Желая тебя

Никита старался выглядеть расстроенным и не усмехаться, когда на утро следующего дня обнаружил Славу на пороге собственной квартиры. — Привет монахам! — поздоровался Белгородский, по-хозяйски отодвигая друга и проходя в квартиру. Ливицкий издал громкий стон. Он не забывал, что ему нужно было играть утомлённого спором мальчика. — Тебе ещё не надоело стонать? — поинтересовался Слава, выглядывая из-за дверцы холодильника. — Ах да, прости, ты ж последнее время вообще не стонешь. — Ты тоже, хочу заметить, — не сдержался от сарказма Никита. Друг резко закрыл холодильник. — Да-да, знаю. Без тебя как-то скучно девок искать, но! Ты не подумай, я не собираюсь вступать в твои ряды воздерживающихся! Я просто создавал иллюзию. И не зря! Вот смотри! Белгородский показал в телефоне фотографию красивой девушки. — Помнишь её? Никита нахмурился, не понимая, к чему Слава ведёт. — Она не даст тебе! — фыркнул Ливицкий. Насколько же надо быть наивным, чтобы надеяться, что их бывшая одноклассница ляжет с ним в постель? Снежана всегда считалась самой прекрасной девушкой школы. За ней бегала половина учеников мужского пола, а остальные просто стеснялись. Ею восхищались, за ней повторяли, на неё молились. Якимова была действительно достойна этого. Девушка с идеальной фигурой: длинные ноги, плоский живот, третий размер груди — она всегда носила платья, которые подчеркивали её женственность. Сколько Никита её помнил, у Снежаны всегда были смольные волосы до задницы (до шикарной задницы) и бледная кожа. Её голубые, будто вода в чистом озере, они могли заставить любого покориться её власти. Кроме внешних данных Снежана была не обделена умом. Она закончила школу с золотой медалью и поступила в медицинский на бюджет. Её родители были богаты, но, к удивлению, Якимова не была избалована, поэтому никогда не требовала никаких подарков от своих парней, стремясь даже счёт в ресторане оплатить сама. Снежана увлекалась спортом и кулинарией. О да, она не боялась испортить маникюр, меся тесто. Якимова была, откровенно сказать, девушкой мечты. От неё никто никогда не слышал истерик, она старалась ни от кого ничего не требовать, больше отдавая, нежели получая взамен. Её мягкий покладистый характер возносил её на вершину почёта среди людей. Добрая, всем помогающая и улыбчивая — такой была Снежана. Конечно, девушка не жаждала переспать с каждым парнем, которому нравилась. Она была весьма принципиальной и мягко, но настойчиво отшивала всех своих ухажёров, в том числе и Славу. До самого одиннадцатого класса Снежана ни с кем не встречалась, а потом завела отношения с каким-то обычным, явно не достойным её парнем. Белгородский дико возмущался, когда видел их вместе, не переставая замечать серость спутника Снежаны. Слава ждал, пока они расстанутся, поскольку занятая Якимова стала намного жёстче и яростней отшивать парней, которые пытались к ней клеиться, и парень понимал, что у него никаких шансов. Белгородский дождался, правда, он полагал, что это Снежа бросит своего ухажера, а не наоборот. Но Слава, прилетевший к Снежане на крыльях любви, был послан далеко и надолго — Якимова не собиралась бросаться в новые отношения. Более того, она заявила, что Белгородский слишком ветреный и безответственный для неё. Слава все эти годы старался безуспешно доказать Снеже, что он не такой, но она не верила. Никита всегда не понимал попыток друга завоевать ту, которая никогда не сдастся, к тому же говоря: «Люблю только тебя», в это время обнимая другую. — Ой, ты никогда в меня не верил! — махнул рукой Слава. — Но я действительно пообещал измениться. Я бросил все беспорядочные половые контакты и готов к отношениям! — Правда? — изумился скептически Никита. — А хотя, Снежана такая девушка, на которой и жениться можно. — Вот-вот! Она ж совершенная! Из-за такой и паспорт можно измарать. — И что? Оттого что ты вписал её в список девушек, «с которыми можно и замутить», вряд ли она на тебя бросится! — Уже, — гордо заявил Слава и открыл сообщения. Перед Никитой предстала переписка Снежаны и Славы, в которой он приглашал её на ужин, а та соглашалась. — Чувак, у меня будет секс с самой классной девушкой во всем городе! — А будет ли?.. — Пф-ф, это мы ещё посмотрим! Я не собираюсь обманывать её. Нет, я собираюсь долго-долго с ней гулять и показать ей всё, что она упустила, встречаясь с тем олухом! — О-о, столько планов! Ты превращаешься в чёртового романтика! Наверняка мы скоро будем заниматься воздержанием вместе, так как Снежана определённо не станет тебе отдаваться на первом свидании! Улыбка Славы погасла. — Ты сегодня какой-то больно активный, — заметил Белгородский. — Откуда столько жизни? Никита пожал плечами. — Ко всему привыкаешь. — Ладно, о самом важном я похвалился, теперь пойду. — Что, Марина тебе больше не интересна? — усмехнулся Ливицкий. — Ой, знаешь, она какая-то глупая. — Это почему? — А как она могла поверить, что я пристаю к ней, потому что нервничаю? — Зато я спас тебя от новой девушки, которая могла бы загородить тебе отношения со Снежаной. — И то верно! Молодец, Никит! — он потрепал волосы друга. Закрывая дверь, Ливицкий усмехался. Настроение было приподнятое. Он потянулся и пошел за ключами от машины. Его ждет новый день, в котором он займется тем, что напомнит своему лучшему другу, что может быть далеко не умницей.

