Мой раб( переделанная работа)

      Куда меня везли, определить очень трудно. Окна этой дорогой машины были полностью тонированы, поэтому рассмотреть пейзаж не удастся. Но вот единственное, что я помню: тот человек, который приходил ко мне ранее, тоже сел в машину, но немного позже. Значит, он меня купил? Может быть, он убьет меня?       Вопросы, как рыбы в океане, блуждали в моей голове, я постоянно смотрел на окно и решил действовать незамедлительно. Сняв с ног ботинки, я очень сильно ударил каблуком по стеклу. Что это за материал, понятия не имею, но "стекло" не треснуло. Вспомнив про шпильки у себя в голове, дрожащими пальцами делаю дырку, со всей силой бью туфлей, и окно разбивается. Скорость у машины была бешеной, либо выпрыгну и умру, либо останусь и тоже умру. Выбирать не приходилось. Лучше умру так, чем грязной, опороченной шлюхой, которую будут заставлять расставлять ноги перед кем угодно. Все планы в миг нарушаются; слышу резкий скрежет колес. Хлопок двери и спокойные, размеренные шаги к концу машины, где как раз сижу я. - Экстрима захотел, грязный мальчишка? - Дверь открывается, и я с силой выброшен на асфальт. На глазах моего хозяина были очки, так что понять, что он чувствует, невозможно. - Мне нечего терять, что толку вам от моей жизни? Она кидала меня так, что вам, богатым людям, даже и не снилось такое.       Толика обиды и непонимания того, за что все эти испытания шлет Господь, звучала в моих словах. - Ну, значит, ты хочешь проверить, что судьба - сука? Поверь мне, что если я захочу, тебе будет намного хуже, ведь я купил тебя, а ты стоишь много, слишком много. Поэтому, если хочешь хотя бы жить, делай все, что тебе велено, а не так, как вздумается твоей взбалмошной натуре. - Вас же могут посадить! - Меня? - легкий смешок заставил поморщиться. - Ты не выдержал изнасилования со стороны твоего отца и просто покончил жизнь самоубийством, так пойдет? - Что? Так ты... Ты знал это? Его губы тронула презрительная усмешка. - Первое правило: не "ты", а "Хозяин". У меня нет времени выяснять с тобой отношения, но чтобы ты лучше усвоил урок, поедешь с моими мальчиками, они тебя научат уму-разуму. Ганс, выбери себе еще двух ребят и развлекитесь по дороге, но не перестарайтесь, он мне еще нужен. - Постойте, пожалуйста, Хозяин, прошу... У меня слабый организм, я не выдержу. Я могу поехать с вами, если хотите, я сделаю все, что вам будет угодно, только не им, - я упал на колени, обдирая тонкую кожу.       Он развернулся и с интересом глянул в мою сторону. - Знаешь, мой костюм стоит десятки тысяч баксов, любая девственная омега с радостью раздвинет для меня ноги, - это звучало пафосно и резало слух, - но если ты настаиваешь, шлюшонок, поехали со мной, только я намного хуже этих троих вместе взятых, - мне кажется, он соврал. - Я пойду с вами... - встаю с асфальта несмотря на боль в коленях и иду за ним. В след слышу слова охранников: - Это ты зря, он самый настоящий садист, паренек, мы бы помягче, уж больно ты хорошенький.       Хозяин сел в машину, а я следом за ним. Машина поразила меня. Она была настолько огромна, что можно было стоять. Несколько диванов, а на одном из них, на бархатной простыне, лежал абсолютно голый и, как мне показалось, разнеженный омега. - Максим, солнышко, подними глазки, - он посмотрел на омегу, а этот Максим в свою очередь поднял синие глаза на него. - Да, Хозяин, простите, я не успел одеться, просто очень устал, - он склонил голову вниз, выражая покорность и сожаление. - Ничего, я даже рад, мороки меньше. Я слышал от ребят, что ты у нас по омежкам ходишь? - его стальной взгляд сканировал парня. Казалось даже, что он наперед знает ответ. - Хозяин, я... Я всего несколько раз, омежки не против были, правда, я выбирал с... маленьким членом.       