Город мести

Кружась в нежном медленном танце, облетая друг друга с разных сторон и плавно спускаясь вниз, снежинки объявили праздничный карнавал, тем самым возвещая о приближении зимы. Рано или поздно безудержное любопытство заставляло каждую снежинку соприкоснуться с асфальтом, протянуть ладонь и прижаться, разом приблизив свою гибель. Пушистое снежное перо таяло в мгновение ока, покрывая асфальт тонким слоем влаги, перекрашивающей серое покрытие в более тёмные и насыщенные тона. Некоторым снежинкам везло больше, они падали на крыши автомобилей или перила балконов, растягивая свою смерть на несколько минут, скапливаясь друг на друге. Местами они даже сформировали мягкий ковёр. Я шла вперёд, теперь снова скрываясь в подворотнях и переулках, как и в первый день здесь. Город, ставший привычным и казавшийся неспособным мне навредить, вдруг наполнился опасностью. Странная сила волей-неволей вынуждала себя уважать и бояться. Если уж эта сила способна рассечь город огромной пропастью, тогда остаётся лишь догадываться о границах её возможностей. А что, если их нет? Эта мысль заставила меня содрогнуться. Ну уж нет, найди меня сначала. Некоторые особо наглые снежинки оседали прямо на моих волосах, прохладно щекоча щёки. В кроссовках начинало хлюпать от сырости асфальта. Этот круг никогда не закончится? Стоило одеть удобное, и опять промокла? Блин, надо поскорее свалить из города - в приюте отогреюсь! - Папа, что ты делаешь, куда ты идёшь? – раздалось сквозь плотную завесу снегопада. Я сразу спряталась за углом дома, пытаясь сквозь карнавал снежинок рассмотреть хоть что-то. Голос был знакомым... - Какой я тебе отец? Окстись, да я первый раз тебя вижу! - Папа, перестань говорить такие ужасные вещи! Надежда и дед Афанасий? Точно они! Я двинулась на голос, пока не разглядела очертания знакомого двора и два силуэта. Женщина удерживала старика за руку, а тот отмахивался. - Да чего ты пристала ко мне? Отпусти! Кто ты такая и зачем меня тут держишь?! - Папа, о чём ты? Я же забочусь о тебе! Пошли домой! - Отстань от меня, говорю! – заорал дед и вырвался из её рук, свалившись на землю. Блин! Вот, чего мне не хватало. Он всё забыл снова. И понятия не имеет, что сам позволил Наде о нём заботиться. А та уже не различает ничего... Как бы вновь за мной гоняться не начала! Её опеки мне точно не нужно! - Что ты делаешь? Папа, ты забыл меня? Я же твоя дочь – Наденька! – полурыдающим голосом произнесла женщина, помогая старику подняться. - Нет и не было у меня дочери с именем Надя! И тебя не знаю! Чего ты привязалась, дурёха? - Папа, тебе нужен покой, ты уже стар и слаб! Пошли домой! - Кто слаб? Я слаб? Это я-то слаб? Мне не сотня лет, дура! Отпусти, говорю! У меня свои родственники есть – тебя только и не хватало! – дед вырвался из хватки Нади снова и отступил. – Не знаю тебя, не знал и знать не хочу! Тьфу на тебя! И не лезь ко мне больше! Меня дома заждались уже! - Папа! - Отстань, говорю, пока клюкой не заехал! Сумасшедшая!!! – дед Афанасий заковылял прочь. Несчастная мамаша осталась в нерешительности и смятении. Я тут тоже лишняя – не дай бог, заметит! Нужно валить и большими шагами! Снегопад быстро скрыл меня от чужих глаз. Его плотная пелена окружила со всех сторон, продолжая свой беспечный, незаметно вводящий в транс танец. Казалось, мир существует только в пределах пяти-семи метров вокруг меня. Чуть дальше его нет, но он выстраивается по мере того, как я иду вперёд. Ноги мёрзли от сырости, что приходилось игнорировать. Выход должен быть совсем рядом. Насьюг же небольшой. За полчаса можно насквозь пройти пешком. На пути никто не попадался, но в нынешних обстоятельствах скрытность