- Маркетологи нужны всем, милая.

Протискиваясь сквозь толпу и пытаясь глазами найти тётю Хелен, я как можно более внимательно слушала речь Гвен. Из-за чёртвовой пробки я опоздала к началу церемонии вручения аттестата своей младшей сестры. Просто потрясающе. Ситуация становилась ещё более восхитительной благодаря чемодану, который я с особенным упорством тащила за собой. Конечно, была возможность оставить его где-нибудь поблизости и надеяться, что он, Хатико из поликарбоната, меня дождётся, но… зная свой синдром неудачницы, я даже не рассматривала этот вариант. Гвен торжественно произносила свою речь, со сцены глядя на присутствующих. Я подняла руку и отчаянно ей замахала, пытаясь при этом ненароком не убить кого-нибудь поблизости. Она меня заметила, её улыбка стала ещё шире. Чёрт подери, а ведь Гвен – лучшая ученица курса! Меня захлестнула волна невероятной гордости, когда я услышала это. Правда, мне не удалось даже поаплодировать ей, выходящей на сцену, ибо меня угораздило проехать чемоданом по ноге какого-то угрожающего вида мужика. Мой характер не позволил мне промолчать на его грозные выкрики и, осознав, что своей фразой только усугубила ситуацию, я быстро начала продираться сквозь толпу людей. И вот сейчас, находясь почти в центре столпотворения и глядя в счастливые глаза девушки, я первая начала аплодировать, когда она закончила свою речь. Заметив в толпе тётю Хелен, я, автоматически произнося извинения, направилась в её сторону, расталкивая всех вокруг. Она услышала мой голос и обернулась. На ней был элегантный костюм ярко-красного цвета, в котором увяз мой взгляд. На её лице расцвела улыбка. Без лишних слов я крепко обняла тётю Хелен, когда она произнесла растерянное «Я думала, что ты уже не приедешь». - Ох, если бы ты знала, как я рада тебя видеть, - сказала я, медленно отстраняясь от неё. - Даже несмотря на то что ты похожа на чурчхелу. - На что? – на лице тёти отразилось недоумение. - Ну, это такая штука… - Я попыталась жестами её изобразить, осознавая, что со стороны это может выглядеть как нечто дико неприличное. – В общем, не важно. Подожди. А где твои сыновья? – Я только сейчас осознала, что не вижу рядом с тётей Хелен три вечно недовольных лица. – Ты всё же воспользовалась моим советом и продала их на органы? - Ну и шуточки у тебя, Джил, - обречённо покачав головой, сказала тётя. – Я отправила их в гости к бабушке ещё в начале лета. - К бабушке Дрю? Да ты суровая женщина. – Я одобрительно подняла палец вверх, вспомнив свою девяностолетнюю, страдающую склерозом и очень любящую, когда ей нежно натирают ступни барсучьим жиром, бабушку. И тут я увидела её. Потрясающе красивую девушку с божественно голубыми глазами, чудесными светлыми волосами и лучезарной улыбкой. С каждым годом становится всё лучше и лучше, маленькая проказница. - Хороша, чертовка! - сказала я, широко раскинув руки и приглашая её в свои объятия. - Я тоже рада тебя видеть, - сказала Гвен, обнимая меня. - Значит, стала лучшей ученицей курса? Повторила мой фурор? - Можно сказать и так, - весело ответила она. Счастье, переполнявшее меня, сложно передать словами. Я не виделась с тётей Хелен и её семьёй вот уже два года, и на протяжении этого времени мы почти никак не контактировали. Скучала ли я? Однозначно, да. Помнится, раньше, когда я каждые каникулы с мамой и папой приезжала ко второй половине нашей семьи в Нью-Йорк, я всегда невероятно радовалась этому. Семейные посиделки, походы в кино, театры, музеи, просто прогулки по моему любимому городу – всё это было так потрясающе и так давно. - Знаешь, я должна тебя кое с кем познакомить, - игриво сказала Гвен и направилась в сторону долговязого парня такого вида, будто он только что останавливал фургон со сбежавшим преступником. Собственноручно. Он в это время разговаривал с темноволосой женщиной в солнцезащитных очках, которая, под всеобщей атмосферой счастья, тоже улыбалась. Обменявшись с ней парой фраз, Гвен взяла того парня за руку и повела его в нашу сторону. Он, переводя слегка недоумевающий взгляд с меня на тётю Хелен и обратно, без лишних слов шёл за ней. - Питер, - взглянув на молодого человека, сказала Гвен, - это Джиллиан, моя двоюродная сестра. Джиллиан, - перевела взгляд на меня, - это Питер, мой…- Гвен слегка замялась, пытаясь подобрать нужное слово. - Её парень, - с улыбкой закончила тётя Хелен. - Вау, Питер, у тебя хороший вкус в девушках, - присматриваясь к нему, сказала я. - Ты даже не представляешь, насколько мне приятно с тобой познакомиться. - Я протянула руку. Он пожал её, добродушно улыбнувшись. Что ж, вполне неплох. Напоминает маленького пушистого щеночка: такой же милый, и так же забавно жестикулирует. Щеночки ведь жестикулируют, да? Гвен смотрела на него полными влюблённости глазами. Нужно будет поближе с ним пообщаться. - Мы сегодня всей семьёй собирались поужинать в китайском ресторане. Присоединишься к нам? – спросила у Питера Гвен. Чёрт. Семейный ужин. Совсем про него забыла. - Да. Да, конечно. Обожаю китайскую еду. - В 8 часов. Не опаздывай! - Ни в коем случае, - сказал Питер девушке и поцеловал её в щёку. – Мне нужно идти к тёте Мей. - Хорошо. До вечера. Парень направился в сторону той