***

Никита стучал ногтями по рулю, прикидывая, чем можно расстроить Славу. Подбросить ему успокоительное, чтобы у друга не встал, когда он пойдет на свидание с девушкой? Подсыпать слабительного? Напоить и сфотографировать с голым парнем, чтобы пустить слух, что Белгородский ушёл в геи? Ливицкий хмыкнул. Это всё было столь мелочно, столь банально и ничтожно! А парню хотелось ответить Славе так, чтобы зародить в нём настоящую ненависть. К сожалению, способов это сделать было мало. Скорей всего, друг просто посмеётся, поняв, что эта мелкая пакость ничто в сравнении с сорока днями без секса. Никита сжал руль. Так, спокойствие. Он всё придумает. Всё будет, но не могло же всё сразу так хорошо сложиться: и хорошее настроение, и относительная легкость, и великолепная месть. Когда парень проезжал остановку, ему показалось, что он увидел Снежану. Он ещё раз полюбовался её фигурой и милым личиком, невольно начав завидовать Славе. Эх, как такому ублюдку может достаться такая принцесса? Никита резко затормозил, за что услышал несколько протяжных гудков водителей, не ожидавших, что парень остановит машину посреди проезжей части, включив аварийку. Но Ливицкому было плевать. Он зловеще рассмеялся во весь голос. А небеса сами ему помогают! Никита дождался, когда дорога опустеет, и отъехал немного назад. Он открыл окно. — Эй, Снежа, привет! — поздоровался парень. Якимова, увидев знакомого, искренне улыбнулась. У них всегда были хорошие отношения. Никита был одним из тех немногих парней, который не заглядывали Снежане под кофточку. Не то чтобы Ливицкий не хотел знать, что там, но понимал, насколько неприятно делает девушке, и не позволял себе подобного. Он приставал лишь к тем, кто хотел этого. — Что стоишь? Давай подвезу? — Тебе не по дороге, — было видно, что девушка сомневается. Она никогда не любила напрягать людей. — Так я ж в НИМБ. — Ты перевелся? — удивилась Снежана. — Садись, расскажу. Никита открыл Якимовой дверь, и она, на миг замешкавшись, посмотрев, не идет ли её автобус, села в автомобиль. — Короче, я немного напортачил, и отец отправил меня по обмену в НИМБ, — пояснил Никита. Снежана рассмеялась. Ливицкий невольно улыбнулся. Он и забыл, какой звонкий и задорный смех у девушки. — Немного? О, Никит, можешь мне не врать, я тебя с семи лет знаю. Ты испортил всё полностью. — Ладно, признаю, я конкретно накосячил. И у меня было два варианта: НИМБ или армия. Неудивительно, что я решил пожертвовать месяцем своей жизни, нежели целым годом. — Да, ты предсказуем. И как тебе учится в НИМБе? — Ой, Снеж, когда я последний раз учился? — Действительно. Тогда поставлю вопрос по-другому: как прогуливается? — Эм-м, нет, такой роскоши я тоже не могу себе позволить. Я занимаюсь организацией юбилея института. А ты как? Остановившись на светофоре, Никита разрешил себе посмотреть на девушку. Он наслаждался правильностью черт её лица. Его всегда поражали её высокие скулы. Ливицкий считал, что именно Якимова должна носить титул Мисс Вселенная просто за них. Парень и забыл, как в одиннадцатом классе смотрел на молодого человека Снежаны с завистью. Потому что он может к ней прикасаться, обнимать её стройное тело, трогать её мягкие длинные волосы. Снежана что-то говорила, а Никита смотрел, как шевелятся её пухлые губы. Этот восторг, который был в глазах девушки, пленил парня. Он опять находил в Якимовой то, что ему нравится больше всего: искренность. — Вот так вот, — услышал Никита последнее предложение. Он заставил себя вернуться в реальность, тряхнув головой. Он тут не для того, чтобы вспоминать школьные чувства. Его цель: Слава. Никита задумался, как завести разговор в сторону друга, чтобы разузнать побольше об их отношениях, но не понадобилось. — Ты не знаешь, свободен