не бывает излишней. Помимо плотного снегопада меня постоянно окружали тесные стены переулков и закоулков. А затем дорога оборвалась. Я не могла поверить своим глазам. Второй овраг расположился прямо поперёк улицы, под зданиями, обрезая водопроводные и канализационные трубы. Некоторые дома наполовину свисали над пропастью, а из земли торчали фундаментные балки, чудом не сломавшиеся пополам. И не видно второго края той пропасти, чёртов снегопад скрыл всякую видимость. Мне потребовалось несколько секунд постоять перед этой картинкой в попытках принять смирение и начать искать другой выход. Не вышло. Я психанула. Безмолвно, хотя крик тяжело было скрывать, но шуметь не стоит. Топнула ногой, желая продавить тротуар в бездонную пропасть; пнула россыпь камней, вывалившихся из трещин асфальта из-за разошедшегося оползня; забила кулаками по краю чёртовой преграды. Нет! Нельзя! Не хочу! Пустите!!! Выпустите меня отсюда!!! Не хочу тут быть! Меня задолбал этот город! Он... он словно не желает отпускать меня! Словно объявил своей пленницей, и теперь мне не сбежать... Но... но это невозможно! Не хочу! Не собираюсь оставаться тут! ПУСТИТЕ!!! Я подняла с земли камень и швырнула вперёд, в снежную мглу... И оттуда раздался шум поскакавшего по асфальту камешка... Неужели... второй край пропасти? А он далеко? Ну-ка! Я взяла ещё один камень и швырнула в пустоту, пытаясь вслепую прикинуть расстояние. Это было тяжело, но всё же... Камешек ударился о стену грунта и замолчал, видимо, отправившись вниз на поиски дна. Пожалуй, тут больше пяти метров... но вряд ли больше десяти... Ещё одна попытка. Этот шум вдруг зажёг у меня надежду, что не всё потеряно. Этот город не удержит меня, нет! Не дождётесь! Камень упал на асфальт с той стороны. Метров семь, восемь, девять... трудно сказать. А может, пытаюсь себе соврать, что выход ближе, чем кажется... Наверно, так не допрыгну, а вот... а вот с того дома, который свисает над пропастью, можно попробовать. Это была деревянная двухэтажка с одним подъездом, да и тот расположился в двух метрах от края оврага. И окна все закрыты. Я прикинула в уме, что если так просто прыгну на крыльцо, домик может накренить... В принципе, его может начать кренить ещё по мере того, как я буду идти к краю здания, но там это можно будет контролировать, можно броситься назад в любой момент, а тут не получится... Как же тогда забраться в дом? Хм... Окна первого этажа зарешёчены, да и всё равно высоковато – без лестницы не заберусь. Зато совсем рядом расположилось ещё одно здание – такая же деревянная двухэтажка, подоконники в одном уровне, расстояние между домами – перешагнуть можно с одного карниза на другой. Очень удобно. То, что нужно. Я направилась к подъезду и вошла в здание. Ах, как хорошо тут. Нет здесь этого чёртового снегопада, этой слепящей белизны. И ощущалось тут намного свободнее. И темно, люблю темноту. И сухие деревянные ступени... Я решила подняться сразу на второй этаж, потому что на первом окна всё равно заварены решёткой. В двери подходящей мне квартиры был врезан простой замок, переставший быть проблемой уже через пару минут. Убрав заколки-отмычки назад в карман, я вошла в тесный коридор довольно скудной квартирки. На вешалках немного женской одежды, у порога довольно малый ассортимент обуви... Моё внимание сразу же привлекли закрытые кожаные туфли на низком широком каблуке. Чёртова осень не позволяет носит то, что нравится, но это тоже сойдёт. Не шпильки, не бесшумная обувь, но выбора нет. Они оказались достаточно удобными, хотя великоваты. На размер бы меньше... Ладно, плевать, сойдёт. Я направилась вглубь квартиры, прошла мимо кухни и