь разборчивая, избалованная женским вниманием, у него же папаша миллионер или миллиардер… В общем, большая шишка. Ты не знала? По глазам вижу, не знала. — При чем тут это? — хлопая ресницами, севшим голосом спросила Аня. — А при том, — Николай притянул не сопротивляющуюся девушку к себе, обнял за талию, — что мне еще одиннадцать месяцев служить под командованием Железнова. — Я не пойму… — Он мне приказал трахнуть тебя… — Что? — глаза у Анюты на лоб полезли, она едва не задохнулась от возмущения. — Ага, я у него типа тестировщика, посмотреть, как ты в постели, так что, — Белкин передвинул одну ладонь на грудь, пока девушка находилась в ступоре, легонько сжал, большим пальцем через ткань, дразня сосок, — так что, если хочешь его трахнуть, сначала покажи класс мне. — Ты врёшь! — Аня вырвалась из его рук, отбежала на другой конец комнаты, стала там метаться. — Врешь. Тебе надо просто досадить командиру. Убирайся отсюда. — Не будь наивной. Зачем мне ему досаждать? Мне же никуда от него не деться. Я повязан с ним на год. Аня остановилась, скрестила руки на груди, нервно терзая нижнюю губу. Ник ждал, ему даже в какой-то степени было ее жаль, но месть — это крутое наслаждение. — Ты не врешь? — хмуро спросила девушка, в ее глазах рождался гнев, к счастью для Ника, она была не из тех, кто дает спуску наглецам, она была уже готова растерзать его. — Да чем угодно клянусь, товарищ лейтенант. Просто ты такая симпатичная, а ротный так сволочно поступает. Вот если бы ты влюбилась в меня… — Пошли! — Трофимова уже приняла решение и дальше пёрла, как бульдозер. За это Ник ее и любил. — Возвращаемся в часть! — Но у меня еще два часа увольнения! — для виду возмутился Белкин. — И у ротного сегодня выходной. — Ничего, сейчас я ему устрою выходной. Анна ушла в другую комнату, Ник присел на диван, пригубил остывший кофе, облизнулся на неопробованный торт. Про себя он хихикал, слыша, как взводная птичьим щебетом просит Джонни срочно прийти в часть. Молодец красавица, рубит фишку, не хочет спугнуть паразита Костеньку. Чёрт, и влетит же потом от Железнова, но сначала — Ник улыбнулся — влетит Железнову. До части доехали через час. Лейтенант Трофимова уже переоделась в форму и сделалась официальной, чопорной и неразговорчивой. Белкин пытался с ней заговорить, но она только отворачивалась, накапливая негатив в себе. Константин курил у беседки за углом штабного корпуса. Виляя бедрами, Анюта сразу направилась к нему. Белкин подмигнул бойфренду за ее спиной, показал два поднятых вверх больших пальца и поспешил ретироваться. Однако ход был обманным, не мог же он пропустить собственноручно спродюссированный цирк. Ник пробежал несколько метров по дорожке и укрылся меж деревьев растущих рядом за стендами с кодексом воинской чести. Солдаты и сержант, копающиеся с ЗиЛом у мастерской, с любопытством посматривали на него. Белкин класть на них хотел, его интересовало только происходящее возле штаба. Константин выкинул сигарету в урну, отряхнулся, пошел навстречу Анне. Истинный, сука, джентльмен. Походку Трофимовой Ник бы назвал кокетливой. Лейтенант ослепительно улыбалась коллеге. Костя улыбался ей. Ник тихо угорал со смеху. Они поравнялись. Аня приветливо изогнула ярко красные губки, приоткрывая ровные голливудские зубы. И сходу влепила Железнову пощечину. Звонкий шлепок райской музыкой донесся до ушей Белкина. — Йес! — обрадовался он. Одним махом двух зайцев прикончил: и Костяну отомстил, и соперницу устранил. — Солдат! — раздался сзади требовательный голос. Белкин отмахнулся как от назойливой мухи. — Подожди… Там Аня снова влепила по морде пытающемуся что-то выяснить Джонни. Комедия разворачивалась масштабная. — Солдат! Смирно! — Сейчас! Трофимова, стуча каблуками, уходила к КПП, Железнов бежал за ней. Блять, всё не так, как он задумывал! — Рядовой! — голос уже гремел грозовыми раскатами. Ник обернулся, отдирая взгляд от удаляющейся парочки. Господи Иисусе! Вот так увлекся, забыл, где находится. Перед ним стоял командир части, багровый от негодования. — Опаньки… По лицу полковника пошли белые пятна. — Ты что возомнил о себе, рядовой? Где приветствие офицеру? Почему не выполняешь приказов? — Так у меня увольнительная еще на час, — в Белкине вдруг проснулась потребность дерзить, всё равно ничего не сделают, пусть Костя отмазывает. — Показать? — Как фамилия? Из какой роты? — Так вы меня не знаете? Замечательно. Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел и от тебя, серый волк, уйду, — ухмыляясь, Николай попятился по дорожке прочь от Позднякова. — Рядовой! Стоять! — Простите, товарищ полковник, мне еще жизнь дорога, — Белкин помахал на прощанье ручкой, собираясь повернуться к командиру пятой точкой и юркнуть в кусты у столовой. Но тут его сцапали под белы рученьки. — Стоять, тебе сказано! Белкин поднял голову. Младший сержант Берников и его кореш, старослужащий Макеев. — Млять. Привет, дедули! Его встряхнули, подвели к полковнику. — Спасибо за помощь, бойцы, — поблагодарил Поздняков. — Новобранцев уму разуму учить надо. Из вашей роты? — Так точно. — Отведите-ка его в мой кабинет. И пригласите потом вашего ротного. Полковник первым направился к штабу — Пошевеливайся, — подтолкнул Берников. — Что ж ты, зараза, такой неугомонный? — Пустите уже, — растолкал их Белкин. — Без свиты дойду. Люблю беседы с высшим руководством. — Придурок. — Пошли вы! — Николай показал им «фак» и улизнул за дверь. Он давно мечтал побывать в кабинете у полковника Позднякова, да еще с Костяном. Говорят, у командиров воинских частей есть право регистрировать брак. Или это за границей?