Хозяин плотоядно улыбнулся, наверное, воображая в уме что-то не то. - Раздень его, - кивок головы в мою сторону. - И ноги раздвинь на меня. Если член тебе не понравится, я его укорочу. - Но Хозяин, он же ребенок, еще я... - договорить ему хозяин не дал. - Не испытывай меня, Максик.       Парню ничего не оставалось как встать и подойти ко мне. Он извиняюще вздохнул и распластал меня на диване. Мне было жутко противно, ведь омега с омегой - это противоестественно. Сетовать на ситуацию я не мог. Я просто выдержу все. Тем временем он уже лишил меня одежды и перешел к нижнему белью. Сорвав ткань с бедер, он застыл. С рождения мой член не превышал сантиметров семь и был, как у маленького ребенка, волос же на нем не было вообще. - Он идеален, хозяин, - выразил свой восторг омега. - Я даже хочу его... - Я не вижу за тобой, отойди, только ноги ему раздвинь, - Максим выполнил просьбу и отошел. Теперь я лежал с широко расставленными и согнутыми в коленях ногами . - И впрямь красив, с ним будут чудесные фильмы. Но для начала, я буду первым зрителем, давай, Максим. - Нет! Пожалуйста, я не могу... - Тише, - он уже был рядом со мной, - посмотри на мой член, он всего двенадцать сантиметров, а у Дала он почти тридцать. Решать тебе. - Хорошо... - я говорил шепотом. Максим склонился надо мной и стал целовал мои губы, буквально насилуя их. Его пальцы мяли горошины моих сосков, а вторая рука гладила маленький член. - Невероятно, он такой маленький и мягкий, - он сжимал его грубее, мял, иногда даже пробирался пальцами к моему анусу и проникал пальцами. Парень спустился и стал кусать соски, сначала мягко и приятно, что я даже расслабился, а затем с животной страстью, от чего меня затошнило. Пальцы Максима гладили ребра. А потом он стал дрочить мне член, учитывая, что он никогда еще не вставал, мне было больно. - Боже, Хозяин, у него не вставал еще... великолепно...       На его слова Дал лишь хмыкнул и продолжал наблюдать за нами. А Максим времени не терял, все так же надрачивая мне член. Я сцепил зубы и смотрел в окно. - Сядь на него, Максим, оседлай, как ручник сегодня оседлал, - Максим протяжно застонал, расставил ноги очень широко и сел на мой член. Было... приятно? Парень изогнулся и сразу заскакал на нем вверх-вниз. Ему было неудобно, и он, облокотившись на мои ноги, откинул спину назад, запрокинул голову и начал просто бешено садиться на меня, его член стоял колом и бился о живот. - Остановись, давай, возьми его, но не слезай с его члена, - парень не понял, что ему делать, но, как понял я, он пытался найти выход.       Мне не было противно, Максим всунул мне таблетку в рот перед совокуплением, и теперь я тоже хотел его. Он лег на живот и с широко раздвинутыми ногами подлез ко мне, всунул в себя мой член и вставил мне свой. Поза была не просто развратная, она была как из порнофильма. Мне было приятно, все из-за таблетки. Когда я смог привыкнуть к его члену, Максим начал толкаться назад, а мне приходилось вперед. Было просто восхитительно, не так, как с отцом в ту ночь. Воспоминания с головой забрали меня в тот злополучный день, и я вдруг забился под парнем и спрыгнул с его члена. Свернувшись калачиком, заплакал, понимая, что моя жизнь теперь всегда будет такой. Смена партнеров на ночь и никакого семейного счастья, маленьких детей и любящего альфы. Ничего. Дорога в жизнь стоит крестом. Кто я теперь? Опороченный омега? Кто?! Плачу, а Максим с непониманием уставился на меня. Потом тихо подполз, видимо, понимая порыв чувств. - Мои родители