остановилась, после чего вернулась чуть назад и свернула в тесное помещение с захваченным плесенью холодильником, кучей шкафов, узким столом, парой шатающихся стульев, плитой и раковиной. Единственное окно выходило на проезжую часть, но меня не оно сюда привело. Мне хотелось есть. Желудок уже давно недовольно журчал, требуя еды. К счастью, люди делятся на параноиков и лентяев, причём и те, и другие заготавливают консервированную еду либо чтобы не готовить потом, либо на случай ядерной или атомной, или ещё какой-нибудь войны. Эта квартирка не оказалась исключением, хорошо, что такая еда не портится! По крайней мере, быстро. Ещё одна приятная вещь – нож, я наконец-то почувствовала себя в безопасности... Конечно, не чета тому, что был, но лучше, чем ничего. Широкое лезвие, неудобно изогнутая пластиковая ручка, но в альтернативу узкие ножи с хорошо гнущимися лезвиями - нет уж, пусть будет такой. Я вонзила его в консервную крышку и ловкими движениями начала вскрывать. Металл неприятно скрежетал, впрочем, по ушам не резал. Пластичная консервная банка гнулась в руках и переваливалась из стороны в сторону, неохотно открывая своё содержимое. Затем я убрала нож в сторону и пальцами стала есть куски холодной тушёнки. Готовить что-то и разогревать – не было никакого желания. Заморить червячка и свалить отсюда – больше мне ничего не надо. - Вы... вы принесли его письмо? – чуть не плача, спросила вдруг какая-то женщина, стоявшая прямо в дверях. Я вздрогнула от неожиданности и тут же развернулась. Незнакомка была одета в салатовую расправленную рубашку и светлые бриджи, коротко подстриженная и слегка полноватая. И наполовину прозрачная. Она смотрела на меня с какой-то что ли надеждой и стучала от нетерпения зубами. Она ждала ответа... Я хмуро посмотрела на неё, оценивая, чего от этой женщины можно ожидать, опасна ли. Наверно, не очень – ещё один замученный призрак с отголосками жизненных важных проблем. - Нет у меня никакого письма, - спокойно ответила я, прикидывая на всякий случай окружающую обстановку. Под рукой на столе нож, в шкафах кастрюли есть, окно... окно открывается вовнутрь, задолбаюсь щеколды выдирать. Вряд ли вариант... - Значит... значит, вы пришли сообщить, что положили его письмо в мой почтовый ящик, правда? – с тлеющей надеждой спросила девушка. - Никуда я ничего не ложила, отстаньте от меня. - Оно в почтовом отделении? Мне... вы пришли сказать, что мне туда нужно сходить, что оно там? Верно ведь? – женщина сжала в молитве ладони и шагнула ко мне. По щекам текли слёзы. - Понятия не имею, вообще ничего не знаю о вашем письме. Не лезьте ко мне, хорошо? Я скоро уйду. - Вы... вы же на словах тогда... он вам всё сказал и попросил пересказать, верно? Вы же... вы же не забыли, что он вам... - Никто мне ничего не говорил, у меня для вас ничего нет! Ни письма, ни сообщения, ни приветственных слов. Я скоро уйду, отстаньте от меня, пожалуйста. - Но... но вы... вы... может, вы знаете, где он ждёт меня? Он меня ждёт, он меня любит! Он не может... он же... – девушка почти рыдала. Казалось, она всё сильнее гаснет. Возможно, если надавить, она совсем пропадёт. - Да отстаньте вы от меня! Мне плевать на вас и вашего благоверного! Я не имею к этому никакого отношения, оставьте меня в покое, пока нож между рёбер не воткнула. - Но... - Иди к чёрту! – крикнула я, и девушка побелела, став практически полностью прозрачной. - Кэралайн лучше - раздалось из глубины души, как укор совести, который заставил поморщиться... А затем я ещё громче прокричала: - Пошла к чёрту, дура! - Ты плохая! Слова подействовали магическим и совершенно правильным образом – девушка исчезла, оставив меня одну... Аппетит