Перси Джексон и Продолжение истории.

             Дорога тянется длинной жуткой серой лентой. Томные и грустные осенние пейзажи окаймляют наш путь. Машин практически нет, дорога выглядит пустынной. Желтый хетчбэк, разбавляющий уже тусклые краски сентября, с уверенной скоростью мчится на северо-запад США на борту с теми, кто заведомо подписал себе приговор.              В салоне играет приятная музыка, пойманная на местных радиоволнах, изредка прерываясь на голос диджея. Проходит около часа нашей поездки. В машине царит полное молчание. На заднем сиденье развалился Нико, который пытается выглядеть серьёзным, хотя вся серьёзность больше походит на грусть. Аннабет на переднем сидении не отрывает взгляд от окна, пытаясь не смотреть на меня. Возможно на то есть какие-то другие причины, но мне меньше всего хочется, чтобы её тоже одолевали грустные мысли о смерти. Пусть лучше она думает, что голый Перси Джексон - это кошмар, который стоит забыть.        - Аннабет, - тихо говорю я, но в машине такое бездействие и молчание, что живой голос, доносящийся не из приемка, сразу режет слух. Девушка тут же оборачивается на меня, - Слушай, ты вчера говорила о каком-то средстве, чтобы нас не тормозили копы или вроде того… Мне кажется, сейчас самое время, чтобы попробовать его.        - А, да, - она словно второй раз возвращается в реальность. Всё же её тоже посещали грустные мысли. - Останови машину на обочине, лучше правда принять это сейчас.        - Принять что? - На заднем сидении наблюдается оживление, - Вы что наркотики предлагаете? Я «за»!        - Нико, если бы мы и употребляли наркотики, то ты бы был последним, с кем бы мы поделились!              Аннабет выходит из машины и, обходя её, начинает копошиться в багажнике. Слышен шелох пакетов, расстегивание и застегивание молний на рюкзаке, затем чуть слышное «Нашла!», и девушка возвращается на переднее сидение.        - Так, - девушка раздает нам по странной ампуле с жидкостью фиолетового цвета. Пять миллилитров непонятного сиропа болтаются по пробирке, напоминая компот из столовой моей прошлой школы, - Это эликсир, который действует по принципу тумана, только делает более значительные изменения. Если его выпить, то человек принимает вид себя самого, только в другой временной период. В нашем случае мы должны повзрослеть.        - То есть себя в зеркале я буду видеть таким же задохликом, но для копов я буду сексуальным накаченным брюнетом? - Язвит Нико, рассматривая на свету колбочку с жидкостью, - Интересно…        - Нет, в физическом плане ты тоже изменишься. Ты и в зеркале себя увидишь, так называемым, качком, но через пару-тройку дней эффект пройдёт. Так что ты снова будешь наслаждаться ролью задохлика, - похоже, Аннабет могла хоть как-то терпеть его. А мне просто хотелось выйти и треснуть ему по затылку, чтобы начал вести себя нормально.        - А синей бурды там не было?        - Перси, не будь ребёнком! Пей уже! - Строго говорит Аннабет.              Я пожимаю плечами и, вырывая зубами пробку из горлышка ампулы, залпом выпиваю супер-бурду. Сначала не было никакого эффекта… ни тебе боли в животе, ни рвоты, не головокружения, даже вкус приятный... но потом жутко начинает клонить в сон и последнее, что я помню, перед тем как отключился, - это Аннабет, глотающая ту же гадость. Веки сами закрываются, и я словно падаю в какую-то яму.              Я очнулся первым. Мне показалось, что я проспал, не много не мало, хороший двенадцатичасовой сон, но минутная стрелка на наручных часах не успела сделать даже полный круг. Тем не менее, эффект не заставил себя долго ждать.              