ли Слава сегодня? — спросила девушка. — Нет, а зачем он тебе? — Ливицкий старался играть саму невинность, что выходило у него замечательно. Врать он умел, хотя и редко пользовался этим талантом. — Хочу пригласить его на кофе. Никита рассмеялся. Парень не знал, над чем он смеётся: над Славой, которому сейчас достанется; от восторга, что придумал такой гениальный план, или просто оттого, как всё оказалось просто. — Ах да, теперь же он только на это годен, — как бы между делом заметил Ливицкий. — Что ты имеешь в виду? — Снежана тут же насторожилась. Она всегда была внимательной и ловила малейшие детали. — Он что, тебе не сказал? — Никита состроил удивленную мордашку. — Что? — Последняя его девушка оказалась, мягко скажем, нечистой. И теперь мой дорогой друг проводит больше времени не со мной, а с венерологом. Вот к чему приводят беспорядочные половые связи! — Никита покачал головой, будто осуждает Славу, а сам искоса наблюдал за реакцией Снежи. Её лицо скривилось то ли от пренебрежения, то ли от расстройства, что её план пообщаться с Белгородским провалился. Скорее от первого. Наверняка в её мозгу пронеслись нерадужные картины того, чем бы она занималась, если бы Никита не предупредил её и она переспала со Славой. Никита специально сильней повернул голову, когда, поворачивая, посмотрел в бок, позволив себе усмехнуться. Это оказалось проще, нежели он думал: портить Славе жизнь. Раньше парень никогда не задавался такой целью, поэтому не представлял, что люди сами дают подсказки и не обязательно ломать голову. Всё всегда лежит на поверхности. — Ты так говоришь, будто сам другой, — заметила Снежана. Она прокашлялась и заметно насупилась, тем не менее стараясь не показывать виду. Никита понял, что кроме того, что Славе не светит секс, так ещё и наверняка девушка устроит ему разнос по поводу того, что он ей ничего не сказал о болезни. Ливицкий театрально громко фыркнул. — Нет конечно! Во-первых, я не сплю на пьяную голову, чтобы хотя бы утром не удивляться, с кем проснулся. Во-вторых, я достаточно тщательно подбираю себе партнёрш. Да, я не самый правильный мальчик, но и не ищу проблем на свои половые органы. К сожалению, — вздох, — мой друг не такой разборчивый, как я. Милое личико — и билет в его постель гарантирован. А я нет, я так часто девушек не меняю! Снежана, изогнув бровь, внимательно смотрела на Никиту. Затем хмыкнула. — М-да, научил бы друга хорошему поведению. — Ты думаешь, я не пытался?! — о, парень так сокрушался, будто с десяти лет занимается воспитанием Славы. — А он мне всё: «Никита, всё будет отлично, человечество придумало презервативы!». Ох, а то, что они рвутся? Хорошо, если та девушка не забеременеет! Никита разошелся и решил добавить острого, чтобы окончательно убедить Снежану в необходимости обходить Белгородского за километр, при этом обязательно строя осуждающее лицо. Конечно, она б и так к нему не приблизилась, но нет предела совершенству, не так ли? Девушка аж подавилась. — Что? — Да! Я постоянно ему говорил, что лучше не экономить на подобном, но он вечно берёт самые дешёвые! Мол, ему слишком много надо, денег столько нет. Снежана была действительно обескуражена, парень постарался на славу. Её глаза были расширены от удивления, она смотрела в оба на Никиту, ожидая, что же он ещё расскажет ей интересного. Она едва заметно качала головой, скорее машинально, нежели обдуманно. — Никогда бы не подумала, что он столь безответственен! — воскликнула Снежана, взмахнув руками. Никита изобразил, что ему жаль девушку. — Ох, Снежа. Угадай, почему он до сих пор сам выходит из всех клубов? Потому что я у него через рюмку отнимаю! — И чего ты с ним возишься? — пренебрежительно спросила девушка. — Друг всё-таки, — пожал плечами