пропал, что, быть может, и к лучшему. Мне ещё через пропасть прыгать, лишний вес будет лишним. Я проскользнула через дверной проём в коридор и услышала теперь уже знакомый голос. - Я тебя, наконец-то, нашёл! - Юра? – удивлённо прошептала я, оглянувшись в его сторону. А затем вытянула перед собой кухонный нож. - Ох, это опасно, Лина. Но у меня тоже кое-что есть, - бывший друг вынул из кармана пистолет, который направил в меня. Ну-ну, так тебе и поверила! - Ты не выстрелишь, - подметила я. - А ты меня не зарежешь, - произнёс он, ухмыльнувшись. А затем, воспользовавшись моим замешательством, пока я пыталась придумать подходящий ответ, Юра сократил расстояние. Я попыталась неловко взмахнуть ножом, на нормальный замах не хватало времени и концентрации, и потому враг легко поймал моё запястье, после чего увёл лезвие в сторону. Удар коленом ему в пах тоже не нашёл цели, Юрий ускользнул в сторону, а затем моя ладонь вспыхнула ужасной болью, заставившей разжать пластиковую рукоять и выпустить оружие. Соперник навалился на меня всем весом и прижал к стене, чуть повернувшись боком, закрывая уязвимые места. Бросив пистолет в карман, он уцепился за обе руки и развёл в стороны над моей головой. - Почему ты убегаешь? Я же не желаю тебе ничего плохого! - Отстань, мне не до тебя! - Брось, Лина. Мы оба знаем, чего хотим. Я так долго учил тебя, что вижу теперь насквозь. - Ты ничего обо мне не знаешь, пусти! – я ударила каблуком по носку его кроссовка... Чёрт, в первый раз в жизни жалею, что не на высоких узких каблуках, этот удар не возымел эффекта. - Лин, я не сделаю тебе ничего плохого. Тебе, наоборот, понравится! - Отвали, чёрт подери! – я взмахнула головой, целясь ему в нос, но не достала. - Я знаю все твои приёмы, сам тебя им научил. Бесполезно пытаться высвободиться. Перестань уже. Просто расслабься. - Нет! – я размахнулась и ударила туфлей по кроссовку Юры, пытаясь выбить из равновесия, а, лишив его на мгновение твёрдой опоры и переведя внимание вниз, смогла вырвать правую руку. Я взмахнула кулаком, но враг увернулся. Вновь поймал за запястье, но уже в неудобной позиции. Увести мою руку в сторону он не успел, я взмахнула локтём и наконец попала по его подбородку. Выскочила из его хватки и разорвала расстояние, судорожно разыскивая взглядом нож. Тот валялся у Юры под ногами. Чёрт, вне досягаемости. - А мне уже начало казаться, что ты потеряла хватку и забыла всё, чему училась. - Ты застал меня врасплох. - Прости, в следующий раз дам больше времени на реакцию. - Отстань от меня. - Ты готова? – он хищно улыбнулся. Бежать не собираюсь! Кое-что да умею. Юра резко приблизился, сделал полувзмах кулаком, лишь отвлекая внимание, не достав даже до меня, а затем я ощутила, как он наступил на мою ногу и придавил, лишив возможности уйти в сторону. Тогда и я бросилась вперёд, нагло используя тот факт, что бить по лицу он меня не станет. Он и не бил, закрывшись от удара, больше похожего на попытку спихнуть его с моей ноги. Затем Юрий поймал одну мою руку, а вот вторую не успел. Я выхватила у него из кармана оружие, мгновенно щёлкнув предохранителем и взведя пальцем курок. Отточенное до автоматизма действие. И направила ему в живот. - Отпустил мою руку живо! – сурово произнесла я, тяжело дыша. - Ого, Лин. Даже оружие смогла отобрать! – он развёл руки и сошёл с моей ноги. - Больше не лезь ко мне, ясно? - Ты собралась угрожать мне пустым пистолетом? - В смысле? - Магазин пуст. Я же не собирался в тебя стрелять, только угрожать, зачем мне в нём пули? Я рассеянно вытянула магазин. Он был полный, ещё секунду находился в моих руках, а затем оказался у Юры, а ствол ушёл в сторону, выпустив