умерли, когда мне было шесть, - я посмотрел на него. - Меня отдали в дом ребенка, где я рос более-менее нормально, но потеря родителей сказалась на мне. Течка началась в тринадцать лет. Все альфы приюта трахали меня часами, шесть дней подряд. Воспитатели закрыли глаза и молча наблюдали, пока меня, сорока двух килограммового парня, раздирали эти сволочи, - его глаза потеряли блеск и стали стеклянными, будто прозрачными. - Я... просто меня изнасиловал отец, от этого так погано, понимаешь, так плохо... - новая волна слез подкатила к горлу, но все это время на нас смотрела пара изучающих глаз. - На сегодня хватит, - резко оборвал наши страдания и снял очки, видимо, от усталости. - Что нам делать, Хозяин? - спросил Максим, глядя на него. - Спите пока что, если надо будет, разбужу, ну и по приезду, конечно, тоже. Не будете спать, отдам парням, помнишь, Максим? - Быстро ложись и спи, это я тебе по опыту говорю, - он горько усмехнулся и лег на простыни. - Хозяин, - еще сиплым от слез голосом начал я. - Что еще? - довольно раздраженно бросил Дал. - Зачем я вам? Просто я не хочу жить, зачем пользоваться мумией? - Черта с два я тебе отвечу, спи, иначе будет больно. И срал я на ваши сопли, - он позвонил куда-то, и транспорт остановился. Хозяин поспешно вышел из комнаты, оставляя меня с Максимом и моими вечно пессимистичными мыслями. Но и тут мне не удалось подумать, я сразу же отдал себя в руки Морфею, который унес меня в свое царство. Проснулся я час спустя под чей-то пристальный взгляд. Как оказалось, это был Максим. - Встал, - легкая улыбка. - Мы уже почти приехали. Он загадочно посмотрел в окно. - А что это за место? Зачем мы тут? - Я здесь долгожитель, - усмешка. - Мне уже двадцать девять лет, Дал купил меня в двадцать, хозяину столько же, сколько и мне, мы одногодки, только я родился в пьющей семье, потому что резинка порвалась, а он в семье магнатов. Он поправил свои темные короткостриженные волосы и усмехнулся. - Пожалуйста, скажи, куда нас везут? Что от меня нужно? - несмотря на наготу, я привстал с кровати и посмотрел на Максима, он кинул на меня оценивающий взгляд, но затем сменил его дружеским и сказал: - Мы едем в особняк Доусонов, это старинное гнездо хозяина. Огромнейший замок, выполненный в старых обычаях. Все, что там находится, стоит баснословных денег. Так мало того, там нет прислуги, мы выполняем всю работу, а если хозяин не доволен, он очень изощренно и жестоко наказывает провинившегося человека, будь то омега, бета или альфа. - Но зачем ему там люди? Как я понял, вас там очень много, потому что особняк-то большой, так? - я скептически свел брови к переносице и посмотрел на потолок машины. - Нас там всего трое, вместе с тобой. Мы выполняем всю работу, не покладая рук, но тот, кто выбран для Дала на ночь, освобождается, потому что ночью хозяин выматывает настолько, что лучше убрать весь замок вместе с садом. - А почему он говорил про какую-то запись, про фильм? - я смотрел в синие поблекшие глаза. Они, казалось, не выражали никаких эмоций. - Это только для меня, - снова эта усмешка, - я хочу выйти отсюда с деньгами, поэтому я работаю ему на камеру. Он снимает, как меня дерут трое, а я получаю деньги. А ты еще говоришь, что твоя судьба плоха? У тебя хотя бы была семья. - Он насиловал меня, как ты не можешь понять? Неужели вам все равно на вашу жизнь, вашу судьбу?! - Я давно не борюсь с ней, я оставил ее еще в детском доме. Ну, я говорил, что было. Тебе жизнь у Дала раем покажется, да и сам хозяин красавец... Вдруг я услышал вой тормозов, и дверь отворилась. Это свидетельствовало о начале новой жизни, про которую пока ничего не известно...