Ливицкий. В глазах Снежаны блеснуло восхищение. — Приехали, — изрек Никита, паркуясь у универа девушки. — Хороший ты всё-таки, Никит, — хмыкнула Якимова. Она резко повернулась к парню и посмотрела ему в глаза. Ливицкий сглотнул. Если Снежана сейчас потянется его поцеловать, он точно ей ответит. Девушка в данный момент расстроена, она может пойти и дальше. Чёрт, нет! Он собирался подставить Славу, а в итоге поможет ему выиграть? Конечно, друг не будет в экстазе оттого, что он увёл его девушку, но суть одна и та же: Никита проиграет. Якимова облизала свои пухлые губы, а Никита просто ждал своей участи. — Жаль, ты мне только друг, — вздохнула Снежана, отворачиваясь. Ливицкий впервые был рад френдзоне. — Ты мне тоже! — поспешил ответить он. — Пока. — Пока. Никита глядел, как Снежана уходит. Такая прекрасная, манящая и недоступная. И это к лучшему. Сегодня эта девушка его не уничтожила, а наоборот, стала главной помощницей в трудном деле. Может, всё-таки теперь судьба за него? Никита включил музыку погромче и запел вслух. О, этот день начинался замечательно! И Никита собирался сделать всё, чтобы он закончился также. Парень подъехал к НИМБу и, выйдя из машины, потянулся. Пора обрадовать друга. «Приходи сегодня ко мне, повеселимся!» — написал он Славе. «Извини, у меня на сегодня планы». Никита усмехнулся. Потому что он уже знал, что этим планам не суждено состояться.

***

Марина крутила телефон в руке, не зная, куда себя деть. — Эй, расслабься! — сказал ей брат. Сестра зло на него глянула. — Серьёзно, Олег? С тобой я никогда не перестану напрягаться. Признавайся, что ты натворил? Марина была уверена, что Олег уже что-то сделал! Она и не надеялась, что после армии он изменился и перестанет доставлять ей проблем. Поэтому, когда спустя три дня после восстановления Олега вызвали к ректору, Марина ни капли не удивилась. Девушка даже успела размять колени, на которые будет падать, чтобы умолять ректора не выгонять брата. — Признавайся! — повторила Марина, когда на предыдущий её вопрос Олег лишь закатил глаза. — Почему ты всегда думаешь, что я магнит для проблем? — Потому что это так и есть! — Олег Лебедев, проходите, — сказала секретарша, выглянув из кабинета. — Вот вернусь и подтвержу, что всё в порядке, и будешь тогда извиняться, что зря на меня ворчала, — заявил Олег, поднимаясь со скамейки, где они ждали приема. — Посмотрим ещё, — пробурчала Марина. Десять долгих минут Олега не было. Лебедева уже придумала целую речь, как будет оправдываться перед мамой, почему не спасла братика. Марина постоянно включала телефон, чтобы проверить, сколько времени Олег торчит в кабинете, будто от этого что-то бы изменилось! Она походила по коридору от стенки к стенке, спохватившись, когда стала отковыривать штукатурку. Чёрт, этот засранец определённо что-то натворил! Когда Олег вышел, Марина стояла к нему спиной, поэтому, стоило хлопнуть двери, она подпрыгнула и прямо в полёте резко развернулась. Девушка сузила глаза и попыталась сжечь брата взглядом. — Ну что? — строго поинтересовалась она. Олег выглядел расстроенным и обескураженным. Он смотрел на Марину со стыдом и кусал губу, не решаясь признаться. Парень отводил взор, стараясь не встречаться с сестрой глазами. Марина закатила глаза. А чего она ожидала? Вдруг Олег усмехнулся и, подойдя к Лебедевой, потрепал её за волосы. — Расслабься, меня просто попросили побыть экскурсоводом. Марина нахмурилась. — Хватит врать! Признавайся, уже ничего не исправить? — Марин, всё в порядке. Он невозмутимо куда-то пошёл, а девушка, на миг ошалев от поведения Олега, бросилась семенить за ним. — Что? Олег вздохнул и, остановившись, взял лицо Марины в свои ладони, заставив смотреть прямо себе в глаза. — Слушай и запоминай, сестрёнка, — он