Осмотрев себя, я сразу понял, что что-то не так. Более взрослые руки, пронизанные венами и мышцами, появились мускулы, словно я полгода качался, ноги тоже выглядели более взрослыми, теперь коленям становилось даже тесно, поэтому пришлось отодвинуть сиденье немного назад. Под рубашкой меня ждал приятный сюрприз - красивый торс с проступающими кубиками. Ну, и в завершении моего образа, заглянув в зеркало заднего вида, я обнаружил очень привлекательного парня лет восемнадцати-двадцати с прекрасными чертами лица, словно фотомодель с женского журнала. Небрежно, но сексуально уложенные до синевы чёрные волосы, глаза цвета морской волны приобрели ещё более насыщенный цвет, выразительные скулы, легкая небритость, делающая меня брутальным (О Боги, неужели я буду бриться?) - всё лаконично смотрелось на моём лице. Если бы я был девочкой, я бы точно не оставил без внимания такого красавца.              Но мои изменения были пустяками, по сравнению с тем, как усовершенствовалась девушка лет восемнадцати, сидящая справа от меня. Она ещё не очнулась, поэтому я мог свободно восхищаться её внешностью. Всё, что приходило в голову, когда я сморел на неё было: «Вау!» Белокурые, отливающие золотом, волнистые волосы были рассыпаны по плечам, формы лица заострились, отчего девушка казалась более прекрасной, губы казались более пухлыми и аппетитными, отливая алым цветом, пушистые ресницы подёргивались ото сна, в котором пребывала девушка. Но изменилось не только лицо - тело девушки тоже вызывало немой восторг. Округлившаяся грудь, которая явно увеличилась в размерах, осиная талия, уже не девичьи, а женские стройные ноги, чуть выступающие ключицы, более тонкие пальцы… Даже Афродита не так прекрасна, как Аннабет.              Девушка распахнула глаза и только теперь я понял, что настоящая красота заключалась в них… Описать словами, что я видел, смотря в эти глаза было невозможно. В двух радужках серо-синего, как грозовое небо, цвета я видел весь свет, тот мир, в котором я хотел бы жить вечно…        - Тебе нравится? - Смущенно спросила Чейз, заметив как я на неё таращусь.        - Ага… - Промямлил я, не в силах связать и двух слов от увиденного.        - Ты тоже круто выглядишь, - как бы в ответ сделала мне она комплимент, засмущавшись.        - Я, конечно, безумно рад, что вы друг другу понравились, но меня кое-что не устраивает! - Подал какой-то странный голос Ди Анджело с заднего сиденья. Мы оглянулись. От нового образа Нико рты открылись сами собой, а глаза поползли на лоб, и не потому, что перед нами сидел «сексуальных накаченный брюнет»…        - Нико... - Ошарашенно заговорила Аннабет. Даже ей трудно было подобрать нужные слова, - Ты… Ты дедушка!              Я засмеялся так громко, как только мог себе позволить. На заднем сидении сидел недовольный дедок лет семидесяти, с торчащими во все стороны седыми волосами и проступившей лысиной, лицом, пронизанным морщинами вдоль и поперёк и злым взглядом, словно этот старикашка готов убивать. Одежда Нико смотрелась на нем ещё более комично: рубашка со скелетами, чёрные мешковатые штаны, ремень с большой серебряной пряжкой в виде паука, черные кожанные браслеты на правом запястье и напульсник с черепом на левой, кеды с шипами… Словно это был ярый поклонник рока… Или пенсионер, стащивший одежду своего внука-хулигана.        - Отпадный прикид, Ди Анджело! - На моих глаза застывают слёзы от смеха, я всё ещё ржу, сгибаясь пополам. Аннабет пытается тактично ткнуть меня локтем, хотя сама вот-вот рассмеётся.        - Заткнись, Джексон! - Парнишка, кхе-кхе, дедуля обводит меня испепеляющим взглядом, - Аннабет, что за фигня?! Как это убрать?        - Через пару дней должно пройти само, - она старается больше не смотреть туда, чтобы не смеяться.        - Пару дней?! Вы, что, прикалываетесь?! А ну, давай сюда другую пробирку! - Неистово машет руками старик.        - Прости, Нико, но пить сразу две - слишком опасно.        - Да плевать я хотел на вашу опасность! Я не собираюсь быть дряхлым стариканом два дня! - Грубо отвечает парнишка, недовольно откидываясь на спинку сидения.        - Неплохой опыт, кстати, Нико, - подмечаю я, выруливая с обочины и набирая скорость, - Или к вам лучше обращаться "Сэр"?        - Да пошёл ты! - Бормочет он, надевая наушники, чтобы не слышать наших разговоров и смеха.              Мы с Аннабет пару раз переглядываемся и хохочем не в силах остановится. Поездка обещает быть весёлой!        - Предлагаю остановиться на ночь где-нибудь в Иллинойсе, - внимательно следя за дорогой, говорю я.        - Быть может я посплю и мы сможем поехать и ночью? - Зевнув, предложила девушка. Предложение звучало очень рационально, но мне не хотелось его принимать… Я будто старался потянуть время… Словно хотел оттянуть смерть.        - Хорошо, я разбужу, если что-то случится, - мягко произношу, изображая улыбку. Нужно отогнать от себя грустные мысли. Аннабет мило улыбается мне и, откидываясь на спинку кресла, отворачиваяет к окну.               Я веду машину уже около двух-трёх часов. Уезжая как можно дальше от Нью-Йорка и от мысли о том, что нас поджидает где-то смерть. Настроение ни к черту… В голову лезут печальные мысли, навеянные осенней погодой и нашей новой миссией. Вынимаю из бардачка телефон, стараясь не разбудить спящую рядом красавицу, долго кручу его в руке, не осмеливаясь набрать номер. Всё же решаюсь.              На другом конце следуют кудки. Один, два, три. Вскоре я сбиваюсь со счета, и автоматически включается автоответчик: « Привет! Вы позвонили Гроуверу Ундервуду! Если это что-то очень важное, то продолжайте звонить, возможно я возьму трубку, если нет - оставьте сообще-е-ение после сигнала.» На лице невольно появляется улыбка. «Гроувер, я по тебе скучаю, братишка!» - мысленно произношу я, надеясь на эмпатическую связь. Из трубки доносится противный сигнал, намекающий на то, что я должен оставить сообщение.        - Гроувер, если я вернусь, давай зависнем где-нибудь, как в старые времена! Перси.              Я нажимаю на сброс. Надеюсь, он получит это сообщение.              Грустные безжизненные пейзажи - самые верные спутники нашей поездки. Раз в полчаса, а то и реже, мимо нас проезжает машина или грузовик. По обочинам мелькают дома и фермы, блещущие пустотой и унынием. От утреннего солнца и след пропал, кажется, оно осталось где-то в Нью-Йорке, а теперь небо вот-вот разразится дождём.               - Долго я проспала? - Потягивается и зевает красавица на соседнем сидении, отчего я сам словно просыпаюсь.        - Гм… Около пяти-шести часов, точно не знаю.        - О Боги, Перси, почему ты не разбудил меня? Ты должно быть устал. - Она поправляет волосы и трёт глаза, отгоняя от себя последний шлейф Морфея.        - Просто ты так мило спала… Да и я пока что держусь бодро! - На последней фразе я предательски зеваю, разрушая миф о прекрасном водителе.        - Ну да, так бы и сказала, - улыбка озаряет её лицо. Теперь даже хмурый день кажется солнечным.        - Я тоже выспался, если вы хотите знать! - Демонстративно скрепит дедок на заднем сидении. Я крепче сжимаю руль, понимая, что этот мальчишка…дедулька… последнее время очень здорово действует мне на нервы. Тут же пытаюсь вспомнить море, шум океана, спокойствие чарующих вод, чтобы поймать то же состояние умиротворённости.        - Перси, останови вон на той заправке, - Аннабет указывает на правую сторону обочины, где располагается фирменный Бридж Петролеум с минемаркетом и шиномонтажем, - Неплохо бы заправиться и перекусить чего-нибудь.        - Полностью поддерживаю! - Воодушевлённо заявляет дед. Кажется, никто не обращает внимание на Нико, отчего тот снова одевает наушники и отворачивается к окну, всем видом показывая взаимное безразличие.              Жёлтое авто тормозит около колонки с автозаправочным пистолетом. На заправке нет больше никаких машин. Держу пари, что мы сегодня их первые клиенты. Парень в специальной форме, любезно улыбаясь Аннабет через стекло, вставляет пистолет в наш бак.        - Эй! - Я, похоже, ревную её к работнику заправки, - Потом пофлиртуешь! Проверь в бардачке, есть ли там деньги.        - Как скажешь, - возмущенно произносит она, но ей явно льстит моя ревность. Аннабет достаёт из конверта, что нашла в бардачке, свёрток зеленых купюр, перевязанный резинкой.        - Неплохо! - Я присвистываю, видя такую внушительную сумму.        - Ага, словно они говорят нам: «Погуляйте от души в последние деньки своей жизни!» - Кряхтит Ди Анджело с заднего сидения. Он заинтересованно обводит пачку бумажек взглядом, - Ну и кто у нас тут?        - Франклин, - усмехается Аннабет.        - Мой любимый президент! - Я вытаскиваю пару бумажек из свёртка и направляюсь к терминалу оплаты топлива.              В супермаркете мы решили не скупиться. Нико под прикидом дедули накидывал в корзинку сэндвичи и газировку, словно собирался питаться этим всю жизнь. Аннабет тщательно вычитывает составы продуктов, набирая по большей части сухофрукты, протеиновые батончики и воду с соком. А я рыскаю по полкам в поисках синих продуктов.        - Могу я чем-то помочь? - Улыбаясь спрашивает консультант, подходя ко мне. Брюнетка лет двадцати с зелёными глазами. Довольно привлекательная. И как её занесло работать на заправку? А что ей от меня нужно?        - Не… А вообще-то да, можете, - я ловлю на себе гневный взгляд Аннабет и решаю отомстить за автозаправщика. Кажется, кто-то тоже ревнует… - У вас случайно нет синих конфет или кексов?        - Что ж, очень необычно, сейчас посмотрю, - брюнетка мило улыбается мне, отчего моя самооценка подскакивает выше моего роста. Да я привлекателен, Аид побери! Подмигнув консультанту, я следую за ней. Похоже Аннабет сейчас вытащит кинжал и изрубит её на мелкие кусочки…        - Буду очень вам признателен, если вы найдёте эти лакомства, - лукаво произношу я.              Через пару секунд, девушка вываливает мне в корзину всё, что есть синего в их магазине. Я даже не смотрю на продукты, я не смотрю и на отчаянно пытающуюся привлечь моё внимание брюнетку, теперь я слежу за Аннабет, раздувающую ноздри и напрягающую скулы от злости, которая, кажется, уже не отводит взгляд от меня и от красотки за стойкой.        - Очень благодарен вам, - глазами ищу имя девушки на табличке, - Дженифер? - Она, смущаясь, кивает головой, пробивая мои покупки, - Дженифер… Какое красивое имя! - Я восторгаюсь как можно громче, чтобы Аннабет с другого конца торгового зала слышала эту игру, - Могу я называть вас Дженни? - Она снова кивает.        - А вас как зовут?        - Персей Джексон. Но для прекрасной девушки, просто Перси, - я наклоняясь целую ей руку. Да из меня вышел бы отличный дамский угодник!        - Дедушка, пойдём скорее! - Аннабет начинает свою игру, подзывая Нико в сторону кассы. Тот мило улыбается и направляется на зов.        - Какой у вас милый дедушка! - Вежливо говорит брюнетка, складывая их продукты в пакет.        - Да, - в глазах дочери Афины пляшут чёртики, - Мы с братом, - она учтиво указывает на меня. Ах, я, значит, брат?! - Везём нашего дедулю в больницу! Он очень сильно болен, - Нико радостно кивает и поддакивает словам новоиспеченной внучки.        - Какой кошмар! А что за болезнь?        - Проказа, - с наигранной грустью щебечет Аннабет. Нико удивлённо смотрит на внучку, но, понимая, что того требует игра, снова соглашается. - Страшное заболевание! Передаётся по мужской линии в нашей семье и очень заразно!              Я покрываюсь краской. Весь и полностью. Очень хитро, Воображала! Кассирша тут же вытирает руки о мокрые салфетки, делая отвращенный вид. Я быстро кидаю ей пару зелёных купюр, хватаю пакеты и, виновато извиняясь, выбегаю вслед за дедулей, больным проказой, и очень заботливой внучкой.        - Значит, проказой?! Серьёзно?! - Недовольно говорю я, садясь на переднее сидение, пока Аннабет подстраивает под себя водительское кресло.        - А почему бы и нет? - Она пожимает плечами, сдерживая смешок. Нико на заднем сидении уже заливается смехом.        - Перси, ты бы видел лицо той брюнетки! Или своё лицо! Вот умора! - Хохочет сзади дедуля.        - Очень смешно! - Бубню я под нос, пристегивая ремни безопасности.              Машина выезжает с заправочной станции, оставляя это место снова пустовать и ждать заезжих.              Я отворачиваюсь к окну, не желая говорить с этими заговорщиками. Подумать только, так подпортить мне репутацию в глазах той девушки! Позор! А они ещё и смеются, но этот смех никак не может сравниться с победным выражением лица Аннабет. Я зеваю и усаживаюсь поудобнее. Надеюсь, что мне удастся хорошенько выспаться.        - Просыпайся, Перси, мы приехали, - приятный женский голос тепло разливается по моему телу, словно его обладательница хочет усыпить меня ещё сильнее.        - Что уже? Голливуд? - На манер «Ещё пять минут, мам!» шепчу я.        - Вставай, Рыбьи мозги, а не то оставлю тебя ночевать в машине! - Узнаю Воображалу.              Протирая заспанные глаза, я выхожу из машины. Тут же оказываюсь на парковке перед каким-то придорожным отелем. Прохладный осенний ветер приводит меня в чувства, по спине пробегается армия мурашек. На тёмном, как пропасть Тартара, небе янтарём заливаются звёзды. Деревья вдоль дороги и за мотелем сливаются в тёмный ночной океан, шелестя на ночном ветру, словно волны.        - А где Нико? - я оглядываюсь по сторонам, но его не вижу.        - Бедняга всю дорогу болтал со мной, пока я была за рулём. Он уже свалился и спит, - объясняет Аннабет, вытаскивая сумки с вещами из багажника.        - Давай помогу, - спохватившись навешиваю на себя спортивную сумку и рюкзак, на который указала девушка. Тут же сгибаюсь от тяжести, - Что ты там такого набрала?        - Пара-тройка необходимых вещей, ничего особенного… - «… домкрат, кирпичи и наковальня…» - забыла добавить, видимо.        - Куда нести? - Нужно сделать вид, что я сильный и мне легко. Интуитивно выпрямляю спину и задираю подбородок, следуя за Чейз.        - В двенадцатую комнату отнеси, а я пока расплачусь за номера, - рукой показывая в какую сторону мне идти, девушка скрывается за угром.              Номер уютный, даже более, чем то требуется. Голубые и бирюзовый постельные тона - идеальные цвета. Просторный душ, мягкий диван, телевизор, большая мягкая кровать… Так, стоп! Кровать. Одна. Одна двуспальная кровать. Это что, шутки?        - Прости, но на стойке регистрации сказали, что у них остались номера только с такими кроватями, - она словно читает мои мысли, - Пришлось снять этот.        - Ну, ничего страшного, тут есть ещё диван… Я могу спать на диване, - демонстративно подхожу к дивану и показываю, как буду на нём спать. Ну вроде неплохо, только, эм, ноги немного не влезли… По колено, примерно…        - Перси, вообще-то я думала, что мы будем спать вместе…