пулю в стену. Я попыталась разорвать дистанцию, уйти от него, но Юрий поймал мою руку и болезненно выгнул, вновь обезоруживая. И всё же я подняла ногу и ударила каблуком по его выпрямленному колену. Болезненный спазм заставил парня выпустить меня. Вон мой нож! Через мгновение тот оказался в моих руках. Мы с бывшим другом замерли, глядя друг на друга на расстоянии пары метров и держа оружие наготове. - Ты заметила, что наша драка больше похожа на соперничество. - Для тебя, а не для меня. Ты мне нафиг не сдался, уйди прочь! - А когда-то ты меня ценила, ценила мои уроки. - Это время прошло. Сама всё могу и всему могу научиться. - Ты и вправду много умеешь. Почти всё, что умею я. Мы с тобой так похожи. Словно мужская и женская версии одного человека. Оба реалисты, умеем выжить в гиблых городах, способны на многое ради своих целей. - Да, ты был хорошим примером для подражания. Потому мне раньше и хотелось быть похожей на тебя. Но не теперь! - Но ты похожа! Очень похожа. Практически я. - Практически! Только ты сжёг своих родителей, а я нет, и никогда не смогу. - Ты жалеешь? - Я не знаю. Уже не знаю. Я не видела родителей десять лет и сейчас не могу даже вспомнить, какими они были на самом деле. Это ты привил мне ненависть к ним! - Мы оба знаем, что они были пьяницы и ужасные люди, отдавшие тебя в интернат. - У них появилась моя сестра! Возможно, им было не по силам прокормить и меня, и её! Тебе-то откуда знать? У тебя же родители не пили! - Наркоманы в чистом виде. Не большая, знаешь ли, разница. И тоже предали меня, только не сдали в интернат, а пытались продать. Хотя по сути, это одно и то же... - Я – не ты. И никогда тобой уже не стану, - я развернулась и побежала в ту комнату, которая, по моему мнению, должна была выходить окном к соседнему зданию. Угадала! Простая спальня, по двум смежным стенам окна. Узкая кровать, пара тумбочек и шкаф с вещами. Я захлопнула за собой дверь и прижалась спиной к ней. Юра ударил с той стороны, пытаясь распахнуть, но дверь закрылась обратно под моим весом. Ударил ещё раз и вставил между дверью и косяком дуло пистолета, чтобы не захлопнулась. А затем попытался взяться рукой, но я взмахнула ножом. - Эй! Осторожней! Это уже будет больно! – завозмущался Юрий, едва успев отдёрнуть ладонь. - Так отвали от меня! Взмахнув ножом, я вытолкнула пистолет и захлопнула дверь, после чего приставила тумбочку пользуясь замешательством Юры, который уже размышлял, как будет проще добраться до меня. Не дождёшься! - Да хватит уже, Лина! Тебе некуда бежать! Что ты из себя недотрогу на пустом месте строишь? Ты же хочешь меня! - И близко не заинтересована! Прочь! – я выдернула щеколды и распахнула окна, впустив в прохладное помещение ещё более холодный воздух и снег. Второе окно было близко – полтора метра. Перешагнуть не получиться, но и прыгать недалеко. Только вот оно заперто. Я схватила стул и выставила перед собой, после чего прыгнула вперёд, наваливаясь всем весом, выбивая стекло соседнего окна, влетая в похожее помещение. Только другие обои, другая мебель, но по сути такая же спальня. Нельзя останавливаться. Мне на ту сторону. Я легкомысленно побежала по коридору, зная, что Юра бросится за мной. И совсем забыла про одну важную вещь. Потому, когда вдруг дом начал трещать, я остановилась, ещё не до конца понимая, что происходит. Далеко не сразу до меня дошла мысль, что дом наполовину висит над бездной и легко может переломиться пополам. А когда дошла, то догадка ошпарила меня, заставив развернуться и побежать назад. - Чёрт-чёрт-чёрт! Нет, только не это!!! – я с ужасом смотрела, как по потолку поползли молнии трещин, вываливая через дыры ошмётки