начал загибать пальцы. — Я ничего не натворил. Раз. Я изменился и больше не собираюсь мстить своим врагам так, чтобы потом страдать. Два. Я стал намного спокойнее. Армия замечательно мне в этом помогла! Три. Меня действительно попросили просто помочь. Четыре. — С-серьёзно? — Марина сглотнула. Олег кивнул. — Расслабься и развлекайся. Парень подмигнул и пошёл прочь. Марина минуту мирилась с мыслью, что ей не надо никуда бежать и никого уговаривать простить Олега, объясняя, что он мальчик импульсивный, а потом её губы медленно растянулись в улыбке. Братик повзрослел! Хотелось пасть на колени и восхвалять небеса, но Лебедева банально поправила майку и гордо двинулась в профком, будто Олег был её сыном и сделал что-то героическое. Олег, двинувшийся выполнять поручение ректора, замер посреди коридора. Если бы он был в мультике, у него над головой бы загорелась лампочка. Кажется, он придумал, как обратить всё в свою сторону. Парень подошёл к кофейному автомату и закинул туда тридцать рублей. Он любил кофе, но почему-то хотел его пить именно в приподнятом настроении, когда предвкушал что-то замечательное. Вчера Олег изобразил, что не узнал Никиту. Каких же усилий ему это стоило! Парню хотелось порвать Ливицкого на куски, только он увидел его мерзкую рожу. Вытряхнуть из него все внутренние органы и переломать все кости, наслаждаясь его стонами. Конечно, то, что спровоцировал Никита, имело и положительные стороны, но точно не для Ливицкого. Олег стал спокойней, рассудительнее и теперь мог использовать свой интеллект полностью. Он научился сдерживать ярость, она больше не ослепляла его, как раньше. Поэтому Олег не набросился на Никиту, только завидев его на пороге, а решил подождать, пока подвернётся шанс уничтожить Ливицкого незаметно и полностью. И ничуть не пожалел, что не убил парня на месте! Случайно подслушав разговор Никиты с другом в туалете, он понял, что завладел бесценной информацией, которая позволит долго и, главное, незаметно мучить, а потом разом морально убить. М-м, Олег едва не замурлыкал от удовлетворения, но сдержался, чтобы не выдать себя. И вот не прошло и дня, как подвернулся столь отличный шанс начать мстить врагу. Олег решительно пошагал обратно в кабинет ректора. Теперь важно сыграть всё правдоподобно. Парень постучался и вошёл. — Что-то непонятно, Лебедев? — спросил ректор. — Или слишком сложное задание для вас? — Нет, что вы! — Вы задумались, когда я вам объяснял, и пришли, чтобы я повторил вашу задачу? — Да помню я, Федор Владимирович! К нам в институт приезжает француженка по обмену, и моя задача сделать так, чтобы ей эти три дня запомнились, как самые замечательные в жизни. Я должен показать ей город и ходить за ней по пятам в институте. — Вот ты всё помнишь и всё понял! — обрадовался ректор. — Так в чём же дело? — Ну-у, понимаете, Федор Владимирович, — аккуратно начал Олег. — Я далеко не мечта каждой девушки, не интеллектуал и вряд ли смогу произвести на француженку впечатление, как бы ни пытался. — К чему ты ведёшь? — К тому, что для репутации института не лучше бы было предложить девушке более привлекательного экскурсовода? Более общительного, более коммуникабельного… Ректор замолчал. Кажется, парень заставил его задуматься. — Предлагай. — А знаете ли вы студента, который устраивает юбилей? Девочки пищат, мол, он красавчик. Любая бы хотела, чтобы он ей что-нибудь показал. — Не хочешь ли ты тупо сбросить свою работу на кого-то ещё? — прищурился Федор Владимирович. Лебедев аж ахнул. — Нет, что вы! И он не врал. У него действительно были планы масштабней, чем какое-то желание бездельничать. — Ну хорошо, — согласился ректор задумчиво. — Всё будет в лучшем виде! — пообещал Олег. И обращался он не только к мужчине.