- Маркетологи нужны всем, милая.

- Всё нормально, Гвен? – смотря ей прямо в глаза, спросила я. Ещё две минуты назад на её лице сияла улыбка, она мило беседовала со мной и тётей Хелен. - Да, всё… всё впорядке, - тщательно пытаясь скрыть выступившие на глаза слёзы, сказала она. Я посмотрела в окно на фигуру удаляющегося Питера, с которым Гвен только что общалась. И что между ними произошло? Они расстались? Кто тогда был инициатором разрыва? Может, он гей? А если нет? Но ведь бросить Гвен мог только гей или последний кастрированный идиот. - Тётя Хелен, ты не хочешь попробовать эту чудесную пасту? – спросила я, наматывая на вилку макарошки с грибами и ветчиной, которые официант так самодовольно назвал «фетучини со сливочным соусом». - Знаешь, Джил, я уже вполне наелась, и… - Потом мне всё расскажешь, ладно? И постарайся не заплакать при Хелен, - тихо сказала я Гвен. Она чуть заметно кивнула. - …но это было правда очень мило с твоей стороны, - закончила тётя Хелен свою тираду вежливого отказа. - Как хочешь. Моё дело – предложить, - сказала я, довольно уплетая пасту. Повисло молчание. - Джил, помнится, ты говорила, что перед тем, как поступить в Академию, ты хотела постажироваться где-нибудь, - начала тётя. - Да, было такое. При чём не просто где-нибудь, - с лёгкой улыбкой сказала я и с театрально-пафосной интонацией добавила: – Гвен, сможешь ли ты догадаться, где именно? Она внимательно вглядывалась в мои глаза, пытаясь найти там хоть намёк на то, что это шутка. - Ну нееееет. - Да. - Нет, ничего не получится. - Мы ещё даже не пробовали. - Зачем Озкорпу нужен маркетолог? - Маркетологи нужны всем, милая. - И ты думаешь, что они возьмут к себе на стажировку студентку, не закончившую институт? - Взяли же школьницу, сегодня закончившую школу. - Я сотрудничаю с Озкорпом уже очень давно. - Именно на это я и рассчитываю. Я придвинулась ближе к столу и наклонилась к Гвен. - Я уверена, что ты там на хорошем счету. И именно поэтому твою двоюродную сестру с радостью примут на стажировку. Пожалуйста, Гвен. Просто попытайся замолвить за меня словечко. Она, в свою очередь, придвинулась ко мне. - Замолвить словечко? Например, рассказать им про то, что когда ты стажировалась в сети закусочных, то всех сотрудников нарядила в хот-доги и заставила их плясать ламбаду? - Зато прилив клиентов был бешеный! Все хотели попасть в забегаловку, видео с которой набрало миллион просмотров на Ютюбе. Это был обычный рекламный ход. Тётя Хелен хохотнула. - В хот-доги? Почему вы никогда не рассказывали об этом мне? Я постаралась сделать как можно более нейтральное выражение лица. - Это совсем неинтересная история, правда. И снова впилась взглядом в Гвен. Она обречённо вздохнула. - Хорошо, в ближайшую неделю я узнаю о том, требуются ли Озкорпу маркетологи. - В ближайшую неделю? Нееет, красотка, всё не так просто. – Я улыбнулась. – Мы пойдём завтра. - Ах, извини, я как-то забыла о том, что крупнейшая компания мира работает на тебя, Джил, - язвительно сказала Гвен. - Серьёзно. Если мне откажут – что ж, попробую найти что-нибудь другое. У меня есть гениальная идея по продвижения собачьего корма! – Я оживилась. – В общем, если взять несколько крольчих и переодеть их в собак… - Гвен, твоя сестра хоть и очень своеобразный человек, но интуиция у неё развита неплохо, - сказала тётя Хелен.- Думаю, если вы пойдёте завтра, то ничего страшного не случится. Гвен, после секундных колебаний, вздохнула и подняла руки, показывая, что сдаётся. - Хорошо, будь по-вашему. Но если ничего не получится, Джил, не вини в этом меня. - Ни в коем случае. – Я довольно улыбнулась. Я бессовестно лгала, когда сказала, что не буду сильно переживать, если меня не возьмут в Озкорп. Это даст мне большое преимущество при поступлении в любой университет, ведь в Нью-Йорке, да чего уже там, во всех Соединённых Штатах и в большей части современного мира почти каждый человек знает об этой компании. Уж после того, как по Нью-Йорку весело проскакала огромная ящерица, за которой весело бегал Человек-паук, точно. И тут в моём сердце жутко неприятно кольнуло. Ведь из-за этой ящерицы погиб отец Гвен. Помню, как приезжала на похороны, и ощущала постоянное отвращение к себе из-за того, что не могу толком поддержать свою младшую двоюродную сестру. Я не пыталась говорить шаблонные фразы наподобие «Я понимаю, как тебе плохо». Сейчас, после того, как я потеряла своего отца, я имела бы право сказать это. Но не тогда. От далеко не радостных размышлений меня отвлёк начатый тётей Хелен разговор о том, что в конце недели обещают жуткий ливень. В конце недели. Тогда я уже должна буду работать в Озкорпе, если мне повезёт. А вот повезёт ли мне – узнаю уже завтра с утра.