древесины. Доски скрипели, пол словно раскрывал зубастую с торчащими гвоздями пасть, обнажая содержимое перекрытий и показывая нижний этаж. Потолок треснул, впуская через дыру снег и щепки ломающейся древесины. Стены расходились. Пол наклонялся, и мебель под своей тяжестью срывалась с места, шумно направляясь вниз по коридору, ещё сильнее наклоняя здание. Дом делился на две неравные части, одной из которых суждено свалиться в пропасть. - Блин! Так не должно быть! – крикнула я от отчаянья, не прекращая бежать. Затем увернулась от проехавшего мимо меня шкафа и перепрыгнула через пробоину в полу на ту сторону здания, упав на наклонившийся пол всем пузом, после чего заскребла руками и ногами, пытаясь взобраться наверх по ломающейся конструкции. – Чёрт! Чёрт! Перестань уже! Дом окончательно разделился на две части, и одна из них понеслась вниз с обрыва, а вторая опасно накренилась в сторону оврага, будто наблюдая за тем, как огромный кусок строения исчезает в снежной мгле. Я замерла под подоконником, боясь пошевелиться. Вторая половина здания пусть и осталась ещё на поверхности, но слишком сильно наклонилась и, казалось, вот-вот поедет следом. От страха и адреналина меня колотило. Глаза судорожно искали выход, потому что окно над головой было заперто. Видимо, через другое влетела... через соседнее! Вон, торчат осколки! Блин! А за осколки порезаться можно. Может, лучше это открыть? По всему дому раздавался натужный скрип древесины, кое-где осыпалась пыль или щепки, а то и целые куски досок. Что-то шумно сорвалось с места и поехало вниз по полу, громко хлопнувшись о стену и заставив весь дом дёрнуться в сторону пропасти. - Только не опять... не надо... чёрт! – прошептала я остаткам строения, после чего осторожно поднялась на ноги и стала отводить щеколды, чтобы выбраться наружу. Что-то ещё внутри остатков дома тоже поехало по полу и ударилось о стену, перевешивая всё строение, которое послушно стало наклоняться в сторону обрыва. – Блин! Я ж просила! Ай! Створки окна распахнулись под своим весом, чуть не ударив рамой мне по лицу. В этот момент всё здание сорвалось с насиженного места и поползло по земле в сторону пропасти. Я влезла на шатающийся подоконник и прыгнула вниз, заскользив по шершавой стене жёсткими тонкими джинсами. Внизу уносилась земля, город оставался впереди, и казалось, вот-вот всё здание свалится в обрыв. Тем более, что стена становилась всё более горизонтальной. Я упала на сырую грязную землю в полуметре от края обрыва, ощущая себя ни живой, ни мёртвой. Тело продолжало колотить отнюдь не от холода. Тело болело после проезда по шершавой стене. Здание оставило после себя огромную покатистую горку, ведущую прямо в бездну. Из земли торчали обрубки водопровода и канализации, а так же куски бетонного фундамента и много-много щепок, досок и деревянных обрубков с уродливо и опасно изогнутыми гвоздями. А далеко позади на меня ошалело смотрел из распахнутого окна Юрий. Он, видимо, впал в ступор, потому что не шевелился и не говорил ничего. Просто смотрел. Воздух между нами некоторое время был ясным, но медленно планирующий снег стал всё сильнее застилать обзор. Ещё минута, и Юру уже нельзя было разглядеть. Мандраж не кончался, мысли захватывали проклятия на собственную дурость и наивность, что это здание действительно могло бы меня выдержать и выпустить из города. Как то было глупо и нелепо... Чуть в пропасть не улетела... А затем вокруг меня начал темнеть воздух. Я ощутила, что стало резко намного холоднее, а через пару секунд заметила ползущие по стене грунта морозные узоры. Та сила, что сотворила эту пропасть и мешала мне выбраться наружу, нашла меня!