темноволосой женщины, тёти Мей. Гвен с каким-то непонятным выражением лица проводила его взглядом. Мне однозначно нужно будет поближе с ним пообщаться. Я нажала на дверной звонок, задумчиво разглядывая окружающее пространство. Идея поселиться в соседней с тётей Хелен квартире пришла ко мне тогда, когда я только переехала в свою комнату в общежитии при университете. Вспомнив о мисс Хоггарт, странной старушке, которая всегда говорила мне, что я похожа на неё в молодости, мне не составило труда дозвониться до неё. У мисс Хоггарт существовал обычай – каждое лето она уезжала куда-нибудь к морю, где развлекалась как могла и с кем могла. Порой, слушая её рассказы об очередном горячем загорелом парне, которого она закадрила за несколько минут, я чётко осознавала, что уж если у этой женщины возрастом за пятьдесят и весом за сто получается найти себе сразу несколько любовников, то уж у меня точно будет целая толпа поклонников. Смело могу сказать, что именно она внушила мне веру в себя и свою привлекательность. - Иду, иду, хватит уже трезвонить! – послышался за дверью недовольный голос, и только тогда я осознала, что до сих пор не отпустила звонок. Дверь распахнулась, и передо мной предстала невысокая пенсионерка с ярко-рыжими волосами и в каком-то слишком уж открытом даже для такого солнечного дня наряде. Мой взгляд замер на её бровях: одна была ярко подведена чёрным карандашом, а другая оставалась седой. Её лицо, полное праведного гнева, увидев меня, сразу преобразилось. - Джиллиан! Персик мой! – проворковала она, благоговейно смотря на меня. – Ты уже приехала! Она шире открыла дверь, пропуская меня. - Я ожидала тебя гораздо позже, моя морковка. Даже бровь одну дорисовать не успела, ужас-то какой! Но на будущее знай, - в её голосе появились раздражённые нотки, - я терпеть не могу, когда мне слишком долго звонят в дверь. Ну ты пока разувайся, проходи на кухню, мой маленький пирожочек. И да, можешь ещё и поспать. Выглядишь так, будто не спала недели две минимум, - сказала она и нелепо побежала в ванну. Чёрт. Я потратила немало времени и косметики для того, чтобы выглядеть свежей и здоровой. Если даже старушка с таким восхитительным зрением, что не может отличить новорождённого ребёнка от лысого низенького человека, заметила следы моей усталости, что же подумали тётя Хелен и Гвен? Чёрт, чёрт, чёрт. Проверив баланс своей карточки и убедившись, что все деньги я ей добросовестно перевела, мисс Хоггарт дорисовала свою бровь и поспешно начала собирать чемодан. В моё распоряжение она оставила просторную однокомнатную квартиру с современным минималистичным дизайном, целый шкаф далеко не дешёвого алкоголя, который она на своё шестидесятилетие поклялась больше никогда не пить, а также Филиппа Леопольда Людовика Марию, действующего короля Бельгии, сокращённо – кота Фила. Закрыв за этой гиперактивной пенсионеркой дверь, я медленно опустилась на пол прямо посередине коридора и широко раскинула руки. Закрыв глаза, я нехотя начала анализировать дерьмо, по уши в котором оказалась. Правильно ли я поступила, уехав из Бостона? Как скоро мать узнает, что теперь я живу вовсе не в общежитии своего теперь уже бывшего института? И согласятся ли меня принять в новый, учитывая то, какую репутацию я смогла себе заработать в прошлом учебном заведении? Как всё это непро… Внезапно тишину разрезал мелодичный звонок моего сотового. Не без труда поднявшись на четвереньки, я доползла до рюкзака и мастерски отыскала в нём телефон. Номер неизвестен. - Алло? - Здравствуйте, это Джиллиан Стейси? – раздался вежливый женский голос. - Да, - мгновенно взбодрившись, ответила я. - Вам звонят из Нью-Йоркской академии менеджмента. – Они всё-таки позвонили мне! Чёрт подери, я просто великолепна! – Мы ознакомились с документами, которые Вы нам прислали. - И как они? – взбудоражено спросила я. - Безусловно, то, что вы учились в Бостонском институте менеджмента, заинтересовало наших педагогов. Однако ваша успеваемость во второй половине года поставила нас в трудное положение. - Экзамены, прошу заметить, я сдала практически идеально. - Но и та история, которая произошла между вами и уважаемым профессором Льюисом, не может быть не замечена. – Голос оставался таким же ровным и приторно вежливым. Я поморщилась. Этот чёртов ублюдок, который из кожи вон лез, чтобы я провалила экзамены. Лёгкая заварушка, произошедшая в последней день моей учёбы, была лишь малой частью того, что я хотела бы сделать с этим ходячим кладбищем надежд и бигмаков. - Однако наш институт славится именно тем, что даёт перспективу всем ученикам, которые искренне хотят получать знания. От лёгкого перевозбуждения и недосыпа я поднялась на ноги и начала расхаживать по гостиной. - Поэтому мы приглашаем вас на тестирование, которое состоится в конце июля. Мы вскоре позвоним вам, чтобы уточнить дату. - Спасибо огромное, правда. Я постараюсь быть образцом прилежного поведения. - Надеемся на это. До свидания, - в трубке раздались гудки. Я сделала это! Господи, если ты действительно есть, ты просто потрясный мужик! Вышедший в гостиную толстый белый кот с вечно надменным взглядом, увидев меня, тут же поспешил ретироваться. А жизнь-то налаживается.